Глава 25

То, что я увидел на южной окраине Лютиков, совершенно не походило на мои видения.

Да, южная площадь стала своеобразной карантинной зоной, да, на городской стене дежурили маги, но зона отчуждения явно не была мертвой.

По крайней мере я заметил три линии местных, которые по цепочке передавали ящики, бочонки и даже корзины.

Все три линии находились в шаговой доступности друг от друга и были прикрыты слабым полем невидимости.

И если неодаренных такая маскировка ещё могла обмануть, то маги стопроцентно должны были понять, что происходит.

А раз до сих пор никто не поднял тревогу, значит Герман прав, и в ставке Ков’Альдо идет тихий саботаж. Эдакая итальянская забастовка.

— Идем прямо, — шепнул Шизор, — наемникам разрешен свободный проход через карантинную зону.

— Двойные стандарты, — недовольно проворчал Герман, ну а я, поправив шляпу, уверенно зашагал вперед.

Если что-то пойдет не по плану, я успею прикрыть нас щитом Света, ну а дальше буду действовать по обстоятельствам — отступать и искать обходные пути или прорываться с боем.

К счастью, до последнего дело не дошло.

Более того, перед нами даже распахнули массивные ворота — не красная дорожка, конечно, но тем не менее!

За стеной оказался типичный пригородный район, в котором обычно находится шумное или вонючее производство типа кузниц или дубильных мастерских.

Помимо нескольких производственных помещений, расположенных слева, нашему взгляду открылись три длинных казармы, выстроенные в виде подковы. Ну а с правого конца «подковы» стоял настоящий особняк — южная резиденция Лар’Тарго.

На мой скромный взгляд, архитектура этого района явно говорила о том, что Дармидус планировал устроить карантин ещё до прорыва псов.

Мастерские, парочка таверн, конюшня и ещё парочка зданий, назначений которых я не понимал, были заметно старее на фоне «подковы».

Ну а сами казармы были выстроены так, что лучшего расположения для обороны и не придумаешь.

Стены из железного дерева, узкие бойницы вместо окон, огневые точки на крыше — четырехэтажная «подкова» создавала впечатление серьезного бастиона.

Если бы застава и северная стена Лютиков хоть немного походили на это укрепление, псы бы до сих пор топтались у наших стен!

— Дармиудус — мразь, — проворчал Герман, которому в голову, видимо, пришли аналогичные мысли. — Превратил Лютики в картонный городок!

— Мы будем ждать в казармах, — подал голос Шизор. — В зале связи. Оттуда приказы расходятся по отделениям. Если что…

Договаривать не требовалось.

Все мы понимали, что дальнейшее зависело от меня. Или в зал связи поступит сигнал тревоги от Дармидуса, или я объявлю о… смене власти.

— Как зайдешь в особняк Дармидуса, поднимайся на второй этаж, — Шизор рассказывал маршрут прямо на ходу. — Там будет коридор, в котором несут дежурство шесть магов, включая Корзина.

— Самое слабое место в нашем плане, — хмуро обронил Герман. — Если что-то пойдет не по плану, то не геройствуй, понял?

— Уж что-что, а убегать я умею, — криво усмехнулся я и повернул к особняку. — До встречи.

— Удачи…

На этом наши пути разошлись.

Герман, Шизор и ещё трое погранцов, замаскированные под пустынных наемников, пошли к казармам, а я направился к особняку.

Маги, дежурящие на стене и на крыше «подковы», то ли купились на нашу маскировку, то ли усиленно делали вид, что меня не замечают.

Так я и шёл до самого входа в особняк — узкой дверцы, выполненной из железного дерева. Да и сам особняк вблизи больше походил на украшенный резными рюшечками замок или бастион.

— Так быстро? — стоящий на карауле огневик скользнул взглядом по мешку, с которого капала кровь, и уступил мне путь.

— Долго ли умеючи, — машинально отозвался я и тут же прикусил себе язык.

Голоса наемника я не знал, и поэтому только что крупно подставился. К тому же, огневик-караульный был вместе с Диксой на площади и слышал мою пламенную речь про Вторжение.

А значит, должен был запомнить мой голос.

И, судя по его ауре, так и случилось.

Вот только вместо того, чтобы атаковать меня или поднять тревогу, маг начал… шептать!

— Тревога. Тревога. Проникновение на объект.

Причем он даже не подумал активировать переговорный амулет...

Дикий сюр, конечно…

Я, внутренне трясясь, как осиновый лист, захожу чуть ли не через парадный вход! В руке у меня кинжал фон Лютика, гарантирующий мгновенное убийство любого одаренного, а передо мной маг, аура которого так и переливается от переполняющих его эмоций.

