Глава 41

Екатерина Алексеевна так и не поняла, от чего именно она проснулась: то ли от топота ног по коридору, то ли от особенно громкого раската грома. Да и дождь лупил по стеклам окон с такой силой, что и эта барабанная дробь тоже вполне могла стать причиной её пробуждения.

— Что-то не так, — всполошенной птицей забилась в её голове тревожная мысль. — И дело не только в грозе.

Екатерина Алексеевна сделала глубокий вдох, пытаясь совладать с охватившей ее паникой. Села в постели и, прижав ладони к вискам, попыталась собраться с мыслями.

Что это? Завывание ветра за окном или за её дверью кто-то стонет? Является ли её состояние последствием очередного кошмара, в каждом из которых она вновь и вновь проваливалась в бездну безвременья и думала, что это конец. Или же случилось что-то плохое?

За окном в очередной раз сверкнула молния, за которой последовал очередной похожий на рык громадного зверя раскат грома. Она вздрогнула, вслед за чем, как была, так в одной ночной рубашке и босиком вскочила с кровати и выбежала в коридор.

И подгоняли её не только страх и тревога, но и ощущение того, что она куда-то ужасно опаздывает. Ощущение было практически таким же, как и тогда в бездне. С той лишь разницей, что тогда она так и не поняла, куда именно она опаздывала. В этот же раз…

Не выскочи она в коридор именно в этот момент, она не столкнулась бы со Стефаном, который, к слову, был в полном боевом облачении.

— Ваше Высочество, что происходит? Что-то с Мариком? — не просто преградив мужчине дорогу, но схватив его за руку, обеспокоенно спросила она.

Екатерина Алексеевна не знала, почему она спросила именно о парнишке. Дружины нередко задерживались в рейдах. И отряд Марика, только на её памяти, трижды или даже четырежды возвращался позже запланированного времени. Однако, как только она задала она этот вопрос, она уже не сомневалась: что-то и в самом деле случилось с Мариком!

Стефан потупил взор.

— Кейт… — выдохнул он.

Страх и тревога захлестнули её новой волной — мгновенной, ледяной, перехватывающей дыхание и останавливающей сердцебиение. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы заставить себя успокоиться. Она должна казаться спокойной и уверенной, иначе ей не убедить его взять её с собой.

— Отряд Конана так и не вернулся из рейда? — она скорее констатировала факт, чем уточнила.

— Мы получили вестника с просьбой о помощи, — кивнул принц.

— Ясно, — кивнула она и тут же безапелляционно объявила: — Я иду с вами!

Голос её звучал уверено и спокойно.

— Нет, не идешь, — столь же безапелляционно, уверенно и спокойно ответили ей.

— Ваше Высочество, с вами или нет, но я отправляюсь на поиски моего… — она на мгновение запнулась, подбирая наиболее подходящее слово. Мальчик не был ей ни братом, ни сыном, ни внуком, ни даже племянником. И всё же он был ей бесконечно дорог, — моего Марика, — дрожащим голосом произнесла она. И вдруг, словно бы воочию увидела его — маленького, худенького захваченного в плен некрогнилью. И еле удержалась от стона. — Я привела его сюда. Я отвечаю за него. И я должна его отыскать! Не просто должна, я не могу иначе! Этот мальчик очень дорог мне!

— Тяв-тяв! — поддакнул ей песец.

Стефан тяжело вздохнул.

— Кейт, я знаю насколько тебе дорог этот мальчик! И именно поэтому я сам лично решил отправиться на его поиски! А ты меня… нас всех задерживаешь!

— Ваше Высочество, вы не понимаете! Вы не найдёте его без меня! — убежденно заверила она, несмотря на то, что сама лично она не была в этом особо уверена. Однако, не зря же говорится, что в любви и на войне все средства хороши, а она любит этого мальчика. Очень любит. — Я уже в достаточно хорошей физической форме, поэтому обузой вам не буду! Ваше Высочество, пожалуйста, не заставляйте меня делать глупости! К тому же, вы обещали доверять мне, так доверяйте, бездна вас подери!

