Глава 22 "Королевская немилость"

Свет вновь выключился на половине пути, но руки Дениса были заняты коробкой, потому они не остановились даже для короткого поцелуя. Однако только через пролет Белка сумела прижать мольберт к стене и, высвободив руку, нажать на кнопку выключателя, а у двери вообще пришлось опустить его на пол, чтобы достать ключ. В коридоре Белка сразу схватилась за телефон, пролежавший полдня в машине, и набрала номер отца. Мартин звонил два раза, но не оставил ни одного сообщения. Денис следил за ее лицом, топчась на пороге, хотя Белка уже пару раз махнула ему рукой, чтобы проходил в кухню.

— Папа, я работаю, — прокричала она в трубку по-французски. Не специально, а так получилось из-за нервного напряжения, сковавшего голову ледяным обручем.

Денис обернулся, но ничего не сказал. Мартин тем временем пообещал больше ее не отвлекать и позвонить уже ближе к вечеру. Сердце Белки забилось в висках, но мозг все равно не сумел придумать никакого предлога, чтобы попросить Мартина позвонить утром, и Белка шепнула отцу уже по-английски: «Хорошо».

— Бель, отключи телефон, — Денис стоял в дверях кухни, подпирая плечом косяк. — Иначе нечестно как-то получается.

Его телефон остался в машине лежать мертвым грузом. Выяснилось, что порвался провод, а на поход в магазин за новым сегодняшнее драгоценное время они решили не тратить. У всей семьи Деграсси были самсунги, и Белка ничем не могла помочь владельцу последней версии айфона. Если только действительно выключить свой смартфон.

— Не могу, — она сжала губы. — Я выключу звук. Папа будет звонить, но не скоро. Я могу не отвечать сразу, но мне обязательно надо будет перезвонить ему до ночи. Иначе он будет волноваться.

Денис наградил ее долгим взглядом и довольно громко сглотнул слюну.

— Так какой у нас распорядок дня?

Белка облизала пересохшие губы.

— Если тебе нужно в душ, иди. А я пока поставлю на балконе мольберт.

Денис пожал плечами.

— Лучше сама скажи, нужно ли мне в душ?

Белка мотнула головой, нервным движением спрятала волосы за уши и отправилась в ванную за резинкой. Однако накрутить ее на конский хвост не успела. Покрасневшие плечи покрылись жирным слоем бальзама алоэ-вера, а шея — жадными поцелуями. Язык Дениса пересчитывал каждый позвонок снова и снова, вверх-вниз, вперед-назад.

Белка так и стояла с поднятыми руками, пока прохладные ладони Дениса не переместились с плеч на бедра, чтобы исчезнуть сначала под цветастой юбкой, а потом уже и под тонкой тканью бикини. Белка непроизвольно выгнулась и тут же поняла, что свободные плавательные шорты стали Денису тесны. Он подтянул ее к своему горячему телу еще плотнее, заставив подняться на носочки и податься на этот раз уже вперед, позволяя его языку скользнуть под блестящий лейбл майки к нервно стянутым лопаткам.

— Давай поменяем порядок процедур? — прохрипел Денис, собирая на пальцы оросившую бикини влагу. — Я не высижу на этой палке и получаса.

Резинка оставалась на пальцах, и волосы сейчас завесили Белке все лицо. Кровь прилила к голове, и барабанные перепонки задрожали под ее неистовым напором. Белка попыталась сделать шаг вперед, чтобы открыть окно, но пальцы Дениса крепко держали ее между ног, а вторая рука уже добралась до груди и сжала сосок с такой силой, что у Белки потемнело в глазах.

— Денис, плиз…

Ей пришлось откинуться к нему на плечо, и губы его тут же отыскали ее острую ключицу.

— Пожалуйста, Бель, не томи. Ты уже ждешь меня, девочка, я уже нащупал тебя…

Его пальцы двигались все быстрее и быстрее. Белка сжала ноги, чтобы унять дрожь, но этим лишь глубже толкнула в себя его руку. Не в силах сдержать стон, она раскрыла рот, и тут же почувствовала в уголке рта прикосновение горячего языка. Он манил к себе, и Белка повернула голову, чтобы полностью отдать Денису онемевшие губы.

Голова горела, и волосы липли к вспотевшему лбу. Белка почувствовала резкий запах своего разгоряченного тела, когда Денис схватил ее лицо обеими руками и начал медленно пятиться по коридору к дверям ее спальни.

— Денис, — почти беззвучно выдохнула Белка ему в рот, но он не услышал зова, погасив все звуки еще более глубоким поцелуем.

Теперь руки его искали крючок на юбке и, конечно, нашли. Взвизгнула молния, и звук этот болезненным эхом разнесся по дрожащему телу Белки. Денис рванул юбку вниз вместе с бикини и, подхватив добычу под коленки, выдернул ее из тканевого плена.

— Денис! — почти закричала Белка, когда тот, повалив ее на матрас, отпустил наконец распухшие губы.