И этот дурацкий шёпот…

Пшшш!

На указательном пальце огневика мелькнул едва заметный огонек и распался, не долетев до меня даже половины пути.

«Господи, вот я болван!»

Я с трудом удержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу и, перестав тупить, шагнул в особняк.

Герман оказался прав.

Маги делают все, чтобы выполнить условия контракта — поднимают тревогу, атакуют нарушителя огненными плетениями, но делают это в лучших традициях итальянских забастовщиков!

Наскоро поднявшись на второй этаж — со всех сторон меня окружала кричащая аляпистая роскошь — я, волнуясь, шагнул в коридор и… ситуация повторилась.

— Тревога…

— Вторжение…

— Нападение…

Стоящие на расстоянии в несколько метров маги шёпотом, чтобы не дай Сеть никто не услышал, поднимали тревогу, а первоуровневые заклинания, которыми они безостановочно меня засыпали, рассыпались прямо на лету.

Со стороны это, наверное, смотрелось дико.

Идет себе незнакомец в широкополой шляпе, а маги осыпают его беззвучными салютами.

Ей Богу, не хватает красной ковровой дорожки!

— Внимание…

— Вторжение…

— Мультик идёт…

А вот Корзин, стоящий у самой двери, не только бросил на меня виноватый взгляд, но ещё и дал запоздалую подсказку.

Как бы ни были похожи наши с наемником умения по скрадыванию аур, маги, видимо, чувствовали, что я мультик.

Ну а раз почуяли они, то почувствует и Дармидус. Значит, не стоит жадничать.

Если до этого я ещё раздумывал — применять палочку, выданную мне Ашем или сэкономить, то сейчас вопрос об этом даже не поднимался.

Ставить под угрозу всю операцию из-за приступа жадности — такое себе.

Толкнув дверь от себя, я, чувствуя, как адреналин вскипает в крови, зашёл в кабинет Дармидуса и бросил мешок с головами наемников к его столу.

— Уже? — Лар’Тарго неохотно оторвался от бумаг и поднял голову на меня. — А что с твоей…

Всё же, несмотря на свою ублюдочную натуру, соображал Дармидус быстро.

Поняв, что перед ним не наемник, он тут же потянулся к своему дару, но я успел переломить палочку напополам.

Кранк!

В повисшей тишине треск одноразового артефакта прозвучал словно выстрел, и я почувствовал, как меня отрезало от магии.

И тут же, не тратя время на пафосные слова, я метнул в Лар’Тарго призрачный кинжал.

Тот самый, которым Денебери пробил мне плечо, и который не смогли найти люди Аша и Гарда.

Тот самый, которым я, забываясь, пользовался во время операций.

Тот самый, благодаря которому, я получил Грань Смерти.

Призрачный ритуальный кинжал вошел в сердце Лар’Тарго как нож в горячее масло. А отчаянная попытка мага призвать свой дар отозвалась обжигающей болью в плече.

Внимание! Получена Грань Огня!

Повинуясь памяти крови, я кинулся вперед и, выхватив кинжал фон Лютика, сделал широкий взмах.

Клинок чудесным образом удлинился, и кинжал, вместо того, чтобы рассечь Лар’Тарго горло, смахнул голову мага с его жирных плеч.

Голова с глухим звуком упала на пол и, немного прокатившись, остановилась около мешка с головами наемников.

Тело же, немного покачавшись на месте, грузно рухнуло на бок.

Левая рука безвольно повисла вдоль тела, а правая судорожно стиснула засветившийся переговорный амулет.

Брезгливо посмотрев на выливающуюся толчками кровь, я вырвал артефакт из ослабевших рук Дармидуса и, убедившись, что он активирован, отрывисто бросил:

— Внимание. Говорит Александр Денебери. Дармидус Лар’Тарго был только что казнен за предательство. Новым мэром временно назначается уважаемый Шизор. Все маги поступают под командование Мастера Диксы.

С одной стороны, такое публичное обращение к магам — а именно у них было большинство переговорных амулетов — было рискованным.

Но беспрепятственный проход сквозь охрану Лар’Тарго дал мне понять — план Германа и Аша сработал.

И, к слову, мне не показалось, что это было что-то сложное. По сути, Дармидус даже пикнуть не успел. А я, что странно, вовсе не ощущаю угрызений совести!

— Де Грасс — балабол, — пробормотал я себе под нос, разглядывая кабинет Лар’Тарго. — Какие тут пятьдесят пять процентов? Это было или слишком легко, или я нереально крут.

Я прям физически почувствовал приступ гордости и даже гордыни, но в следующий момент у меня заныли колени, а в спину подул потусторонний ветерок.

