Глава 19

Три недели Светлана лелеяла своё горе, не выходя из дома, наблюдая за круговертью опавших листьев, покрывающих мёрзлую землю. Её сердце покрылось ледяной коркой, такой же, как почва по утрам. Осталось запорошить всё снегом и уйти в сон вместе с природой, в надежде не проснуться никогда.

Три недели Денис сметал всё на своём пути в поисках местонахождения своей любимой. Ему с постоянством не везло. Куда бы он не обратился, везде стоял адрес Райновых. И в женской консультации, и в больнице, и в морге, и на работе. С предоставлением официальных документов он получал отказ. Бардак был не только в стране, но и в бюджетных организациях. Проблемы не решали даже деньги.

— Отец. Мне нужна твоя помощь, — переборов гордость, Дэн решил позвонить отцу.

— Всё так плохо, что ты вспомнил обо мне? — недовольно проворчало из трубки. Отец не терял надежды втянуть единственного сына в свой бизнес, сбить с него спесь и заставить слушаться. Но тот взбрыкнул, открыв свою фирму и оторвавшись от семьи.

— Нужно найти одного человека, — сдержал ответный рык, сжимая кулаки. — Ты единственный, кто может сделать это быстро.

— Что я получу взамен? — начал торговаться Алексей Геннадьевич, пытаясь выбить выгодное предложение.

— Я приеду на Новый год, — пошёл на уступки сын.

— Мама будет рада, — довольно улыбнулся Алексей. — Перешли на почту данные.

Алексея Геннадьевича очень удивило полученное письмо. За долгие годы он привык к покровительству и дружбе сына с Игорем Райновым. Скорее всего сказалась трагическая смерть двухлетнего Ванечки, младшего брата Дениса, когда Дэну исполнилось только восемь. Всё произошло до банальности просто. Жена, ушедшая в салон за новой причёской, домработница, вышедшая выбросить мусор, и забывшая закрыть дверь, любопытство ребёнка, приведшее к лестнице и сто́явшее сломанной шейки. Потребность защищать, оберегать, заботиться возросла у Дэна многократно, вылившись в дружбу с Райновым. Алексей не мешал, видя, что это вытаскивает сына из болота и одновременно делает его человечнее, справедливее, добрее, что напрочь отсутствовало в подростках их круга.

А вот то, что Денис бросился на поиски вдовы Игоря, Алексея Геннадьевича заинтересовало. Он никогда не строил планов по объединению бизнеса с помощью брака единственного чада, всегда считал, что в такие отношения надо вступать любя. Он и сам женился когда-то на маме Дениса, украв её из Буйнакска и привезя в Москву. Какой скандал тогда разразился… Увезти девушку из-под венца, организованного родителями, поехать с вокзала сразу в ЗАГС, потрясти корочкой для срочной регистрации. Мадина даже не поняла, что произошло, оказавшись в одночасье Ирвиной. Эх. Молодость…

Алексею пришлось дёрнуть друга, работающего в органах, расщедриться на два ящика коньяка и закуску, но это мелочи, по сравнению с тем, что он получит. Через два дня Денис, благодарный родителю, трясся в поезде по направлению к Добрушу, продумывая проникновенную речь, способную зацепить за душу Светлану и вернуть её в Москву. В любом случае он не собирался возвращаться без неё, готов был перекинуть через плечо и загрузить в поезд. На этот раз он намерен был забрать Светлану себе, и больше никогда не отпускать.

Дэн стоял перед домом, сильно отличающемся от привычных его глазу коттеджей, и гипнотизировал просевшее крыльцо, боясь войти. Смешно. Ничего не боялся, а тут трясся как пятнадцатилетний подросток, застигнутый отцом девчонки, которую ощупывал руками под юбкой. Как донести до любимой свои чувства, чтобы не испугать, не отвернуть, не потерять?

— Чего топчешься, как боров по желудям? — прогремело за спиной, заставив дёрнуться.

Проём калитки занял Иван Васильевич и хмуро осматривал залётного мужика. Конечно, назвать столичного щёголя мужиком можно было с натяжкой. Перед ним во всей красе стоял типаж, который очень нравился бабам. Весь чистенький, модненький, с чернющим, горячим взглядом и вызовом в глазах.

— И Вам не хворать, — не растерялся Денис. — Светлана Райнова здесь живёт?

— Нет здесь Райновых! — рявкнул Иван, набычившись. — Это дом Ганулич!

— Тогда я по адресу, — растянулся в улыбке Денис, протягивая руку. — Денис Ирвин, друг Светланы.

— Это ты что ль Светке помогал? — Иван обтёр ладошки об штаны и пожал в приветствии, сжимая посильнее и утверждаясь. — Чтож позволил её обидеть? Где был, когда её выбросили, как ненужную вещь?

