Глава 13. НАСТОЯЩАЯ ПРИНЦЕССА

В общем, с прибытием дядюшки Клайма у меня, наконец-то, появилась надежда. Потому что Крис-то, конечно, хороший. Но пользоваться его защитой, а также именем его семьи – все равно что прыгнуть из огня да в полымя. Или вообще, как кур в ощип. Сцапают и титула не спросят. Не успеешь оглянуться, а уже окажешься сидящей в высокой башне, окруженная целой стаей бдительных недремлющих драконов. Нет уж. Велька приучила нас с Персиком к вольной жизни и свободе! Лучше пусть меня дядюшка и брат домой забирают. Буду сидеть в своей родной башенке. И окружать меня будут не драконы, а обычные говорящие коты. Кстати, о котах. Пришлось сознаться, что раздали мы только половину. А остальные куда-то раздались сами. И где их теперь искать – непонятно. И оставить на самотек нельзя. Все-таки какие бы эти котята ни были безбашенные, но ведь они, считай, члены семьи. Вдруг фамильяры попадут в плохие руки? Они же, можно сказать, в первый раз выбрались за границу. И ничего не знают. Неопытные и беззащитные. Дядюшка Клайм отправился к ректору и очень долго с ним разговаривал. Наедине и за плотно закрытой дверью. Когда они вышли, дядюшка был строг и предельно собран. А вот ректор выглядел растерянным и взъерошенным. Даром что настоящий драконище. – Приношу Вам свои извинения, Ваше Высочество, – пролепетал он. – Если пожелаете, мы мигом восстановим Вас в должности. Я только рукой махнула. Далась мне эта их должность. Мне она изначально не была нужна. Это Вельке сюда зачем-то очень хотелось. А я уже домой настроилась отправиться. Может быть, мы успеем сбежать до суда? По итогам разговора дядюшки с ректором, последний экстренно собрал всех адептов и магистров на лужайке перед академией. Видимо, такого большого зала, способного всех вместить, в академии попросту не было. Так что, адепты всех факультетов со своими преподавателями и кураторами выстроились аккурат на фоне моей ледяной горки. Она до сих пор не растаяла несмотря на жару, и находилась в своем первозданном виде. Наверное, ни у одного дракона до сих пор не поднялась рука растопить ее. Конечно, на чем же им кататься. – Внимание! – объявил ректор. – В нашей академии пропали девять магических говорящих животных. Это разумные заграничные фамильяры. Очень ценные. Если кто-то видел их, сообщите об этом немедленно! Толпа заволновалась. – А разумные растения в академии не пропадали? – спросила магистр Мирнес, поправляя очки. – А то я видела только разумное растение. Возможно, это тоже чей-то питомец. Или опытный образец. – Какое еще растение? – опешил ректор. – Зеленое, – не смутилась магистр. – На фикус чем-то похожее. Отдаленно. – Я говорю вам всем не о зеленых фикусах, а о рыжих котах! Если кто-то их взял, немедленно верните! Иначе будет международный скандал. Из толпы вперед протиснулись семь грустных ведьмочек-адепток. Все они отличались по возрасту и росту. И цвет волос у всех них был разных оттенков, от блондинистого до иссиня-черного, и вся палитра рыжих и русых. Объединяло ведьмочек только одно – цвет ученической мантии. Каждая из них держала в руках по котенку. Котята, в отличие от ведьм, выглядели очень довольными. И, кажется, старательно и в спешном порядке наращивали связь. А вот ведьмочки были печальными. Было видно, что им не хочется расставаться с так неожиданно обретенными фамильярами. – Стойте, – громко сказала я. – Эти котята нашли своих ведьм! Их уже нельзя разлучать! Итак, еще семь котят оказались удачно пристроены, но где же оставшиеся двое? Пушинку предъявили гномки. Сытую и довольную. Эта кошачья леди изначально была вовсе не такой резвой, как остальные котята, и к тому же очень любила поесть. Причем еда в Пушинку всегда умещалась совершенно волшебным образом – в любых объемах и количествах. Вот что значит магический зверь, а не