— Кейт, но причём тут доверие! Вы же прекрасно знаете, что дело не в этом! Речь идёт только о вашей безопасности! — прорычал принц.

— Я сказала вам, что вы не найдёте без меня Марика! А вы мне не верите, что же это ещё, если не недоверие? — резонно поинтересовалась она, вперив в собеседника кинжальный взгляд.

Раздавший вслед за этим её заявлением скрежет зубов Его Высочества заглушил даже раскаты грома. Ему категорически не нравилась идея Кейт, отправиться вместе с ними в поисковый рейд. Однако своим заявлением о том, что без неё Марика ему не найти, она в буквальном смысле поставила его в безвыходное положение.

До сих пор всегда, когда отряд не возвращался из рейда — это означало, что люди попали в западню, устроенную для них некрогнилью или же другой нежитью. Что, в свою очередь означало — живыми их уже никто и никогда уже не увидит. Разумеется, даже зная это, на поиски пропавших всегда отправлялся отряд. А вот назад этот отряд возвращался далеко не всегда…

Стефан не мог… Не хотел потерять Кейт. Однако, если он не возьмёт её с собой и вернётся без мальчика она никогда его не простит.

— Хорошо, Кейт, — процедил он. — У тебя три минуты на сборы. Опоздаешь хоть на секунду, и мы уходим без тебя. Потому что мы и так уже потеряли уйму времени!

— Я справлюсь за две, — победно заверила девушка и юркнула в комнату.

Сказано — сделано и ровно через две минуты одетая в выданную ей для прохождения физической подготовки мужскую одежду Екатерина Алексеевна уже выпорхнула в коридор.

Сторожевые горгульи и караулы гвардейцев были предупреждены заранее, поэтому при приближении отряда к воротам университета, «рогатки» перед покидающими под покровом ночи людьми отодвинули без единого вопроса.

Место Екатерине Алексеевне досталось самое почетное (если не считать Сияна, разумеется, который возлежал воротником на её плечах) — между Его Высочеством и Сэнди, которых в свою очередь со всех сторон оберегали гвардейцы. Мальда и Верека с собой в рейд не взяли.

— Я подумал, что если вдруг и мы не вернёмся, чтоб было кому и нас разыскивать, — иронично прокомментировал Стефан.

Первую часть пути ехали по большой части молча, однако Екатерина Алексеевна не возражала. Тишина, если не считать трелей перекликающихся между собой разновидностей местных соловьёв, темнота, свежий воздух, не холодно опять же — середина лета как-никак, а июльские ночи — они тёплые. Так как было ещё тёмно, то лошадей, дабы они ноги себе в покрытых густыми лесами горах не переломали, особо не гнали. Да и не разгонишься особо-то в лесу.

Так как прилежащую к академии местность ежедневно прочесывали вооруженные до зубов отряды гвардейцев, то ехали без опаски. Потому как, если и осталась в округе какая-нибудь недобитая пакость или нежить, то только либо очень маленькая, либо очень трусливая. А вероятней всего, и то и другое вместе.

Благодаря чему Екатерина Алексеевна, да и все остальные, вероятней всего, кроме часовых, разумеется, смогли доспать то, что недоспали, в связи с ранним подъёмом. Именно поэтому-то, предположила она, её разговорами и не развлекали.

Запасов воды и еды с собой взяли на неделю, а также несколько походных палаток, одеяла, веревки и всякие прочие дорожные мелочи…

День прошел без приключений. Стефан явно злился на свою спутницу, поэтому заговаривал с ней исключительно по необходимости. Сэнди — тоже злился, однако своё недовольство он выражал не тем, что не разговаривал со своей ученицей, а тем, что наоборот разговаривал и разговаривал. Точнее, говорила и говорила она, а он допрашивал и допрашивал. В его понимании это называлось экзаменом, в понимании экзаменуемой — экзекуцией.

Солнце было ещё довольно высоко над горизонтом, когда они достигли небольшой опушки и Аргус, чьему мнению Стефан всегда полностью доверял, предложил остановиться на привал.

