Глава 12

Утро у меня случилось весьма безрадостным.

Потянувшись, я с трудом приоткрыла глаза и уставилась на террасу. Солнце уже стояло достаточно высоко. Явно близился полдень. Только вот я не выспалась совсем и чувствовала себя помятой и разбитой.

Так мне и надо! По ночам нужно в постели лежать, а не шастать по балконам.

В коридоре послышался легкий шум. Вроде как-то и стыдно уже нежиться под одеялом. Но вставать не хотелось.

Дверь тихо скрипнула, и в комнату, как мышка, пробралась молодая служанка магичка. Невысокая светловолосая девушка, в простом строгом синем платье и белом коротком передничке. Она тащила явно нелегкое ведро воды. А через ее плечо были перекинуты чистые цветные полотенца.

— Доброе утро! — прогорланила я.

Служанка от неожиданности подпрыгнула, расплескав воду. Ахнула и с грохотом поставила ведро у своих ног.

— Простите, ора! Я.… я сейчас все вытру! — Она испуганно побледнела.

Я пожала плечами, и легким пасом просто воспламенила пол.

Такой визг поднялся! Высокий, с хрипотцой...

Скривившись, мгновенно убрала огонь и недовольно уставилась на эту писклю. А в голове продолжало звенеть.

— Ну и чего кричать? — простонала недовольно. — Я просто убрала лужу.

В ответ она икнула. Моргнула. И уставилась себе под ноги.

— И даже платье тебе не подпалила, — я, кряхтя, повернулась набок, а после села. — Ты же сама маг, чего пугаться?

— А.… я по травам, — пробубнила она сконфуженно.

— По травам?! А на клумбах и в саду бардак, — пожурила я ее ворчливо.

Ну, совсем какое-то недоброе утро у меня получалось. Сейчас бы травяного чаю и тишину. В висках застучало.

— А я, ора, временно нанятая. Только на эти несколько недель, — служанка снова вздрогнула и подхватила свое ведро. — А вы можете не делать так больше? Это же жутко страшно!

— Почему? — Я растерла глаза и уставилась на нее.

— Огонь же, — пролепетала она и ухватилась второй рукой за свою тяжелую ношу.

— Ты ведерко-то поставь, — посоветовала я. — И нечего так пугаться, огонь магический и я все контролирую.

— Все равно страшно! — Она сделала большие глаза. — У меня батька — огневик. Он, как напьется, так...

— Можешь не продолжать, — я жестом оборвала ее на полуслове и нехотя слезла с кровати. — Обещаю, больше не буду.

Выдохнув, девушка, подтащила ведро к умывальне и распахнула дверь. В маленькой комнатке деловито выставила таз и наполнила его чистой водой. Сложила рядом полотенца. Бочок с мылом...

— Значит, ты тут временно помогаешь с гостями? Всех видишь, всех знаешь, — я прищурилась.

— Да, — ответила она не оборачиваясь.

Почесав подбородок, почти счастливо растянула губы.

— Деньги нужны? — Услышав мой вопрос, служанка замерла. — Не обману, — добавила я.

— Конечно, нужны! — Она обернулась и, приставив ведро к высокой лавке, распрямилась. — Я собираю на приданое, уж больно не хочу попасть на ярмарку бесприданниц. Ничего хорошего там таких, как я, не ждет.

— Хм... — в моей голове вырисовывался нечеткий, но все же план. — И ты всем молодым орам ведро с водой меняешь?

— Да, — Она важно закивала, а у самой глаза заблестели. — Но вы ведь не просто так любопытничаете?! Я могу быть полезной.

Кажется, мы с ней быстро друг друга поймем. Да и ладная она девушка, симпатичная. Нечего ей среди сброда на той ярмарке делать. Видела я однажды, кого там в жёны буквально продают и кто покупает. Это сильно повезет, если мужик молодой попадется, да работящий.

— Есть у меня братец... — начала было я, но тут же спохватилась. — А как тебя зовут?

— Маника!

— Так вот, Маника, — продолжила я. — Есть у меня любимый братец. Умный, одаренный магией, красивый, состоятельный. И ему прямо очень нужно срочно найти избранную. Жениться хочет, аж невтерпеж. Вот прямо сейчас!

— Вот так сразу? — Она призадумалась.

— Да. — Я активно закивала. — У нас для этого две недели. Так что я должна знать, где тут красавицы водятся.

— А мне что с того? — Ее прищур стал донельзя хитрым.

Нравилось мне иметь дело с хваткими людьми, знающими, что им от жизни нужно.

— Радуешь ты меня, — похвалила я девицу. — А посмотрим, что тебе требуется. Несколько золотых монет точно обещаю. И еще мы с тобой одной комплекции, так что платье будет тебе из моего гардероба. Новое! Ночная рубашка для первой брачной ночи. Может, чего еще сверху. Но, Маника, — я выдержала паузу, глядя, как сверкают ее глаза, — мне нужен перечень всех местных красавиц. Я собираюсь соблазнять их!

— Как? — Она резко смутилась.

— Братом, конечно, — пояснила я.

— А-а-а, — она весело хихикнула. — Ну тут, ора, списки не нужны. Единственная настоящая красавица — это невеста генерала Хэила. Ора Надия! Ее привезла сюда тетя.

— Подробнее? — Я мгновенно заинтересовалась таинственной особой.

— Ну... — Маника старательно подбирала слова. — Девушка она тихая, мечтательная немного. Во всем подчиняется опекунше.

— А эта самая опекунша?

— О! Она... — служанка выдохнула. — Ора Гюмзу очень... требовательная. Спуску никому не дает. Может наказать. Пожаловаться управляющему, если ей покажется, что полотенца недостаточно чистые или вода холодная. Дальняя родственница орина Сэтта ведь, а ведет себя так, словно хозяйка дома.

— И в чем это выражается? — Мысленно представив образ опекунши, поморщилась.

Вот и первые проблемы.

— Так ора Гюмзу уже и ручки своей подопечной для брачного браслета смазала. Подсуетилась, слух пустила, что все с браком решено, чтобы другие и не пытались. Хотя, там вопрос далеко не решенный. Вчера сама слышала — в отказ пошел молодой хозяин. Рычал недовольно, что зверь. Не будет никакой свадьбы!

— Ага, вот это очень интересно. — Я подошла к своему чемодану и, открыв его, вытащила пять медных монет. — Это тебе авансом за то, чтобы мы с братом оказались за одним столом с этой самой тетей и ее цветочком Надией.

— Это я легко, ора! — Деньги быстро перекочевали к служанке. — Я ведь помогаю формировать списки столов. К тому же хозяин велел разместить ваше семейство с ним за одним столом. Мне только и нужно — вписать туда еще и ору Гюмзу с ее прелестной племянницей.

— Значит, договорились! Ты мне помогаешь, а я тебя делаю чуточку богаче и ближе к хорошему браку.

— О! — Служанка просияла. — Я все для вас сделаю. Будет ваш брат осчастливлен единственной, если она вообще присутствует в этом доме.

Усмехнувшись, я достала нежно салатовое платье, отлично гармонирующее с цветом моих волос.

— Помоги мне одеться. Эти две недели мы должны провести с максимальной выгодой, Маника.

«И если Ульви не окажется с избранной, то мне конец!» — это я уже добавила про себя.

Выпорхнув из комнаты, на цыпочках подошла к двери родителей и тихонько постучала. Прошло несколько мгновений и мне открыли. Показался заспанный, немного помятый папа в старом домашнем костюме. Обтерев лицо ладонью, он уставился на меня мутноватым взглядом покрасневших с бодуна глаз.

Прищурился и как-то немного разочарованно вздохнул.

Ой, не меня здесь ждали. Скорее служанку с рассолом квашеной капусты или луковым супом.

— Айла, — шепнул он хрипло, — хорошо, что ты заглянула...

— Что на кухню метнуться за особым завтраком? — хмыкнула я.

— Нет, уже послал молодую служанку, должна вот-вот прийти, — пробормотал он в ответ и снова выглянул в коридор. — Тут другое...