— Деловая поездка, — скривился Денис. — Я не успел.

— Ладно, пижон. Нечего у соседей любопытство разжигать. Пойдём в дом, — подтолкнул Дениса вперёд по направлению к двери.

Дом встретил полумраком, натопленной печкой, кислыми щами и жаренными котлетами. В животе Дениза заурчало, напомнив об отсутствии еды в последние сутки. Он слишком нервничал, слишком торопился, чтобы вспомнить о еде. Сейчас же при мысли о горячей тарелке щей с ложкой жирной сметаны, сорвали кран с потока слюней.

— Что пижон, проголодался? — треснул его по спине Иван. — Моя баба знатно готовит. За уши не оттянешь. Натка! Иди гостей кормить!

— Денис? Дениска! Ты как здесь? — Светлана с неверием смотрела на парня, боясь, что это мираж.

— К тебе приехал, Светлячок, — он не мог поверить, что наконец видит её и может обнять. Его сердце снова громко забилось, качая сильными, до головокружения, толчками кровь. Его Светик, его любовь, его дыхание, его жизнь. Она стояла на расстоянии вытянутой руки и тихо всхлипывала, вытирая слёзы рукой.

— Иди ко мне, моя малышка, — Дэн сделал шаг вперёд, протянул руки и прижал свою женщину к себе. — Больше никуда тебя не отпущу. Никогда. Привяжу, если понадобиться.

Он шептал ей в волосы разный бред, не заметив, что Иван с Татьяной бесшумно удалились на кухню, боясь спугнуть первые Светкины эмоции.

— Похоже, этот пижон приехал за Светкой, — недовольно проворчал Иван.

— Если ему под силу заставить её жить и улыбаться, пускай забирает, — вздохнула Наталья. — И ты, старый хрыч, попробуй только хоть слово скажи.

— В каком это месте я старый? — возмутился Иван, отвешивая жене смачный шлепок по жопе. — Я тебя ещё укатаю ночью. Будешь пощады просить.

— Ой. Всё грозишь, — жеманно пожалась Наталья. — Я уже и забыла, как ты укатываешь.

Пошлые заигрывания пришлось свернуть, услышав шаги, направляющиеся к кухне. Наталья быстро собралась, накрыла стол и села потчевать гостя. Дымящаяся тарелка жирных щей из квашенной капусты с крупными кусками свинины и домашней сметаной показалась Денису райским угощением. Он сто лет не ел добротную, домашнюю кухню. Все его перекусы состояли из фастфуда и придорожных кафешек. После щей на тарелке появились картошка и котлеты, в стакане мутный самогон, а к закуси хрустящие огурцы и маринованный, острый перец.

— И зачем ты приехал, пижон? — грохнул по столу опустошённым стаканом Иван, когда женщины удалились спать.

— Дочь вашу хочу забрать, — вытер рукавом губы Денис, не опуская глаз от раскрасневшейся рожи Ивана.

— Зачем она тебе? — хитро прищурился мужик.

— Люблю её. Больше жизни люблю, — признался Дэн, считая, что это убедительное объяснение.

— А она любит тебя? — продолжал давить Иван.

— Любит, как друга, — в словах промелькнула грусть. — Но я сделаю всё, чтобы полюбила как мужчину. Мир к её ногам брошу, врагов задушу…

— Наливай давай, душитель, — махнул рукой Иван. — Если дочь уговоришь, противиться не буду.

Они квасили всю ночь, обсуждая политику, раздел страны, безденежье народа, бардак во власти. Обычный, пьяный разговор двух мужиков, встретившихся за бутылкой алкоголя. И не важно было, что Иван простой деревенский работяга, а Денис выходец золотой молодёжи, имеющий свой бизнес и заработок много больше, чем здесь.

Утром у Дэна трещала голова, но опыт шумных тусовок не дал позеленеть и опозориться, лазя по кустам с рвотным рефлексом. Света, наконец улыбалась, радуясь приезду самого близкого человека за последнее время. Она не представляла, что сможет так легко дышать, только увидев Дениса. Он столько для неё сделал, был всегда рядом, поддерживал, заботился, оберегал. Как старший брат, которого у неё никогда не было. Она не замечала, что относится Денис совсем не как брат, что смотрит на неё затаив дыхание, что сердце бьётся у него в унисон с её.

Денис верил в их будущее, знал, что Светлана его полюбит, станет его. Он этого добьётся. Она будет стонать его имя, кончая под ним. Она будет смотреть на него искрящимися от счастья глазами. Она обязательно скажет «да», когда он приведёт её в ЗАГС.