Глава 39

Я подготовила всё, что нужно было для ванны. Наполнив её, мы поставили греться еще воды. Положив полотенца рядом с печью, я, подумав, еще наскоро заварила ромашку.

- Зачем это? - полюбопытствовал Алекс, наблюдая за моими действиями.

- Наверное, у тебя есть раны, царапины - ромашка лишней не будет, продезинфицирует, - ответила я, поморщившись - обожгла пальцы, переливая отвар в ванну, - иди сюда, всё готово.

Алекс встал рядом со мной и стал расстегивать многочисленные пуговицы. Движения его были неуверенными, словно он боялся сделать резкое движение.

- У тебя что-то болит? - спросила я сочувственно.

Выглядел Алекс очень плохо - под глазами залегли тени, лицо стало еще бледнее.

- Немного. Рана плохо затягивается. Помоги вот здесь, - он осторожно приподнял правую руку, чтобы я стянула с него рубаху, на которой бурели пятна. Кинув её на пол, я обвела глазами его торс - поясницу охватывала повязка, которая была пропитана кровью.

Я резко и глубоко выдохнула и принялась разматывать её, стараясь не дёргать там, где бинты присохли к коже. Не всегда получалось, и я каждый раз виновато взглядывала на Алекса. Тот стоял неподвижно, закрыв глаза и не издавая ни звука, хотя ему несомненно было больно.

Показались края грубо зашитой раны. Выглядели они воспаленными, да и запах был не очень.

- Как же тебя отпустили из госпиталя?! - воскликнула я, не выдержав. - Тебе же еще лежать нужно и антибиотики колоть, и швы обрабатывать!

- Не хотели отпускать, - ровно произнес он, шевельнув бледными губами, - лекарства тоже какие-то дали с собой, но я забыл о них. Старался скорее попасть домой.

“Если бы я написала ему, он бы остался в госпитале, - кольнуло меня чувство вины”.

- Отмочу бинты вот здесь, иначе кровотечение откроется, - решила я.

Алекс кивнул, почти равнодушно. Наверное, он очень устал.

Сняв повязку полностью, я прикусила губу: рубец находился под ребрами и выглядел весьма паршиво - горячий, воспаленный.

Я помогла Алексу снять оставшуюся одежду и забраться в воду, абстрагируясь от того, что он теперь полностью обнаженный передо мной. Не время было миндальничать и изображать из себя кисейную барышню.

Алекс с наслаждением облокотился на спину, согнув колени - наше купальное корыто было для него коротким.

- Как хорошо, малыш, - вздохнул он, - кажется, могу уснуть прямо здесь.

- Ой, не надо, - испуганно засмеялась я, - до спальни я не смогу тебя донести.

- Хотя ты и стала удивительно сильной, - проговорил Алекс.

Я оставила его замечание без ответа и принялась усердно тереть его мочалкой - спину, плечи. Намылила и вымыла голову.

- Давай дальше сам, - небрежно произнесла я и вложила мочалку в его руки, - а я посмотрю что за лекарства тебе дали. Может быть, я справлюсь с тем, чтобы сделать тебе укол. А завтра поедем в город, чтобы доктор осмотрел твою рану.

При этих моих словах Алекс сердито дернул мочалку, один конец которой еще находился у меня в руке.

Я решила не обращать внимания - затевать разговор о Гоночаре было бессмысленно. Алекс, видимо, тоже не решил еще - выяснять со мной отношения на основании слухов или нет, но его эти мысли явно беспокоили.

Судя по тому, что рассказала мне Лора, его Хоуп была до замужества девушкой легкомысленной и ведомой. В браке, под влиянием серьезного и ответственного Алекса Мартина, она жила степенной жизнью жены и матери. А вот без него… Скорее всего Алекс сомневался устояла ли его молодая супруга перед искушением.

Впрочем, оправдываться и доказывать, что я чиста, как жена мавра Отелло, я не собиралась. Обойдётся. Ибо, кто оправдывается, тот виноват.

Я вспомнила, что в том сундуке были вещи Алекса - несколько рубашек, брюки, бельё и поднялась вверх по лестнице. Отобрав необходимое, вернулась и заглянула к нему.

- Алекс, ты закончил?