— Мама? — насторожилась я. — Ей опять плохо? Лекарь был? Если нет, то я сейчас же его разыщу. А Ульви? Он помог? Где носит брата?

— Да тихо ты, торопыга, не разводи суету. — Папа сморщился, обхватил голову ладонями и жестом заставил меня умолкнуть. — Это ты у меня соня, а Ульви уже давно спустился в гостиную. Жаловался на тебя, сказал, что ты ему что-то там из одежды не положила. Я выдал ему халат. И целитель тоже уже был. Внимательно осмотрел, опросил и сказал — никакой хвори нет. Будет дальше наблюдать.

— Но как? — Я развела руками. — Ты же сказал, маме очень плохо…

— Айла, — страдальчески простонал отец, стискивая пальцами виски. — Умоляю, остынь. И не я сказал, а ты сама придумала и сама же впечатлилась. Все хорошо! Лежит мама, отходит от поездки. Говорит, что хочет кислого винограда. Ты представляешь! Пришлось вылавливать прислугу и озадачивать управляющего. Сладкий ей не годится, чего бы кисленького. Никогда ничего такого не ела, а здесь вот принеси ей и все. — Он мученически покачал головой. — Умаялся за утро. Но думаю, это просто легкое недомогание. Один раз появилась тошнота. Выпила лимонад и полегчало.

Такой ответ меня не успокоил, а скорее еще больше напугал.

Тошнота — это уже серьезно.

Да и виноград... Мама его никогда не любила! Что за странные желания?!

Нет, что-то с ней не так, и все тут!

— Нужно показать ее еще одному целителю, — возмутилась я на папино бездействие. — Ну, как так? Недомогание есть, а хвори нет! А если упустим время, а у нее серьезная болезнь! Нет, нужно в столицу... Срочно!

— Айла, выдохни, — взмолился отец. — Мама давно не путешествовала. Ей дорога далась тяжело. Кому-то достаточно выспаться, а кто-то два, а то и три дня пластом пролежать может.

— Это ты так думаешь! — заупрямилась я, уперев руки в бока.

— Это целитель так сказал, — в голосе отца послышались строгие бескомпромиссные нотки. — Но как бы там ни было, я останусь в комнате, а мама поспит немного дольше. К ужину, надеюсь, выйдем. Так что вы с Ульви пока сами.

Папа упёрся плечом в косяк двери и сложил руки на груди. Ему явно было сложно стоять на ногах.

Ох, уж это молодое вино!

Скосило так скосило.

Представляю, как сейчас выглядит дядя Сэтт. Какие там страдания.

А нечего по ночам в саду да в дождь шастать!

Меру знать нужно!

— Ты, доченька, наш уговор помнишь? — прохрипел папа, поглядывая в сторону лестницы.

Не несли еще ему заветного рассолу. Он сглотнул и заметно пошатнулся.

Ох, как я не одобряла его сейчас, но и сказать ничего не могла. Все же отец и не мне ему выговаривать. Надеюсь, маме станет легче и влетит ему на орехи.

— Естественно, помню, — я важно закивала. — Еще и на листе записала, чтобы ты вдруг не позабыл. Но, может, все же еще одного целителя?

Я попыталась через его плечо заглянуть в комнату и высмотреть маму.

— Уймись, Айла, все хорошо с ней. — Папа одарил меня строгим взглядом. — Иди лучше, позавтракай и осмотрись. Чем дом живет, кто приехал? Какие люди? Узнай, когда вечер танцев? Какие развлечения планируются? Куда здесь можно сходить? Халиме бы не помешало развеяться немного. Может места красивые есть...

— А то ты сад вчера не видел?! — не удержавшись, поддела я его.

— А ты откуда знаешь, что я видел, а что нет? М-м-м? — Похмелье у кого-то как рукой сняло, на меня уставились не мигая.

— Э-э-э, — замявшись, я быстро сообразила с ответом. — Папочка, нельзя быть таким рассеянным. У меня ведь комната выходит на террасу над этим садом. А голос любимого родителя я узнаю из тысячи. Вы так громко обсуждали отсутствие хозяйки у этого дома...

Я поиграла бровями.

— Маме ни слова, — шикнул на меня отец. — Она не заметила, во сколько я пришел.

— Хм…— Уголки моих губ резко устремились вверх.

— Что значит это твое "хм"? — Отец нахмурился, понимая, какой компромат вложил в мои руки. — Ты мне дочь или кто? Что это за выражение на твоем лице? Айла?! Неужто сдашь любимого папеньку на растерзание?

О, на самое больное надавил. Ну вот знает же как мою совесть к ответу призвать.

— Ладно-ладно, я могила, — надувшись, пробурчала недовольно. На лестнице послышались шаги, и появилась служанка с подносом. На нем стояла высокая деревянная кружка и тарелка судя по запаху с зеленым кислым супом. — Обещаю, папа, все разузнаю и тебе доложу. Иди уже, ложись. Несут тебе "особый" завтрак.

— И это... доченька… — Отец указательным пальцем подозвал меня ближе к себе. — Тут мама с утра проговорилась. Кажется, у них с Ульви такой же договор, что и у нас с тобой. Так что будь начеку. Не то чтобы я не желал твоего брака, но в отличие от Халимы, понимаю, что ты единственная, кто может заманить брата в храм. А если ты выйдешь замуж первой, то шансы увидеть браслет сына на руке какой-нибудь особы у меня снижаются к нулю...

— Папа, за что уважаю тебя, так это за продуманность, — прошептала я благодарно, уже примерно прикидывая, чего можно ждать от Ульви.

Брат был непрост. Если он за что-то брался всерьез, то всегда доводил дело до конца. На душе зазвенели тревожные колокольчики.

Служанка обошла нас и скользнула в комнату.

Отец взглянул на поднос и сглотнул.

— В общем, Айла, я предупредил, а теперь иди. И держись подальше от дядюшки Сэтта. Не нравится мне его внимание к тебе. Вчера весь вечер выспрашивал твою подноготную. Особенно его волнует наличие жениха.

— И что ты сказал? — Я прищурилась.

— Правду, — отец пожал плечами, — что у меня пять писем с просьбой о рассмотрении возможности брака, поэтому договорной с его сыном и уж тем более с ним нас не волнует.

— Откуда пять-то!!! — взвизгнула я, ошалев от услышанного. — Меньше же было!

— Вообще-то, их там двенадцать, — одной фразой добил меня папочка. — Но только пять из них, на мой взгляд, очень заманчивые.

— У-у-у, вот теперь все ясно, — простонала я и, развернувшись, отправилась в сторону лестницы.

Ой! Что-то в груди заныло.

Чувствую, там уже в добрачной переписке мою шкуру делят. То-то папочка такой спокойный насчет меня. Неужто выискал лерда при дворе императора?!

Ой, не приведи боги!

Ой, храни меня богиня Яника! Сколько он мне там лет до брака дал?

Чую, не все чисто. Мне бы сейчас добраться до этих писем, но где я, а где они.

Надеюсь, Токи проберется в кабинет отца и сожрет там все бумаги.

Мысли о браке вгоняли меня в печаль и вызывали одновременно судорогу и икоту.

За что меня?! За что!!!

Спустившись в главный холл, я покрутилась на месте. Столько народу и все неизвестные мне лица. Оры в пышных нарядах всех возможных расцветок собирались в небольшие группы у окон и о чем-то щебетали, перебивая и не слушая друг друга.

Рядом с ними с отстраненным видом стояли орины в элегантных сюртуках, пошитых на манер столичной моды. Драконы делали вид, что сплетни, разносимые женами, их не волнуют, но получалось у них плохо. Ну, просто со стороны-то заметно, что они слушают все, что там сообщают друг другу по секрету женщины, затаив дыхание.

Ох, уж это неистребимое мужское любопытство!

Хмыкнув, прищурилась, все это, конечно, увлекательно, но меня сейчас интересовали не орины и не их супруги.

Дочери — вот она цель!