какой-то там простой. Поэтому, когда все другие котята самостоятельно решили взять судьбу в свои лапы и бросились на поиски подходящих ведьм (благо в академии свободных ведьмочек было хоть отбавляй), Пушинка, как оказалось, неспешно отправилась раздобыть какой-нибудь вкусной еды. Но со столовой в академии было все не так радужно – ее там наотрез отказались покормить бесплатно. Да и платный ассортимент Пушинку отнюдь не впечатлил. Опечаленную этим фактом и очень «оголодавшую» кошку подобрали гномки. А та нажаловалась добрым адепткам на то, что очень давно не ела. Просто в понимании Пушинки не есть полчаса – это уже действительно давно. Сердобольные девушки с радостью накормили страдалицу. Они тоже любили покушать, поэтому у них были вполне приличные запасы. – Я бы хотела остаться у гномок, – сказала Пушинка. – Мне у них очень понравилось. А то в родном замке моя матушка последнее время заставляет какие-то диеты соблюдать, поесть не дает спокойно. – Но они же не ведьмы, – удивилась я. – Они точно будут о тебе заботиться? – Фамильяры чувствуют всех, у кого в роду были ведьмы, – ответила кошка. – Я уже нашла, кого взять себе в подопечные. Последний котенок оказался у хорошо знакомой мне драконицы-первокурсницы Агаты. И заявил, что в той тоже есть толика ведьминской крови. Да еще и довольно сильная. Он сначала действительно принял девушку за ведьму. Все же ныне живущие драконы – фактически полукровки, так что это было неудивительно. К счастью, кошачьи дела в итоге разрешились достаточно удачно и успешно. Дядюшка Клайм и Айван помогли мне собрать все мои вещи. И даже парик не забыли (он оказался основательно потрепан котятами, подозреваю, что Велька будет вне себя). Мы с достоинством покинули академию и отправились в посольство. Дядюшка попутно выяснял у меня подробности завтрашнего суда, чтобы, как он выразился «быть ко всему готовыми». Суд, к слову, был назначен на послеобеденное время. Я занервничала. Потому что по виду дядюшки поняла, что дело действительно серьезное. Я-то думала, что мы сразу уедем домой. И пусть эти драконы судятся с воздухом. Но дядюшка сказал, что сбегать нельзя. Иначе все будут думать, что я действительно виновата. Нет, нужно обязательно пойти и всем там показать! Чтобы драконы навсегда уяснили, что не следует порочить доброе имя Игнисов! За всей этой суматохой я совершенно забыла про Криса. Вспомнила я о нем только поздним вечером, укладываясь в свою новую постель в специальных королевских апартаментах в здании посольства. Просто нечаянно коснулась метки, а ко мне неожиданно пришло в ответ тепло и понимание, что Крис как раз только что вернулся в столицу. Ох, а я ведь совсем позабыла рассказать дядюшке и брату, что меня тут нечаянно к тому же чуть замуж не выдали. На заседание меня не взяли. Дядюшка сказал, что благородным леди там нечего делать. И вообще, принцессам ни к чему самостоятельно решать какие бы то ни было проблемы. Особенно когда есть кому за них заступиться. Эх, хорошо, что ему пока неизвестно, как все проблемы обычно решала Вельяна. Потому что она это делала, ну, очень самостоятельно. И не всегда такими уж благородными способами. Хотя сестра и не попала бы в настолько щекотливую ситуацию, как у меня. Все утро дядюшка Клайм отсутствовал, улаживая какие-то дополнительные дела, собирал важную информацию и связывался с нужными людьми. А потом, перед обедом, появился и велел мне сидеть в посольстве и ни о чем не переживать. А как не переживать, если я то и дело через метку ловила какие-то неясные волны беспокойства, которое ощущал Крис? Я через силу впихнула в себя обед, который приготовил повар, работающий при посольстве. Лучше бы меня тоже взяли на этот самый суд. Неизвестность хуже всего! Чтобы отвлечься, я принялась ходить туда-сюда по просторной и светлой комнате. – Что