Глава 15. Ларс

Седьмой день третьей декады осени. Вирдсад

Последние четыре дня выдались ужасно напряженными для Ларса. Бесконечные встречи и переговоры, сбор людей и подготовка к перевороту. И все это нужно было делать скрытно, чтобы не всполошить императора раньше времени. Ларсу и так казалось, что все идет слишком гладко: союзники все прибывали, новых проверок от Департаментов не было. Словно вся столица только и ждет, когда он взойдет на престол и начнет свои реформы.

Чем больше он общался с людьми, тем сильнее в нем проявлялось отвращение к существующей системе. Тысячи покалеченных судеб: кто-то сходил с ума, не в силах выносить постоянную боль, как Ларсерия, другие заканчивали жизнь самоубийством, некоторые навсегда лишались возможности иметь детей из-за погрешностей в процедуре нанесения татуировки, или случайно повреждали знак и мучились, не в силах правильно удовлетворить вновь проснувшиеся желания. Хорошо, если такие несчастные вовремя обращались за помощью в Департамент чистоты, а иначе — последствия могли быть самыми разными. Жизнь в Фрейине или других государствах также не безоблачная, но хотя бы от этих проблем граждане соседних государств были избавлены. Чтобы не говорил император, но никакая власть не стоила таких жертв.

Ларс пытался продвинуть некоторые реформы и без переворота, в частности — закон о новой разновидности татуировок, но император был непреклонен. Он все твердил, что тяжело болен, поэтому хочет дожить свой век на троне и умереть без страха за государство.

А еще Ларс очень переживал за Рэну. Его люди уже давно должны были прислать сообщение, что девушка у них, но его все не было. Хотелось какой-то ясности, но Ларс боялся, что если пошлет туда кого-то из своих доверенных лиц, то преданные императору люди могут отследить убежище Рэны.

Оставался всего один способ. Правда, до этого он ни разу не пробовал воспользоваться им сознательно, но Рэна же смогла, получится и у него.

В Вирде принято было ложиться спать рано, сразу же после захода солнца, но для принца это была непозволительная роскошь: до кровати Ларс добирался уже ближе к полуночи, измотанный и засыпающий прям она ходу. Но сегодня он не мог себе позволить сразу же заснуть. Нужно было настроиться на Рэну. Ларс вспоминал ее огромные глаза, милую, чуть застенчивую улыбку, гладкую и горячую кожу, щеки, раскрасневшиеся от возбуждения, упругую грудь и стройные ноги… Как бы ему хотелось сейчас прикоснуться к Рэне, приласкать ее, услышать крик наслаждения, вырывающийся из ее горла, почувствовать бешеный всплеск магии, одновременно накрывающий их обоих. В такие моменты кажется, что пока они вместе, весь мир может покориться их воле.

Он не знал, спит уже или нет, видит ли он на самом деле Рэну или это только сладкий сон, но сейчас любимая лежала рядом и сонно щурила на него глаза. Комната вокруг не походила на его спальню, как и на гостевую комнату в доме тех, кто должен был приютить девушку. Неужели, ее все-таки похитили? Рэна не выглядела испуганной или голодной, похоже, она даже не догадывалась, что что-то идет не так. Наверное, не стоит ее расстраивать раньше времени.

Рэна сладко потянулась, затем перевернулась набок, положила руку на грудь Ларсу и промурлыкала:

— Я скучала.

Он не стал отвечать, просто притянул ее к себе и поцеловал. Медленно и нежно, словно бы смакуя вкус ее губ. Что за сны! Они полностью неотличимы от реальности. И даже магия бурлит точно так, как будто они и в самом деле вместе. Но он искал Рэну не только ради близости, хотя сейчас именно ее хотелось больше, чем всего остального.

— Рэна, как тебе здесь?

— Все хорошо, но только очень холодно. Постоянно дует холодный ветер, а я не привыкла к такой погоде.

Ларс поцеловал ее, надо бы разузнать, где держат девушку, но не напугать ее раньше времени.

— Ветер может быть разным, пойдем к окну, я покажу тебе.

Рэна кивнула, глаза ее при этом заблестели от предвкушения чего-то нового. Не стоит разочаровывать девушку. Они вместе подошли к окну, Ларс распахнул одну из створок, впуская в комнату поток холодного воздуха. Обнаженная Рэна поежилась и прижалась к Ларсу, но он легонько подтолкнул ее к подоконнику.

— Доверься мне. Это же сон, хочется сделать его необыкновенным.

