Эра 34. Препятствие

В Зале Небесного Духа творилось бог весть что. Господа бессмертные восседали за отдельным столом, уставленным фруктами, вином и выпечкой, и смеялись так, что стены дрожали. Они пытались что-то сказать, но голоса срывались из-за непрекращающегося хохота, отчего волна веселья начиналась по новой. Лица старейшин в это время выражали самые разные эмоции от ужаса до растерянности. И только Ной полностью был в своих мыслях, мрачно надираясь излюбленным алкогольным чайком.

А все дело в том, что по залу бегал злющий, как демон, Фантайн, размахивая мечом и сыпля такими ругательствами, что я заподозрила в нем еще одного лиса. Разве полагается благочестивому светлому заклинателю, будущему светлому богу, знать такие крепкие выражения?

Причина такого приподнятого настроения мечника заключалась в моем коротком письме, которое отважно вступило в схватку с бессмертным с целью его перевоспитания. За каждое грубое слово листочек бумаги, свернутый в небольшой свиток, бил сквернослова по голове, и ничего с этим поделать у Фатоша не получалось. Бумага, легкая как перышко, ловко обтекала лезвие духовного меча, которым ее пытались разрубить, юрко подныривала под руку и шустро уклонялась от сгустков белого пламени, которым заклинатель пытался ее сжечь.

— Ой… — икнула я от неожиданности, прижав ладонь к губам, чем тут же себя обнаружила.

— Ой?! ОЙ?!! — взревел Фантайн, срываясь с места и в два счета оказываясь на другом конце зала — прямо передо мной. Пламенеющее лезвие меча прижалось к моей шее, недвусмысленно говоря о намерениях светлого заклинателя. — Ах ты мерзкая дьяволица!!! Немедленно угомони эту демонову бумагу! Агх!

За новое ругательство свиток еще раз грозно шлепнул мужчину по голове, а дрогнувший меч оставил на моей коже первый неглубокий порез. Так и знала, что письмо отправилось в путь слишком быстро для простого послания. Это для Царства демонов нормально, когда угроза даже в простом письме заключается, но для людей… Ах, кажется, я слишком долго прожила по ту сторону Барьера.

— Приношу свои искренние извинения, господин бессмертный, — вежливо улыбнулась я, а уважаемые бессмертные утирали слезы и охали, держась за животы, устремив на меня счастливые взгляды. — Я не знала, что вы не умеете пользоваться письмами.

— Что-о-о?!! — возопил мужчина, развеивая оружие и хватая меня за шиворот. Бумаге это не понравилось, и она еще раз шлепнула бессмертного по макушке. — Эр-р-ра!!!

— Минуточку, я сейчас вас научу, — благожелательно улыбнулась я, стараясь казаться настолько дружелюбной, чтобы меня не хотелось побить. Коснувшись ладони, что крепко держала меня за плащ, я осторожно разжала подрагивающий кулак и взяла горячую ладонь в свои руки. — Вот так. А теперь просто подставьте ладонь, и письмо само на нее опустится.

Письмо, конечно, удивилось такому повороту событий, но перечить не стало. Оно послушным свитком легло в руку Фантайна, а у мужчины от такой кротости противника вздулись вены на лбу и глаза покраснели. Кулак вновь сжался, сминая тонкий лист, а я услышала отчетливый скрип зубов.

— Еще раз приношу свои извинения, — почтительно склонила я голову, надеясь, что никто не заметит, как быстро затянулся порез на шее. — Дело в том, что я являюсь наставницей по демонологии и должна исполнять свои обязанности. Так как вы позволили мне остаться, то я решила, что зовете сейчас не для того, чтобы выгнать из школы. В иных же случаях я — довольно незначительный человек, без присутствия которого вполне можно обойтись. Я даю уроки ученикам, но все еще не являюсь частью Фандагерона, поэтому не могу участвовать в обсуждениях дел школы. Безусловно, господин Фантайн это знает и все понимает, поэтому я пребываю в некоторой растерянности по поводу вашего твердого намерения увидеться со мной.

