Глава 4

На следующий день Тарас с утра занялся работой, а я была предоставлена самой себе. После завтрака, который был в восемь часов, я постирала белье, развесила его сушиться и вышла в палисадник. Мне он очень нравился. Деревья стояли ухоженные, кустарники подрезанные, трава скошена. Не сильно большой, он был очень уютным. Возле частокола, скрытая от глаз, стояла лавочка. На нее я и присела, чтобы насладиться теплом и подумать о жизни. Но одна я пробыла недолго. Почти сразу же на тропинке, ведущей к лавочке, я заметила какую-то фигуру и узнала в ней красивую женщину с голубыми глазами. – Здравствуй, Лида, – поздоровалась она, подойдя поближе, – меня зовут Мария. Я очень хочу поговорить с тобой, но вчера не было такой возможности. Разрешишь присесть? Я молча кивнула. Ее речь отличалась от речи всех остальных – была более современной что ли, похожей на нашу, обычную. – Как тебе у нас, нравится? – спросила она, задумчиво глядя на меня. И опять я заметила удивление в ее глазах. Она озадачено хмурила брови. Да что же это такое? Что она такое видела у меня на лице? – Тут очень тихо, спокойно. После городского шума разум отдыхает, – осторожно ответила я. – Правильно. Именно это мне больше всего и нравится. Здесь человек находится в гармонии с природой и с самим собой, – она мечтательно посмотрела в даль. И тут я поняла, что она не просто говорит так, как мы, она еще и очень грамотно излагает мысли. Язык ее был почти литературный. – Вы где-то учились? – не выдержав, спросила я. – Я самоучка. Просто читаю очень много книг. Со мной пытались бороться и истребить потребность в книгах, но это бесполезно. Со мной им не справиться, – рассмеялась она. – А где вы берете книги? – Мое удивление все возрастало. – В городе, конечно же. Я единственная, кто ходит в город сравнительно часто. Продаю кое-что и на вырученные деньги покупаю себе книги. – А почему вы живете здесь? Не лучше ли жить в городе? – Мне это казалось более разумным, нежели тратить столько времени на дорогу туда и обратно. – Нет, не лучше, – спокойно ответила она. – Тут мой дом, моя семья. У меня двое прелестных малышей, муж, которого я люблю и знаю с детства. Вся моя жизнь тут. А город мне нужен только в качестве источника информации. Но я с тобой хотела поговорить не обо мне, а о тебе. Она ненадолго замолчала, а я сидела в ожидании. Эта женщина очень заинтриговала меня. – Я никогда еще не встречала людей, подобных тебе. У тебя очень хорошая аура и очень светлая душа. Причем, сама об этом ты даже не догадываешься. – Я удивленно приподняла брови. – Не удивляйся, – продолжала она, – я умею читать в человеческих душах и предсказывать будущее. С этим даром я родилась. – И вы знаете, что со мной будет? – В том-то и дело что нет. – Она замолчала на мгновение и потом продолжила. – Я вижу твое ближайшее будущее, но остальное для меня закрыто. И я не знаю, что прячет его от меня. У тебя очень необычная судьба. Ты притягиваешь к себе все необычное. Это она прямо в точку попала. Но и я знаю не больше. Для меня все это тоже тайна. – Я хочу, чтобы ты мне все рассказала. Может быть, тогда я пойму, в чем дело, – попросила она. – Да особо-то и нечего рассказывать. Просто есть один человек… – и тут я сама не заметила, как рассказала ей все про Дронда. Она очень располагала к себе, и мне впервые захотелось поделиться с кем-то своими приключениями без утайки. Чувствовала, что она не сочтет меня сумасшедшей, и не будет смеяться надо мной. Мария внимательно выслушала мой рассказ. Иногда она недоверчиво встряхивала головой, как будто сомневаясь в правдивости моих слов. – Вы верите мне? Можете вы сказать мне, кто он и откуда пришел? – задала я вопрос, на который тщетно пыталась найти ответ. – Я тебе верю, это точно. Но я не знаю, кто он. Знаю только, что он не из нашего мира и даже не из нашей вселенной. Я его не вижу, но чувствую, что он совсем другой, что аура у него не человеческая. Ее слова меня изрядно напугали. – Но он выглядит, как человек. И ведет себя, как человек тоже. – Не знаю… Может он и человек, но не отсюда, – задумчиво протянула она. – Я тоже так думаю. Только вот, откуда он? Это меня интересует больше всего. Мой вопрос остался без ответа. Вместо этого, она заговорила о другом. – Я вижу, что ты полюбила его всем сердцем. Я покраснела и опустила голову. – Не стесняйся своего чувства. Любовь – это прекрасно. Только вот, твоя любовь приносит тебе много страдания. Я права? Ты пытаешься заставить себя полюбить Тараса, потому что считаешь, будто он больше тебе подходит, что он более реален, – она точно читала мои мысли. – Да. Он близко. Он любит меня. И он очень хороший, – пыталась я оправдать себя. – Хороший – не значит надежный. Он, конечно, любит тебя. Но самой большой любовью в его жизни является работа. Ее он всегда будет любить больше. Я догадывалась об этом, только не стала отвечать ничего. А может, так и должно быть? Раз я недостаточно сильно люблю его, значит, и он имеет право что-то любить сильнее меня. – Знаешь, – она опять задумалась, – я вижу еще одну особенность в твоей судьбе. Это способность ее складываться не зависимо от твоих желаний. Поэтому, как бы ты не старалась изменить ее, все будет так, как должно быть, как велит Всевышний. – Значит, все должно идти своим чередом? Я не должна ничего придумывать? – Да. Только осторожность тебе не помешает. Я не стану ничего тебе рассказывать из того, что вижу. Но будь, пожалуйста, осторожна. Свет твоей души не даст никому причинить тебе зло, кроме… Единственное, что хочу сказать. Остерегайся Анфисы! – Я уже и сама догадалась, что речь идет о дикой красавице. – В отличие от твоей души, ее душа – черная. Она всегда была такой, с рождения. А сейчас все стало хуже. В теперешнем состоянии она не может контролировать свои порывы. Она может быть по-настоящему опасной для тебя. Против тебя она затаила злобу. Черные души никогда не принимают светлые, такие, как твоя. Но я знаю, что у тебя есть одна вещь, которая способна тебя защитить. Это очень мощная вещица. Не могла бы ты мне ее показать? Я достала свой амулет и протянула ей, предупредив, чтобы она не дотрагивалась до шариков. – Я не могу определить ее природу. Она для меня тоже тайна, – сказала Мария, вертя в руках амулет. – Но он тебя защищает. Удивительная вещь! Она не способна причинить серьезного вреда и, в то же время, очень мощное оружие для самозащиты. Береги ее, не потеряй. Я сунула амулет обратно в карман, в который раз ощутив глубокую благодарность Дронду. В этот момент к нам подошла Пелагея и попросила Марию уложить детей спать. Та тут же поднялась и ушла, оставив меня сидеть на лавочке. Я закрыла глаза и задумалась о том, что она мне сказала. Лавочка была со спинкой, на которую я удобно и откинулась. Я уже почти задремала, греясь в лучах солнца, как почувствовала какое-то шевеление рядом. Открыв глаза, в ужасе отшатнулась. Рядом сидела Анфиса, злобно ухмыляясь. В руках она вертела маленький ножечек, больше похожий на шило. Мне стало страшно, что не успею достать амулет из кармана, что она окажется проворнее. Но она ничего не предпринимала. Просто сидела и молча усмехалась. Вдруг она заговорила. Голос у нее был низкий и хриплый: – Вот, значит, какая ты? Ну и что же в тебе хорошего? – В упор не понимала, о чем она говорит. Это было похоже на бред. Следующие слова еще сильнее привели меня в замешательство и напугали. – Отдай мне свою душу! Отдай мне свою душу!.. – она повторяла это, как заведенная, и с каждым разом в ее голосе звучала все более явная угроза. – Отдай мне свою душу. Отдай мне свою душу… – она принялась раскачиваться в такт словам, не обращая на меня внимание. Я воспользовалась моментом и достала из кармана амулет. Мне было очень страшно, я выставила его, как щит перед собой. Тут она замолчала и уставилась на мои руки. Резко сжавшись, она отодвинулась на край лавки. Какое-то время смотрела на амулет взглядом затравленной собаки, как будто чувствовала, чем он ей угрожает. Вдруг она вскочила и умчалась в дом, зло взглянув на меня напоследок. Уф. Как же я перепугалась! Какая же она страшная! Вблизи она еще страшнее. Таких злых и огромных глаз я еще никогда не встречала. Что она там говорила про душу? Зачем ей моя душа? Бедный Серафим! Как можно любить такое?.. Ничего человеческого, кроме тела, в ней уже не осталось. Но ее дикая красота поражала. Когда черты ее лица не искажал гнев, она была просто ослепительна. Такая красота способна пленить на всю жизнь, что, наверное, и произошло с Серафимом. Вечером я спросила у Тараса, есть ли еще дети у Михаила, так звали отца Анфисы. – Нет. Она – его единственная дочь. Вся его жизнь – сплошная трагедия. Он женился на Елене, которую очень сильно любил, и она его любила тоже. Он был старше нее на десять лет и долго ждал, когда она повзрослеет, и им можно будет пожениться. Елена была писаная красавица. Говорят, Анфиса очень похожа на нее. У Елены была родная сестра – Зинаида, которая тоже любила Михаила. Кроме того, была старше Елены на шесть лет, и в ските больше не было свободных мужчин, которые не приходились бы ей родственниками. Она отчаянно завидовала Елене и строила той всяческие козни, даже бросалась на нее с ножом. Тогда ее заперли в сарае, в надежде, что она образумится. Но она сбежала оттуда в лес и повесилась, а, перед этим наслала проклятия на Елену. Бедняжка умерла, родив Анастасию. Последняя