Рэна кивнула и повернулась к Ларсу спиной. Тем лучше, ни к чему ей знать, куда он сейчас будет смотреть.

Теплый ветерок медленно поднял Рэну над полом, опутывая ее. Потоки воздуха, словно бы тысячи пальцев бережно ласкали ее тело, находя самые чувствительные точки, Рэна сладко и маняще постанывала от возбуждения, Ларс же пытался сосредоточиться на пейзаже и на расположении звезд в ночном небе. К счастью, погода выдалась безоблачной и наблюдениям ничего не мешало.

Кроме Рэны. Ларс понимал, что это не больше, чем сон, но от волн энергии, стонов любимой, вида ее раскрасневшегося тела, вся его рассудительность убегала прочь, и хотелось только одного — сжать девушку в своих объятьях.

В конце концов, Ларс посчитал, что запомнил уже достаточно, поэтому притянул Рэну к себе с тем, чтобы их тела, наконец, соединились…

Он оттягивал этот момент, как только мог, но как только волна магии накрыла их обоих, Рэна исчезла, а вместе с ней и незнакомая комната. Ларс сел на кровати, выравнивая дыхание, и с изумлением обнаружил, что небольшое комнатное деревце, на котором так любил сидеть дракончик Рэны, за это время выросло почти в два раза.

Впрочем, сейчас Ларсу было не до комнатных растений, с этим можно разобраться чуть позже, сейчас нужно найти Рэну.

Он вскочил с кровати и первым делом выглянул в окно. Созвездия располагались почти так же, как и в его сновидении. Значит, Рэна недалеко. Что ж, в этом нет ничего удивительного, кто бы ее ни похитил, он предпочтет держать рычаг давления на Ларса под рукой.

Только кто мог это сделать? Император? Сообщники Ларсерии? Или, возможно, кто-то из иностранных союзников решил заручиться дополнительным гарантом будущих договоров?

Бездна морская! Нужно было самому плыть за Рэной! А лучше – вообще не отпускать ее из столицы. Подумаешь, ослушался бы приказа императора, все равно нужно когда-то начинать переворот. Так почему бы не в тот момент?

Ларс торопливо оделся и приказал привести к нему нескольких советников из тех, кто имел владения недалеко от столицы. Сам же отправился в кабинет и тщательно перерисовывал на лист все, что успел разглядеть из окна: очертания гор, линию берега и даже огоньки виднеющегося вдалеке города. Понять бы еще, Вирдсайд это или нет?

К тому же, мало найти Рэну, надо вытащить ее из лап «благодетелей», желательно так, чтобы у них осталась иллюзия контроля над Ларсом. Сложно, но не невозможно. Нужно только найти похожую девушку и квалифицированного мага воды, именно они более всех способны к лечению и изменению внешности.

В этот момент здание сотряс взрыв. Затем еще и еще один. Если магическая защита не сработала, значит, где-то среди его людей есть предатель.

Бездна морская! Мог бы и раньше догадаться: только самые приближенные к нему люди знали о том, куда должны были отправить Рэну. В первую очередь нужно было искать предателя, а не Рэну. Он сглупил и подставил под удар их обоих: ясно же, что если Ларса убьют, то и его любимой долго не протянуть. Почему он не предупредил ее во сне? Рэна могла бы сбежать.

Ошибки, ошибки, одни сплошные ошибки. Но сейчас не время для сожалений, сейчас время действий! Ларс метнулся к стене и стащил с нее меч. Дурацкое церемониальное оружие, инкрустированное драгоценностями и с гравировкой на лезвии. Баланс ужасный, зато хотя бы острое. Даже такое оружие лучше, чем никакого. И то, что сейчас его магический резерв полон, тоже весьма кстати.

В коридоре уже шумел бой, и одновременно обрушилось стекло в одном из окон, через него в кабинет ворвались несколько людей из охраны Ларсерии. А следом зашла и она сама:

— Прикажи своим людям остановить битву, зачем нам лишние жертвы?

— Ты первая. Быстро же прошли пять лет твоего заключения.

— Идиот! – сестрица расхохоталась. — Еще не знаешь? Император совсем плох, придворные лекари думают, что он не дотянет до рассвета. Так что теперь остались только мы с тобой. И, как сам понимаешь, кто-то лишний.

—Ты всерьез рассчитываешь править? Ни народ, ни знать не захотят видеть своей императрицей ненормальную!

— А что им останется? Император скоро умрет, ты тоже.

