Глава 52. Логика, однако

Логика — штука интересная. Бывает она разная-преразная — мужская и хаотическая, женская и совершенная, математическая и… да много какая бывает, главное, чтобы была.

У младшего поколения Туровых логика присутствовала однозначно. Правда, она оказалась очень своеобразной, с интересными и неожиданными выводами…

Основания для выводов были противоположными по сути — с одной стороны, их родители и Наташа, которые говорили, что Наташа их любит и не бросит, а с другой — неприятная и противная тётка, которая утверждала, что Наташа на них и смотреть больше не захочет из-за того, что выйдет замуж, точнее, ей муж не позволит.

А кроме всего этого, у Артёма и Антона наличествовал ещё и опыт — в их группе недавно появился мальчик, у которого родители развелись, мама вышла замуж и…

— Теперь он живёт с бабушкой и дедом, а мама — с новым мужем. Новому мужу Димка не нужен, и мама его перестала забирать, — излагал Артём новые для Тимофея и Арины данные.

У обоих глаза стали огромными, а Аринка так и вовсе начала шмыгать носом.

— А папа? У того мальчика нет папы? — уточнил Тима.

— Есть, но ему Димка не нужен ещё больше. Мы его ото всех защищаем и всё печенье ему отдаём, — Антон предпочитал жалеть делом, а не просто сочувствием. — И какао тоже! Он его любит.

— Бееедный Дима, — Арина вытирала глаза. — Я не знала, что так бывает. Значит, та тётка правду говорила?

— Не уверен! — слёзы Арины для её братьев всегда были сигналом собраться и немедленно извести причину, их вызывающую. Вот и сейчас Тимофей неуклюже вытер сестре нос и покосился на близнецов. — Мало ли какие глупые взрослые бывают. Вот у нас-то не так! И Наташа не такая!

— Наташа-то не такая, а вот этот её дядьКотик… мы же его не знаем! А вдруг он притворяется? — призадумался Антон.

— Тогда надо его сильно рассердить, и он не сможет притворяться! — Артём вывел формулу их совместных будущих действий. — Если до свадьбы сильно-сильно разозлится и начнёт требовать, чтобы Наташа нас бросила, она успеет решить, что на нём жениться не надо!

— Девочки не женятся, девочки замуж выходят! — с видом крупного специалиста отозвалась Арина.

— Значит, не выйдет! — покладисто согласился с правками Артём.

Именно это решение и стало причиной странных происшествий, которые начали приключаться с Котиковым, стоило ему только вечером прийти домой.

Наташа теперь помогала с племянниками, когда у неё было свободное время или когда она начинала скучать по ним, и дети воспользовались первой же предоставленной возможностью.

То один, то другой исчезали в глубине квартиры, пока оставшиеся изо всех сил отвлекали Наташу.

— Люди, а что это у нас такое случилось? А? Почему у вас мордочки то сосредоточенные, то хитрые, то довольные? — попыталась было уточнить Наташа, но младшие Туровы умели держать язык за зубами.

Вечером она отвела всю честную компанию к ним домой, и почему-то дети устроили показательное капризовыступление на тему «ты ещё не ушла, а мы уже скучаем».

Настя, которая в тот день пришла раньше и занималась ужином, только плечами пожимала, уговаривая коллектив отстать от тёти.

— Есть ли у вас совесть? Наташа устала, ей домой надо, ужин готовить…

— Так ты же ей всё приготовила — мы видели! — дети моментально отслеживали малейшие мелочи и детали.

Короче, вцепились они в тётю так, что домой первым пришёл Котиков. Нет, он уже знал, что Наташа у братьев — прочитал её сообщение: «Мы с ужином будем через полчаса, не скучай по нам». И именно поэтому решил, что пока разденется и хоть душ примет, чтобы времени не терять.

Стоило только шагнуть через порог, он услышал протестующий мяв и не менее возмущённое тявканье из старой Наташиной спальни.

— Чего это она живность закрыла? Или это ребята заигрались и… — он сделал попытку подойти к комнате и тут же отскочил от падающей сбоку старой гладильной доски. Увесистой.

— Странно… она в кладовой стояла — я видел, — прокомментировал Шурик. — И чего это порядочная гладилка с приличным воспитанием на людей бросаться стала?

Нет, скорее всего, если бы не его работа, он бы сделал и следующий шаг, вляпавшись в щедро разложенный на полу слайм, а потом, сбив за углом стул, на котором крайне неуверенно стояло ведро с холодной водой, изрядно облился бы.