Вот только вместо того, чтобы очутиться на привычном уже перекрестке судьбы, я увидел…

… стычку у дома с оранжевой крышей — наемник в шляпе сбился во время формирования плетения Малого землетрясения, но вместо того, чтобы ринуться навстречу Герману, отступил назад и завершил плетение.

Как есть. С брошенными силовыми линиями и доделанным каркасом.

А в следующий момент мостовая выстрелила каменными пиками, нанизывая больше половины погранцов.

Наемник, выронив меч, хлопнул в ладоши, и два булыжника смяли голову Германа в лепешку, а сам бедуин, уже что-то шептал в переговорный амулет…

… наш отряд, идущий по карантинной зоне — мы прошли южную стену, и уже подходили к «подкове», когда один из арбалетчиков, дежуривших вместе с магом-караульным, от волнения нажал спусковую скобу.

Арбалетный болт вспыхнул, врезавшись в поднятый мной щит, но в нас уже посыпались десятки боевых плетений, а над ставкой Лар’Тарго заиграла тревога…

… Корзин, который, растерянно смотрит на идущего по коридору мультика в широкополой шляпе — а в голове мага бьется одна единственная мысль: «Рискнуть или нет?».

Перед его глазами всплывает молодая жена и годовалый младенец, которые еженедельно должны принимать противоядие, которое есть только у Дармидуса, и в сознании бьется огромная цифра «2».

Два дня на то, чтобы успеть получить противоядие.

Рискнуть и попытаться найти его самому, а то и вовсе излечение от этого ужасного яда или довериться Лар’Тарго? А вдруг он обманет, ведь последние дни постоянно кормит завтраками?

Нет, лучше синица в руках, чем журавль в небе! И о выборе между жизнями форточника и своих сына и жены не может идти и речи.

В руках Корзина вспыхивает ослепительно белый огненный шар, и стихия с рёвом мчится навстречу мультику…

… Лар’Тарго, с изумлением глядящий на вошедшего в кабинет недоноска Денебери.

Мультик несет какую-то высокопарную чушь о достоинстве, совести и чести, а мысленная команда, отданная через амулет, уже торопит охрану прийти на помощь.

И пускай в кабинете навалилась какая-то тяжесть, не дающая воспользоваться даром, нельзя забывать об артефактах!

Ведь в кармане его камзола лежит подаренное союзниками проклятое Кольцо Некроса.

Кольцо бьет прямо сквозь стол, и аура этого недоноска стремительно опутывается гнилостно-серыми струйками тумана.

Мультик падает на колено и рычит от злости, отчаянно сражаясь с безграничной силой Скверны, но он уже обречен.

А сам Дармидус, чуть ли не плюща переговорный амулет в руках, визгливо отдает приказ.

Залить огнём ксуровы Лютики и посмевшего устроить покушение мерзавца Аша! Сжечь! Испепелить! Обратить в пепел! …

— Да понял я, понял! — прохрипел я, вываливаясь из обрушившихся на меня видений, посланных не то Сетью, не то Смертью. — Скромнее нужно быть, скромнее.

Подумать только, прошёлся практически по краю! И ведь в любой момент все могло пойти совершенно по-другому…

Да уж, это было… отрезвляюще. Эдакое напоминание, что кто-то или что-то ведет меня чуть ли не за ручку…

Впрочем, в себя я пришел достаточно быстро и, пообещав себе подумать об этом позже, склонился над телом Лар’Тарго.

Пусть Кольцо Некроса и проклятое, но мне пригодится!

К слову, недурно было бы пошариться по кабинету Дармидуса, наверняка у него в загашниках горы артефактов…

Вот только мне не до этого — надо срочно бежать в город. Ведь пока мы здесь, я то и дело чувствую злые всполохи магии Смерти. А это значит, что Зарыш все-таки бросил в бой немертвых…

От мыслей меня отвлек скрип входной двери, и на пороге появился напряженный Корзин.

— Не буду оправдываться, — маг избегал смотреть мне в глаза, — но мне нужно…

— Да ищи это противоядие на здоровье, — отмахнулся я. — Кстати, Дармидус хотел вас всех слить сегодня-завтра, так что ты бы его не дождался.

Корзин недовольно поморщился, но мое тыканье стерпел. Да и вообще, казалось, что для него сейчас важно только одно.

— Тогда…

— Поклянись, что не предашь заставу и Аша ещё раз и делай здесь все, что угодно, — устало отозвался я. — Псы и нежить пошли на финальный штурм, без магов и артефактов нам не сдюжить. Что до отправки… Герасим поможет. Вне зависимости, останешься ты жив или нет.

— Не дай Сеть тебе оказаться на моем месте, — глухо произнес Корзин. — Я все сделаю. Дай мне только пять минут, чтобы найти противоядие.