- Да, почти, - коротко ответил он.

- Не надо распаривать рану, хорошо? Вот твоя одежда, всё, что нужно. Рубашку только пока не надевай.

Алекс кивнул и поднялся, я отвела глаза и повернулась, чтобы выйти.

- Можно достать из твоей сумки лекарства? - спросила я, чуть повернув голову.

-Доставай, я сейчас приду.

Раскрыв потрепанный и пыльный дорожный мешок, я принялась разбирать вещи. Всю одежду бросила на пол, чтобы потом отправить в стирку. Бумажный пакет, пахнущий медикаментами положила на стол и заглянула внутрь мешка. Срочного вроде бы ничего не было - подождёт до завтра.

Развернув лекарства, я попыталась с ними разобраться, но ничего не поняла. Какие-то порошки, металлическая коробочка с устрашающим шприцем, баночка мази - коричневой, с резким запахом. А еще несколько листков с записями на латыни - очевидно, для аптекаря.

Я бросила их на столешницу. Листочки легли небрежным веером, а среди них маленькая дагерротипная карточка - чей-то портрет. Машинально взяв его в руки, я всмотрелась в изображение белокурой девушки в шляпке. Это явно была не я.

Вошел Алекс, и поскольку карточка всё еще находилась у меня в руке, мне ничего не оставалось, как спросить:

- Кто это?

Алекс озадаченно нахмурился и потер лоб, словно не понимая, о чем речь. Потом взял карточку и удивленно, но радостно воскликнул

- Это же Донна! Где ты это нашла?

- В твоих бумагах… я случайно увидела. Но кто эта Донна? - я бессознательно пыталась себя убедить, что мои вопросы носят исключительно светский характер и не выглядят, как пошлый допрос ревнивой супруги.

- Донна - медсестра из госпиталя. Она была главной сестрой, но часто заходила к нам в палату, чтобы сделать для нас что-нибудь милое. Приносила цветы и угощение.

- И свои портреты, - усмехнулась я.

- Наверное, её карточка случайно попала в мои бумаги, когда она их заполняла, - он разглядывал изображение.

Я забрала портрет и еще раз всмотрелась.

- Хорошенькая, - перевернув карточку, увидела надпись: “Алексу Мартину от Донны Тарли”. - Случайно попала, - кивнула я с серьёзным лицом.

- Ты разобралась что с этим всем делать? - как мне показалось, Алекс просто сменил тему, кивнув на лекарства.

Шут с ней, с Донной этой, действительно.

- Нет, к сожалению, - покачала я головой, - порошки не подписаны, предполагаю, что это антибиотики, но как их разводить… С мазью проще - ею нужно смазать воспаленные места шва. - Я открыла жестяную банку и понюхала её. Напоминало мазь Вишневского.

- Точно, - вспомнил вдруг Алекс, - Донна что-то вроде того и говорила.

- Тогда иди сюда, - я устало присела на стул. Какой же долгий день. Невероятно, Алекс Мартин был здесь. Я так боялась его возвращения, а всё просто произошло, и я только что терла ему спину в ванной, видела его обнаженным, мы обыденно говорили о чем-то несущественном, словно делали это каждый день много лет.

И сейчас меня пугала именно эта обыденность. Мало того, она слегка сводила с ума. Как будто вся моя прошлая жизнь привиделась мне в бреду, пока я болела. И никогда меня не звали Верой, не жила я в другом месте и в другом времени. И никогда не умирала.

- О чем ты задумалась, родная? - спросил Алекс, касаясь моих волос.

Я закрутила крышку банки с мазью и подняла на него глаза.

- Найду чистую ткань, чтобы перевязать. Давай поднимемся в мою комнату, там было что-то подходящее в комоде.

В спальне я сделала перевязку и разобрала постель.

- Ложись. Я лягу с Мией.

Алекс вскинул на меня недоуменный взгляд.

- Ты хочешь спать отдельно? Хоуп!

Я почти что умоляюще взглянула на него. Как я могла объяснить ему, что для меня дико лечь в постель с мужчиной, которого знаю меньше одного дня. Даже если у меня от него трое детей.