Попытка открыть двери и выпустить животных обернулась бы для дядьКотика вляпыванием в крайне липкую субстанцию, которой была щедро намазана ручка двери, а шаг через порог — знакомством с пластиковой бутылкой без крышки, в которой был крахмал.

Да-да… всё это грозило полным разоблачением и выводом на чистую воду злодея и жадины, возможно, прячущегося внутри Наташиного жениха. Конечно, какой нормальный злодей не разозлится, будучи пристукнутым тяжеленной старинной гладилкой, прокаченный до ближайшего угла на слайме, облитый водой, с липкими руками и осыпанный крахмалом, щедро вылетающим из пластиковой бутылки, если на неё наступить…

Когда Наташа пришла домой, Котик хохотал, осматривая оставленные для него сюрпризы на кухне и в ванной.

— В туалет пока не ходи, там я ещё не смотрел, — предупредил он невесту.

— Маааамочки мои! Вот они натворили! Саш, прости, пожалуйста! Я поняла, что они хитрят, но не сообразила проверить окружающую среду. Что они на тебя так взъелись? Они же тебя даже не знают!

— Видимо, поэтому и проверяют на прочность, — Котиков осмотрел туалет и довольно кивнул. — Молодцы! В месте первой необходимости ничего не оставили — не сподличали.

— Ой… я, кажется, поняла, — Наташа подхватила на руки Алиску, активно пляшущую вокруг, прижала её к себе для успокоения и выдала:

— Это из-за Мариняшечки!

— А кто у нас Мариняшечка? — уточнил Котиков, убирая последние следы ловушек.

— Это моя и ребят двоюродная тётка… или троюродная… короче, родственница. Она к нам давно не приходила, потому что у нас же тесно было, не посидеть, языком не потрепать. Вот мы слегка и расслабились. Правда, звонила она регулярно. Но она по телефону только склеивает, но ядом не капает — видимо, это у неё такая разведка.

— Склеивает? — Шурик недоуменно поднял брови.

— Ага. Сейчас объясню.

Наташа уселась, смиренно положила руки на колени, опустила очи долу и зачастила:

— Деточки-то у вас какие славненькие, шустренькие, весёленькие. Васенька, а ты им варишь курочку без шкурочки? Курочку только без шкурочки варить надо, а то там всякие вредные элементики.

Котик ошеломлённо прослушал эту тираду, а потом помотал головой.

— И правда, склеивает!

— Вооо, поэтому у нас с ней беседовать особо никто и не рвался. Но знаешь… если человек не грубит, ничего плохого вроде не делает, только чудаковат, его же жалко отшить. Ну, мало ли, пообщаться хочется очень.

— А семья у неё есть?

— Есть. Муж вахтовым методом в Норильске работает. И что-то у него отпуска всё нету и нету… ещё имеется дочь, но она вышла замуж в Хабаровск, двух дочек родила и оттуда теперь и носа не кажет. Мариняшечка всё порывается к ней и внучкам поехать, но там то холодно, то жарко, короче, некомфортно.

— Все сбежали, а ей скучно?

— Да, именно так. Правда, у неё куча родственников, вот она всех по очереди и осчастливливает своей особой. Теперь вот добралась до нас и сообщила детям, что я, когда выйду замуж, их любить перестану, брошу их, потому как ты мне запретишь, и вообще, перейду на любовь исключительно своих деток, а чужие мне будут не важны.

— Вот же… — Котиков рассердился. — Какого фига она вообще полезла к детям?

— Да она ко всем лезет. Она, понимаешь ли, правду несёт!

— Уронит, обольётся, ввек от такой «правды» не отмоется! — мрачно посулил Котиков.

— Неплохо было бы… Рома и Димка её выгнали. Реально так. Рома вообще сказал: «Пошла вон».

— Это он правильно сделал! — одобрил Котиков.

— Потом они с детьми поговорили, сказали, чтобы те Марину Ивановну не слушали. Так она к нам на прогулке пришла. Начала нести всякую ерунду. Правда, я детей на площадку отправила… хотя… стоп! А ведь Тимку я не видела! — Наташа прищурилась. — Видела Арину, близнецов… по крайней мере, одного из них!

— То есть Тимофей и, возможно, второй паренёк из близняшек, подкрались и всё слышали, что тебе вещала эта сиропная цикута? — после сегодняшних находок Саша уже был в этом железно уверен.

— Ну, похоже, что так. Они сегодня в меня вцепились изо всех сил и не отпускали. Явно, чтобы ты первым вернулся и попал во все их ловушки… Вот глупыши доверчивые! Я же говорила им, что буду любить их как раньше и не собираюсь их бросать! И что теперь делать?