— Пока еще я жив.

— Это ненадолго.

Ларсерия взмахнула рукой, и на Ларса обрушилось ее любимое заклинание, пронизывающее тело болью. Но он был готов к такому, и сразу же сестрицу припечатало к стене порывом ветра.

— Взять его! — скомандовала она, но никто из солдат не тронулся с места, испугавшись слов Ларса.

— Любой, кто поднимет руку на представителя императорской семьи, будет казнен. Подумайте об этом. Бой еще идет, в здании много моих людей и вы можете оказаться в числе проигравших.

— Среди тех, кого ты считаешь своими, есть и преданные мне, — хихикнула Ларсерия.

— Ваше Высо… — дверь распахнулась, и в комнату вбежал Грейр, а следом за ним еще несколько солдат.

Ларс, не думая, ударил в него заклинанием.

— Теперь — нет. Связать предателя, — скомандовал он своим людям.

— Долго же ты думал, — сестрица кружила вокруг него, выжидая время для атаки.

— Сам поражаюсь своей глупости. Думал, что нашел верного союзника и только сейчас понял: один Грейр постоянно был в курсе моих планов. И еще вы с ним очень дружили в детстве. К тому же, мой помощничек из очень влиятельной семьи, думаю, за одно только обещание сделать его принцем-консортом, он бы сделал все, что угодно.

Ларсерия захлопала в ладоши:

— Молодец! Ты такой наивный, так веришь людям. Правителю нельзя быть таким простодушным и благородным.

— Не тебе об этом печалиться. Ларсерия, ты моя сестра и поэтому я прошу тебя сдаться по-хорошему. И тогда я разрешу тебе спокойно жить где-нибудь в отдаленной провинции.

Она расхохоталась и бросила в Ларса заклинанием.

Что ж, глупо было надеяться, что сестрица так легко сдастся. Боль скручивала тело в рог, но Ларс не хотел поддаваться, не хотел показывать своим, что Ларсерия может с ним что-то сделать. Нет! Он стоял ровно, с непроницаемым лицом и внимательно смотрел на сестру.

По всему дому слышались крики, металлический звон. То тут, то там раздавались глухие удары и взрывы. Казалось, воздух трещал от изливающейся в него магии. Энергия бурлила в теле, требуя выхода. Золотые искры сбегали от плеч к кончикам пальцев.

Короткий взмах руки! Мощный порыв ветра снова отбрасывает Ларсерию. Кто-то из ее людей, наиболее преданных, верных, не выдержал ее сдавленного вскрика, и кинулся на Ларса: остановить его, сбить с концентрации. Вслед за ним и другие солдаты принцессы двинулись в наступление.

Они взяли принца в полукольцо и попытались оттеснить его к стене. Тяжелый и вычурный меч в руках Ларса несколько раз сверкнул в неверном свете ночных ламп, отгораживая хозяина от людей Ларсерии. Свободной рукой принц плел сложное заклинание, рассчитывая избавиться от всех противников разом.

От дверей к принцу приближались солдаты его лично гвардии. Лишь один из них остался на своем месте, присматривать за пришибленным Грейром.

Принцесса, потерявшая сознание от удара о стену, начала шевелиться. Она осмотрела помещение: ее людей было почти вдвое больше, чем защитников принца. На губах девушки расцвела хищная улыбка. Еще чуть-чуть, и она станет единственной наследницей богоподобного императора!

Ларс вскинул левую руку с почти законченным заклинанием, но сбросить его не успел. Плечо сковала острая боль, пальцы дрогнули, и вся накопленная мощь бесконтрольно вырвалась наружу. Лопнуло последнее стекло, Ларса слегка оглушило, в кожу впились мелкие осколки, но на ногах он устоял.

Солдаты Ларсерии одновременно рванулись вперед, надеясь воспользоваться заминкой, но перед принцем уже стояли его гвардейцы. Увы, один из них тут же упал, получив удар сбоку. Еще трое встали неприступной стеной.

В глазах у Ларса двоилось. Незаконченное заклинание, вырвавшееся из-под контроля, всегда не предсказуемы. Он с трудом понимал, что происходит вокруг. Лишь спустя пару минут он смог разглядеть, как уже второй его защитник беспомощно оседает на пол.

Солдат, охранявший Грейра, с болью смотрел на происходящее. В конце концов, он не выдержал: легонько стукнул рукоятью меча по затылку пленника и бросился на помощь собратьям.