— Он соскучился! — раздался тонкий пакостливый голосок откуда-то со стороны веселящихся бессмертных. Я не поняла, кто это сказал, даже когда тот же голосок ехидненько так добавил: — По тумака-а-ам, ах-ха-ха-ха! Его уже лет сто никто не мог ударить, а тут такой конфуз, ох, не могу…

— Брат Юхан, следи за своим языком, — холодно бросил Фантайн, сжигая бумагу в руке и брезгливо стряхивая пепел на пол. Он расправил плечи, возвращая себе утерянное величие и хладнокровие, после чего бросил на меня надменный взгляд и продолжил: — В будущем потрудитесь немедленно являться, если я вас зову. Ваше присутствие здесь не доставляет никому удовольствия, но вы не правы, не считая себя частью школы. Ваше имя записано в Книгу Фандагерона.

— Вот как? Мне об этом ничего не известно, — легко ответила я, чуть изогнув губы в миролюбивой улыбке.

— Наставница Луара, — глядя на меня поверх краев чашки, подал голос Ной, — я все для этого подготовил, просто не было времени провести церемонию, как полагается. Такие события, сами понимаете.

— Благодарю главу Эризарда за доверие. Вы очень внимательны, — почтительно склонила я голову.

— Однако удивленной ты не выглядишь, — раздраженно бросил Фантайн и взмахнул рукавами, круто разворачиваясь и уверенно шагая к трону. — Впрочем, это не имеет значения. Итак, раз уж все, наконец, собрались, приступим к обсуждениям.

Так как Фантайн занял кресло главы Эризарда, тому пришлось разместиться на другом свободном месте. Я же молча проследовала к своему креслу у дверей, намереваясь остаток собрания просидеть молча. Тайхан стоял рядом, и от этого как-то спокойно становилось на душе. Оказывается, это очень приятно, когда рядом есть человек, который всегда будет на твоей стороне, что бы ни произошло. Пусть и такой маленький.

— Итак, — начал Фатош, окидывая ледяным взглядом сидящих по обе стороны от него старейшин, в то время как другие бессмертные участвовать в этом мероприятии явно не собирались, делая вид, что смотрят занятное представление, — последние трагичные события показали, что нынешнее руководство школы неспособно справляться со своими обязанностями.

Старейшины поникли, Ной сделал глоток чудо-чая и поморщился, а бессмертные кивали и вздыхали. Я же медленно изогнула бровь, но из-за капюшона никто не мог этого видеть, только улыбка из мягкой превратилась в насмешливую. Не понимаю, почему старейшины это терпят. Страх или уважение? Скорее, и то, и другое. Не услышав возмущений, Фантайн продолжил:

— Мы поторопились оставить школу на неподготовленных заклинателей. Следовало дождаться, пока вы станете бессмертными и поднаберетесь ума и опыта. Вы не только впустили демона в школу, но и приняли в свои ряды постороннего человека без способностей заклинателя, который, к тому же, скрывает свое лицо, на место наставника и позволили ей обучать наших учеников. Которые, к слову, ее ровесники. Это просто неслыханно. Если бы мы не вернулись с Горы Вознесения, неизвестно, чем бы все здесь закончилось. Возможно, Фандагерон перестал бы существовать. Подобного допускать нельзя, поэтому я поднимаю вопрос о смене главы школы. Чтобы его решить, мы пробудим Сердце Фандагерона.

У меня поднялась вторая бровь. И дело вовсе не в том, что он снова нашел проблему в моем существовании! Речь о том самом сердце, про которое говорил лже-Фантайн. То, из-за которого меня моментально раскроют. Этот бессмертный даже не понимает, что своими глупыми предложениями навлекает на школу куда большую опасность. Все-таки хорошо, что обсуждение не началось без меня. В будущем всегда первая буду бежать на все собрания, даже если они случатся посреди медитации!