— Как что? Знакомить нас очно! — улыбнулся Котиков. — Чтобы они поняли лично, что все бредни этой Мариняшечки — полная ерунда!

— Интересно, он уже разозлился? — перешёптывались перед сном дети в обеих квартирах. — Или будем продолжать?

Неизвестно, какие именно планы «на продолжать» придумали младшие Туровы, но на следующий день в гости к братьям Наташа пришла с женихом.

— Ой, точно разозлился и идёт с нашими родителями ругаться! — сделали близнецы вполне логичный вывод, однако ничего такого не произошло.

— Не сильно рассердился? Или Наташа успела первая и всё сняла? Но она тоже не сердится… непонятно! — переглядывались дети.

Сначала они решили, что теперь-то Наташин жених точно начнёт ругаться, но ничего такого не произошло, он с ними нормально поздоровался, чем сильно их озадачил, вот они и убрались подальше — на военный совет.

— А чего это наши так притихли? Куда-то смылись и как нет их, — удивились братья Туровы.

— Обычно они с новыми людьми активно знакомятся, а ты для них вообще герой — пришёл с Наталкой и спас собаку.

Разговор логично свернул на собак, и тут Шурик пошёл с козырей.

— У меня есть старшая сестра Лера, которая и сосватала Наташе Алиску. Так вот, это неуёмное создание опять вляпалось… на сей раз в щенков с выбраковкой.

— Как это? — насторожились Туровы.

— Повязали собак для того, чтобы щенков продать и денег срубить, пару подбирали кое-как, и щенки вышли с недостатками — у кого-то пятно белое, у кого-то вообще окрас не типичный. Короче, большие деньги за них получить невозможно, а тратиться на корм надо. Лерка, разумеется, мимо не прошла и теперь уговаривает меня, чтобы я разрешил ей снять у меня комнату для щенков, потому что хозяева грозятся их просто выкинуть или в приют сдать.

— Ты разрешил? — заинтересовалась Наташа.

— Снять? Нет, конечно. Просто так пущу.

Уже сказав, он вдруг припомнил, как у его коллеги жена отчаянно с ним поругалась, потому что он пустил пожить в свою добрачную квартиру друга. Припомнил и покосился на Наташу. Не верилось ему, что она начнёт кричать как та: «Ты у меня живёшь, а со мной не посоветовался! Я хотела ту квартирку сдать и деньги получать»! Причём почему-то её абсолютно не смущало, что муж зарабатывает в несколько раз больше и не скупясь тратит и на её собственную жилплощадь, и на неё саму.

Но Наташе такие претензии и в голову не приходили, вместо этого она переглядывалась с братьями и невестками.

— Саш, а что там за щенки? — наконец-то не выдержала она.

— Цвергшнауцеры. Ну бородатые такие невелички. Так вот, там один родился коричневый, а ещё кто-то — с крупными белыми пятнами на груди.

— И все мальчики? — осторожно уточнила Василиса.

— Да, то есть нет, в помёте было больше щенков, остальных они продали, а этих хотели сразу того… но решили, что и за них какие-то деньги выручат. Может, и получилось бы, но они хотели многовато, за такую цену никто не покупал, а сейчас щенкам уже почти пять месяцев, и желающих на них вообще нет, — Шурик вчера, когда с работы ехал, целую лекцию от сестры прослушал об этих щенках.

— Так… и твоя сестра их пристраивает? А… посмотреть их можно? Мы как раз хотели завести собаку, — высказался Дима, осторожно косясь на дверь, за которой где-то в глубине квартиры были их дети.

— Пристраивает, и будет очень счастлива, если кого-то возьмут, — кивнул Котиков, чутко прислушиваясь к отчётливому шороху со стороны балкона.

Кто кого пристраивает и кто от этого будет счастлив, лазутчик Артём не услышал, зато понял, что Наташин жених на них точно не ругается.

— Дальше делаем? — Артём переглянулся с остальными, и, получив согласие, быстро привёл в действие их новые ловушки.

Шурик чего-то такого ожидал, поэтому крайне хладнокровно увернулся от летящего ему под ноги мячика, не наступил на здоровенный разноцветный самосвал, подставленный так, что ступня взрослого человека попадала как раз в кузов, и перехватил как бы случайно упавшую стопку книг.

— Саш, давай я с ними поговорю! Что-то наши поросята разошлись! — Наташа только руками развела, увидев засаду, устроенную на Котикова.

— За это тётку надо благодарить, а теперь у них вполне законные опасения, вот они и выводят меня на эмоции. Я так думаю, что надеются разозлить и показать тебе, какой я нехороший. А поговорить надо. Просто чтобы они не нервничали.