— Пока не достигнем Кулишек, останавливаться на привал под открытым небом не очень хорошая идея. Там кругом будет сплошной лес, поэтому часовых расставляй не расставляй — если на нас вдруг вздумают напасть, толку всё равно особо не будет.

Стефан играючи разжёг костер, на котором зажарили мясо на вертеле, из походных сумок достали хлеб и овощи. Всем раздали вино, и вскоре стоянка стала больше похожа на вечеринку товарищей, нежели на скудный ужин идущего практически на верную смерть отряда.

Как и обычно в лесу, стемнело довольно быстро. Лунного света не было, лишь мириады поразительно ярких звезд сияли в бездонной тьме неба.

Слегка захмелевшие гвардейцы принялись распевать походные песенки, не забывая при этом старательно фильтровать репертуар, в связи с тем, что с ними была ойрина. Дабы их не смущать Екатерина Алексеевна взяла одно из одеял и отсела от основной группы. Ее глаза устремились в небо, и легкий полный грусти и печали вздох сорвался с её губ.

— Беспокоишься о Марике… — понимающе кивнул Стефан, усаживаясь рядом с ней на одеяло. В руках он держал бутылку вина и два кубка.

Она ничего не ответила, просто кивнула и снова вздохнула.

Стефан снова понимающе кивнул и протянул девушке кубок, тем самым предлагая ей вина.

Легкая улыбка тронула губы девушки. Она протянула руку за кубком.

— Это значит, что вы на меня больше не сердитесь?

— Это значит, что я смирился с неизбежным, — криво усмехнулся принц, наливая в её кубок вина.

Первый глоток они сделали синхронно.

— У-уум! — не сдержала она возглас восхищения. — Что за божественный вкус! Это другое вино или может быть, просто ваше общество? — прежде чем поняла, что сказала, кокетливо заметила она.

Но слово не воробей. Кроме того, сам виноват. Решила Екатерина Алексеевна. Напоил девушку, вот она и несёт, сама не ведая что.

Однако она зря опасалась, что принца смутит её фривольный тон.

— К сожалению, нет, это не моё общество, — усмехнулся он. — Это другое вино. Мой ординарец неисправим! Я ему постоянно твержу, что я вполне могу и есть и пить то, что и другие дружинники. Однако он всё равно продолжает втихаря меня баловать, — пожаловался он.

— Ваши люди любят вас, поэтому не удивлюсь, если не он один вас втихаря балует, — отпив ещё вина, заступилась она за ординарца. — И вы более чем заслуживаете этого. Хотя, думаю, в глубине души, они не особо рады тому, что вы отправились вместе с ними в этот поход.

Стефан задумчиво посмотрел на собеседницу и тоже сделал глоток вина. После чего лег рядом с нею, протянув ноги, одну руку подложив под голову, а другой, придерживая кубок на своей груди.

— Ты сама это заметила? Или кто-то поделился с тобой данным соображением? — с вызовом поинтересовался принц.

— Я просто пытаюсь понять, — ушла от прямого ответа на вопрос Екатерина Алексеевна. — Почему вы столь безрассудно рискуете своей жизнью?

— А вы? — вопросом на вопрос ответил мужчина. — Я не правительница этого Королевства и это не я связана с Камнем силы, а вы. И Марик… он мне как младший брат, а не вам! Поймите меня правильно, я безмерно вам благодарна, но я не понимаю…

Стефан усмехнулся в темноте и покачал головой.

— Всё очень просто, Кейт, я обязан вам жизнью ста тысяч моих дружинников и существованием моего Королевства. И вы думаете, что после этого я мог не сделать всё от меня зависящее, чтобы спасти дорогого вашему сердцу мальчика? За кого вы меня, в таком случае, принимаете? Тем более, что в прямом смысле слова своей жизнью я не рискую. Пока в Камне силы есть хоть капля магии — физически я неуязвим. Да, полученные мной смертельные раны — существенно подточат силы Камня, и это сократит отведенное нам с ним время, но немедленная смерть мне не угрожает.

Екатерина Алексеевна понимающе кивнула в темноте, но, поняв, что он не может видеть её, тихо сказала:

— Я принимаю вас за настоящего сказочного принца. Отважного, доброго и благородного.

