Глава 40

Неделю спустя

— Выпей воды. — Валя протянула стакан. — Алька, так нельзя! В гроб себя раньше времени вгонишь.

Я лежала и смотрела в потолок. Белый, идеальный — наверняка ремонтом занимались профессионалы. В квартире Демьяна не могло быть иначе. Современный модерн вперемешку с брутальным минимализмом.

— Не хочу. — Отвернулась, понимая, что до сих пор болит там… в груди.

— А где же твоя домработница? Она хоть бы покормила тебя, вон лопатки выперлись, и вся осунулась. Сколько килограмм сбросила за неделю?! Не меньше пяти, точно.

Я не ела. Не потому, что была принципиальной, а потому, что просто кусок в горло не лез. Я пробовала, немного. Ночью, в темноте, осторожно передвигаясь босыми ступнями по гладкому и холодному паркету. Крадучись, как воришка, прошла на кухню и открыла холодильник. Еда была, много еды, но от одного ее вида мутило.

Я не беременна.

Проверила в надежде, что между мной и Демой образовалась невидимая ниточка, которая не позволит распасться нашему союзу. Тест был отрицательным. Наверное, сама жизнь отвела. Куда бы я сейчас делась с ребенком на руках?

— Мне все равно. Я отпустила Фаину на неделю, и она не моя домработница. — Я сглотнула: в горле действительно пересохло. Провела языком по нижней губе — обветрилась и треснула еще тогда, когда я захлебывалась слезами на ступеньках универа. — Ты иди, Валь, не надо со мной нянчиться.

— Чтобы ты тут загнулась окончательно? Нет уж, дудки! Я Светку вызвонила, она скоро приедет, пока ты тут вкрай себя не загнала. Сменит меня.

Подруги меня не бросали: Светка, как узнала, предложила махнуть вдвоем на неделю в Турцию; Валя, скромно, — вернуться в общежитие.

Я отказалась. Никак не получалось собраться. Чувствовала себя сломанной куклой, выброшенной на помойку. Через силу ходила всю эту неделю на работу. Я не могла подвести Ангелину. На учебу просто забила и сослалась на болезнь.

Раздалась трель дверного звонка.

— Это Светка, — радостно проговорила девушка и пошла открывать.

— Я смотрю, ничего не изменилось за два дня! — буркнула подруга себе под нос, застыв на пороге, потом бесцеремонно прошла в комнату в верхней одежде (в ее стиле). — Как долго собираешься с ума сходить?

— Все хорошо, — тихо ответила, часто моргая, чтобы вновь не расплакаться от жалости к себе, от отчаяния и безысходности.

Мне действительно хотелось просто лечь и умереть. Я не понимала: за что со мной так поступил Крылов? Почему так легко из своей жизни меня выкинул Дема? Эти вопросы я постоянно прокручивала в голове и не находила ответа.

— Хватит! — Света сняла с себя пальто и бросила его на спинку кресла.

Девушка быстро пересекла комнату, приблизилась к кровати и со всей силы дернула меня за руку, подняла и практически волоком с постели потащила в сторону ванной комнаты.

— Дурища, а еще меня учила не впадать в депрессию. Валь, несем ее в душ. Сейчас всю эту блажь мочалкой сотрем.

За несколько дней я очень ослабла. Девчонкам только и удавалось силком в меня вливать воду.

— Не надо, — вымученно стонала я и попыталась сопротивляться, но силы изначально были не равны.

Меня, как игрушку, погрузили в наполненную горячую ванну. Причем в спальной одежде, потому что я мешала и продолжала брыкаться и сопротивляться из последних сил. Под ругань подруг сдалась, голова продолжала сильно кружиться. Пятками уперлась в сливное отверстие с пробкой, подобрала ноги и уткнулась подбородком в колени.

«Что воля, что неволя — все равно».

— Мы тебя предупреждали. Сама влюбилась, а теперь губишь себя.

Я пропустила мимо ушей Светкины возмущения и переживания Вали. Нельзя вот так быстро все забыть. Это как лишиться ноги или руки и чувствовать еще какое-то время, что конечность чешется и может сгибаться.

— Света права, — присоединилась вторая наставница к наставлениям на путь истинный. — Ты такая симпатичная девушка, еще встретишь свое счастье.

Встречу. Нет, я больше никого не встречу! Я больше просто не позволю себе полюбить, второй раз я не переживу подобного. Я не могу позволить разбить свое сердце дважды. Права была мама, когда говорила, что в любовном тандеме мужчина должен любить, а женщина принимать его чувства.

— Согласна с Валей. А этот пусть потом себе локти кусает. Летит он, понимаешь, сегодня в Америку. Скатертью дорожка!

Я вздрогнула от услышанного.

«Дема улетает сегодня…»

Вскинулась, посмотрела на подругу и тут же взвизгнула, когда Светка больно провела мочалкой по спине.

— Откуда ты знаешь, что он сегодня летит?

— Я… Блин, проболталась. Неважно. Зачем тебе это?