Покрутившись, прошла по коридору, ведущему в картинную галерею. Всматриваясь в лица юных дев с чешуйками на висках и над бровями, оценивала свои шансы отыскать кого-нибудь хоть сколько-нибудь достойного внимания моего любимого брата. Женить его, естественно, нужно, но не на ком попало. Дойдя до светлого широкого помещения, остановилась у большого портрета напыщенного орина в годах. Видимо, какой-то из папиных предков, сходство определенно проскальзывало. Вздохнув, подмигнула прапрадеду.

— Ладно, признаю, — шепнула ему заговорщически, кивком указывая на группу молоденьких драконесс, весело рассматривающих скульптуру какого-то молодца с тряпицей на бедрах, — не все они одно лицо с крокодилом. Есть и вполне себе... терпимые. Найду я твоему потомку достойную партию. Не переживай, не переведется древний род. Лично займусь его продлением.

Дедуля все так же высокомерно взирал на меня с полотна. По всей видимости, молчаливо одобрял мои действия.

Посмеявшись, прогулялась до той самой скульптуры.

Оу... Да это же дядя Сэтт в лучшие свои годы.

Хотя он по-прежнему был очень даже ничего. Не знаю, кто автор этого изваяния, но затейник он еще тот. Дядюшка поражал всех молодых особ своей мускулатурой и тем, на чем и висело это самое короткое полотенчико.

Хм...

Девушки продолжали хихикать.

— А орин Сэтт-то вдовец, — как бы невзначай напомнила я, — и со смерти его супруги много лет прошло. Вполне возможно, что и вторая избранная найдется.

Я замолчала и повисла тишина. На скульптуру все уже взглянули по-иному, оценивающе так.

— Состоятельный арендатор, давно не юнец, — продолжила я. — У него взрослый сын, который сам свои земли заслужил. Считай, наследство простаивает.

Взгляды драконесс стали тяжелее и пристальнее. Наверное, если бы скульптуры могли краснеть — эта была бы уже малиновая.

— Да и с годами драконы только хорошеют, — добила я всех.

Несколько молодых особ задумчиво почесали подбородок и, не сговариваясь, рванули в холл.

Остальные продолжали созерцать прекрасное.

— Боюсь, что скоро у орина Сэтта появится столько обожательниц, что будет не протолкнуться...

После этой моей фразы смело всех.

— Ну что, дядюшка, — хохотнула я, — будешь мне должен. Такой презентации я даже любимому брату не сделала. А будешь знать, как выставлять подобные изваяния напоказ!

Уже в приподнятом настроении я пошла дальше. Ориентировалась главным образом на гул голосов. Впорхнув в большую гостиную, замерла немного растерявшись. Здесь народу толпилось поболее, чем в холле.

Женщин присутствовало, правда, заметно меньше, а вот молодых драконов...

Ух, да Ульви здесь раздолье.

Хм... А где собственно братец?

Я прошлась вдоль низких резных столиков с придвинутым к ним креслам. За каждым сидело по компании. То тут, то там слышались светские разговоры о природе, о погоде, что-то о турнире... Я навострила уши. Значит, бои все же будут! Так... Там парк обсуждают, здесь предстоящую охоту на кабанов...

Ничего себе размах мероприятий!

Тут вещают о том, какой прекрасный генерал Хэил...

Ничего в нем прекрасного...

Зыркнув, на одну из малочисленных групп драконесс, скривилась, и двинулась дальше.

Я прошла еще немного, мой слух уловил знакомое слово: «астрономия». Быстро отыскав взглядом нужную группу молодых людей, сложила руки на груди.

А вот и братец, окруженный десятком таких же, по всей видимости, умников.

Ну, надо же! Везде друг друга найдут.

— Айла! — Ульви меня тоже заприметил. — Скорее иди к нам, сестра. Я познакомлю тебя с нашими дальними родственниками по матушкиной линии. Я тут успел сделать тебе маленькую презентацию и, кажется, твоя карточка на первый танцевальный вечер уже заполнена.

Э-э-э, ошарашенно окаменев, только и смогла что приподнять бровь в немом вопросе.

Какая карточка?

Какие танцы?

С кем!!!

Брат, заметив мою растерянность, довольный покрутил в руке какой-то ерундой.

— Не робей, сестра, — оскалился Ульви и добавил драконам из своей компании: — Я же говорил, она у нас очень скромная и застенчивая. Айла, ну, иди сюда. У тебя остался первый танец, надеюсь, он мой?!

— Карточка?! — Я подлетела к нему и деликатно отобрала сию вещицу.

И, правда, квадрат из плотной бумаги, а на нем в ряд вписанные десять имен. Я прошлась по каждому взглядом.

Наверное, в этот момент моя челюсть отвисла.

Это еще кто? Почему их так много?

— Откуда у тебя карточка? — выдохнув, покосилась на пронырливого братца.

— Как откуда, сестра? — Он невинно хлопнул длинными ресницами. Ну прямо не дракон, а заинька. — Мама приболела, и я на правах старшего забочусь о тебе.

И взгляд такой невинный. У-у-у, так и отвесила бы подзатыльника!

Заботится он! Вот так, да?! Полномасштабная война!

Ну хорошо... Посмотрим, по чью душу сыграют свадебные гимны у храма! Я бросила короткий взгляд на кавалеров и премило улыбнулась, а вернее — оскалилась. В глазах брата вспыхнул предупреждающий оранжевый магический огонек. Прищурившись, Ульви высокомерно задрал подбородок. Кажется, ему маменька тоже донесла о нашем с папой уговоре.

Ну что же! Вызов принят! Мне срочно нужно было найти ту самую красавицу, о которой говорила Маника. Брат пусть пытается взять количеством, а я возьму качеством.

Раз, два, три, четыре, пять... Надия, я иду тебя искать!Глава 13

И да! Я нашла ору Надию!

Премилое воздушное создание живым изваянием сидело в глубоком кресле и, кажется, даже не мигало. Черноволосая, кареглазая, брови домиком, губы аккуратные. Кожа чистая, светлая. По мне, так драконесса и драконесса, но я попыталась взглянуть на нее с точки зрения мужчины.

Ну, наверное, красивая. Волосы длинные, прямые, блестящие. Прическа строгая. Нос точеный, лоб высокий. На лице выражение рыбы, вытащенной на берег. Ну, разве что ртом не хлюпала.

А так один в один.

Взгляд пустой... В никуда.

Интересно, она вообще живая?! Будто фарфоровую статую в кресло впихнули. Мужчины проходили мимо, оборачивались, мельком рассматривали ее, но, как ни странно, не задерживались. Как будто интересно было только взглянуть.

Оперевшись плечом о высокую колонну, я продолжила свои наблюдения. Недалеко громко засмеялись. Надия вздрогнула и быстро обернулась на шум. На ее идеальных губах расцвела улыбка. Лицо вмиг преобразилось, стало таким теплым и приятным.

Да, вот теперь она была очень красивой. Моргнув, девушка навострила уши, пытаясь узнать, о чем же там таком интересном рассказывают. О, любопытство перло вперед нее.

— Надия! — рыкнули рядом. — Хватит таращиться на этих базарных особ.

Драконесса тут же выпрямила спину и снова стала «рыбой». Девушки, обернулись на нее, фыркнули и так небольшой группой и удалились в сторону картинной галереи. Надия расстроилась. Это тяжело было не заметить. Уголки ее губ опустились, взгляд потух.

В моем сердце пожаром вспыхнула жалость. Так не должно быть! Это праздник! Здесь нужно веселиться, а не сидеть вот так, словно птица в клетке.

Я зло прищурилась. Мое внимание переместилось на особу, возвышающуюся над этой несчастной «статуей».

Вот и огнедышащий дракон нашелся. Голову готова опустить на плаху — ее тетка.

— Ора Гюмзу! — Мимо меня пронеслась какая-то оголтелая особа, таща, видимо, своего сына на буксире. — Вы уже прибыли! Так рада здесь вас видеть. Мой сын Матрик. Вы должны его помнить.

