Глава 38

Несмотря на то, что мы практически всю ночь не спали, Настя проснулась по будильнику, как солдат по команде “подъем!”. – Давай прогуляем? – сонно пробормотал Алик, нехотя выпуская из рук свою нежную Вишню. Без нее в постели ему сразу стало довольно паршиво. Ни тебе щекочущих лицо блондинистых локонов, ни сладкого аромата желанного тела. – Я быстро в душ, и приготовлю тебе завтрак, – так тепло и нежно улыбнулась Настя, что у Зимы защемило в груди, словно булыжник в ребрах застрял. – Пойдем в душ вместе, – бодро подскочив с кровати, не собирался Алик упускать такой шанс. – Вместе будет в два раза дольше, – раскусила его планы Вишня, но второе полотенце с полки достала. – Зато в три раза приятнее, – уверенно аргументировал Зима, усмехнувшись. Впрочем, как бы не затягивала взор пелена страсти, Зимин не мог совладать со своим желанием как можно больше наглядеться на Настю. Урвать, все что успеет, за отведенное ему время. Он сознательно высекал в своей памяти каждое движение ее ресниц, каждый сорвавшийся с полураскрытых губ стон, каждый взгляд… Румяная, с сияющими глазами Вишневская, порхала по кухне, готовя завтрак. Бросая полные слепого обожания взгляды на Зимина, она не придавала значения тому, что Сашка подозрительно притих. А он умирал. Смотрел на свою случайную соучастницу и не понимал, как его угораздило так быстро, так бесконтрольно и так безответственно потерять голову. А ведь симптомы были. Сразу были и он их замечал. Но эгоистично давал себе еще немного дозы, как заядлый курильщик, покупающий пачку сигарет – каждый раз обещая себе, что она последняя. Переполненная простым женским счастьем, Настя кокетливо смеялась, над бесконечными попытками Сашки уговорить её остаться дома, с целью найти в нем менее скрипучую кровать. А он погибал. Зная, что уже не сможет вытравить завладевшие булыжником чувства. Оставляя прощальный поцелуй на вишневых губах, прежде чем скоростной железный червяк увёз его прелесть в столицу. Электричка уже давно скрылась из вида, а Сашка продолжал смотреть вдаль, стараясь заглушить пекло в груди. Даже куртку расстегнул нараспашку, но и это не помогало. Тупая ноющая боль распространялась по телу, словно яд. Так бы и стоял, наверное, Алик Зима, в ожидании чуда. Но, отвлекла трель его смартфона. – Не разбудил? – поинтересовался Дамир Маратович. – Гложет жажда мести за ночной звонок? – хмыкнул Зима. – Что скажешь по делу? – Ты мне скажи. Ты уверен, что этот Станислав Олегович недостойный член общества? – задал встречный вопрос Дамир. – Уверен. Мразь такая, что и в ад не стыдно занести, – зло процедил Зимин, сразу сатанея. – Ну тогда поторопись. Повезло тебе, одна группа как раз свободна на пару дней. Бери их и шуруй в эту сомнительную организацию. – Я? Я же ни черта не понимаю в вашей экономической безопасности. Физическую вот могу… испортить, – обалдел Зима. – Ты в качестве силовой поддержки, экспертов по махинациям и без тебя хватает, – отрезал майор и, обсудив детали, отключился. – Чтоб тебе… под Новый год антибиотики прописали! – с досады ляпнул Зима, сетуя на слишком оперативную помощь друга. Набрав полную грудь холодного воздуха, Сашка даже заподозрил свою неизменную спутницу – фортуну – в ревности к Вишневской. Уж больно расстаралась госпожа, чтобы максимально сократить время его общения с Настей. Это и расстраивало Зимина и бесило. Накормив рыжего плута, Зима запер дверь на замок и спрятал ключ на перекладину козырька. Его наметанный глаз, даже с учетом того что постоянно обитал на Вишневской, в первый же день приметил следы многолетней затертости краски, где хозяева хранили ключ на всякий случай. Плутая пьяным зайцем, Зима заскочил на съемную квартиру, чтобы переодеться. Но даже тут, где никогда не ступала нога Насти, ему все напоминало о ней. Вот брякнулись наручники, вывалившись из кармана джинс. Вот валяется счет