— Света, когда он точно летит? — Я подскочила на ноги и угрожающе посмотрела на подругу.

Это мой единственный шанс встретиться с ним. И пусть он мне лично все в глаза скажет. Не умру, выдержу.

— Я жду!

— Вот же дурная. Мазохистка. — Девушка скрестила руки на груди.

Я больше не ждала, вырвала из её рук мочалку и замахнулась.

— Поверь, я не шучу.

— Ой, да пожалуйста. Если нравится быть мячиком для битья — вперед! Его вылет в шесть вечера, Ромка сказал.

— Зачем ты с ним общалась? — Я встрепенулась от упоминания Ромы.

— Выговаривала, какой у него друг урод, — с обидой проговорила Светка.

Времени оставалось совсем в обрез. Я торопливо смывала под душем пену и снимала мокрую одежду. Я еще успевала на экспресс, смогу его застать.

***

Я стояла в аэропорту и бегло просматривала на электронном табло все рейсы до Лос-Анжелеса. Терминал D. Его рейс. Я сорвалась на бег. Еще можно все изменить, вернуть, избежать такого глупого расставания. Дыхание сбилось, волосы растрепались в прическе, и мне показалось, как я слышу треск своих джинсов, пока скользила в кроссовках по глянцу напольной плитки.

Взгляд остановился на группе журналистов. Ведущая вела репортаж, охрана оцепила интервьюеров от случайных зевак. Я пробралась через толпу. Сердце пропустило удар.

Я наконец увидела до боли знакомые черты лица. Его. Такого красивого и родного.

Демьян Трофимов улыбался в свои тридцать два зуба и что-то отвечал журналистке. К сожалению, я едва слышала обрывки их фраз. Подобралась еще ближе, старалась спрятаться и стать тенью за спинами других людей.

«Не похоже, что он особо переживает наш разрыв и мою псевдоизмену».

— Демьян Максимович, компания вашего отца давно занимается импортом только новых машин. Неожиданное решение открыть дополнительный офис в Калифорнии и организовать поставку поддержанных автомобилей в нашу страну. С чем связаны такие глобальные изменения в вашей компании?

— Все просто: мы расширяемся. Наша фирма провела детальный анализ автомобильного рынка, и мы видим перспективы в подобном развитии.

Я больше не прислушивалась к их разговору, приблизилась к своему любимому, минуя двух амбалов в лице охраны.

Прорвалась через оцепление. Удачный момент, чтобы кинуться к Деме на шею и попросить его не уезжать. Не уезжать от меня, от нас. Телеведущая повернулась и посмотрела в камеру.

Вот он, мой шанс!

На глазах у всех Демьян не сможет отмолчаться и уйти, как делал эту неделю, пресекая все мои попытки поговорить о том, что случилось. И только я сделала шаг в его сторону, как за спиной ведущей, рядом с Демьяном, увидела миниатюрную шатенку. Девушка прижималась к Трофимову и с обожанием заглядывала в глаза. На незнакомке было новенькое платье из последней коллекции известного бренда. Я видела такое в каталоге в элитном бутике, когда Дема сделал мне предложение и мы со Светкой собирались подобрать мне красивый вечерний наряд на официальную помолвку.

Ведущая дала сигнал видеооператору, тот медленно отступал назад с камерой.

— Кто же ваша спутница? — задала она один из любимых вопросов публики.

— Моя девушка. — И тут я почувствовала, что в сердце воткнули нож по самую рукоятку и провернули по часовой стрелке.

«Как быстро он переориентировался и сменил вектор своего направления».

Слезы подступили к глазам — «мало» я плакала в эти дни! Я попятилась назад. Невозможно больно. Я едва сдерживалась. Продолжала отступать и неожиданно уперлась в чью-то широкую грудь.

— Аленка, зачем ты здесь? — узнала знакомый голос.

Обернулась и взглядом впилась в лицо Романа.

— Тебе нельзя быть здесь, пойдем, я отвезу тебя домой.

Я широко улыбнулась и посмотрела на мужчину, а по щекам потекли слезы.

— Нет. Нет, — я отрицательно качала головой, — мне не нужна твоя помощь. Ничья.

— Аленка, — Рома обхватил мое запястье и притянул к себе, — тебе просто нужно успокоиться.

Да, успокоиться. Забыть навсегда Демьяна и все его окружение. Поэтому я развернулась и побежала.

«Я уеду. Сегодня же. Мне никто из них не нужен».

— Аленка! Вернись. — За спиной раздавались быстрые шаги, мужчина явно бросился вдогонку.

Я ловко сдала влево и влилась в шумный поток людей. Очень спешила, из кармана куртки на бегу вынула обратный билет на экспресс. Я должна была успеть. Не могла больше так. Преодолела преграду в виде турникета и перебежала платформу. Влетела в вагон в самый последний момент. Двери с шумом закрылись и отсекли меня от Романа, которому не суждено было поймать меня сегодня.