- Алекс, кровать такая узкая…а у тебя рана…

Он смотрел на меня несколько минут, лицо его было непроницаемо. Затем он молча лёг на спину и прикрыл лицо локтем.

- Послушай… - я хотела подобрать слова, которые могли хоть как-нибудь сгладить болезненную ситуацию. Я представляла, что Алекс чувствовал, и моё сердце разрывалось от вины и жалости. Вернувшись с войны, этот человек нашел всё изменившимся и чужим. А жена даже не поцеловала его при встрече.

- Алекс…

- Иди, Хоуп, уже поздно, - прервал он меня и, скрипнув зубами, отвернулся к стене.

Я молча вышла. В данный момент поправить ничего было нельзя.

Утро прошло спокойно благодаря детям. Они по одному пробрались в спальню к отцу, и, устроившись на кровати, задавали ему десятки вопросов.

Я заходила несколько раз - то взять вещи, то спросить насчет завтрака. Алекс отвечал мне приветливо, но равнодушно, и я не знала, радоваться мне или огорчаться.

Со вчерашнего вечера у меня оставались пироги. Я решила разогреть их в духовке, пожарить глазунью и сделать овсянку.

Пока возилась, всё моё семейство теперь уже в полном составе спустилось на кухню.

- Вы завтракайте, а я пойду к соседям, попрошу у Дерека повозку.

- Мамочка, а ты куда? - Мия принялась за любимую кашу с молоком и сушеной малиной.

- Нам с… папой нужно съездить к доктору, - произнесла я чуть запнувшись. Алекс на меня не смотрел, только ел, как мне показалось, без аппетита. Что было тому причиной - плохое настроение или самочувствие, я не знала. Однако, выглядел он бледным, и я заторопилась к Дереку.

Мона перехватила меня первой.

- Хоуп, ну что, рассказывай! - ее глаза светились любопытством, но было видно, что она переживает.

- Мона, милая, давай я тебе потом всё расскажу. Нам в город нужно, у Алекса там полживота распахано, он практически сбежал из госпиталя, не долечился. Сейчас это, остальное позже.

Мона охнула, приложив руку ко рту и побежала за Дереком.

Не прошло и получаса, как мы уже выехали из дома.

Ночью я думала о том, что, возможно, Алекс откажется ехать на прием к Гоночару, но как ни странно, никаких возражений не последовало. Возможно, Алекс действительно чувствовал себя так плохо, что ему было не до сплетен сейчас. А может, он как раз хотел встретиться со своим соперником?..

Был бы в городе другой доктор, я бы предпочла поехать к нему, но Владимир был единственным. Он разрывался между своим кабинетом и крохотной городской больничкой, где ему зачастую приходилось ночевать. Рук не хватало. Хорошо, что теперь у него появился Август и избавил хотя бы от бумажной работы.

Я покосилась на Алекса - тот сидел, отвернувшись. Смотрел на весело пробегающие мимо зеленые кудрявые деревца.

- Еще недавно здесь было так мрачно, - сказала я, проследив за взглядом Алекса, - а теперь..

- Расскажи мне подробней, что натворил Андерс, - видимо, у Алекса не было настроения говорить о природе и о погоде. А я, наверное, сейчас была похожа на ту Хоуп, которую он знал раньше. Столько насущных проблем, а я о цветущих лужайках.

Поразмыслив несколько секунд, я четко и по делу изложила все, что знала от Августа.

- Наверное, он рассчитывал, что ты не вернешься, или он успеет вернуть деньги до твоего возвращения, - подвела я итог.

- Или Андерс думал, что получится прикрыть растрату чем-то другим, - задумчиво промолвил Алекс. - Надо нанести ему визит.

Дальше он замолчал, а меня мучало любопытство - кто же поспешил опорочить меня в глазах мужа.

- Скажи, а когда ты вернулся в город, тебя, случайно, не разыскал некий Камиль Свенсон?

Алекс резко повернулся ко мне и тут же резко охнул - рана дала о себе знать. Я дернулась к нему, сама не знаю зачем - просто рефлекторно, однако, он отстранил меня, придерживая бок одной рукой.

- Не надо, не трогай. Да, я встретил его. Не буду спрашивать, как ты догадалась.