— Итак, кто за то, чтобы был избран новый глава школы? — спокойно спросил бессмертный, обводя собравшихся холодным взглядом. Ной еще ниже опустил голову, а вот другие старейшины… Они переглядывались, делали мрачные лица, но руку не поднял никто. Поняв, что поддержки так просто не получить, Фантайн продолжил: — В таком случае, похоже, в смене нуждается все руководство.

Лица старейшин помрачнели еще больше, а я заметила, что Блиди как-то неуверенно посмотрел на брата и, кажется, собирался первым встать на его сторону, чтобы сохранить свое место. Если это произойдет, то за ним и остальные потянутся. Я просто не могу этого допустить. Если бы не числилась в Книге школы как глава павильона, то могла бы просто взять и уйти, но теперь Сердце не позволит этому случиться. Похоже, молча постоять и уйти не получится.

— Я прошу прощения, господин Фантайн, — задумчиво коснувшись подбородка, с сомнением протянула я, — но, собственно, по какому праву?

— …Что? — прищурившись, переспросил мужчина. Ему показалось, что он ослышался. Бессмертные за своим столом прекратили веселиться и обратили на меня внимательные взгляды, а старейшины, кажется, обратились в соляные столбы, замерев на своих местах.

— Я спрашиваю, по какому праву вы собираете собрание, делаете какие-то предложения и сели на место главы? — послушно уточнила я, чтобы не осталось никаких недопониманий. — Вы и другие бессмертные являетесь гостями школы, а не ее руководством. Предложение о смене главы и старейшин совершенно неуместно, тем более… от постороннего. Вам, как бывшему старейшине, не хуже моего известны законы Фандагерона. Заклинатели, не являющиеся главами башен, не могут участвовать в управлении школой. Однако все мы уважаем ваше мнение и то, что вы стремитесь помочь, поэтому не можем оставить все случившееся без объяснений. Как наставница в области демонологии, я хочу отметить, что даже вы не сумели бы опознать высокорангового лиса, если бы не знали точно, что он — подделка. Глава Эризард не может нести ответственность за то, что такой демон появился на пороге школы. Также именно благодаря его решению принять в свои ряды постороннего человека без способностей заклинателя на место наставника победа над лисом стала вообще возможна. Если же вы твердо намерены найти виновных, то предлагаю начать с вас.

Старейшины изумленно вытаращились на меня, а Ной едва не выронил чашку.

— Девочка… ты уверена, что со мной сейчас говоришь? — делая паузы в словах, ледяным тоном уточнил бессмертный.

— Появление здесь лисьего демона не было бы возможным, будь вы внимательнее, — спокойно продолжила я, игнорируя хамство. — Отличительная особенность этого демона в том, что он способен принять облик и память человека лишь после того, как заполучит хотя бы каплю его крови. Вероятно, в своем путешествии на Гору Вознесения вы столкнулись с группой демонов и вступили с ними в схватку. А может, демон иным способом провел вас, чтобы получить желаемое. Факт остается непреложным — он явился в вашем обличии и с вашими воспоминаниями. Что касается ситуации с почившей госпожой Аритэ, то это также проистекает из ваших с ней незавершенных отношений. Если бы она не попыталась восстановить утраченное, демон не предпринял бы мер касательно нее. Вам следовало быть менее неоднозначным в подобном вопросе. Если же говорить обо мне, то ситуация еще яснее. Я появилась в школе по поручению главы имперских заклинателей для службы стране. Именно благодаря мне стала возможным поимка лисьего демона, а также победа над ним. Думаю, все присутствующие согласятся со всем сказанным, поэтому остается последний вопрос. Мне, безусловно, крайне неприятно, что мой облик вызывает такое количество вопросов и подозрений. Несмотря на то, что в прошлом этот вопрос уже был решен, я принимаю во внимание и то, что это произошло при участии демона, ведь тогда еще никто не знал, что это не настоящий господин Фантайн. Конечно, я имею полное право скрывать свое лицо, но также не хочу, чтобы из-за этого меня продолжали в чем-то подозревать. Это зрелище не из приятных, поэтому я попрошу тех, кто не хочет этого видеть, отвернуться, — сказала я, инициируя артефакт личины, принесенный Янисом, после чего подняла руки и откинула капюшон назад.