— Прям таки и сказочного? — иронично переспросил Его Высочество. Однако по голосу его было слышно, что ему приятно.

Екатерина Алексеевна улыбнулась и подтвердила: — Именно сказочного.

— Это ты — сказочная, Кейт, — в голосе мужчины прозвучала нежность. — Я понял это в первую же секунду, как только увидел тебя. Жаль только, что я не послушался тогда моего сердца. Ты, конечно, можешь мне не поверить, но я на полном серьёзе обдумывал возможность отказаться от той, ставшей для меня впоследствии, роковой поездки. Но долг и воспитание победили желания сердца, и я отправился в Сорнекородию.

Стефан как-то вдруг почти в одно мгновение перетёк из лежачего в сидячее положение. Его глаза при этом оказались напротив глаз Екатерина Алексеевны. Он нежно ей улыбнулся и, отставив свой кубок в сторону, протянул к ней руки, чтобы взять её руки в свои.

Возникла пауза.

Екатерина Алексеевне так вдруг захотелось не только положить свои ладони в его, уже протянутые к ней ладони, но и прижаться к его груди, услышать биение его сердца, обнять и…

Томление, поселившееся в ней, огненными струйками омывало её тело, в ушах зашумело. Она честно пыталась смотреть Его Высочеству в глаза, но взгляд всё время соскальзывал на его губы.

Его Высочество, к слову, страдал тем же видом косоглазия. Отвод глаз на себя и Кейт он набросил ещё в тот момент, когда только подсел к ней, поэтому того, что за ними с интересом наблюдают два десятка его дружинников, он не опасался.

С самой первой их встречи его тянуло к этой девушке с невероятной силой. Она. Именно она его судьба. В чём-чем, а в этом у Стефана не было ни одного сомнения. Единственное в чём он сомневался — это в её отношению к нему. Поэтому и ждал, смиренно протянув к ней руки…

Сказочная страна. Сказочный лес. Сказочная поляна. Сказочный принц. И не просто принц, а ожившая мечта. Её мечта. Выстраданная долгими бессонными ночами, выплаканная не одним галлоном слёз. Её Станислав уже давно мёртв. И его не вернуть. А она жива. И ей нравится этот мальчик. Очень нравится. Так что же ей ещё надо? Почему она стоит как истукан? Почему не примет подарок судьбы?

Да, потому что она — самозванка! Потому что не к ней сейчас протягивает руки её ожившая мечта, а к Кейт. Потому что не она была той девушкой, ради которой этот сказочный принц чуть не отказался от своей поездки в Сорнекородию. Возможно она и не преступница, подумала Екатерина Алексеевна, но уж точно лгунья. И будет лгуньей до тех пор, пока не наберётся смелости и не расскажет Стефану всё правду о себе. Включая и ту правду, что ей никакие не восемнадцать, а семьдесят пять! И что она ему даже не в матери годится, а в целые бабушки!

Она судорожно вздохнула, одним большим глотком допила оставшееся в бокале вино и вскочила на ноги.

— Уже поздно, Ваше Высочество, а нам очень рано вставать и отправляться в дорогу. Которая будет очень дальней и очень трудной. Хороших вам снов, — скороговоркой выпалила она уже практически на бегу.

Стефан поднялся с колен, проводил убегающую девушку взглядом, почесал затылок и усмехнулся. Удивительное дело. Он, разумеется, был разочарован. Но нисколечко не оскорблён и нисколечко не обескуражен. Он понял, что она испугалась. Однако испугалась она не его, а своих чувств. Он видел это по её глазам. По тому, как она смотрела на него. В какой-то момент, он даже был уверен, что она бросится ему на шею. Но не бросилась. Это всё потому, рассудил он, что время для предложения руки и сердца он выбрал крайне неудачное. Кейт сейчас не до него, всё её мысли о пропавшем мальчике. Хотя, с другой стороны, ещё неизвестно наступит ли когда-нибудь это, так называемое, удачное время. Однако давить на Кейт он не будет. Просто будет пока рядом. В любом качестве. Главное, чтобы ей комфортно было в его обществе.