ты мечешься, как дикий вепрь в вольере? – заглянул ко мне брат. Его, естественно, тоже никуда не взяли. Да и зачем? Он-то точно не превращал драконов ни в ящериц, ни в других животных. – Айван, я так сильно волнуюсь! – воскликнула я. – Да зачем, не волнуйся! – беспечно отозвался он. – Наставник все уладит! Кстати, а что за родимое пятно у тебя под шеей? Вроде бы не было его раньше. Или это ты просто испачкалась? Тогда сотри и все. – Это нестираемое пятно, – сказала я мрачно. Обычно я носила платье с воротником под горло и застегнутыми доверху пуговицами. Но сегодня переволновалась и, не обратив внимания, надела что-то другое. – А у меня есть идея, как нам узнать о том, что будет происходить на заседании! – вдруг произнес Айван. – Какая же? – вскинулась я, ощутив надежду. Может быть, он где-то раздобыл такое же артефактное зеркальце, как у сестры? Хотя я думала, что такой артефакт в природе один. Велька же сама его как-то по-особому зачаровала. Или Айван успел поднатореть в некромантии и сейчас отправит в здание суда умертвие в виде мухи, и будет смотреть на все его глазами? Но я, кажется, не очень хорошо разбиралась в некромантии. Да и в зеркальной магии тоже. Потому что брат предложил другой, менее волшебный и более прозаический способ: – Пусть твой фамильяр туда проберется. Он ловкий. И вы с ним вроде бы имеете ментальную связь. Идеальный шпион. Будет твоими ушами. Идеальный шпион, не успевший еще доесть свой обед и до этого момента спокойно жевавший мясо, вопросительно поднял голову. – На таком далеком расстоянии мы не сможем читать мысли друг друга, – возразила я, а Персик, не успевший доесть свой кусок, кивнул, соглашаясь со мной. – Не страшно, – не сдавался брат. – Пусть он подслушает, а потом расскажет нам. А то вдруг наставник что-то забудет сообщить. Или не посчитает нужным этого сделать. Давай, Персик, ешь быстрее и иди в суд. Фамильяр воззрился на Айвана круглыми глазами. – А ведь на самом деле… – согласилась я. – Персик, пожалуйста, разузнай все. Это действительно важно. Кот проглотил свою порцию и, вздыхая, согласился принять участие в нашем замысле: – Ладно. Эх, что бы вы без меня делали. Ожидая дядюшку Клайма с новостями, а Персика с подробностями этих новостей, я искусала все губы и чуть было не изгрызла свои ногти. Еще и от Криса то и дело приходили отголоски весьма смешанных эмоций. И я никак не могла понять, что же там такое происходит. Скорее всего, Крис тоже на суде. Кажется, дядюшка уже выложил все карты на стол и раскрыл драконам тайну моего происхождения. Потому что от Криса пришла волна внезапного смятения. Очень неловко получилось. Я ведь так и не объяснилась с ним. Лучше бы он все узнал от меня лично, чем вот в таких нестандартных обстоятельствах. Пожалуй, следует с ним сегодня же встретиться и поговорить. Я приложила ладонь к пятнышку между ключиц. Да, у нас все непросто. Айван не волновался ровным счетом ни о чем, но все же составил мне компанию. И хорошо. А то в одиночестве я точно сошла бы с ума от волнения. В открытое окно впрыгнул взъерошенный и запыхавшийся Персик. – Все в порядке, – отдышавшись, произнес он. – Пришлось удрать немного пораньше, чтобы меня не заметили. Все остальные ждут оглашения официального вердикта. Но результат уже ясен. Кловсам назначат штраф за попытку подрыва дипломатических отношений между государствами. Магам из службы охраны правопорядка – взыскание за нападение на королевскую персону, путешествующую инкогнито. Дядюшка Клайм в ярости, все драконы в шоке. Завтра мы едем домой! – Как завтра? – всполошилась я. – А Крис? – Придется твоему истинному и его семейству немного поумерить свой пыл, – ответил фамильяр. – Дядюшка решил им тоже спуску не давать. Сказал, что ты принцесса, а принцесс нельзя так просто без всяких предисловий тащить в свои логова, то