— А... — Тетка растянула губы, имитируя улыбку. — Тот самый, что при дворе у императора на низших чинах?

Эта Гюмзу деликатностью не обладала. Такая же черноволосая, как и ее подопечная. Полноватая, лицо бледное, бесцветное. Но вот взглянешь и сразу ясно — грымза. Я сама была не из робких, но вот таких старалась обходить стороной. Они же не заплюют, так покусают.

Передо мной вырисовывалась проблема, пока еще не ясная, но нижней частью спины чувствовала — придется хитрить.

— Да, — а между тем разговор продолжался, — мой Матрик в учениках у главного поверенного императора...

— Все еще в учениках!!! — грымза фыркнула, перебивая собеседницу. — Засиделся он что-то там у вас. Но покрутитесь, девушек вокруг много. Зря, конечно, прибыли. Мы с орином Сэттом уже заключили договор. Надия полностью удовлетворяет все запросы его сына...

Юная драконесса, все так же сидящая в кресле, сникла. Глаза странно заблестели. Она украдкой подняла руку и стерла одну единственную слезинку. Никто этого не заметил, никто кроме меня.

— Уже все решено? — ора отступила от Гюмзу на шаг, ее сын мазнул по Надии взглядом и уставился в коридор, явно высматривая кого-то.

— Конечно, обсуждаем приготовления к свадьбе, — эта мерзкая особа высокомерно задрала нос, словно в женихах не шиу, а сам император.

— Хм, — я нахмурилась.

У меня-то были иные сведенья. Так что или она врет, или мне кто-то ночью лапшу на уши вешал. Но вот во второе верилось с трудом. Зачем генералу Хэилу мне врать, стоя под дождем на собственной террасе? Ни к чему это ему.

— Как уже приготовления?! — Неизвестная мне ора тоже удивилась. — А я слышала, генерал очень недоволен праздником. Кричал вчера, возмущался, что его об этом не предупредили. Я слышала...

— Конечно, недоволен, — Гюмзу снова резко оборвала ее на полуслове. — Он ведь думал, что будет одна Надия, а здесь... сборище... — и тут ее взгляд остановился на мне, — ... не пойми кого, — договорила эта крыса.

У меня перед глазами потемнело. Вот такого уже не спущу. Прищурившись, улыбнулась оскалом... Ну держись, грымза.

Я еще раз пригляделась к молодому дракону. Матрик, значит. А лицо-то знакомое. Я спешно вытащила из кармана карточку для танцев, пробежалась по ней взглядом. Ага, вот он... четвертый сверху.

Ну, считай, заочно знакомы.

Нацепив на лицо самую свою милую улыбку, поплыла лебедем огневолосым наводить знакомства.

— Доброе утро, оры, — сладко пропела и, склонив голову, зыркнула на бедного дракона. — Простите, но я в доме дядюшки немного теряюсь. Матрик, вы записаны в моей карточке, выходит, знакомы с Ульви. Не подскажете, а где столовая?

Хлопнула ресничками и застенчиво смутилась. Ну а что, брат же сказал, что я робкая, нужно соответствовать нарисованному им образу.

— Дядюшки?! — Грымза уловила главную мысль. — Не припомню, чтобы у орина Сэтта была племянница...

— Ой! — Я прошлась по ней взглядом и сморщилась. — Вот и я вас не припомню, наверное, дальняя кровь на киселе. Да и Хэил о невесте точно мне ничего не говорил, а мы с милым родственником весь вечер вместе провели. — Ну-у-у, вообще-то, ночь и не всю, но некоторые моменты можно и подменить. — Он, насколько мне известно, в браке в данное время не заинтересован. Что-то вы путаете, ора.

— Тогда чего же нас здесь собрали? — этот резонный вопрос задала мама Матрика. Он же смотрел на меня, странно поджимая губы.

Что-то мне подсказывало — ему весело. Или аховая с меня актриса, да и ладно. Я незаметно для всех ему подмигнула. Мужчина, чтобы не расхохотаться, кажется, кусал внутреннюю сторону щек.

— Да, скажите-ка нам, что мы тогда здесь делаем? — фыркнула Гюмзу, сложив руки на груди, чем вернула внимание к ней.

— Так известно чем, — я развела руками, — женят моего брата Ульви Уолша. Ищем ему избранную, — взглянув на вмиг повеселевшую Надию, решила расхвалить товар. — Он образован, естественно, привлекателен. Весел и активен. Метит в столичный университет магии преподавателем.

— Да-да, — вмешался Матрик. — Мы сегодня имели с ним приятную беседу. Он весьма осведомлен по многим направлениям. Но, ора Айла, он сказал, что на выданье вы.

— Кхм, — от неожиданности я закашлялась. — Конечно, брат желает мне счастья и слегка скромничает. Ну и не хочет, чтобы на него началась охота невест, вот и прикрывается мной, естественно, с моего согласия. К тому же мы выбираем ему жену по душе. Поэтому все не разглашается.

— Что вы несете, ора? — грымзе мои слова совсем не понравились.

Внутренне приготовившись давать отпор, замерла, услышав колокольный звон.

Все разом стихли.

— Уважаемые гости дома Уолш! Орины и оры. — В центре холла возник управляющий Марло. — Просим вас пройти в большую гостиную на второй завтрак.

— О, а вот сейчас мы и выясним, что среди нас сделает магичка, — прошипела грымза, при этом Надия как-то побледнела. — Ави Марло, здесь, кажется, кто-то из прислуги потерялся.

Управляющий поспешил к нам.

— Ора Гюмзу, какая-то проблема? — учтиво осведомился он.

— Вот, — она грубо указала на меня пальцем.

— Ора Айла! С добрым утром, юная хозяйка, а я вас ищу. Орин Сэтт попросил позаботиться о вас и разместить по правую руку от него рядом с шиу Хэилом. Столы уже накрыты. Прошу!

Бросив победный взгляд на грымзу и высокомерно задрав нос, я пошла вслед за Марло, а позади волной донеслись шепотки.

Меня слышали слишком многие и дается мне, я привлекла к себе достаточно внимания.

Гоняя по тарелке крупный зеленый горошек, поглядывала на такого же хмурого, как и я, генерала Хэила, которого непонятно зачем усадили напротив меня.

Или это меня усадили напротив него!

В общем, век бы икалось тому, чья это была идея!

Дядюшка Сэтт тут же громко икнул и прикрыл рот салфеткой.

Прищурившись, послала ему взгляд, явно не улучшающий аппетит.

Ну, а что? Мне одной страдать?

Хэил в очередной раз хмыкнул и уставился на меня не мигая. Он буквально дыры во мне прожигал. И так с того момента, как я имела неосторожность сесть с ним за один стол. При этом этот гад еще и умудрялся активно есть, потроша несчастную жареную курицу.

Тяжело вздохнув, я попыталась проткнуть горошек вилкой. Он ожидаемо отскочил и залетел к дяде на тарелку. Но тот ничего не заметил, ибо похмелье его еще не отпустило.

Хозяин дома заметно страдал головной болью и хлебал рассол квашеной капусты, заедая луковым супом.

При этом над столом витал чуть кисловатый запах, идущий от его кружки.

К тому же ему не давали покоя пылкие взгляды молодых особ, сидящих за соседними столами. Драконессы на выданье, перешептываясь с маманями, кокетливо хихикали и строили глазки.

Дядюшка все больше мрачнел и налегал на свое спасительное пойло. Но это не помогало: взгляды молодок становились все жарче, недвусмысленнее, а улыбки чарующими.

Тряхнув головой в очередной раз, дядя ухватился за ложку и принялся поглощать суп.

Наверное, думает, что это с бодуна грезится, но я-то понимала в чем дело.

Ну ничего, он же жаловался, что дому не хватает хозяйки, вон их сколько желающих. Как говорится, только получите и распишитесь.

Я набрала на вилку новую порцию горошка, но тут натолкнулась на взгляд грымзы, сидящей рядом с Надией.

Есть окончательно перехотелось.