за ремонт ее тачки. А вот и вишневое варенье, которое Зима прихватизировал из погреба на даче у Георгича. Тонированный минивэн группы ОБЭП уже стояла у офисного здания, где находилась компания таракана. Заглянув к ним, Зимин успел только на последние инструкции суровой женщины лет сорока – руководителя операции Любови Васильевны. Алик никогда не присутствовал на таких мероприятиях, но был наслышан, что всякие финансовые жулики боятся как огня не вооруженных до зубов бойцов, а вот таких вот интеллигентов в пиджаках, способных вывести на чистую воду любые, даже самые скрытые экономические преступления. Дальнейшее для Зимина было как в кино. Эти, с виду компьютерно-бумажные черви, ворвались в офис Гордеева твердо отбивая каблуками по паркету, как солдаты на плацу. Одним своим суровым видом пригвоздив секретаршу к стулу. – Всем оставаться на местах. Работает отдел борьбы с экономическими преступлениями! – так по-армейски громко отчеканила Любовь Васильевна, что даже Алик немного приосанился. Офис был крохотным, всего две двери из приемной, и обе уже были распахнуты настежь серьезными пацанами из группы. За одной из них Алик заметил торчащую за кипами бумаг знакомую брюнетку. Поначалу Алик даже заволновался, вдруг это одна из его бесчисленной череды одноразовых знакомств? Но быстро вспомнил, видел эту мордашку в компании Насти на остановке несколько дней назад. Подмигнув находящейся в шоке девушке, Зима поторопился в кабинет напротив, откуда уже доносились вопли таракашки. – Вы не имеете права! Я буду жаловаться! Кто вас прислал? – вцепился в свои ноутбук мертвой хваткой гаденыш. Туповатый оказался самый неприятный представитель членистоногих, сразу выдавая где именно хранит свои секреты. – Фух! Я уж думал, что зря приехал! – радостно выдохнул Алик, на ходу сбрасывая пальто и разминая кулаки. Любовь Васильевна, чуть качнув головой, подала знак своим акулам цифровым расступиться, чтобы Зима никого от радости не снес по пути к своей жертве. Свирепое выражение лица Зимина и более матерых ушлепков способно было довести до паники, а уж таракан, в девичестве Стасик, и вовсе затрясся в припадке. Зиме даже делать практически ничего не пришлось. Хватило лишь одной руки, сжавшей тощую шею и второй выворачивающей конечность гада на болевой. Вывернув руку Стасу едва ли ни локтем к затылку, Алик заставил негодяя почти на коленях отползти в сторону и, швырнув его в стоящее в углу кресло, намертво пригвоздил мошенника к месту. Изъятый из среды обитания таракан больше группе не мешал, и работа у них закипела. Гордеев был в отчаянии, не зная как спасти свою шкуру. Будь тут только эти “пиджаки”, возможно он и попытался бы улизнуть. Но стоящий над ним, словно каменный монумент, громила, пугал его так, что поджилки тряслись. Молодой с виду специалист, очень быстро нашел в спрятанных файлах, компрометирующую информацию. Услышав, что именно фиксируют сотрудники ОБЭП в своих протоколах, Стас заерзал на кресле и, несмотря на жуткий взгляд Алика, решил к нему обратиться. – Может договоримся? – тихо пролепетал Гордеев, осознавая, что это конец и другого шанса не будет. – Валяй. Чистосердечное признание облегчает вину. Сколько еще девушек выплачивают твои кредиты, мачо тепличный? – зловеще загорелись глаза Зимы. Он намеренно наклонился ближе к тараканищу, чтобы тот испытал как можно больше страха, отчаяния, паники – всего того, что он заставил пережить Настю, бросив ее и лишив всего в один день. – Что? К-к-какие к-к-кредиты? – вжался в кресло Гордеев. Его глазенки бегали, как маятник часов, в памяти вдруг всплыло заплаканное бледное лицо Вишневской. – Это тебе за Настю, мразь! – подтверждая догадки Гордеева, яростно выплюнул в лицо Алик сквозь сжатые зубы. – И я с такими, как ты, подонок, не договариваюсь. Так что лучше сиди и не беси меня, насекомое. Ловушка для тебя захлопнулась!