есть замки. – Истинный? – изумился Айван. – А ты, сестренка, смотрю, времени зря не теряла… Уже и дракона какого-то захомутать смогла. И нужен он тебе? Я вздохнула: – Кажется, немного нужен. До прихода дядюшки Персик вкратце рассказал то, что подслушал, спрятавшись в судебной вентиляции. Рудольф Кловс не зря притворялся больным. Таким образом он готовил месть за превращение в ящерицу. Предоставил выписку из элитной драконьей лечебницы о том, какие страдания он перенес из-за моей преподавательской халатности. И приложил явно завышенный счет из этой лечебницы. Ну да, у него же двоюродный дядя со связями. В любой лечебнице ему напишут нужную бумажку. В тот день, когда я сварила первое роковое зелье и бездумно оставила адептов наедине с котлом, Кловс был не допущен мной до занятия. Поэтому, когда прикарманившие зелье адепты решили сорвать лекцию по «Истории магии», он действительно оказался пострадавшим. Как и его сестра Лилиана, сразу увидевшая во мне соперницу. Но ведь я не уводила у нее Криса. Все их отношения были только в мечтах этой сумасбродной девчонки, привыкшей получать все что угодно, по первому требованию. Да, я нечаянно приморозила ее. Но вреда ей не нанесла. Это же зачарованный лед. А она драконица. И хотя она охала и ахала, изображая то, что у нее отнялись ноги из-за обморожения, но независимый целитель, которого потребовал предоставить дядюшка Клайм, осмотрел ее и сказал, что драконица в полном порядке. Потом выступили по очереди три ведьмы со среднего курса. Они пытались что-то вякнуть по поводу того, что к моей компетенции есть большие вопросы. Но нечаянно проговорились, что Лилиана Кловс пообещала заплатить им за свидетельство против меня. Вот с магом из службы охраны правопорядка было немного сложнее. Он провел вмороженным в глыбу льда довольно большое количество времени и основательно простудился. Но не это было самым опасным. Потому что растапливать зачарованным лед пришлось драконьим пламенем. И как бы тот дракон ни старался быть аккуратным, но мага он все же подпалил. Конечно же, в этом всем тоже пытались обвинить именно меня. Однако же и тут удалось доказать, что я заморозила мага не просто потому, что мне так захотелось сделать это или по причине того, что я такая злая ведьма. В качестве свидетеля защиты был вызван блеющий завкаф. Несмотря на продолжающееся блеяние, он в подробностях рассказал о том, как маг хотел убить огнем моего фамильяра. Так что, теперь вопросы появились уже к этому стражу порядка. Ведь разумные животные в правах приравнены к гражданам. А нападение на привязанного к ведьме фамильяра – очень тяжелое преступление. В качестве свидетелей со стороны защиты выступили также и некоторые адепты. Например, драконица Агата, оказавшаяся наследницей уважаемого драконьего клана. Она утверждала, что я была невероятно компетентным и грамотным магистром, не допускающим никакие халатности. Затем слово взяли родители Криса. Его мама сразу обвинила Кловсов в заговоре против клана Эквитас и попытке устранения их личной истинной, которую они теперь заберут в свои земли от греха подальше. И вот тут дядюшка Клайм, слушая все эти драконьи пререкания, осерчал и выдал широкой публике все мои тайны, основательно всколыхнув всех, кого только можно. Он во всеуслышание сказал, что я, в первую очередь, принцесса, а не пешка в драконьих интригах. И относиться ко мне должны, как к принцессе. Со всевозможным уважением и почтением. И что нападение и голословное обвинение королевской персоны должно наказываться и караться по всей строгости. Иначе наше Двенадцатое королевство будет вынуждено разорвать с драконами дипломатические отношения. Пока все переваривали эту информацию, выступила одна из гномок, Трина. Как оказалось, ее полное имя было Маунтрина. Третья дочь Короля-под-горой, решившая