Вид бедной несостоявшейся невесты, зажатой между теткой и генералом, тоже радости не прибавлял.

Остаться мне голодной. Да и есть особо-то нечего!

Вот кто завтракает сплошными мясными блюдами?

Где зелень? Где овощи? Где фрукты? Да на худой конец яиц бы вареных подали!

Я покосилась на горку жареных куриных ножек и куропаток.

В горле появился специфический вкус горечи.

Нет, ну... такое и с утра!

— Айла, тебе не нравятся блюда? — Дядя Сэтт явно заметил мое кислое лицо. — Чего так? Одним горошком сыт не будешь!

— Нет, — постаралась держать эмоции при себе, — все замечательно!

В подтверждении своих слов я все-таки съела ложку гороха.

— Но в твоей тарелке ничего нет, милая, — дядюшка не унимался. — Хочешь куриную грудку? Она нежирная и, смотри, как кожица подрумянилась.

Я невольно поморщилась, глядя на поднос с жареной птицей.

— Ты не голодна? — кажется, он расстроился.

— Не совсем так, дядя, — вмешался Ульви, — моя сестра не мясоед. Не брезгует, конечно, но все же... Главное в ее рационе — овощи.

Я кивнула и улыбнулась.

Хэил оторвался от своей тарелки и обвел взглядом стол. Нахмурился. Темные брови сошлись на переносице.

— Хм... — грымза, высокомерно задрала нос, привлекая к себе внимание. — Неслыханная наглость! Мало того что ее пустили к столу главы дома, так она еще и едой перебирает. Вас где воспитывали? В хлеву?

За столом повисло тяжелое молчание. Глаза бедной Надии увеличились вдвое, на лице Хэила заиграли желваки, дядя выпустил из рук ложку.

— Что?!!! — раздалось громогласное рядом. Тон брата стал просто ледяным. — Объяснитесь немедленно, будьте любезны!

От этого «любезны» у меня холодок по спине прошелся.

Я еще никогда не слышала, чтобы Ульви так с кем-то разговаривал. Я вообще не знала, что он на такое способен.

— Эта магичка... — грымза ткнула в меня пальцем.

— Эта магичка — Айла Уолш! — раздался еще один рык, теперь уже со стороны генерала.

— Да, — Ульви кивнул. — А вот кто вы такая мне не известно. Дядя, извольте разъяснить мне поведение ваших гостей.

Дядя Сэтт хлебнул из кружки, растер шею и уставился на драконессу, потерявшую всякие берега.

— Ора Гюмзу, — начал он, явно подбирая слова, — ты, видимо, не поняла...

— Она не поняла, что допустили к столу именно ее! — Хэил деликатностью отца не обладал. Подняв руку, он жестом подозвал одну из девушек, обслуживающую столы, но вместо нее подбежала Маника. — Принеси овощи и следи, чтобы они были здесь в избытке каждый прием пищи.

Служанка кивнула и поспешила на кухню.

Обернувшись к грымзе, я поймала на себе взгляд Надии, которая все больше походила на бледную тень своей тетки. Девушка улыбнулась, словно извиняясь за инцидент. Затем она перевела взгляд на Ульви и я была уверена, что там скользнул настоящий интерес.

Еще бы! Таким суровым братец еще никогда не выглядел. Видимо, что-то я о его характере не знаю.

Хм... В глазах Надии появился тусклый желтый огонек. Кажется, с выбором я попала в цель. Во всяком случае, с ней проблем не будет.

А вот брат упорно девушку, сидящую напротив, не замечал. Вот же!

— И все же, не слышала я, орин Сэтт, что в вашем роду были маги, — грымза, несмотря на предупреждение, униматься не желала, к тому же на нас смотрели и перешептывались все гости за соседними столами. — Вы, хочу напомнить, славитесь чистой кровью...

Приподняв бровь, я изобразила на лице крайнюю заинтересованность.

— О! Меня всегда интересовал этот вопрос, — я поставила локти на стол и сложила ладони домиком, игнорируя правила этикета. — А вы как эту самую чистоту выверяете? Ну ради личного развития хотелось бы знать.

— Маги — наши враги! — заверещала она, играя на публику.

— А я к вам в друзья и не напрашиваюсь, — пролепетала я, сама завидуя своему же спокойствию.

— Довольно!!! — Хэил с шумом опустил деревянную кружку на стол. — Может, кто-нибудь мне объяснит, что за разговоры?!

Я пожала плечами, отлично понимая, что его гнев направлен уж точно не на меня.

— Так для ясности... — Дядя Сэтт сел ровнее и болезненно сморщился, головная боль его, видимо, не отпускала. — Гюмзу, ты мне, конечно, не чужая. Да, тетка Хэила, пусть и дальняя. Но! Айла — любимая приемная дочь моего брата. Она часть семьи. И желанный гость здесь. Если ты не прекратишь эти необоснованно грубые речи в ее адрес, я буду вынужден испортить с тобой отношения.

— Но эта девчонка заявила, что брака между Хэилом и Надией не будет! — взвизгнула вредная драконесса, наконец обнажая суть конфликта. — А мы уже заказали белоснежное платье с розовыми ленточками и сотню голубей! Я и список гостей на торжество составляю...

Над столом прогремел кашель. Бедный генерал в этот момент пил и.… захлебнулся. Сладкая медовуха пошла носом. Схватив салфетку, он старательно стирал жидкость с подбородка, с серой рубашки...

— А голуби, извиняюсь, зачем? — подлила я масла в огонь. — Как основное блюдо?!

Надия хрюкнула в кулачок.

— Ора Гюмзу, с чего вы вообще взяли, что я намерен жениться?! — отбросив тряпицу, Хэил, сверкая серыми, что грозовая туча, очами, обернулся к грымзе. — Лично я намерен и дальше оставаться холостяком! И Айла сказала вам ту правду, которую вчера... — он запнулся, — вечером слышала от меня. Так что дайте спокойно позавтракать! Вы портите мне аппетит!

Обернувшись к мерзкой бабе, я подмигнула ей в издевательской манере. Надия снова хрюкнула со смеху и тут же кашлянула, скрывая веселье.

Девушка враз преобразилась. Такое чувство, что слова генерала, как лечебный эликсир, пролились ей на душу.

Ох, права я была.

Кто-то явно не хочет замуж за моего небратца.

Уже хорошо! Все легче.

Вскоре на стол поставили огромное блюдо, наполненное нарезанными сырыми овощами, жареными корнеплодами, зеленью.

Отдельно мне была предоставлена внушительных размеров широкая ваза с фруктами. Я довольно ее покрутила и выбрала самый крупный инжир. Брат, не теряясь, уцепился за мохнатый персик.

Недовольно зыркнув на него, добилась лишь того, что Ульви еще и кисть винограда уволок.

Но несмотря на это безобразие, утро было спасено и завтрак состоялся.

Все ели молча. Напряжение никуда не делось, но меня это уже не волновало. Мелкие косточки инжира смешно хрустели на зубах. Доев фрукт, я ухватилась за мандарин и заметила, что Надия, пользуясь моментом, пристально рассматривает Ульви.

О, я видела, как разгорается огонек в ее очах. На губах девушки блуждала мечтательная улыбка. Щечки слегка покраснели то ли от смущения, то ли от непристойных мыслей, что рождались в ее голове.

Но ясно было одно. Черноволосой красавице приглянулся мой братец!

Но вот тот факт, что он на нее даже не смотрел, удручал.

Нужно составить план и свести этих двоих вместе. Чтобы коснулись друг друга. Чтобы заискрило!

Я хорошо помнила, как Оуэн однажды помог мне на тропинке.

То ощущение родственной души.

Та мысль в голове — свой, родной, единственный.

Нам хватило одного касания рук.

На душе стало тяжело и тоскливо. Мне больше не испытать этого.

Никогда!

Подняв голову, натолкнулась на пристальный взор генерала. Его зрачки пульсировали, то расширяясь и заполняя собой всю радужную оболочку, то сужаясь до тонкой нити. Поёжившись, я разломила почищенный мандарин и отправила в рот крупную дольку. Скривилась.

