Глава 12

Павел весь вечер следил глазами за Аглаей, а потому видел, как едва она вышла, за ней во всю свою хромоногую прыть поспешил и Герберт.

– Время пошло! – усмехнулся Павел и, найдя глазами Алекса, кивком головы показал ему на выход.

Они вышли на улицу и успели заметить, как Аглая села в машину к Герберту.

– Поехали. Мне кажется, я знаю, в какой ресторан он ее повезет! – усмехнулся Павел.

– Ну, поехали, мииилый! Я тоже ужасно голоден! – расхохотался Алекс. – Надеюсь, не ресторан японской кухни?

– Нет. Аглая терпеть ее не может!

– Надо же! Я думал, все телки любят суши!

– Аглая не как все! Запрыгивай, прокачу тебя, мииилый, на красивой машинке пока она еще моя. Я знаю туда короткую дорогу.

– Ну, давай, прокати меня, Павлуша, на «Феррари». Сделай мне приятно!

Алекс не успел пристегнуться, а Павел уже рванул с парковки. Резкий старт заставил вжаться Алекса в сиденье.

– Сделаю. Потом. Если захочешь! – ответил Павел и рассмеялся.

– Смотри, я запомнил! – расхохотался Алекс. – Куда едем?

– Ресторан «Аргентина». Неужели тебе не прислали пригласительный на открытие?

– Ну, раз ты меня туда везешь, то тебе и счет оплачивать!

– Алекс, у тебя в роду скобарей не было?

– Нет, но евреи есть.

– Так я и думал! – хмыкнул Павел. – Отстегивайся. Приехали!

– Зверь, а не машина! Не жалко Герычу отдавать?

– Не жалко! – бросил короткое. – Ну, что, готов, мииилый?

– О! Сейчас еще и в сплетни попадем! – рассмеялся Алекс, увидев журналистов перед входом в ресторан.

– Господа, позвольте Ваши пригласительные! Мне очень неудобно Вас просить об этом, но поймите, сегодня столько гостей! – девушка – администратор, казалось, сама смутилась от своих слов.

– Без проблем, дорогая! – Александр вытащил из внутреннего кармана пригласительный и пояснил, стрельнув глазами на своего спутника:

– Александр Петров и его спутник.

– Юморист, блин, – усмехнулся Павел, – девушка, можете отметить, что гость Павел Костров со своей спутницей тоже прибыл.

Александр расхохотался и пояснил:

– Девушка, все нормально, мы так шутим. А вот у вас один пустующий стол сейчас образовался на самом деле.

В этот момент на улице поднялся ажиотаж, и послышались крики журналистов: «Господин Лелло, кто Ваша спутница?»

– Пройдемте, я предложу вам столик! – отвлекла их девушка и шагнула в зал.

– Сегодня планируется выступление? – задал Алекс вопрос, увидев сцену и стоящие на ней инструменты.

– Да, сегодня будут танцевать аргентинское танго! Из Аргентины, по специальному приглашению господина Луиса, приехали две пары, – девушка произнесла это с придыханием.

– Милый, ты танцуешь? – Павел среагировал раньше.

– Вот зараза! – расхохотался Алекс. – Танцую, но точно не с тобой!

– Ты просто еще не знаешь, как я умею танцевать танго! – Павел поиграл бровями.

Алекс не успел ответить, потому что девушка подвела их к столику на две персоны. Да, не в центре зала, чуть в стороне, но друзья не возражали. Сцена была видна хорошо, а быть в центре внимания еще и здесь они не хотели оба.

Едва они сели за стол, как к ним подошел официант с меню. Приняв заказ на напитки, ушел, а Павел с Алексом одновременно повернулись к дверям, через которые в зал только что вошел сам хозяин и его гости. Луис семенил впереди, за ним шли Аглая с Гербертом. Прежде, чем сесть за столик, они о чем-то пошептались.

– Слушай, такое чувство, что наш хромоногий Киборг на нее запал! – изрек вдруг Алекс, – не жаль машинку отдавать?

– Это с чего вдруг такой вывод? – усмехнулся Павел.

Алекс дождался, пока официант разольет им вино и уйдет.

– Очень уж он серьезно на нее смотрит. Нет, правда! Будто зверушку диковинную рассматривает.

«В этом ты, друг мой, прав. Аглая у нас и есть зверушка диковинная!» – усмехнулся мысленно Павел.

Поймав взгляд Аглаи, он чуть наклонил голову в знак приветствия. Она поприветствовала его в ответ, а потом резко повернулась к своему спутнику.