— Что? — он принялся уже скручивать ткань майки и вдавил Белку в упругий матрас всем своим весом, потому, вместо пояснений, из ее рта вырвался очередной стон.

Рука Дениса вновь легла на ее пульсирующий живот, но не осталась там надолго, а перешла к шнуровке шорт, которую он рвал не глядя, стараясь быстрее освободиться от мешающей ткани, но резинка, даже выпустив наружу возбужденную плоть, намертво застряла на бедрах. Денис чертыхнулся, приподнимаясь над Белкой, и она тут же, подтянув к животу ноги, выдохнула:

— Денис, не так!

Но он уже, топча на полу шорты, разрезал железной ладонью ее дрожащие колени. Под напором его тела они раскрывались медленно, но неумолимо. Белка вцепилась в мятую футболку.

— Денис, стоп!

Он замер. Белка глядела в его затуманенные глаза, чувствуя, как рукой он продолжает направлять свое орудие прямо в цель, едва прикрытую влажной темной порослью.

— Дюрекс, — выдохнула Белка уже шепотом, перехватив его руку у самого запястья.

— Вот я дурак…

Денис перекатился на спину и прикрыл ладонью дрожащую головку, на которой уже выступило несколько капель спермы.

— В кармане. Достань. Пожалуйста…

Белка соскользнула по матрасу на пол, точно с горки съехала, и сунула руку в карман шорт. Ключи Денис бросил в прихожей на комод, здесь шуршали только несколько индивидуальных упаковок Дюрекса. Видимо, купил вместе с шоколадкой, заранее уверенный в своем успехе, и выбросил коробочку, чтобы не оттопыривала карман. Сердце колотилось с прежней силой, но пульсация между ног стихла. Белка шумно сглотнула последнюю оставшуюся в горле слюну и поднялась, сжимая в кулаке одну резинку. Голос ее отскакивал от барабанных перепонок, точно дождевые капли от железного ведра.

— Мы так не договаривались…

Денис взглянул на нее испепеляющим взглядом и со стоном вдавил затылок в матрас.

— Я тебя сейчас убью, зараза! — прорычал он, прикрывая глаза. — Залезай на меня. Может, тебе будет приятнее от сознания того, что ты все же подмяла меня под себя.

Белка не двигалась. Денис приподнялся над кроватью.

— Ну что теперь?

— Матрас голый, — прошептала Белка, чувствуя боль от приклеившихся к коже бедра волосков.

— Я тоже голый!

Он приподнялся чуть выше и сдернул футболку, чтобы тотчас запихнуть под себя.

— Так тебя устроит? — из его прищуренных глаз лилась злоба. — Матрас ей жалко, а меня нет? Давай уже сюда резинку!

Он разорвал сверкающую обертку и стал судорожно разворачивать на себе колечко. Белка скинула майку и сделала к нему шаг, но тут же замерла, ударившись коленкой об остов кровати. По телу разлилась новая волна боли. Прежняя тонкими струйками бежала из подмышек.

— Белка, мать твою! Иди уже сюда! Живо! Будут тебе стулья, Фома неверующая! Я тебе хоть до утра позировать буду, но дай мне уже себя трахнуть.

Она опустила зудящую коленку на матрас, перекинула вторую ногу через голое тело Дениса, и уселась ему на коленки. Язык распух, а она, посылая лесом первоначальный план, уже готовилась сказать, что футболки ей будет мало. Мозг распух и голова могла треснуть с минуты на минуту. Все неправильно, все… Нет, Белка даже мотнула отяжелевшей головой. Нет, это не голова, это налившиеся груди тянули ее вниз, где блестела натянутая до предела резинка.

Нет, Белка решила не добавлять Денису и толики гордости и вжала ладони в углубления на матрасе. Еще совсем немного и все закончится. Она сможет сдержаться, не покажет вида, что больно, а кровь… Она скажет, что это месячные. Они в жару начинаются без предупреждения… Да, именно так она решила заранее и так тому и быть.

— Денис… У меня, кажется, началось… Ну, это…

— Твою мать… — Денис откинулся на матрас и закрыл лицо ладонями, затем схватился за резинку.

— Нет! — Белка перехватила его руки, и даже через ладонь чувствовала его возбуждение. — Мы все равно будем мэйк лав. А дюрекс тем более оставь… Как бы джермс… Ну, как это по-русски? Микроорганизмы? — она дергала бровями на манер клоуна, не в силах взять под контроль свою мимику. — И я сама дальше, ладно?

Она осторожно придвинулась к нему. Денис не сводил с нее глаз, и, спасаясь от его пристального взгляда, Белка зажмурилась, молясь, чтобы он вновь заинтересовался ее грудью. Но Денис по-прежнему держал горячими руками ее дрожащие колени, усилив хватку, когда она осторожно приподнялась над ним. Под ее пальцами он напрягся еще сильнее, а она сильнее зажмурилась. Как раз в тот самый момент, когда Денис приоткрыл рот, чтобы выпустить на свободу громкий стон, она прижала его член к своему животу, оттягивая решающий момент.