— Знаешь…

Хоть Корзин и строил из себя сурового мага, но, судя по его ауре, он уже долгое время пожирал себя изнутри. И мне неожиданно захотелось ему помочь.

Даже несмотря на его предательство и косвенную вину в смерти многих хороших ребят.

— Я не могу тебя судить, поскольку сам не знаю, как бы поступил на твоем месте, но… ты сильный маг и сегодня можешь спасти десятки, если не сотни жизней. И если ты все же решишь остаться, а не трусливо сбежать, то я обещаю — вылечу твоих родных.

Во время моей речи на лице мага и в его ауре словно на ускоренной перемотке пронеслись все пять стадии принятия: отрицание, гнев, попытка торга, депрессия и смирение. А под конец вспыхнула такая надежда, что я аж прищурился.

— Цветочная, пять, — ломающимся от волнения голосом произнес Корзин. — Это недалеко от Академии. — Я…

— Аш набирает отряд смертников, которые будут стоять до конца, — я перебил мага на полуслове. — Увидимся там… мастер Корзин.

Времени выслушивать исповедь мага у меня не было, как и, честно говоря, желания.

Я скинул больше ненужную мне шляпу и, обойдя застывшего соляным столбом Корзина, стремительно зашагал на выход.

И когда я преодолел уже половину коридора, в спину ударило хриплое:

— Буду!

Когда я оказался на улице, зона отчуждения уже вовсю кипела.

Маги и стражники носились, как угорелые, разбиваясь по отрядам, и, насколько я видел со стороны, бардак и хаос медленно, но верно превращались в порядок.

И неудивительно, ведь списки составлял де Грасс, опираясь на свою любимую статистику и вероятность.

А я в очередной раз убедился, что у Аша чуйка на таланты. Заметить и раскрыть неуверенного кадета до, по сути, главнокомандующего обороны — тут нужен талант!

И де Грасс не подкачал, отправив на дело меня и отряд Германа.

Не знаю, какой класс дала ему Сеть, но пока что все складывалось наилучшим образом.

Ставка Лар’Тарго оказалась захвачена нами практически без потерь — маги быстро поняли, что происходит, и сами расправились с самыми упертыми сторонниками Ков’Альдо и Лар'Тарго.

Да, некоторые, лишившись контроля со стороны Дармидуса, тут же сбежали, но большинство оказалось умнее и остались — по «подкове» уже гуляли слухи о том, что Дармидус был казнен по решению Налоговой.

Налоговой местные боялись, как огня, и это сыграло нам на руку.

В итоге, вместо того, чтобы потерять в этой вылазке своих людей и четыре отряда наемников из Города, мы, наоборот, усилились. Несколько десятков боевых магов — это не шутки.

Герман громко и четко распределял стражников по отрядам, и то один, то другой отряд, возглавляемый хмурыми погранцами, отправлялись в город.

Повеселевший Корзин, который, видимо, нашел противоядие, уже вышел на связь с Диксой и отправлял магов на самые жаркие направления.

Шизор подчистую выгребал запасы Лар’Тарго, и цепочка телег, битком набитых припасами, уже тянулась в Лютики.

Пусть поздно — по всполохам Смерти, которыми так и тянуло с севера, бой уже начался — но это все равно лучше, чем украдкой передавать из рук в руки корзины с зельями, ящики с арбалетными болтами и бочонки с огненной водой.

В общем, вопрос с тылом был решен окончательно и бесповоротно, и я, отсалютовав на прощание Герману, побежал на север — туда, где сильнее всего тянуло Смертью.

Казалось бы — все отлично. Решил проблему с Лар’Тарго, обеспечил пути отхода и даже получил ещё одну Грань! Но на сердце было тяжело.

Я бежал по туманным улочкам умирающего города и никак не мог понять, в чем причина плохих предчувствий.

До тех пор, пока не оказался на крыше казарм резервистов, где уже находились Аш с Зиданом, и откуда открывался отличный вид на Северный район Лютиков.

— Поздравляю, господа, — Аш был предельно собран и хмур. — У нас проблемы.

— Я бы сказал, — голос Зидана дрогнул, — крупные проблемы. Шансы на победу даже с учетом магов Корзина едва дотягивают до двадцати шести…

Двадцать шесть, на мой взгляд, это ещё отличные шансы.

Псы решились на финальный штурм и бросили на нас все свои резервы.

Ровные коробки легионеров, беспрепятственно двигающиеся по тому, что раньше было Имперской дорогой…

Прущая со всех сторон нежить — как простенькие зомби, так и умертвия с костяными гончими…

Но самое главное — мой оживший кошмар — главный козырь Зарыша… Костяной, мать его, дракон.