22. Лисьи сплетни

Как любая девушка, которую позвали на “серьезный разговор”, Настя волновалась. Что еще нового собрался Беринг ей сообщить? И почему в его кабинете? Не в кухне, например? Ах, да, там же дети, Василиса за ними приедет еще через час. Зато обещала всех разом забрать, даже Ваньку. Ее брат собирался завтра утром на большую рыбалку, Беринг его попросил взять с собой этого вредного парня.

И этот факт ее тоже весьма волновал. Впервые с приезда сюда они с Берингом оставались вдвоем. И что будет? Что ждать ей?

Настю трясло. Замерзли ноги и руки, сиденье под окошком в одних только домашних тапочках не могло ей не аукнуться.

Она забралась быстро в душ, буркнув вопросительно зыкнувшему из зеркала раковины Анчутке: “Изыди, я просто погреться. И не вздумай подглядывать!” Тот гулко фыркнул и сразу пропал.

Стояла под горячими струями и все думала. Значит, вот так. Тигры, значит. Покойные родственники, долги и наследники. Как все тут сложно у них! В ее мире до наследников дело было разве что самим родителям. А тут прям… вопрос о престолонаследовании. Именем короля. Смешно. Или нет? А вдруг Беринг этот ее – и правда король? Или кто там, принц крови? А похож. Такой выдержанный воспитанный и образованный. Только что тогда его величество позабыл в этой дыре, прямо скажем?

Она и забыла, зачем тут стоит. Почему-то намылилась, ополоснулась. Даже зубы почистила, чтобы не отвлекаться от мыслей. Оделась медленно, улавливая тонкий и аппетитный запах еды.

Вышла из душа, вдруг обнаружив за столом детей и хлопочущего над ними Влада. Он сосредоточенно разливал ароматное какао по высоким керамическим кружкам, а на столе стояло огромное блюдо с пирожками. Когда он только успел?

Коротышки были хорошими помощниками, но готовить они не умели, да и данные их физические были очень скромны. Принести, подать, навести быстро порядок, не больше. Настя перевела взгляд на красивые резные часы в виде корабельного штурвала над дверью кабинета Беринга, и тихо ахнула: в душе она пробыла почти час.

Робко взглянула на хозяина дома. Тот ответил ей совершенно спокойным и чуть насмешливым взглядом. Не сердится? Или скрывает? Как же с ним сложно! И взгляд этот его, он в ней вызывает целый ворох эмоций, фонтан, фейерверк! И мурашки, колючей волной прокатившиеся от шеи до ягодиц. Она только сглотнула поежившись.

За окном снова раздался звук подъезжающего автомобиля. Собака не лаяла совершенно – на пороге друзья. Камчаткиному дресс-коду всегда можно было верить. Василиса Белолапкина, красивая и грациозная, очень умная и вообще вызывающая у Стаси симпатию и восхищение, вошла, быстро и решительно постучавшись.

Быстро взглянув за детский пир, скинула шубку, отряхнула волосы, присела за стол.

– Светлого неба, Влад. Вы все-таки их накормили. Девочки не укачаются?

– Светлого неба. Ты сама завтракала? Садись, выдохни, небось со вчерашнего дня на ногах.

Она молча кивнула Берингу, вдруг о чем-то задумавшись. Мельком глянула на доедавших свой завтрак детей.

– Вы доели уже? Брысь собираться, кто первый запрыгнет в автобус, тому купинад.

Что это такое, Стася только догадывалась, но дети сорвались как ветер, понеслись наверх наперегонки. Даже Ванька, как ни пытался выглядеть очень степенно, но шаг явно ускорил, а после и вовсе сорвался на бег.

Влад молча поставил перед Василисой какао и подвинул ей блюдо с остатками утренней выпечки.

– Что случилось, Васют? Чем ты так взбудоражена?

Стася тихо подсела к столу и тоже получила кружку, полную ароматного напитка, и жест в сторону плюшек.

– Гости у вас с утра уже были?

Лисица медленно и с наслаждением отхлебнула горячую жидкость, прищурившись от удовольствия.