родилась красивая, как ее мать, но с душой, унаследованной от злой тетки. Михаил так больше и не женился, он до сих пор оплакивает свою Елену и несет крест, воспитывая Анастасию. Вот так. – Боже мой! Бедный Михаил. Какая тяжелая судьба! – Меня душили рыдания, и душу переполняла жалость к Михаилу и к его покойной жене. Ночью я проснулась от сильного желания сходить по нужде. Аккуратно, чтобы не разбудить Тараса, выбралась из постели, натянула спортивные штаны и вышла из комнаты, стараясь, чтобы не заскрипела дверь. Выйдя во двор, испугалась, такая кругом стояло темень. Луна спряталась за облаками и совершенно не освещала двор. Крадучись я двинулась в сторону уборной. Она была не далеко от летней кухни, я без труда добралась до нее. Идя обратно к дому, вдруг заметила тень, которая быстро метнулась в мою сторону. В ту же секунду кто-то сильно сжал мое горло и засунул в рот какую-то тряпку. Я с трудом дышала, закричать не могла, как и бороться тоже. Тот, кто схватил меня, был очень силен. Мои руки закинули за спину и туго связали, после чего грубо потащили через двор. Я ничего не видела в темноте, слышала только чье-то прерывистое дыхание. Я спотыкалась и падала, сильно ударяясь о землю. Грубые руки с силой меня поднимали и тащили дальше. Я чувствовала, как по ногам течет кровь из ссадин. Мне было очень больно, но от ужаса я не могла даже заплакать. Заскрипели ворота, и я поняла, что мы находимся за пределами территории скита. Меня еще долго тащили по лесу, пока я не перестала соображать от боли во всем теле от постоянных ушибов при падении. Тут мы остановились. Меня толкнули на землю лицом вниз. Я упала, больно ударившись головой обо что-то твердое. Руки развязали. Прижали спиной к дереву и прикрутили к нему веревкой, туго стянув руки. Казалось, что мои суставы вытянули и сделали вдвое длиннее – так адски они болели. Дерево было толстое, и моих рук едва хватало, чтобы обхватить его. Каждое движение причиняло дикую боль. Дышать было тяжело от кляпа во рту. – Ты очень мешаешь мне. Не хочешь отдавать душу добровольно, я заберу ее сама и стану всемогущей. Оставайся тут, и пусть дикие звери растерзают тебя, – услышала я злобный голос Анфисы. Волосы на голове зашевелились от ужаса. Она решила убить меня. И тут я вспомнила, что амулет остался в кармане брюк. Но даже, будь он у меня с собой, воспользоваться им все равно не получилось бы. Сумасшествие придавало Анфисе фантастическую силу. – Ты будешь умирать медленно, этого времени мне хватит. Я скоро вернусь, – плюнув мне в лицо, она с каким-то звериным шипением удалилась. В лесу было очень тихо. Не слышно ни звука. От боли и ужаса я вскоре провалилась в спасительное небытие. Не знаю, сколько прошло времени, сколько находилась без сознания, но очнулась я оттого, что кто-то очень аккуратно отвязывал меня от дерева. Кляпа во рту уже не было, и я могла свободно дышать. Очень болели губы. Они пересохли и потрескались, во рту чувствовался привкус крови. Развязанные руки стали болеть еще сильнее. Я не могла ими пошевелить. Лишь получилось застонать от боли. Чьи-то сильные руки подхватили меня и понесли по лесу. Я по-прежнему ничего не видела. Стало как-то еще темнее. Когда мой спаситель отошел на приличное расстояние от дерева, в лесу раздался дикий вой. Это Анфиса, поняла я. Вой был наполнен звериной нечеловеческой злобой. Каких-то десять минут ей не хватило, чтобы свершить задуманное. В какой-то момент я опять потеряла сознание от боли во всем теле, а, очнувшись, поняла, что меня все еще куда-то несут. Тот, кто спас меня, был очень силен. Его дыхание ни разу не сбилось, несмотря на длинный путь и тяжелую ношу. Меня прижимали к чему-то пушистому. В моем воспаленном сознании мелькнула догадка, что это мех какого-то животного. Наконец, мы пришли. Меня бережно опустили на что-то вроде соломенного тюфяка. Я не могла пошевелиться. Все сильно болело, и не было сил от духовного истощения. Кто-то приподнял мне голову и заставил выпить несколько глотков горьковатой жидкости, отдающей мятой. Через какое-то время у меня приятно закружилась голова и я провалилась в крепкий сон. Мне снился Тарас, который почему-то громко смеялся, Дронд, смотревший на меня своими холодными глазами, Мария, с укоризной качающая головой, и кто-то еще. Несколько раз я просыпалась, не понимая где нахожусь. Тут же мне давали что-то выпить, и я опять проваливалась в сон. Образы в голове сменялись один другим. Мне казалось, что я схожу с ума. Иногда я кричала, но не знаю, на самом деле это было или во сне. Мне хотелось только одного – оказаться дома, в своей постели, и чтобы мама была рядом. Кажется, я звала маму, а может кого-нибудь другого.