— Они кислые, — улыбнулся Хэил, — возьми лучше вот...

Потянувшись, он выбрал на вазе апельсин и предложил его мне.

— Чистить их тяжело, — пробормотала смущенно.

Генерал пожал плечами и воткнул большой палец в основание фрукта. Брызнул сок. Цедра приподнялась. Несколько умелых движений и дракон уже протягивал мне его очищенным. Над столом расплылся цитрусовый аромат.

— Орин Ульви, а вы не могли бы почистить и мне апельсин, — пропищала Надия, заливаясь краской смущения.

— Я не умею их чистить, — даже не взглянув на нее, выдал брат. — Попросите Хэила.

— Тебе что сложно?! — не утерпела я.

— Не хочу я в соке пачкаться, а у Хэила уже руки грязные, — отмахнулся брат.

Я сообразила, что он зол на грымзу и этот негатив распространяет и на Надию. Но все же...

— Ну ты и... — прорычала я и, разломив свой апельсин, отдала красной как рак девушке половинку.

Конечно, ясно понятно, что фрукт ее не волновал. Но не ставить же теперь бедняжку в неловкое положение. Тем более что там уже зверем на нее поглядывает тетка.

Неуместная жалость, что кошка, принялась точить об мою душу когти. Нет, спасать девушку нужно! Бросив взгляд на своего братца не выдержала и незаметно пнула его под столом. Ну просто так, чтобы жизнь медом не казалась.

Он поморщился, но виду не подал.

Грубиян червячно-книжный!

Надия снова вся сжалась и тихонько ела этот дурацкий апельсин. Грымза зло пыхтела, но молчала.

Хэил со спокойным видом вытер руки и, откинув салфетку, уцепился за курицу. Сколько же в него с утра влезает-то?! Хотя если вспомнить, что он совсем недавно еще воевал, то, думаю, генерал просто отъедается.

Тяжело вздохнув, я съела еще одну сладкую дольку и призадумалась.

«Нужен план» — снова пришла к этому выводу.

Сделать так, чтобы Ульви и Надия остались наедине желательно вдалеке ото всех. Бал отпадал сразу. Что там было еще? Охота... Ну тут вообще не вариант, из брата добытчик кабанов как из меня чистокровная драконесса.

Да и выманить его на ту охоту можно будет разве что используя одно желание за книгу.

И где там им наедине оставаться?

Нет, там все глухо.

Значит, все же бал. Но как добраться до карточки Надии. Мама мне точно не помощник... Служанка Маника?!

Хм... Рискованно, подставлять ее ну никак нельзя.

За моей спиной послышались тихие девичьи смешки.

— Да что сегодня с ними, — проворчал дядя Сэтт, затравленно поглядывая на молодок.

Это он вовремя о себе напомнил. Хитро прищурившись, я повернулась к нему:

— Дядюшка, а какие у вас планы ближайшие? Я слышала о танцах, об охоте...

— О! — Он заметно оживился. — Я и забыл, что Ульви говорил. Ты любишь танцевать!

— Страсть как, — нагло соврала я и наступила под столом брату на ногу. Не знаю, зачем он там рот открыл, но сейчас пусть молчит.

— Да, программа у нас насыщенная! — Дядю второй раз спрашивать не пришлось, он принялся сам рассказывать все, что приготовил для гостей на этот праздник. — Вечером гуляние на открытом воздухе. Танцы, мясо... О, прости... для тебя овощи, помидорки. М-м-м, а какие кабачки у нас в этом году на огородах уродились.

— Ничего, мясо на огне я люблю, с зеленью, конечно, так что там с гуляниями, — вернула я быстро разговор в нужное мне русло.

— А что с ними? Все по плану... — он внезапно нахмурился. — А ты уже знаешь, с кем будешь танцевать?

— Естественно, я позаботился, чтобы карта Айлы не пустовала, — все же влез Ульви. — Все места забиты, только себе оставил первый танец.

Дядя Сэтт сел ровнее и почему-то покосился на сына. Хэил от курицы оторвался и резко вскинул голову.

— Какая неразборчивость, молодой человек! — прогремело над столом. Грымза показательно схватилась за сердце. — Вот карточка Надии абсолютно пуста. Чего распыляться на всех?! Она будет танцевать только с генералом Хэилом...

— Я вообще не танцую, — проворчал серебряный дракон крайне недовольно. — Хотя... если только заберу у брата первый танец Айлы...

— Нет!

— Да пожалуйста, — выпалили мы с Ульви одновременно.

Взглянув на братца, с силой надавила каблуком на носок его ботинка. Нечего тут мои танцы разбазаривать. И так уже расстарался на полную.

— Хорошо, будем танцевать...- прошипел он, выдёргивая ногу из-под моей.

— Вот так-то! — шикнула и убрала ботинок.

Обернувшись на дядю, поймала на себе весьма внимательный, изучающий взгляд. Не знаю, что ему не понравилось, но он явно был недоволен моим отказом. Впрочем, с такой же гневной физиономией восседала и грымза.

И только Хэил спокойно хмыкнул, подмигнул мне как-то многозначительно и вернулся к своей курице.

Сглотнув, мне отчего-то подумалось, что мое «нет» услышано не было, а вот «да, пожалуйста» Ульви принято в расчет.

Как-то с генералом за собственный танец воевать не хотелось.Глава 14

Все шло не по плану. Вернее, я еще не придумала план, а уже все наперекосяк.

Сидя в широком кресле, недовольно поглядывала, как Ульви кривится, рассматривая серебряный ансамбль. Это начинало дико раздражать. Дай волю этому книжному волоките, так потом его из черного и не вытряхнешь.

Какой он все же зануда в моде.

Сложив руки на груди, прищурилась. Брат поднял вешалку и отодвинул от себя костюм словно он заразный.

— Айла, и все же, что за цвета? — фырканья Ульви окончательно пробудили демонов в моей душе.

— Надевай! А то маму позову!!! — с ходу пригрозила я. — Чтобы ты знал, этот цвет последние несколько лет является самым любимым у императора! Все... Я повторяю, все уважающие себя драконы, нет-нет, да и щегольнут или сюртуком, или рубашкой этой расцветки. Один ты как в вечном трауре.

Он замер и, откинув вещи на кровать, обернулся ко мне.

— Ты чего такая злая, сестренка? Не выспалась?

Фыркнув, я еще и ногу на ногу сложила.

Злая? А чего мне не быть злой?! Я заказ на этот серебряный костюм с боем вырвала, увела из-под носа какой-то напыщенной оры. И все ради него. Папу растрясла, чтобы оплатить его. Два дня к портнихе бегала все детали сюртука согласовать... А он...

Зануда!

Нет, даже не так! Большая драконистая книжно-червячная зануда!

Вот!

— Так чего тебе не спалось? — брат пытался подмаслиться.

Ой, я прекрасно знала эту его уловку. Сейчас сделается таким милым, заботливым, а когда ты поплывешь — быстро выкатит свои хотелки и начнет хлопать невинными глазками газели-переростка. И попробуй, ему "нет" сказать, надуется, сделается несчастным, ведь он такой весь хороший, а ты его обижаешь, на мелкие уступки не идешь.

— Ульви, — я скривилась. — Не выйдет! Можешь даже не пытаться. Ты наденешь этот костюм и будешь выглядеть соответствующе положению.

— Точно не выспалась, — гнул он свое. — Нужно было подольше с тобой посидеть. Поговорить. Книгу почитать.

— Ага, астрономию поди. Я тебе сказала: не выйдет. Серебряный костюм и точка!

— Кого я взрастил?! — прошипел он, зло расстёгивая рубашку. — Я ее больную выхаживал... Дара не жалел, а она...

— ... а она заботится, чтобы гардероб ее любимого брата соответствовал столичной моде. Покупает ему вещи в лучших салонах, не экономя ни на чем. Ты ведь это хотел сказать, правда?