Один.

Свет упал на черные волосы, заплетенные в две толстые косы. От природы вьющиеся волосы то и дело выбивались из прически, закручиваясь смешными спиральками.

Два.

Я подняла голову и позволила всем увидеть мое лицо. Ранее капюшон оставлял видимыми лишь подбородок и губы, а теперь все имели возможность увидеть прямой тонкий нос и высокий лоб.

Три.

На бледной коже щек и лба темнели уродливые рваные шрамы, которые даже спустя много лет будут выглядеть чудовищно и омерзительно.

Четыре.

Куда хуже выглядели глаза. Отвратительные провалы, прикрыть которые не могли даже веки, потому что их тоже не было. Любому, кто бросит хотя бы короткий взгляд на это зрелище, станет ясно, что мои глаза были попросту выдраны чьей-то когтистой лапой. По залу прокатилась волна изумленных вздохов и даже один испуганный вскрик — это был Блиди. Старейшина Башни Небес в ужасе смотрел на меня, зажимая свой рот ладонями.

Пять.

Прошла половина срока, заклинатели один за другим отводили взгляды и нервно сглатывали, а я пустыми провалами глазниц уставилась на того, ради которого это все было устроено. Фантайн смотрел на меня широко распахнутыми глазами, растеряв всю свою надменную важность, и, кажется, немного побледнел.

Шесть.

— Думаю, этот вопрос мы закрыли и больше никто не спросит, почему я скрываю свое лицо, — дружелюбно улыбнулась я, а бессмертный вздрогнул и отвел взгляд, не в силах больше смотреть на это уродство.

Восемь.

Мое время подходило к концу, поэтому я завела руки за голову и накинула капюшон обратно. Вновь заработали чары, окутывая пространство под тканью плотной тьмой, не позволяющей разглядеть ничего из того, что я стремилась скрыть. А на счет "десять" я услышала тихий короткий треск — это разрушился артефакт личины.

— Эра… — прикрывая дрожащие губы руками, заплакала старейшина Башни Предсказаний. — Но как же так?.. Как же ты… без глаз…

— Нана, — мягко улыбнулась я, мысленно прося у нее прощения за этот обман, — вам не стоит так расстраиваться. Как я уже говорила, пусть культивация рангов мне недоступна, однако восприятие и поступь ветра отработаны весьма неплохо. У меня нет глаз, но я не слепая, поэтому все хорошо. Пожалуйста, не плачьте, это разбивает мне сердце. Я не хотела, чтобы все так обернулось, но вы сами видели, как категоричен в своих подозрениях был господин Фантайн.

Упомянутый бессмертный отвел глаза, скрывая в них тень стыда, а его шея напряглась. Вообще-то, такое раскрытие не входило в мои планы раньше. Но остановить пробуждение Сердца Фандагерона и после этого не отхватить по шее за дерзость можно было лишь таким образом — шокировав. Пришлось выбирать между ухудшением отношений и уничтожением школы, и выбор здесь очевиден. Поэтому теперь в обращенных на меня взглядах я вижу в основном жалость, брезгливость и недовольство. Среди всех присутствующих только двое имели иные эмоции во взглядах: Тайхан, несмотря ни на что уверенно стоящий рядом, и Ной, в чьем цепком и остром взгляде почему-то была глубокая задумчивость. И я не берусь утверждать, что понимаю его мысли. Прямо сейчас я понятия не имею, о чем он думает.

— Что ж, — поднялся со своего места бывший глава школы Юхан, примирительно улыбаясь, — похоже, мы зря беспокоились. Наши ученики вполне способны самостоятельно во всем разобраться. Раз уж наша помощь здесь не требуется, мы возвращаемся на Гору Вознесения. Идемте, братья.