В этот момент дверь снова распахнулась, и в кабинет принца ворвалось с десяток его людей. Теперь численный перевес был на стороне хозяев. Они быстро окружили солдат Ларсерии и ее саму. Принцесса еще пыталась отбиваться, но было уже понятно: все кончено.

Ларс только теперь окончательно пришел в себя. К его ногам бросили связанную Ларсерию. Его передернуло. Чтобы там между ними не происходило, она была его сестрой. Он еще помнил милую, пугливую девочку, и ему было больно смотреть, во что она превратилась.

– Что делать с принцессой? – спросил один из гвардейцев, прижимая девушку к полу.

Ларс поморщился.

– Связать руки и запереть где-нибудь.

– Где?

Перед глазами тут же встала грязная, испуганная, исхудавшая Рэна.

– В подвале. В самом темном и холодном. Но кормить регулярно. Потом решу, что с ней делать.

– А этого? – рядом с Ларсерией бросили все еще не пришедшего в себя Грейра.

– На Остров Спокойствия его, – не задумываясь ответил принц. – Что с предателями церемониться.

Бывшего помощника принца подняли с пола и выволокли из комнаты. Что будет с ним дальше, Ларса не интересовало. Ларсерию поднимали на ноги более почтительно. Она все еще была членом императорской семьи.

– Я еду во дворец! – сказал принц.

Нужно было увидеть отца. Успеть, во что бы то ни стало.

Императорский дворец погрузился в напряженную тишину. Казалось, что сам воздух загустел и замер в ожидании перемен. Даже дышать было сложно. А может, это от волнения? Надо же, так долго ждал, готовился, а когда до смены правителя осталось всего несколько часов, Ларс чувствовал себя потерянным. Ответственность за целую страну – это не шутки. Готов ли он? Не станет ли Ларсериан Вирд последним императором в их истории?

Слуги и придворные встречали его настороженно, наверное, все еще не верят, что видят перед собой будущего правителя. Ларс дошел до покоев императора и распахнул дверь внутрь, не спрашивая ни у кого разрешения войти.

Вокруг императора столпились придворные лекари. Он действительно был плох. Ларс невооруженным взглядом видел потоки энергии, вливаемые в полубессознательное тело. Лицо императора по-прежнему покрывал слой грима, местами потекший, но так и не смытый до конца.

– Ларсериан? – император заметил его и неловко дернулся, попытавшись приподняться на локтях. – Не ожидал. Думал, сестра все же опередит тебя.

– Она в темнице.

– Не убил? – голос его дрожал и срывался, дыхание было шумным и хриплым. – Она бы убила. А ты всегда был размазней. Я не рад, что все вышло именно так. Не хочу оставлять империю в ваши руки.

– Не оставляйте. Напишите указ о лишении Ларсерии права на престол. Я и сам смогу сделать это, но, согласитесь, ваше распоряжение будет иметь больший вес.

– А если я решу выбрать Ларсерию?

– Не решишь. Народ взбунтуется. И пока я жив, буду бороться за власть. Сторонников у меня хватает, и страна погрузится в котел гражданской войны.

Император ненадолго потерял сознание, лекари сразу же засуетились, подпитывая его энергией. Но заметно было, что даже все придворные лекари не смогут долго поддерживать жизнь в теле императора.

Ларс хотел бы чувствовать боль, страх перед его смертью, хотя бы долю той горечи, что он испытывал после смерти мамы. Но единственное, что его занимало сейчас: успеет ли император подписать указ до своей смерти или нет. Бог-Император всегда держался отстраненно от семьи, не тратил время на детей, лицо его долгие годы скрывал слой грима. Чужой человек. Злой, властный, расчетливый. Ему доставляло удовольствие смотреть, как Ларс с сестрой пытаются уничтожить друг друга в борьбе за престол. Сложно сказать, почему император так серьезно заболел, и можно ли было его вылечить во Фрейине, но Ларс видел во всем этом вмешательство высших сил.

– Позовите секретаря, – император говорил еле слышно. Один из лекарей покачал головой и знаками намекнул Ларсу, что жить богоподобному осталось несколько минут.

Секретарь мгновенно подскочил и вытащил из папки лист гербовой бумаги.

– Пиши…указ… лишить Ларсерию Вирд права наследовать престол и подданства империи.

Бездна морская! Неужели он одумался и впервые решил сделать что-то правильное?

– И второй указ… император не имеет права… взять в жены чужестранку.

