Глава 29

Ночь я проворочалась без сна. В голове всплывали образы то мерзавцев Андерса и Свенсона, то благородного красавца Владимира Гоночара, то белокурого Алекса Мартина в военной форме. Последний смотрел на меня почему-то укоризненно.

Я попыталась объяснить ему, что делаю что могу для его, для наших детей, но не могла вымолвить ни слова. А потом проснулась, как от толчка.

Ко мне укладывалась практически спящая Мия. Она давно уже не прибегала, спала в комнате с сестрой “как большая”. Наверное, что-то приснилось.

Я привычно пощупала лоб ребенка, ручки, ножки - всё было в порядке. На руках отнесла и усадила на горшок, а потом положила в свою постель, подоткнув одеяло. Самой ложиться смысла уже не было - светало.

Несмотря на беспокойную бессонную ночь, я чувствовала себя бодрой и отдохнувшей. Прихватив одежду и чистое бельё из ящика скрипучего комода - я открыла его очень осторожно, чтобы звуками не разбудить Мию, вышла на цыпочках из спальни и спустилась вниз.

В доме было тихо, настроение у меня было прекрасным, и я поймала себя на мысли, что понятия не имею, в чем причина.

Шмыгнув в нашу “помывочную”, я, стараясь не греметь, окатила себя холодной водой из ведра, а потом почистила зубы и растёрлась докрасна жестким полотенцем. Теперь мне казалось, что я вообще горы могу свернуть.

Для начала я прошла на кухню, чтобы приготовить завтрак. У меня с вечера стояла простокваша и я решила пожарить оладьи. Разогрев её, я замесила тесто и пока отставила его, решив, что если приготовлю сейчас, то к завтраку они будут холодными. Поставила варить яйца и вышла во двор, чтобы вдохнуть свежего утреннего воздуха.

Солнце уже показалось из-за горизонта, хотя мне и не было видно его, но всё вокруг было окрашено в теплые золотистые тона.

На огороде уже появились первые всходы, всё выглядело ухоженным и опрятным. Я порадовалась - за беготней и делами часто забываешь увидеть красоту в своей обыденной реальности, глаз замыливается.

Я вспомнила, как выходила так же по утрам в своём отшельническом домике в деревне. Так же смотрела на окружающую меня природу, на своё вполне крепкое для одинокой женщины, хозяйство. Тогда всё было ровно, и забот, казалось бы, было меньше. Но никогда я не чувствовала себя там такой счастливой. Хотя я и принадлежала самой себе, и у меня, в сущности, не было проблем.

Сейчас же впереди было неясное будущее, а позади меня в доме сопели три носа, три белокурые головёнки, за которых я теперь несла ответственность. И чувствовала себя безраздельно счастливой. Как хорошо, когда есть о ком заботиться…

Вернувшись в дом, я сняла яйца с огня и, услышав наверху легких топот, принялась жарить пышные золотистые оладьи. Раз кто-то один из них встал, значит скоро все трое будут здесь. А там и Онтарио придет. Будет деликатно покашливать на улице, пока я не позову его завтракать.

Вспомнив об Онтарио, я нахмурилась - его одежда совсем обветшала. Надо было что-то с этим делать. Кусок лежалого, но вполне крепкого полотна у меня в запасе был - рубаху я ему сошью, а вот штаны придётся где-то добывать.

Я решила, что когда поедем с Дереком сегодня на мельницу, спрошу его о какой-нибудь барахолке. Наверняка она тут есть, как и везде. И добуду нашему доброму домовому одежду поприличней.

Колин спустился первым и с наслаждением вдохнул.

- Ммм, как вкусно пахнет! Мам, можно? - он вопросительно взглянул на блюдо.

Я улыбнулась.

- Конечно. Если хочешь, садись, я тебя покормлю сейчас.

Тот схватил оладушек, перекинув его из руки в руку, и замотал головой.

- Спасибо! Я потом, со всеми, - откусил и расплылся от удовольствия, - в жизни вкуснее оладьев не ел!

Прожевав и поблагодарив меня, он заторопился к выходу.

- Пойду проверю пруд, я вчера одну ловушку придумал, вот бы получилось поймать на неё много рыбы!

Я проводила его взглядом и покачала головой. Вот поди ж ты, настоящий мужчина растёт. Здесь, в деревне, он чувствовал себя как рыба в воде. Осваивал трудности быта молниеносно, словно здесь и родился.

Онтарио заметил как-то глубокомысленно, что хорошо бы парнишке в будущем хутор свой иметь - хороший хозяин вышел бы.

Во дворе раздались голоса. Видимо, пришел Онтарио, и они с Колином, судя по всему, отправились вместе к пруду. Одновременно с этим послышался шум на лестнице. Девчонки, как котята, кубарем спускались вниз, кто быстрее, пища и повизгивая. Показавшись на пороге кухни, они кинулись ко мне обниматься.

Я поправила на них одежду, кое-где криво застегнутые пуговицы и пригладила волосы, чмокнув каждую в нос.

- Идите умываться, а я позову остальных, - и пошла к двери, - Марта, помоги Мие!

Вскоре мы все сидели за столом и обсуждали рыбу, которую удалось поймать Колину. Её вполне хватало, чтобы пообедать нам всем.

- Мам, я сразу понял, что она пойдет в эту ловушку! - мальчик сиял. - Сегодня я еще кое-что подправлю, и завтра еще больше будет рыбы!