Может, всё же стоило как-то объяснить ему? Прикусила губу, а потом медленно выдохнула.

Нет. Я пообещала себе - ни в коем случае не оправдываться. Моей вины нет ни в чем.

Дальше мы ехали молча, пока Дерек не остановился у дверей кабинета Владимира.

- Пойду узнаю, на месте он или нет, - сказала я, чувствуя на себе внимательный взгляд мужа.

- Иди, - ответил он безо всяких эмоций.

А я представила, что так и будем мы жить в глухой обороне, в холоде, скрывая болезненные чувства. Фальшивая семья. Настоящими будут только дети. А мы по обе стороны от них. И от такой перспективы у меня всё сжалось внутри. Но выхода пока что я не видела.

Гоночара на месте не оказалось - он был в больнице, и мы поехали туда.

Больничка располагалась чуть дальше центра города. Белое маленькое здание в цветущих акациях.

Владимиру доложили о нас, и он вышел минут через двадцать, улыбаясь приветливо, хотя я видела, что улыбка была чуть натянутой.

- Мистер Мартин, с возвращением вас! - Владимир протянул Алексу руку, и тот пожал её после секундной заминки. - Моё почтение, миссис Хоуп! Позвольте пригласить вас в мой кабинет, простите - условия здесь спартанские.

- Доктор Гоночар, - начала я, - мистер Мартин был ранен и проходил лечение в госпитале, однако его рана плохо выглядит.

Владимир нахмурился.

- Давайте тогда сразу в смотровую, вот сюда.

Смотровая была разделена ширмой, за которой стояла кушетка. Пожилая медсестра принесла горячую воду, чтобы доктор мог вымыть руки.

- Помогите мне, Мэгги, - попросил её Владимир. - Хоуп… миссис Мартин, останьтесь по ту сторону ширмы, пожалуйста.

Не знаю, случайно ли он назвал меня по имени, и обратил ли Алекс на это внимание. Я отошла к двери и присела на хромой табурет.

Прислушиваясь к обрывкам тихих слов, которые доносились до меня, я поняла только, что рана действительно плохая, и её придется чистить.

Владимир вышел и подтвердил - Алексу придется по меньшей мере несколько дней провести здесь.

- А нельзя обойтись без этого, доктор? - Алекс тоже вышел из-за ширмы, оправляя одежду.

- Нет, мистер Мартин. У вас повышена температура и существует угроза сепсиса. Я проведу операцию через час, мне нужно подготовиться. Миссис Хоуп, возвращайтесь к детям. Приедете завтра, - Владимир выглядел крайне озабоченным, и я испугалась.

- Никуда не поеду, пока не буду уверена, что всё хорошо, - ответила я и сжала зубы, чтобы они не стучали.

Алекс не смотрел на меня по-прежнему. В профиль он был как повзрослевший Колин, и я чуть не расплакалась.

- Езжай, Хоуп, прошу тебя, - он держался за живот, щеки его алели от температуры.

- Как знаете, миссис Хоуп, можете подождать в моём кабинете - ответил Владимир и стал давать распоряжение Мэгги.

- Алекс, - коснулась я его плеча, - я поеду к Лоре Геллер, чтобы не мешать здесь и не отвлекать никого, хорошо? И вернусь через пару часов.

Алекс чуть пожал плечами.

- Если ты думаешь, что так нужно.

Я развернула тихонечко его к себе и коснулась губами уголка его губ, сделав это безотчетно.

- Ни о чем плохом не думай, ладно? Ты понимаешь, о чем я?

Лицо Алекса немного просветлело, и он легонько поцеловал меня в макушку, как обычно я целовала детей.

- Не уверен, что я хоть что-то понимаю, - признался он.

- Миссис Хоуп, мистера Мартина нужно подготовить к процедуре, навестите мужа позже, а лучше завтра, - Владимир сделал жест, означающий, что мне пора на выход.

Я кинула на Алекса ободряющий взгляд от двери и вышла на улицу.

Дерек спрыгнул с повозки и подошел ко мне, встревоженный.

- Где мистер Алекс, Хоуп? Всё хорошо?

Я слабо улыбнулась ему.

- Узнаем через пару часов, Дерек. А сейчас поедем к миссис Геллер.