инкогнито поучиться в драконьей академии. Все остальные гномки оказались ее телохранительницами. А единственный мальчик-гном из их компании – дипломированный специалист по традициям всех королевств. Бородатая принцесса Маунтрина, с некоторых пор не расстававшаяся с Пушинкой, уже заранее накануне рассказавшей ей всю правду обо мне и моем происхождении, на суде демонстрировала крайнее негодование и недовольство драконами. И требовала пересмотреть драконьи законы и гарантировать полную неприкосновенность для принцесс, в том числе и путешествующих инкогнито. Айван тихо посмеивался над рассказом о том, как его наставник ставил на место зарвавшихся драконов. А я, выслушав Персика, еще больше уверилась в том, что поговорить с Крисом просто необходимо. Я прекрасно знала, где он живет. Обязательно нужно вечером сходить к нему. Кажется, я приняла окончательное решение. Раздался требовательный стук в дверь. – Войдите! – крикнула я, и в мои посольские королевские покои влетел дядюшка Клайм. – Итак, – начал он с порога. – Ульяна, почему ты не сообщила мне о том, что стала истинной дракона? – Я забыла, – понурилась я. А еще боялась, что дядюшка все неправильно поймет и будет ругаться. – Ладно, это не страшно. Все дела с судом благополучно разрешились, – продолжил он. – Котята уже обрели своих ведьм. И теперь нам нет никакого резона оставаться в драконьем королевстве, поэтому выезжаем домой сегодня же вечером. Дожидаться Вельяну также нет никакого смысла, она нигде и так не пропадет, а через свое волшебное зеркало в любой момент запросто узнает, что все мы уже дома. Сейчас я пойду и улажу еще кое-что в посольстве, а затем распоряжусь, чтобы для нас как следует подготовили королевский вагон в частном поезде, работающем на магии, а поэтому, к счастью, достаточно быстром. А вы пока что собирайтесь! – А как же академия? – слегка растерянно проговорил Айван. – Мы же сюда приехали именно для того, чтобы устроить меня в академию магии. Котят-то просто за компанию с собой захватили. – Я пообщался с ректором лично, и на данный момент у меня большие сомнения по поводу того, что тебе нужна именно эта академия. Она изначально создавалась для драконов и ориентирована, в большей степени, на них. Факультет некромантии здесь развит явно недостаточно. Тебе, Айван, в первую очередь, нужны знания и навыки, а не золотая корочка с нарисованным на ней драконом. – А где же я буду учиться? – растерялся брат. – Я думаю, – дядюшка почесал гладко выбритый подбородок. – Думаю, нам стоит обратить внимание на академию темных в Тринадцатом королевстве. Айван вытаращил глаза. Я ахнула: – Но ведь это же Тринадцатое королевство! По легенде оно даже находится вне циферблата мифических часов, которые якобы двигают время вперед. Это что-то вроде границы нашего мира и Изнанки, и только настоящие темные колдуны и ведьмы могут чувствовать себя там достаточно комфортно. Ведь на волшебном циферблате, на котором Ледяным землям, судя по сказкам, соответствовала цифра один, а нашему – число двенадцать, королевству под названием Хеллоуин даже не нашлось места. – Некроманты там тоже чувствуют себя превосходно, – невозмутимо добавил дядюшка Клайм. – Зато Айван научится всему, чему нужно. Академия Тринадцатого королевства – самое лучшее место для развития навыков некромантов. Айван подумал-подумал, а потом кивнул и произнес: – А что, я согласен! Я там еще ни разу не был. Уверен, это будет очень увлекательно! – Но сначала домой, – строго сказал маг. – В королевство Хеллоуин просто так не попасть. Даже королевские персоны обязаны оформить нужные документы, прежде чем туда въезжать. Когда дядюшка и Айван оставили нас с Персиком одних, я призадумалась. Время уже близилось к вечеру, и мне нужно было незаметно выскользнуть из посольства, чтобы попасть к Крису. Поговорить с ним