- Спасибо, родной мой, ты молодец! - я коснулась его макушки. - Вот сегодня твой улов на обед и приготовим.

Мия боязливо покосилась в сторону ведра - она всё еще боялась, что рыбки, как змеи, могут расползтись.

После завтрака я велела Онтарио остаться, чтобы обработать его царапину, как велел Владимир. Онтарио гордо поморщился, мол, вот еще нежности, но послушно сел терпеть процедуру.

- Сегодня хочу ставни поправить, а дровяник на завтра оставлю, - докладывал он мне, пока я занималась его раной.

- Да, хорошо, - рассеянно ответила я.

Вид препаратов и бинтов напомнил мне о Владимире, и вместо лекарственных запахов, я снова ощутила тонкий аромат жасмина. Но тут же приказала себе купировать эти… даже не мысли, не чувства… ощущения. Я здесь, в этом мире как мать, и ничего более.

С минуты на минуту должен был заехать Дерек, чтобы поехать на мельницу, как мы договаривались. Поэтому я спешила навести на кухне порядок, стараясь думать только о насущных делах.

Аферистов, которые ограбили нашу семью, я вообще вспоминать не хотела, приняв решение не связываться и не тягаться с ними. По крайней мере пока что. Главное на данный момент, что нам всем удалось выжить. Вернется Алекс - пусть разбирается с ними сам.

Вернется Алекс… Внезапно у меня похолодели руки. Я поняла, что вот так, обыденно, машинально подумала о нем как о муже. На какую-то секунду я всем своим существом почувствовала его своим. Как будто это и в самом деле я выходила за него замуж, любила его, рожала наших, так похожих на него детей.

Беспомощно сев на стуле, я тщетно задавала себе вопрос - что это было? Я так прониклась его письмами, вжилась в роль? Что же потом будет?..

В таком состоянии меня застал Дерек - я сидела с мокрой миской в одной руке и полотенцем в другой, а на пол капала вода.

- Хоуп, вам плохо? - с тревогой спросил сосед, мгновенно оценив моё состояние.

Я слабо улыбнулась ему. Мне и в самом деле стало что-то нехорошо.

- Всё в порядке, Дерек, я готова ехать.

Тот посмотрел на меня в сомнении и заявил:

- Знаете что, никуда вы не поедете. Я сам всё привезу, вы там не нужны, - и он решительно несколько раз кивнул головой.

- А я что буду делать? - дурнота понемногу проходила.

- Почем я знаю, - простодушно пожал Дерек плечами, - главное, на солнце не пекитесь, не в огороде.

Проявленная им забота оказалась как нельзя кстати. Дела по дому, действительно, накопились. Платья девочек нуждались в починке, ткань для занавесок ждала своего часа уже уйму времени и прочее.

- Спасибо, Дерек. Я в долгу не останусь…

На мои слова он рассерженно замахал на меня руками и вышел из дома. Я вспомнила, что забыла у него спросить, где можно купить вещи для Онтарио, ну да ладно, хотя бы рубаху сошью ему сегодня.

Собрав по дому вещички, которые требовалось подлатать, я достала коробку со швейными принадлежностями и села орудовать иглой. Методичные движения успокаивали, я сосредоточилась на скольжении нити и ни о чем не думала.

Ближе к полудню я отложила шитьё и занялась обедом. Сегодня у нас был картофельный салат с грибами и жареная рыба, которую добыл Колин. Оставалось только салат заправить и кинуть рыбку на сковороду - в чистке она не нуждалась.

Как только я приступила, вернулся Дерек.

- Ну что, миссис Хоуп, щечки порозовели? - радостно оглядел он меня. Не знаю, прав ли был он, но в данный момент я разжигала плиту, возможно, от этого и порозовели.

- Ты привёз? - в нетерпении спросила я. Мне не терпелось взглянуть.

- Всё привёз, миссис, не беспокойтесь. Я уже кликнул мальчонку и Онтарио. Вмиг принесем. Сюда ведь?

Я захлопотала, освобождая стол и тумбу.

- Сюда, Дерек, давайте.

Обед пришлось отложить. Я вручила детям оладьи, оставшиеся от завтрака и занялась изучением моего будущего богатства.

Мельник не подвёл - всё было выполнено в точности по моим указаниям и аккуратно расфасовано по холщовым мешочкам.

Во-первых нужно было устроить дегустацию среди членов семьи, продумать тщательно наполнители для каш, узнать, куда можно сбывать их небольшими партиями.

Я подумала о кофейне - почему бы и нет, туда много горожан ходит на завтраки.

Крутились еще мысли - о доставке готовых каш на какие-нибудь производства и что-то еще глобальное в таком же духе. В общем, я воспарила.

Но пришлось вспомнить о детях и о том, что их всё-таки нужно накормить их как следует.

Я быстро нажарила рыбу и позвала всех к столу. Как только мы расселись, явилась Мона.

- Хоуп, детка, я не вовремя? Очень уж интересно стало, что там ты придумала.

Я поднялась, чтобы поставить еще прибор на стол.

- Очень вовремя, Мона. Мы как раз обедаем. Во-первых попробуй рыбку, которую Колин наловил на обед. А потом я тебе всё расскажу и покажу. Ну, может, и посоветуешь что-нибудь.

Уговаривать Мону не пришлось. Она села за стол, нахваливая Колина.

А я всё смотрела на мешочки с будущими быстрыми завтраками, и меня увлекала одна идея за другой.