Влад сел напротив. Задумчиво постучал пальцами по столу.

– Она через вас пролетела? Снова?

– Если бы все так просто. Влад…

Лисица быстро взглянула на Стасю, словно спрашивая его разрешения. Тот кивнул утвердительно.

– Ты зачем ее сюда пустил? Она же… – Василиса подчеркнуто повела носом в сторону Стаси, – понять может все. А это же… сам знаешь. Прошел почти месяц.

Настасья вцепилась обеими руками в свою кружку.

– Она не почуяла ничего. С того самого дня, как их с Семой у камня нашли, у нее нет чутья совершенно. Так что не дергайся. А она что, уже раскричалась?

Василиса подцепила тонкими пальцами плюшку, милостиво оставленную детьми (пирожки с начинкой они смели напрочь) и, откусив, продолжала:

– Ты уже слышал, наверное. Тигров стало вдруг очень много, чтоб у них хвост облез, чтобы блохи заели. Их не видывали десятилетиями, а тут вдруг пожаловали. Будто случайно приходят в поселки, якобы просто проездом. То колесо прохудилось у них, то машина застряла, или просто водички попить. С людьми разговаривают, спрашивают. Даже деньги дают за простые расспросы.

Влад бросил осторожный взгляд на Настасью. Очень внимательно слушает, вопросов не задает, удивления не показывает. Умница, детка.

Поймала его глазами, выразительно посмотрела, зачем-то кивнула, да так, чтобы лиса этот жест ее точно увидела. Браво, Настенька, берет тебя Беринг в разведку.

– Что рассказывают? – нарочито-спокойно и даже как будто весело произнес, разворачивая поднос на столе. С его стороны выпечки было побольше.

– Всякое неприятное. И про человечку твою, – быстрый взгляд в сторону Стаси, та только плечами пожала, – и про детей. Дескать, это бастарды твои незаконнорожденные, мол, собрал выродков по мирам, что с иномирянками наплодил, а наследниками им не быть все равно.

Ноздри Беринга затрепетали, он даже слегка побледнел, Настя подвинулась, успокаивающе погладила его руку, он подхватил ее пальцы, нежно взглянув и поцеловал. Девушка в ответ улыбнулась. Получилась почти что семейная сцена.

– Ты сама-то что думаешь?

Василиса допила какао, прислушиваясь к звукам сверху. Дети спускались.

– Беринг, мы тебе верим. Что сочтешь нужным, то и делай. На лисье племя можешь рассчитывать. Только… Мой тебе все же совет: изоляцию вашу заканчивайте, отсутствие информации порождает все это. Как журналистка тебе говорю. Что хочешь делай, но отпуск твой подходит к концу.

Лавина из маленьких, но решительных любителей загадочного купинада сорвалась с лестницы: топот детских ног, смех и возня.

Василиса решительно поднялась, протянула руку Берингу.

Стасе лиса просто кивнула, накинула шубку на плечи, и привычно командуя шумной ватагой выскользнула из дома, осторожно закрыв дверь за собой.

Беринг встал, подошел быстро к окну, наблюдая отъезд микроавтобуса, сопровождаемый пританцовывающей собакой до самой границы поместья.

– А Ванька где?

– Ты не заметила? Он сначала подслушивал, потом проскользнул первым в автобус, шельмец. Победитель гонки за купинад среди малышни.

– А что такое этот… купинад?

Беринг вдруг рассмеялся.

– Это просто лисья шутка. Я думаю, Васька купила конфет или леденцов и выдаст их с умным видом, назвав купинадом. В ее, кстати, репертуаре, затейница.

– Она действительно журналист?

Он внимательно посмотрел на Настасью, о чем то задумался.

– Знаешь, а пойдем погуляем. Все равно мои планы на утро ты вероломно разрушила. Не оправдывайся, я понимаю, тебе все это нужно было переварить. Ну как, ты готова?

Погулять? Да, она совершенно забегалась в этом маленьком мире их дома. Ваньку Влад с собой часто брал в вылазки свои, девочки гостили у лис, а она… Она копалась в переживаниях и осваивала роль домохозяйки.