и попрощаться. Потому что меня невероятно тяготило ощущение недосказанности между нами. Я в очередной раз приложила ладонь к своему «родимому пятну». Крис, наверное, был чем-то сильно занят, потому что по нашей с ним связи приходило нечто непонятное, какой-то сумбур. Ну, конечно, это все оттого, что мы с ним так и не объяснились. Он же теперь думает обо мне невесть что. – И куда ты намылилась на ночь глядя, – недовольно проворчал Персик. – Мы скоро выезжаем! – К Крису, – ответила я. – Это он должен к нам ломиться, а не ты к нему бежать, – буркнул фамильяр. – Нет, – сказала я твердо. – Я чувствую, что он хочет увидеть меня, но что-то ему не дает этого сделать. Я пойду! Я решила! Накинув плащ, я собиралась выйти из покоев, но оказалось, что дядюшка Клайм выставил около моих дверей охрану. – Принцесса, – сказали стражники. – Нам велено никого не впускать и не выпускать. Ничего поделать не можем. Приказ есть приказ. – Отменяю этот приказ. Я принцесса, – сделала я ход конем. Но ничего не вышло. – У господина Клайма королевская генеральная доверенность с магической печатью. Мы бы рады Вам помочь, но его слово сейчас намного сильнее Вашего. И они, почтительно поклонившись, закрыли двери, оставив меня внутри. Заперли! Замуровали! Посадили в золотую клетку! Вот о чем всегда предупреждала меня Велька. Самое ценное, что может быть у принцессы – это ее личная свобода. Как же она была права, когда отстаивала ее, а также возможность самой принимать решения и жить самостоятельно. Я очень обиделась на дядюшку. Да что же он обращается со мной, как с маленькой девочкой! И поэтому Персик не стал так уж активно отговаривать меня и не бросился останавливать? Получается, он знал, что все равно не выпустят. Все здесь будто сговорились против меня. Я подбежала к окну. Третий этаж, прыгать страшно. Но, к счастью, я умею делать прекрасные ледяные горки. – Льянка! Стой! – закричал Персик. Но было поздно. Я уже вовсю катилась вниз, одной рукой придерживая юбки, а второй – плащ. Персик что-то вопил сверху, но для меня это не имело совершенно никакого значения. Быстро доехав до подножия горки, я поднялась, поправила подол и бодро зашагала по улице. Завернув за угол, я чуть было не налетела на старушку-лоточницу. Было непонятно, почему она решила торговать не на рынке, а на улице неподалеку от посольства, но я очень торопилась, поэтому даже не стала заострять внимание на этой несостыковке. – Милая девушка! – улыбнулась пожилая торговка. – Красавица, купи яблочко в карамели. Смотри, какое румяное. На палочке. Можно идти и кушать. – Нет, благодарю, я очень тороплюсь, – ответила я и постаралась ее обойти. – Эх, ладно, – махнула та рукой. – Для такой доброй девушки ничего не жалко. Держи! И она впихнула мне в ладонь карамельное яблочко. Я понюхала лакомство. Пахло оно очень вкусно. Просто одуряюще. И вызывало желание немедленно съесть. – Ну, мне пора, – произнесла старушка и скрылась в переулке. А я пожала плечами и решила попробовать кусочек. – Стой! – раздался дикий крик откуда-то со стороны. На меня бешеной фурией налетела какая-то девчонка и выбила яблочко из рук. Оно упало на землю, прямо в самую пыль. – Эй! – возмутилась я. – Маркиза! – тем временем закричала девушка. – Надо догнать ту торговку! – Кесси? – ахнула я. Юную ведьмочку было не узнать без косынки, фартука и грубого платья. Ее русые волосы были заплетены в тугую косу-колосок, а одета девушка была чрезвычайно неприлично – в брюки и куртку, как юноша. И на ногах, вместо женских туфелек, удобные ботинки. Маркиза, не расстававшаяся со своей ведьмой, ринулась в тот переулок, где скрылась лоточница, Кесси – за ней. Прошелестев листьями и перебирая толстыми корнями, как ножками, в ту же сторону быстро побежал зеленый куст, взявшийся буквально из ниоткуда. Растение было мне очень