– Ого! Ты это видел! – тут же выдал Алекс. – Нашего хромоножку аж перекосило от того, что она с тобой поздоровалась. Влюбился, что ли? Или сработал инстинкт охотника: «Моя добыча, никому не отдам!» Интересно, интересно!

Алекс не мог слышать того, что происходило за столиком Аглаи и Герберта, он мог только догадываться об этом. Но надо отдать должное его наблюдательности, он угадал.

– Герберт, что происходит? Что вызвало Ваш гнев?

– Этот Камень тоже здесь, и он бессовестным образом пялится на Вас!

– Здесь многие смотрят на меня, но, боюсь, лишь потому, что я для них темная лошадка в Вашем окружении, – Аглая тонко улыбнулась и продолжила:

– Вы сейчас ведь Павла Кострова имели ввиду?

– Да, и, Аглая, извините мне мою несдержанность.

– Почему камень? – Аглая смотрела на Герберта серьезно.

– Это его прозвище. Вы не знали?

– Нет, не знала. И за что его так? За его промысел алмазов? За отсутствие сердца и неумение любить? За твердость характера?

– О, какое разнообразие выбора! Но в чем-то Вы правы: за твердость характера и за его отношение к женщинам. Уж извините, что говорю Вам об этом.

Ну, то, как Костров относится к женщинам, Аглая и сама знала. Имела, так сказать, удовольствие прочувствовать это на себе. И ведь это еще у них с Павлом до секса не дошло! Слова Герберта о Павле заставили ее задуматься, она непроизвольно остановила взгляд на красивой трости Герберта. Осознав то, куда она смотрит, мысли переключились на ногу Герберта:

«Интересно, почему он хромает? Перелом? Операция? Болезнь?»

Герберт, будто прочитав ее мысли, произнес:

– Да у меня эта нога вся в шрамах. Неудачно покатался на лыжах на крутом склоне, не предназначенном для этого. Молодой был, горячий. Золотая молодежь. Поспорил на свою новую спортивную машину, что проеду на лыжах по опасному склону, и поехал, – Герберт усмехнулся. – Упал в расщелину, сломал ногу в трех местах, в том числе, и коленную чашечку. Пока до меня добрались, пока вытащили, сломанная нога замерзла. Это хорошо, что относительно быстро нашли! Все-таки, маячки, вшитые в куртки – очень полезное изобретение современного горнолыжного спорта. Итогом стали почти четыре месяца в гипсе, несколько спиц в ноге и замена коленной чашечки. В скором времени грозит ее замена.

– Извините, я не знала. Мне жаль, что Вам пришлось это пережить снова, рассказывая мне об этом.

Герберт смотрел на Аглаю долго, пристально, пытаясь разглядеть в ее лице малейший след, похожий на жалость. Но жалости там не было. И не могло быть. Ей не было его жаль. Аглая, поняв это произнесла:

– Если Вы пытаетесь сейчас рассмотреть на моем лице жалость, то можете не стараться. Ее нет.

Брови мужчины резко взметнулись вверх.

– Вот как? И почему же? Вам не знакомо это чувство?

– Отчего же? Знакомо. Но не в отношении Вас. Скорей уж, мне жаль Ваших родных. Боюсь даже представить, что они испытали, когда им сообщили, что Вы упали в расщелину. Вы ведь, наверняка, часов 10 там пролежали, пока Вас нашли? Я права?

– Чуть-чуть ошиблись. Я пролежал там 8 часов. Хорошая экипировка стоила тех денег, что я на нее потратил, – Герберт усмехнулся, а потом неожиданно спросил:

– Аглая, Вам совсем меня не жаль?

– А должно быть? – она подняла левую бровь и смотрела на него все так же холодно.

– Ну, я же лежал там один, со сломанной ногой. В горах темнеет быстро. А я еще и в расщелине, которую и днем-то не было видно. Прошло почти 20 лет, а я до сих пор просыпаюсь в поту, если мне снится, что я лежу в той расщелине.

– Много новых ругательных слов для себя придумали? Или они все сами всплыли? – казалось, Аглаю эта ситуация если не веселит, так развлекает.

Мужчина молчал, рассматривая сидящую перед ним женщину.

– Герберт, я не так жестока, как это может Вам показаться. Мое сердце совсем не каменное, и я не играю сейчас на показ. Вы сами загнали себя в ту расщелину. Сколько Вам было тогда лет?

– Двадцать шесть с половиной, – последовал ответ.