Ларс замер на месте. Кажется, он даже дышать перестал. Как? За что? И лежа на смертном одре император смог подгадить ему.

Богоподобный дрожащей рукой подписал листы и снова потерял сознание. Магия бурлила вокруг его тела, но уже не поступала внутрь. Лекари суетились, но Ларс понял, что все закончилось. Через минуту магия схлынула, и сам воздух стал светиться вокруг тела почившего императора.

– Ваше Величество, прикажете отнести тело усопшего к бальзамировщикам?

Ларс сразу не понял, что обращаются именно к нему. Да, отныне он, Ларсерий Бриан Вирд – новый Бог-Император. Так долго ждал этот момент, а сейчас не верится, что все это происходит на самом деле.

– Да. И подготовьте все к коронации. Я хочу, чтобы она прошла как можно раньше. Сейчас мне нужно навестить с сестру.

Пора бы уже покончить со всем этим и найти Рэну. Видит Праматерь, больше он не отпустит эту девушку от себя дальше, чем на пять метров.

Восьмой день третьей декады осени. Вирдсайд

Его распоряжение выполнили в точности: Ларсерия обреталась в одной из самых тесных и сырых комнат в подвале резиденции. Спасибо воинствующим предкам, что соорудили такие помещения. Самому Ларсу такое бы в голову не пришло.

Сестрица развалилась на тюфяке, набитом прогнившей соломой, словно на своей кровати. Такого человека ничем не сломить.

— А я уже заждалась, братик. Поздравляю с новым титулом. Ларсериан Бриан Вирд, Бог-Император Вирда. Звучит.

Она не потрудилась встать при его появлении, да и голос звучал откровенно издевательски. Все еще на что-то надеется.

— Заходите, — позвал Ларс своих людей.

Двое дюжих сотрудников Департамента чистоты затащили в камеру объемный сундук. Ларсу пришлось прижаться к стене, чтобы освободить им место. Поставив свою ношу на пол, они развернулись и молча вышли.

— И что это? – лениво поинтересовалась сестрица.

— Ларсерия Бригитта Вирд. Покончившая с собой, не вынеся новости о смерти императора. Мне безмерно жаль, что она покинула меня во цвете лет, но все знают, что сестра была не в себе, а такое потрясение окончательно выбило ее из колеи.

Ларс скорбно нахмурил брови, репетируя свою речь перед придворными. Он давно придумал это, но до последнего надеялся все же договориться с сестрой. Ее выходка прошлой ночью окончательно развеяла все иллюзии. Они никогда не смогут жить в мире.

Ларсерия хмыкнула, встала с тюфяка, открыла сундук и сразу же отшатнулась. Надо же, ее проняло. Ларс знал, что внутри лежит труп женщины, одетый точно как сестра, с ее украшениями. Маги из департамента изменили его внешность, и даже Ларсу было жутковато смотреть на мертвую копию сестры.

— Никто не знает, как ты пронесла в камеру нож, но тюремщик получит свое за недосмотр.

— Наивный Ларс, думаешь, от меня так просто избавиться? Объявить погибшей и все?

— Не думаю. За дверью стоит верный мне маг, некоторое воздействие и твоя внешность непоправимо изменится. И имей в виду, я не собираюсь спрашивать твоего мнения по этому вопросу. Единственное, что от тебя зависит: получишь ли ты средства для новой жизни или пойдёшь в нее с парой монет.

Ларсерия расхохоталась, но былой уверенности в ней уже не чувствовалось. Неужели до нее наконец-то стала доходить серьезность происходящего?

— Забыл сказать, — продолжил Ларс, — император перед смертью лишил тебя права наследования. А следы воздействия исчезнут через пару месяцев, и ты не сможешь доказать, что эта внешность не твоя настоящая. Все кончилось, Ларсерия. Тебе нужно начать новую жизнь.

Она недоверчиво смотрела на Ларса, покусывая указательный палец, затем улыбнулась и спросила сладким голосом:

— А как мне заслужить материальное благополучие? И я хочу сама выбрать себе внешность.

— В пределах разумного, — чтобы она ни задумала, Ларс не позволит ей слишком своевольничать. – Ключ к благополучию прост: расскажи все, что знаешь о месте, где держат Рэну.

— Я здесь ни при чем! – она подняла руки вверх. – Знаю только, что наш любимый император радовался, когда заполучил лишний аргумент в спорах с тобой.