знакомо. – Фикус? – оторопела я. – Как же ты выбрался из кадки? И кто тебя научил так быстро бегать? Со стороны посольства на всех парах летел по улице дядюшка Клайм, а за ним Айван с Персиком на руках и куча посольских стражников. Но они не успели свернуть в тот самый переулок. Потому что из него уже выходили три припыленных, но очень гордых героя – Кесси с растрепавшейся косой, Маркиза с прицепившимися на хвост репьями и фикус. Зеленый куст отрастил лианы и крепко опутал ими лоточницу. Та шипела и плевалась, но вырваться из фикусовой хватки никак не могла. – Господин Клайм, – Кесси показала на все еще валявшееся на дороге яблочко. – Прошу отдать этот предмет на экспертизу. Очень большая вероятность, что фрукт отравлен. – Как отравлен? – поразилась я. – Что здесь вообще происходит? – Эта юная леди, ведьма нашей Маркизы, сегодня с утра ломилась в посольство, – произнес дядюшка Клайм, аккуратно поднимая яблочко за палочку. – Она утверждала, что у нее было видение о том, что на принцессу готовится покушение. Мы ей, конечно, не поверили. Какое же может быть покушение в посольстве. Но на всякий случай приняли некоторые меры. К сожалению, мы не предусмотрели твою безрассудность, Снежинка. Я виновато опустила голову. – Это яблоко будет проверено на яды, – продолжил дядюшка Клайм и обратился к опутанной лоточнице, – кто тебя подослал? Но та не отвечала, только сыпала проклятьями. – Понятно, – кивнул маг. – Проведем допрос в посольстве. Все возвращаемся! И он взглянул на меня так строго, как никогда раньше не смотрел. *** Дядюшка распоряжался четко и по делу. Лоточница что-то вопила, но ее куда-то быстро увели, приняв у фикуса с рук на руки. Точнее, с веток на руки. Были приглашены независимые эксперты по ядам, которые сделали несколько проб и ужаснулись составу, который был подмешан в карамель. Кто-то очень сильно хотел отравить одну иностранную принцессу. Вызванные дознаватели каким-то образом все же докопались до истины. Ну, насколько смогли. У старухи в голове стоял мощный ментальный блок. Она даже сама не помнила, кто именно заплатил ей за то, чтобы она предложила мне яблочко. И снабдил ядом. Разбирательство длилось до самого нашего отъезда. – Это покушение, – говорил дядюшка прибывшему представителю драконьего совета. – На королевскую дочь. Его Величество Фрай Игнис данное дело так просто не оставит. Правительства всех королевств, естественно, будут оповещены о беспорядке и беззаконии, которые творятся здесь. Вне зависимости от того, сможете ли вы выяснить правду и наказать виновных. Дракон из совета выглядел очень озабоченно и то и дело повторял, что этот вопрос обязательно будет улажен. – Очень на это надеюсь, – сухо отозвался дядюшка. Пока длилось все это разбирательство, я коротала время, запертая в посольских покоях. И чуть не плакала. Теперь точно не получится поговорить с Крисом. Айван убежал по каким-то своим делам, но ко мне неожиданно пропустили Кесси. В компании Маркизы и фикуса. Это точно был именно тот фикус, который я так неосмотрительно поливала разнообразными зельями по три-четыре раза в день. И, скорее всего, именно его имела в виду Маркиза, когда говорила, что за нами крадется «кустик». – Вы разве наведывались в академию? – удивилась я. – Где же вы нашли этот оживший куст? – После того как вы с Айваном уехали, я и Маркиза вышли в палисадник, чтобы нарвать зелень для салата, а там он. – Салат? – спросила я. – Нет, – ответили Кесси и Маркиза хором. – Фикус. – Бедный и одинокий, – добавила кошечка. – И мы решили взять его к себе. В питомцы. Он согласился. Во всяком случае, не сопротивлялся. И даже пошел с нами спасать тебя. Сегодня Маркиза была без шляпки. Наверное, побоялась ее испортить или потерять, поэтому оставила дома. – На Кесси с рождения лежит проклятье, – важно произнесла кошачья