Другие бессмертные также начали подниматься со своих мест, а я заметила, что господин Юхан украдкой бросил неприязненный взгляд на главу Эризарда. Но это был настолько краткий миг, что мне могло просто показаться. Фантайн напрягся, крепче сжимая подлокотник кресла, и было непохоже, что он намерен уходить.

— Брат? Ты идешь? — миролюбиво улыбнулся мечнику бывший глава, обернувшись возле дверей.

— … Да, — помолчав немного, твердо ответил Фатош. Встав с трона, он решительно пошел к дверям.

Все старейшины поднялись с мест и почтительно поклонились своим учителям, а мечник вдруг остановился напротив меня, немного посверлил тяжелым взглядом, да и уже следом за остальными, так ничего и не сказав.

Какое-то странное собрание. Откровенно говоря, я не могу отделаться от мысли, что что-то все это время было не так. Как если бы я пыталась рассмотреть стену, глядя в висящее на ней зеркало. Смотрела в правильную сторону, а правды так и не увидела, потому что не знала, что смотрела в зеркало.

Двери Зала Небесной Мудрости закрылись, оставляя нас в какой-то тяжелой и немного неловкой тишине. Некоторое время все предавались размышлениям, а после Ной встал с чужого места, подошел к трону и обвел всех нас долгим взглядом.

— Что ж… теперь, похоже, мой черед держать слово, — устало улыбнулся мужчина. — Дорогие братья и сестры на тропе совершенствования, сегодня мы проводили в последний путь одну из нас — старейшину Башни Полнолуния, почетную заклинательницу Амалию Аритэ. Последние события показали, что только действуя сообща мы сможем противостоять злу. Каждый из здесь присутствующих имеет свои сильные и слабые стороны, но объединившись мы станем непобедимы. В настоящее время две из семи башен Фандагерона обезглавлены, поэтому, хорошо все обдумав, я пришел к выводу, что сейчас не время устраивать экспедиции. Конечно, школе все еще требуются деньги — и немалые — , но куда важнее упрочить пошатнувшиеся основы. Я предлагаю отложить запланированное путешествие на осень, а до тех пор провести отбор среди мастеров на места глав Башни Полнолуния и Башни Меча. Что вы об этом думаете?

— Я считаю это мудрым решением, — внимательно все выслушав, кивнул старейшина Анлес.

— Я тоже, — следом присоединился Хелиос, а остальные согласно закивали. Я же миролюбиво потягивала чай, поданный Тайханом. Благодаря его огненной магии, чай всегда оставался горячим, несмотря на то, что его держала я. И даже то, что на меня время от времени поглядывали все старейшины, совсем не задевало.

— Однако, — жестом попросив тишины, вдруг продолжил говорить Анлес, — это не меняет того факта, что деньги нужны уже сейчас. При этом я не уверен, что вознаграждения от магистрата за выполненные просьбы хватит, чтобы покрыть хотя бы половину нужд.

Как старейшина Башни Изобилия, именно он отвечал за ремонтно-восстановительные работы, а также за обеспечение школы всем необходимым, поэтому никто не смел ставить его слова под сомнение. Ной тяжело опустился в кресло и закрыл лицо рукой, вздыхая. Остальные тоже выглядели удрученно, но решений не предлагали.

— Эм… Если позволите, мне есть что сказать, — осторожно подала я голос, неуверенно улыбнувшись. Все тут же обратили на меня повышенное внимание, и даже Ной поднял голову, тогда я продолжила: — Если помните, в Зале Духовной Тишины вы встретились с… моими слугами. Один из них… заинтересован в торговле. И, скажем, если предложить ему духовные камни, то он готов щедро заплатить за них.

— Насколько щедро? — устало спросил Ной, готовый уже даже с демонами сотрудничать, лишь бы не дать школе рухнуть.

— Тысяча золотых за каждый ранг камня, — наобум назвала я сумму, так как понятия не имею, сколько на самом деле это стоит. За те камни, что я уже давала Янису, он должен гораздо больше.