Аглая кивнула и продолжила:

– Я в этом возрасте чувствовала себя старой опытной женщиной. Имела за плечами неудачный брак, им я НЕ горжусь. Законченное высшее образование – а вот этим я горжусь, хоть и заканчивала позже своих сверстников, но закончила с красным дипломом и уже работала в этой фирме. Меня уже заметили, и я начала движение вверх по карьерной лестнице. В этой жизни я всего добилась сама. Так что извините, но то, что Вы, Герберт, сейчас ходите с палочкой – не вызывает у меня жалости. Считайте, что Вы легко отделались. А могли бы сломать позвоночник и, оставаясь в сознании, лежать овощем. У нас говорят, что у Вас очень сильный Ангел хранитель.

Герберт рассмеялся и, дотянувшись до руки Аглаи, накрыл ее ладонь своей.

– Мое прозвище Вам тоже не известно? – и, не дожидаясь от нее ответа, мужчина произнес:

– Хромоногий киборг.

– А мое – Снежная королева, – Аглая улыбнулась одними губами и, высвободив свою ладонь из-под его руки якобы для того, чтобы взять бокал с вином, произнесла:

– Герберт, у меня есть тост. Давайте выпьем за наших Ангелов хранителей. Мой у меня тоже сильный.

– Нет. Я хочу выпить за Вас! Вы удивительная и мудрая женщина, а я рядом с Вами чувствую себя все таким же 26-летним идиотом.

– Это потому, что снова заключили идиотское пари? – Аглая произнесла это ровным голосом, а Герберт замер, не донеся бокал с вином ко рту. Так она знает?

В этот момент им принесли горячее. Они, отрезав по первому кусочку с наслаждением положили его в рот, но в этот момент Аглая услышала:

– Аглая? Ты что здесь делаешь? Откуда ты здесь?

Произнесено это было с удивлением и даже с пренебрежением. Рядом с их столиком стоял Анатолий, бывший муж собственной персоной. За его спиной стояла молодая женщина с затравленным взглядом. Анатолий задал вопрос Аглае, а сам смотрел при этом на Герберта.

Герберт, глянув на Аглаю и на ее расширившиеся зрачки, понял, что этот мужчина чем-то неприятен его спутнице, а потому, проигнорировав стоящую пару, он обратился к Аглае:

– Дорогая, ты знаешь этого мужчину?

– Мой бывший муж, – прозвучало в ответ.

– И это дает ему повод задавать тебе бестактные вопросы? – Герберт перевел взгляд на Анатолия. – Вы нам мешаете. Не могли бы Вы оставить нас в покое?

Анатолий, явно не ожидавший встретить свою бывшую жену в компании шикарного и явно небедного мужчины, сидящих за лучшим столиком, произнес:

– Мама была права. Ты далеко пошла! Впрочем, чему я удивляюсь? Лежать бревном – много ума не надо, верно?

Дальше случилось то, чего не мог ожидать ни один из присутствующих в этом зале: Герберт поднялся мгновенно, несмотря на больную ногу, и так же мгновенно, коротким ударом с левой, он заехал в челюсть Анатолию.

Охрана подошла в тот момент, когда уже все случилось. Анатолия вывели под руки так быстро, что, казалось, никто и ничего не успел понять. К тому же, на сцене заиграли первые аккорды музыки, привлекая внимание присутствующих в зале.

Герберт опустился на свое место и приложил к кулаку салфетку. Не известно откуда появившийся официант протянул ему свернутый валик и пояснил:

– Там лед. Нам очень неудобно за этот инцидент! Приносим свои извинения. Этот человек больше не появится в этих стенах. Просим принять наши извинения. Ваш ужин за счет заведения.

Герберт же лишь кивнул, и парень испарился.

– Извини, не сдержался.

– Спасибо, что заступился, и прошу прощения за эту сцену. Не видела его почти 15 лет и, надеюсь, больше никогда не увижу! – Аглая поднесла к губам бокал с вином и сделала большой глоток.

– Я заслужил разрешение пригласить тебя на первый танец после выступления танцоров? – Герберт улыбался, глядя ей в глаза.

– Не боишься, что я отдавлю тебе ноги?

– Не боюсь! Но, я уверен, что ты наговариваешь на себя! – казалось, этот инцидент лишь улучшил настроение Герберта.

Ни он, ни Аглая не смотрели по сторонам, а потому не видели того, как удивленно смотрели на них те, кто успел увидеть эту стычку. И уж, конечно, они не могли слышать того, что сказал Павел своему другу:

– Алекс, ты проиграл эту партию, даже не начав играть!

– Охренеть! Вот это Герыч дает! Это за что ж он тому мужику по мордасам-то врезал, как думаешь? И, кстати, откуда такое убеждение в моем проигрыше?? Может, этот мужик подсадной уткой был. Не думал над этим?

– Ой, дружище, ты сам-то веришь в то, о чем говоришь? – усмехнулся Павел.