Я счастливо ощерилась. Добилась же своего. Он начал переодеваться.

Недовольно хмыкнув Ульви сорвал с себя рубашку и бросил ее в меня. Схватившись за ремень, ловко выпрыгнул из штанов, оставшись в одних коротких подштанниках.

Хм... Никогда раньше не разглядывала брата как мужчину. Нет, ну картиной "Ульви в нижнем белье" меня не удивишь. Но, вот как бы посмотрела на него не сестра....

Высокий, в меру мускулистый, кубики на прессе... Я бегло сосчитала целых четыре. Крепкие руки, не худые бедра. Хотя вот у Хэила ноги все же ровнее, да и вид сзади сочнее.

Да, у генерала там все покрепче, скульптурнее, что ли.

Поняв, куда завели мысли, покраснела.

Стыдоба... Хотя, с другой стороны, о чем хочу о том и думаю. Даже если это привлекательный драконий зад.

Но возвращаясь к Ульви... Да, брат определенно красив и девушек притягивать должен.

И помнила я тот огонек интереса в глазах молоденькой драконессы.

Кхм...

— Ульви, — я подалась вперед. — Вот скажи, как тебе Надия?

Брат так и замер с новой рубашкой в руках, снятой с вешалки. Нахмурился и зыркнул на меня, недобро так.

— Айла, если пытаешься что-то вынюхать, то мягче нужно быть и заходить издалека. Аккуратнее, деликатнее, что ли.

— Пф-ф, — фыркнула я в очередной раз. — А чего мне заходить? Простой вопрос, нравится она тебе или нет. Куда деликатнее-то спрашивать? — Я хлопнула ресничками, изображая саму невинность. — Вот, как думаешь, почему именно ее дядя Сэтт выбрал в невесты Хэилу? Девушек ведь много вокруг.

— Айла, — он хохотнул, — я, может, тебе сейчас тайну великую раскрою, но Хэил чихать хотел на то, что ему там выбрал отец. Да и табун девиц вокруг его только злит. И я его здесь прекрасно понимаю. Самого они бесят.

— Да, но почему именно ее? — дожимала я брата.

А то глянь, какие они, Уолши, нежные. Злят их бедные драконессы, проходу несчастным не дают.

— А что думать? — Брат пожал плечами и смял в руках новую рубашку. — Надия красивая, покладистая, скромная... — Я разомлела от его слов. Значит, оценил-таки драконессу. — В общем, Айла, она стандартная глупая девица, которая будет заглядывать мужу в рот и служить украшением в доме. А если надоест — всегда можно куда-нибудь выпнуть ее к родне и не заметить длительное отсутствие.

Ах, ты ж-ж-ж жук себялюбивый!!! Нет, ну вы его послушайте... Выпнуть и не заметить...

Я разве что зубами не заскрипела.

— Ульви, но она же милая, красивая девушка! С чего ты взял, что Надия недалекая? Ты с ней беседовал, чтобы выводы такие делать? Да ты даже словом с ней не обмолвился!

— Хватило ее беспардонной тетки, которая пользуется тем, что какая-то там вода на киселе покойной супруге дяди, — рявкнул зло брат в ответ. — Кого такая вырастить может?! Либо пустышку, либо что-то себе подобное. Хочешь знать, что из себя представляет девушка — взгляни на ее родителей...

— С чего ты это взял? — эти слова возмутили меня до глубины души.

Память тут же оживила облик родителей: черствая, помешанная на торговле, женщина и не просыхающий пьяница.

— Айла, яблоко от яблони недалеко падает, — добил меня брат и усмехнулся.

Открыв рот, не смогла произнести ни слова. Меня словно под дых ударили.

— Извинись! — прошипела я глухо. — Забери свои слова обратно, или мы поссоримся по-настоящему!

— Ты чего, сестра? — Ульви вмиг стал спокойнее и серьезнее. — Ты сама ее не знаешь. Ну видно же, когда человек короткого ума.

— Извинись, — повторила я, — и никогда больше не говори так.

— Но... — он замер, поняв, что не в Надии дело. — Айла, что с тобой? Ты что? На себя приняла?

— Ты неправ! — мой голос звучал натянуто. — Яблочки порой очень далеко падают от яблонь, и не все они червивые! Далеко не все!

— Сестренка, прости. Я тебя задел, да? - Ульви разом сдулся. - Не будем больше об этой Надии. Но... Ты ведь дочь арендаторов, разве не так?

— И что это меняет? Ты поставил клеймо на женщине, даже не дав ей шанса показать себя! Просто потому, что ее тетка — крыса. Тетка, а не она!

— Ну хорошо. — Он подошел к креслу и склонился, заглядывая мне в лицо. — Я немного перегнул палку с этой твоей Надией. Просто она не с моей полянки ягодка. Для кого-то она станет настоящей избранной и любимой женой. Ну не злись! Что-то эта поездка на всех плохо повлияла. Мама все отойти не может, отец на нервах. Ты теперь... Все расслабься, сестренка. Не знаю, кто твои настоящие родители, но ты для меня самое наливное и сладкое яблочко. И неважно, с какого дерева ты упала, главное, что в наш огород закатилась. Я тебя очень люблю, сестренка! — Подавшись вперед, он поцеловал меня в щеку, а после и вовсе крепко обнял, прижимая к своей обнаженной груди.

— Ульви! — Дверь в комнату отворилась. — Хотел спросить тебя об...

Разомкнув крепкие объятья, мы с братом обернулись на дверь и уставились на резко замолчавшего мрачнеющего Хэила.

Принесла нелегкая и как всегда вовремя!

Генерал замер на полуслове и уставился на нас. Прищурился, в его глазах цвета грозового облака вспыхнул опасный фиолетовый магический огонек.

— Как вижу я не вовремя, — процедил он.

— О чем ты? — Ульви недоуменно уставился на него.

Красочно представив, как мы сейчас с братом выглядим со стороны, лишь улыбнулась. Кое-кто ведь щеголял в подштанниках.

— Генерал Хэил, вам опять что-то показалось? — Я многозначительно поиграла бровями.

— Мне ничего не казалось, — он буквально шипел. — Здесь и так все понятно, никакого полета для фантазии.

Ульви выпрямился и растер шею. Взглянул на меня, на Хэила и снова задумчиво почесал затылок.

Ой, как мне это не понравилось. В душе зазвенел тревожный звоночек.

— Как о ком ты меня хотел спросить, брат? — а тон его голоса и вовсе заставил напрячься.

— Неважно! — На скулах генерала заходили желваки.

Ульви рассмеялся, а у меня холодок прошелся вдоль позвоночника. Горячо надеюсь, он Хэила в табун претендентов на одну меня не включит.

— Братец, ты же меня очень любишь?! — пропищала я.

— Конечно, золотце. Так что там у тебя, Хэил? — Ульви веселел на глазах.

— Я же сказал неважно! — Схватившись за дверной косяк, бравый генерал зверел на глазах.

Нужно было что-то делать. Срочно!

— Почему это неважно? — пропищала я. — Мы вот о Надии говорили. А какого ты мнения о ней и почему все же не рассматриваешь в качестве невесты? Ведь бывает же, что человеческая сущность дракона настолько сильно прикипает к женщине, пусть и не избранной для зверя, что рождается ребенок.

Ну а что мне было еще говорить? Только переводить разговор на безопасную тему.

— Надия красивая и достойная девушка, — рыкнул Хэил. — Все остальное — мое личное дело.

— Вот видишь! Даже Хэилу она нравится, — победно воскликнула я.

— Ну вот пусть Хэил на ней и женится. — Ульви отошел от кресла и снова поднял серебряный костюм. — Нет, Айла, пора запрещать тебе покупать мне одежду и тем более складывать чемодан.

Генерал что-то тихо рыкнул под нос и вошел в комнату. Вел он себя немного странно.

Чего его вообще сюда нелегкая принесла?

— Вот скажи, брат, ты бы в такое вырядился? — Ульви потряс этим несчастным сюртуком.