— Сколько? — сипло выдохнул Анлес, выкатив глаза. Остальных названная сумма также не оставила равнодушными, и это можно понять. Так, например, жалование какого-нибудь императорского принца в год составляет около тысячи золотых. В год. Принца.

— Наставница Луара, — тяжело вздохнув, заговорил Ной, — надеюсь, вы понимаете, что это непростое дело, поэтому я вынужден спросить. Тот демон… он кто вообще?

— Член демонического клана Теневых охотников, — ответила я и решила немного пояснить: — Этот клан берется за любую работу, лишь бы платили. В основном это воровство, убийства и особые поручения. Крайне продажны, другой язык они не понимают. Совершенно беспринципны. Что же касается цены за камни, то тут все еще проще. В Царстве демонов золото не в цене, как и другие металлы. Этого добра там навалом, и оно никому не нужно. А вот с источниками энергии все плохо, поэтому денежной единицей являются духовные камни.

— Глава Эризард, — нервно заерзал на месте Анлес, — я понимаю, что это демоны и все такое… но мне кажется, что сделка уместна.

— Какая сумма нам требуется?

— Около семи тысяч…

— … Да уж. На поручениях мы и до конца года столько не заработаем. Что ж, в таком случае у меня последний вопрос. К вам, наставница Луара. В сделке с этим… демоном… нам нужно что-то учесть? Насколько это опасно? Если мы отдадим ему камни, он точно принесет золото? Или, может, есть другие подводные камни?

— Он не принесет вам золото, только если кто-нибудь заплатит ему, чтобы он его не приносил, — развела я руками, опуская на столик пустую чашку. — Если кто-нибудь наймет его, он в два счета вынесет всю сокровищницу школы, не оставив так ни монетки. Это демоны, глава Эризард. И понимают они только силу. После случая с лисом этот демон видел, что даже высокий ранг и умение перемещаться в тенях его не спасет, поэтому подлости можно не ждать. Что же касается золота, то можно сначала получить всю сумму, а после отдать ему камни.

— Что ж… Хорошо, — сдался Ной, потирая лоб. — Тогда так и поступим. Наставница Луара, оставляю это на вас и старейшину Анлеса. Но я надеюсь, что все это не выйдет за пределы этих стен. Надеюсь, все здесь понимают, что о таких сделках в обществе светлых заклинателей лучше не распространяться.

— Безусловно, — серьезно кивнул Анлес, и остальные тоже согласно закивали.

— Прекрасно. За оставшиеся полтора месяца восстановим пошатнувшееся спокойствие в школе, начнем перестройку пострадавших зданий и изберем новых старейшин двух башен. А в первый день осени отправитесь по принятым поручениям. Расписание занятий остается то же. Давайте хорошо постараемся, старейшины. Можете вернуться к своим делам.

Поднявшись с мест, старейшины и я почтительно поклонились главе и потянулись к выходу из зала. У меня немного болела голова от обилия событий, поэтому я лишь рассеянно улыбалась и кивала, когда заклинатели подходили и говорили мне что-то ободряющее. В слова я почти не вслушивалась, пока не подошел глава Башни Изобилия.

— Наставница Луара, — обратился он ко мне, — по поводу нашего дела. Как поступим?

— Как вам удобнее, старейшина Анлес, — устало улыбнулась я. — Если хотите, можете пойти вместе со мной. Или же вы оставите это дело мне, а завтра просто пришлете слуг в Павильон Чистой Воды за деньгами. Или, если мы совсем никого не можем впутывать в это, то в заказе я просто уточню, что доставить сундуки надо в ваши покои… или любое другое место, на которое вы укажете. Например, сокровищницу.

— Удобно, — спрятал улыбку за веером заклинатель. — Пусть все доставят к вам, а завтра я сам приду и заберу.

— Старейшина мудр, так и поступим, — почтительно склонила я голову, пряча усмешку. Он боится Яниса, это очевидно. И пускать его в свою башню совсем не хочет. Действительно мудрый поступок. С демонами должен разбираться демонолог, остальным этим заниматься не стоит.