Правое веко нервно дергалось, а она все скользила и скользила пальцами по резинке, ненароком касаясь и своих распухших губ. Ноги давно дрожали от напряжения. Денис наглаживал их, шепча просьбы поторопиться. Белка не открывала глаз. Раз, два… Она сбилась и раздумала дальше считать безрезультатные попытки впустить его в себя. Она уже несколько раз касалась головкой клитора, но в самый последний момент выталкивала его наружу.

Пальцы Дениса подбирались все ближе и ближе к ее бедрам. Сквозь слипшиеся ресницы она видела, как дрожат вздувшиеся на его руках жилы. И вдруг все померкло перед глазами. Его ладони крепко держали ее пониже спины. Он был в ней, глубоко. Одно движение, второе. Его руки тянули ее вверх и тут же с высоты бросали вниз. Тысячи мелких осколков впились в кожу. Она не сдержала первый крик, а теперь, стиснув зубы, уже и слезы. Денис их заметил и замер. Его большие пальцы продавили ей живот, казалось, до самого позвоночника.

— Прости, котенок. Я не хотел быть грубым. Просто больше не мог тебя ждать. Давай теперь сама, как тебе лучше.

Плечи Белки поникли, и волосы занавесили лицо. Она стиснула бицепсы Дениса и, приподнявшись над распростертым на матрасе телом, чуть не потеряла его, но в самый последний момент согнула руки в локтях и вновь полностью впустила его в себя. Медленно, но резинка все равно прошлась внутри, будто наждачка, и Белка упала на грудь Дениса, дрожа всем телом. Он прижал спутанные волосы к ее ушам:

— Если так больно, то к черту… Переживу…

Он приподнял ее и пересадил себе на колени. На прозрачной резинке дрожали багряные капли.

— Денис, — Белка с трудом шевелила языком, голову бросало то в жар, то в холод. — Давай продолжим, только поаккуратнее в этот раз. Ты сверху.

Денис оттянул большим пальцем влажный уголок ее глаза.

— Пошла к черту, идиотка! — он сорвал презерватив и скомкал. — Да хрен с ним… Не переживай. Сейчас упадет.

Он тяжело выдохнул и свободной рукой вновь коснулся мокрого лба Белки.

— Ну что, подруга боевая, — затем скользнул по шее и груди к животу, где подхватил пальцем капельку, дрожащую в конце кровавой полоски, тянущейся по внутренней стороне бедра, и, доведя каплю аж до вздрагивающей коленки, вдруг тихо запел: — Дан приказ ему на запад, ей в другую сторону, уходили комсомольцы на гражданскую войну… Беги за тампоном, а я минут через пять приползу к тебе на балкон. Если ты, конечно, в состоянии рисовать.

Белка судорожно кивнула. В комнате с закрытым окном вдруг сделалось невыносимо душно. Белка осторожно приподняла ногу — на коленке Дениса появились новые кровавые разводы.

— Брось, — махнул он рукой. — Иди в душ. Я следом. Только оставь мне чуток горячей воды. И свой дезик.

Белка снова кивнула и, продолжая смотреть на покрытую темными волосами ногу Дениса, нащупала пальцами пол. Внутри продолжало пульсировать, и Белка, почувствовав на ноге новую теплую струйку, ринулась к двери, чуть не зацепившись за косяк.

— Ты под ноги смотри, красотка! — Денис сел на кровати. — Тебе помочь?

Не дожидаясь положительного ответа, он ринулся следом за ней в ванную.

— Слушай, ты действительно в порядке? — Белка кивнула, и Денис улыбнулся. — Королевская милость, выходит, изменчива.

Белка смотрела на него в упор — только в лицо, только в глаза, но живот все равно безжалостно крутило.

— Выйди, пожалуйста. Мне нужно личное время, ладно?

— Да без вопросов.

Денис закрыл за собой дверь, и Белка тут же съехала по стеклянной дверце душевой кабинки на ледяной кафельный пол. Слезы брызнули фонтаном, и она не стала их утирать. Только ткнулась в подтянутые к лицу коленки. «Дура!» — сказала она себе на всех известных ей языках, и почти напела строчку из мультфильма «Коко» — ун поко локо. Нет, она сумасшедшая на всю голову. Горшочек варил, варил и наварил такого, что в страшном сне не придумаешь. Надо было остановить этого идиота еще в ванне, и все бы получилось нормально. Как и планировалось. А теперь… Да пошел он со своим портретом! Сейчас свернуться бы калачиком на диване под мягким пледом и открыть глаза только, когда Мартин повернет в замке ключ.

— Бель, с тобой действительно все хорошо?

Денис постучал, но остался за дверью, хотя замок не был закрыт.

— Да, я иду в душ!

Белка ухватилась за ручку на стеклянной двери и подтянула себя вверх. Убедившись, что пол под ней чист, она решительно шагнула под горячий душ, чтобы смыть следы своего поражения.