Ларс кивнул и вышел из камеры, сил и дальше смотреть на сестрицу не было. Он и так проявил чудеса милосердия по отношению к ней. Маг кивнул и зашел внутрь.

Можно было бы уйти по своим делам, но любопытство оказалось сильнее. Ларс дождался, когда сестрицу выведут. Даже здесь она не отказала себе в извращённом юморе: Ларсерия теперь невозможно походила на Рэну, разве что фигура чуть тоньше.

Видя его удивление, она расхохоталась и стукнула Ларса по носу:

— Не бойся, отныне я исчезаю из твоей жизни. Хочу навестить кое-кого во Фрейине.

***

Восьмой день третьей декады осени. Вирдсайд

Значит, Рэна в одной из личных резиденций бывшего императора. Скорее всего, в той, куда детям не было хода. Впрочем, таких по всему архипелагу разбросано не мало. Отец любил скрываться от семьи, особенно после смерти жены. Перебирать можно до бесконечности, и не факт, что Ларс знает обо всех.

С другой стороны, видимо, император предпочел оставить Рэну поближе к столице, чтобы она всегда была под рукой. Это слегка облегчало дело, но не намного.

Все равно придется повозиться, разыскивая ее. Прежде всего, нужно узнать, на каком корабле ее увезли. Для этого необходимо связаться с командой «Легкой ласточки», доставившей Тира во Фрейин. Вот только корабль все еще оставался в порту Изора.

Вздохнув, Ларс сел писать письмо. В последние дни он вообще много писал: указы, проекты будущих реформ, назначения на должности, письма с приглашениями на торжественное погребение императора, письма во Фрейин с заверениями о том, что его обещания в силе. Несмотря на то, что по большому счету, поддержка Фрейина не понадобилась, их корабли в порту Вирдсайда и в нейтральных водах все же сделали свое дело: даже Ларсерия на открытое противостояние решилась только в критической ситуации.

Да и Ларсу самому были выгодны условия их сделки с советом: если удастся провести реформирование Департамента чистоты, ввести новый тип татуировок, вирдцев необходимо будет учить обращаться с собственным телом. Многие сами не справятся.

Конечно, Ларс не собирался вводить новшества силой. Изменения будут сугубо добровольными. Пока он собирался предложить своим подданным выбор между старым и новым миром.

Написав письмо и отправив его с почтовым голубем, Ларс вернулся к рутинной работе. Ждать ответа придется несколько дней. И это раздражало и злило, но он не имел права сейчас поддаваться эмоциям.

Была еще надежда, что люди почившего императора сами расскажут его приемнику, где держат пленницу. С другой стороны было опасение, что отец оставил распоряжение в случае своей смерти убить Рэну. Об этом думать не хотелось: слишком страшно. Ларс утешал себя тем, что в этом случае не было бы необходимости во втором указе, делавшем невозможным законный брак между ним и Рэной. Но с этим он собирался разобраться позже. Сейчас главное – найти девушку.

***

Шестой день четвертой декады осени. Вирдсайд

Почти целую декаду Ларс не находил себе места, ожидая весте от капитана «Ласточки», но, наконец, ответ пришел. Письмо было коротко и лаконично: соболезнования по поводу смерти отца, сухое поздравление со скорой коронацией и в самом конце так необходимая ему информация: название корабля, на котором увезли Рэну – «Крыло бури».

Прочитав его, Ларс сдержанно улыбнулся, этот корабль стоял сейчас в порту Вирдсайда, а команда бесцельно слонялась по городу. И среди команды, он этот точно знал, были и его сторонники. После предательства Грейра, новый император частым гребнем прошелся по своей свите и придворным, оставив только действительно преданных людей.

Вызвав секретаря – надо же, дожился, пришлось заводить секретаря – он велел послать за боцманом из команды «Крыла бури».

Слугам пришлось попотеть, разыскивая бывалого моряка: семьи у него не было, постоянной квартиры тоже. Каждый раз он снимал новую, и далеко не всегда сообщал капитану адрес. Однако были у него и излюбленные места в Вирдсайде, в одном из которых – небольшом портовом кабаке – его и удалось найти.

Короткая беседа с крепким седым мужчиной дала следующую опорную точку поисков – небольшой городок на юге от столицы – Леферт. Там не было даже собственного порта, пассажиров высаживали на шлюпке.

Основательно зарывшись в документы отца, Ларс удостоверился, что в Леферте действительно была одна из закрытых резиденций императора. Точнее даже не в самом городке, а чуть южнее, на скалистом морском берегу.