леди. – Ее предсказаниям никто не верит. А я вот верю. Потому что у нас с ней есть ментальная связь. Все же, я выбрала себе самую правильную ведьму. Девушка виновато развела руками. Мол, не верят, есть такое. Я, конечно, покивала головой. Мол, понимаю. Но все равно очень сомневалась, что кто-то способен видеть будущее. Пусть даже урывками. Ведь оно не предопределено, и все всегда зависит только от нашего выбора. Вельяна, к примеру, видит лишь прошлое и настоящее. – Представляете, принцесса, у дедушки все-таки выросли рога, – продолжила Маркиза. Я мгновенно представила Кекса Барсиковича с рогами. Почему-то с оленьими. В моем воображении эти шикарные ветвистые рога несказанно шли толстому рыжему фамильяру. Правда, Маркизе он приходился не дедушкой, а то ли пра, то ли прапрадедом. Но это было неважно. – Странно, – произнесла я. – Ни Айван, ни дядюшка Клайм мне об этом ни слова не сказали. Кто же так заколдовал его? – Неизвестно, – развела лапками Маркиза. – Сам он считает, что это сделал кто-то из его недоброжелателей и завистников на Международной конференции. Прямо во время его очень серьезного доклада. А ведь Кесси его предупреждала, что надо незамедлительно обратиться к целителям. Я сначала не поняла, на какой такой конференции мамин кот мог делать серьезный доклад. И о чем? А потом меня осенило, что Маркиза говорит вовсе не про королевского фамильяра, а про магистра Визариуса. – Зато после появления рогов он, наконец-то, согласился обратиться к целителям, – серьезно произнесла Кесси. – Мы с Маркизой наняли кеб, и сами отвезли дедушку в клинику сразу после его выступления в качестве свидетеля на судебном заседании. Его госпитализировали на неопределенный срок. Рога лечить немного сложнее, чем блеяние. Ведь просто так отрезать магические рога нельзя. Вырастут еще более крепкие и длинные. Так что, придется ему побыть в лечебнице. Поэтому извините, принцесса Ульяния, но нам уже пора. У нас там сейчас шестнадцать детей без присмотра остались. Восемь девочек-ведьм и столько же мальчиков-котят. Хорошо бы они не успели разнести дом до нашего возвращения. Она подхватила на руки кошку и поманила за собой фикус. Я потянулась, чтобы на прощание погладить Маркизу, и нечаянно коснулась руки Кесси. Девушка замерла, будто прислушиваясь к внутреннему голосу. А потом улыбнулась и сказала: – Желаю Вам счастья в семейной жизни с Вашим драконом. Попрощавшись, Кесси и Маркиза убежали. Я подумала, что Кесси, конечно, нравится воображать, будто она провидица. Но сейчас она точно ошибается. Потому что мы уже вот-вот возвращаемся домой. А Крис останется в академии. У него ведь впереди еще целый год учебы. Вещи были собраны и погружены в вагоны. Персик запрыгнул туда самый первый и скрылся где-то в глубине. Мы уезжали, как и планировалось, поздним вечером. Ночь в скоростном элитном магическом поезде, и завтра утром будем уже в родном королевстве, в отцовском замке. Я встала на подножку и оглянулась на перрон. Он освещался желтым светом газовых фонарей. Я так надеялась, что Крис придет меня проводить. Но он не пришел. – Принцесса, принцесса! Я встрепенулась, но оказалось, что по перрону бежит одна из гномок. – Принцесса Ульяния! – она чуть отдышалась, сунула мне в руку конверт и пояснила, – это письмо от принцессы Маунтрины, дочери Короля-под-горой. Она выражает Вам глубокое уважение и надеется на дружескую переписку. Внутри вложен и наш временный адрес в драконьем королевстве, и постоянный адрес в горах. – Благодарю, – произнесла я. – Буду очень рада взаимной дружбе с принцессой Маунтриной. – Льянка, ты чего там копаешься? – крикнул мне фамильяр. – Сейчас Айван займет лучшее купе! – Иду, – ответила я ему, кивнув гномке на прощание. Поезд тронулся, увозя меня, Персика и все Велькины гримуары прочь из драконьей столицы, да и страны.