Оставив Зал Небесного Духа и старейшин позади, мы с Тайханом отправились домой.

— Проголодался? — безмятежно улыбаясь, наслаждалась я теплым деньком. Ученик отрицательно замотал головой, на что я весело фыркнула и привычно погладила его по голове. Как можно быть таким милым? — Чтобы стать большим и сильным заклинателем, ты должен хорошо кушать. Ступай в Зал Аромата, уже обеденное время, а я скоро тоже приду. Хорошо поешь, сегодня начнутся наши практические занятия.

— !!! — молча, но от того не менее громко изумился ученик, спотыкаясь на ровном месте и ласточкой устремляясь вперед и вниз. Да, он упал.

— Ох, как же это так? — запереживала я, поспешно помогая ребенку встать.

— Занятия?! — лежа на земле, двумя руками вцепился в мой рукав мальчик. Огромные черные глаза отражали мою склонившуюся над ним фигуру, а я, кажется, поняла, что с ним.

— Ты же не боишься, правда? — тихо уточнила я. — Мы просто посмотрим, что ты уже усвоил из тех рукописей, что я дала. Если что-то будет получаться не так, то это не страшно. Я все тебе покажу и объясню. Вместе разберем непонятные моменты, а потом, если хочешь, попрактикуемся в стрельбе из лука. Ты же помнишь, что мы и тебе взяли лук в городе?

Тайхан молча кивал на все, что я говорила, и при этом смотрел на меня не моргая. В какой-то момент выражение его лица начало меняться с изумленного на подозрительное, и я не поняла, с чем это связано. Взгляд ученика метался по моему лицу, будто что-то выискивая, и с каждой секундой тьма в нем становилась все непроглядней и загадочней. В итоге он отпустил рукав, взял меня за руку и мягко спросил:

— Наставница, по какой именно рукописи мы сегодня будем практиковаться?

И взгляд такой… ласковый-ласковый. Ну… это вопрос простой.

— Для начала разберем основы в "Сути огня", — легко ответила я. — Ее написал тот самый бессмертный Лао, бывший старейшина Башни Литературы. Рукопись получилась очень толковая, там все доходчиво объясняется. А когда выучишь базовые формации, перейдем к "Теории пламени" и "Совершенствовании огненного духа". Эти написала уже я, среди светлых заклинателей эти знания не в ходу.

— Вот как? — широко улыбнулся мальчик, но было такое чувство, что эта немного жуткая улыбка предназначалась вовсе не мне, а кому-то из его мыслей. — Наставница, можно вопрос?

— Конечно, — улыбнулась я, поднимаясь на ноги и помогая встать ученику. Одеяние его немного пыльное из-за падения, но ткань не порвана.

— В таком случае… скажи, ты умеешь рисовать?

— Нет, — удивилась я. У меня, конечно, бездна талантов, но художественные навыки ограничиваются построением формаций. — А ты… ты хочешь научиться рисовать?

— В некотором роде, — усмехнулся он, согревая мою ладонь в своих руках. — Не знаешь кого-то, кто умеет рисовать?

— Ну… эм… сестрицы умеют, — совсем растерялась я, а потом вспомнила художества этих испорченных селедок и быстро добавила: — но у них лучше не учиться. Они такое нарисуют, что потом новые глаза потребуются!

— Ах вот в чем дело, — выдохнул ученик, озаренный какой-то догадкой. И хоть в улыбке мальчика появилась какая-то жесткость, было ощущение, словно тысячи запутанных мыслей, наконец, покинули его голову. — Я должен был сразу догадаться. Хорошо, тогда я пошел.

Продолжая загадочно ухмыляться, ученик ушел в сторону Зала Аромата, а я осталась гадать о причинах замеченных странностей. В голову никакие идеи не приходили, поэтому мной было решено обдумать это позже. Так, размышляя обо всем произошедшем, я дошла до Павильона Чистой Воды.

Хах, не стоит заставлять ждать дорогих гостей.