— Нет, даже если бы клинок к горлу приставили, — хмыкнул генерал.

— Вот и я думаю, что в таком наряде только народ смешить. Нет, Айла, к моему гардеробу ты больше не подходишь. Вот найдем тебе избранного и мучай столичной модой его.

— Да кто, если не я, твоими сюртуками заниматься будет! — фыркнула в ответ уязвлено. — Ты же даже не знаешь, где у тебя что лежит.

— И все же это убережет меня от такого безобразия. — Вещи снова полетели на кровать.

И вот тут я действительно обиделась. Я... Да, я ради него старалась. Себе ничего нового не купила. Хотела, чтобы он выглядел в глазах девушек привлекательным, а не сухарем библиотечным. А он...

Вот теперь точно женю! Из вредности!!!

Я эту избранную из-под земли достану!

— Не привередничай, родной, — процедила я сквозь зубы. — Надевай то, что я для тебя выбрала.

Брат четко уловил скрытую угрозу в моем голосе. Мгновенно умолкнув, он отошел к окну от меня подальше.

— А я смотрю, вы прямо голубки, — рявкнул Хэил.

Такая реакция для меня была странной. Но Ульви отчего-то снова ухмыльнулся. Нехорошо так. Я бы сейчас все отдала, чтобы влезть к нему в голову и понять, вокруг чего там крутятся мысли. Полагаю, мне бы это не понравилось.

Совсем!

— А ты как думал, братец? — Ульви ловко присел на широкий подоконник. — Айла — красавица и очень умная девушка. Жаль не моя единственная. Я был бы счастлив увидеть в ней свою избранницу. Но, я непременно найду для нее лучшую партию. Это точно будет кто-то эрудированный, желательно увлеченный науками, чтобы сестре было не скучно в браке.

Наверное, у меня в этот момент вытянулось лицо. Избавьте меня боги от еще одного книжного червя! Этого-то последние несколько лет из библиотеки выкуриваю, чтобы элементарно поужинал.

А тут еще и мужа такого.... Ой, убереги судьбинушка!

— Значит, начитанного?! — Хэил прошел до моего кресла и навис сверху, вцепившись в спинку. — Ученого, выходит.

— Ну, конечно! Простой вояка Айле не приглянется. Не то воспитание, — заявил Ульви и зыркнул на нас.

Нравилось ему, что ли, допекать своего генералистого братца?

Кто этих наследничков рода разберет?!

В комнате становилось все неуютнее, во всяком случае мне.

Пора отсюда уносить ноги. К тому же время идет, а я все еще в домашнем платье.

Поднявшись с кресла, послала брату весьма недвусмысленный предупреждающий взгляд.

— Ладно, оставляю вас, потому как самой пора принарядиться. И если увижу в чем-то другом, обижусь и начну мстить. — Я ткнула на постель, где сиротливо лежал красивый серебряный ансамбль тройка. — И не забывай, Ульви, у меня есть кое-что, что ты очень, прямо страстно, желаешь получить. Если будешь хорошим мальчиком, я даже дам тебе это что-то потрогать и подержать в руках.

«Ну и может быть для затравки прочесть несколько страниц»

Сейчас самое время было напомнить ему о книге.

Я и сама в обед полистала этот талмуд по астрономии и не заметила, как вчиталась.

— Знаешь, сестра, чем меня на крючке держать, — Ульви недовольно сложил руки на груди.

— Ну, ты можешь и отказаться, — невинно предложила я.

— Да никогда, — проворчал он. — Но это желание?

Я открыла рот и призадумалась. А стоило ли говорить «да»?

— Хотелось бы знать, о чем вы тут воркуете. — Хэил снова краснел от злости.

— О нашем сокровенном, — усмехнулась я и выскользнула в коридор, так ничего и не ответив. Пусть сам додумывает, желание это или нет.

И вообще, буду я распинаться перед ними.

У меня впереди бал! Вот там и поглядим, как все обернется и кто и под чью дудочку плясать будет.

Ульви!!!

Стоя в коридоре у своей двери, просто закипала как паровой чайник. Нет, брат не надел то, что я ему приготовила! Вместо этого на Ульви обнаружился простой отцовский костюм-тройка, в котором он по обычаю ходил на деловые переговоры.

Никакого изыска! Все строго, мрачно.

Брат улыбался и красовался передо мной.

А я... Мне хотелось плакать.

Ну как это называется?

Такая обида взяла! Ну, что мне было делать с ним?! На эмоциях я поступила так, как и всегда в таких ситуациях.

Развернувшись, отправилась прямиком к двери в комнату родителей.

Да! Жаловаться, ябедничать и требовать торжества справедливости!

Постучала.

А внутри... мысленно, ну, разве что братцу шею не сворачивала.

Все шло наперекосяк! Все не так, как нужно мне! И причина тому была одна — Ульви!

Брат обыгрывал меня по всем позициям!

Тоже мне, умник и продуман!

Папа открыл дверь и взглянул на меня, вопросительно приподняв бровь.

Сделав шаг назад, я молча указала пальцем на довольного собой братца.

— Давненько у нас такого не было, — папа устало растер шею. — Помнится, ты тогда еще в коротких платьицах бегала. Что не поделили?

— Он невыносим! — выпалила, все так же тыкая на брата пальцем. — И я... Я никогда не бегала в коротких платьях. А Ульви... — мои мысли толпились на выходе, перебивая друг друга, оттого и речь была сбивчивая. — Ну скажи хоть ты ему. Папа! Я ему за месяц до поездки заказала костюм. Выбрала ткань, отделку, фасон. Сама дома с него все мерки сняла. Мучилась, а он... Откуда у него твой костюм, папа?!

— Айла, выдохни, — спокойно отреагировал отец. — Ульви случайно пролил на свой сюртук травяной чай. Сама подумай, не с пятном же к ужину спускаться. Пришлось срочно его переодевать.

— Что? — Мое возмущение вышло на новый виток. — Да он же специально это сделал, чтобы вырядиться в это скучное безобразие. Он же выглядит как...

Я не договорила, смолкла под строгим взором отца. Он был такой спокойный. Невозмутимый.

— Айла, мама себя нехорошо чувствует. Слабость у нее сильная. Давайте, вы уже сами разберетесь со своими танцами, не впутывая нас.

— Что с ней? — мгновенно насторожилась я.

— Все то же самое, — уже тише произнес отец. — Слабость и плохой аппетит. На запахи сильно реагирует. Тошнит при виде куриного мяса.

— А целитель? — Я попыталась заглянуть в комнату через папину спину.

— Приходил, еще раз осмотрел. Велел лежать. И главное — полный покой. Так что с братом разбирайся сама. Маме нервничать теперь нельзя. Но, доченька, клятвенно обещаю больше своих вещей Ульви не давать.

После этих слов дверь просто закрылась перед самым моим носом.

Развернувшись к брату, набрала полную грудь воздуха, готовая вступить с ним в словесный бой.

Так я и поверю, что чай случайно пролился. Да и какое там пятно от него может быть?!

— Айла, ну ты пойми, — опередил он меня, — жениться мне сейчас ну никак нельзя! У меня в планах учеба. Карьера! А не вот эти все игры в любовь.

— Да кто тебя спрашивать будет, братец, — уязвлено процедила я. — Одно другому не мешает.

— Еще как мешает, — он покачал головой. — А вот тебе давно пора вить свое гнездышко.

— Тогда, считай, что я дятел, Ульви! А они гнёзд не вьют — все больше дубы долбят! Все, бал ждет! — фыркнув, я подцепила его за руку и потащила к лестнице, ведущей в большой бальный зал.

На улице накрапывал мелкий дождик, поэтому все веселье было решено перенести в дом.

***

Вскоре мы оказались окруженные шумной толпой.

Конечно, зал легко вмещал всех желающих блеснуть на танцевальном вечере. Но все же для меня гостей было многовато. Судя по кислому выражению на лице Ульви, восторга он тоже не испытывал.

Мы все так же, рука об руку, скользнули вдоль стены, отделанной высокими зеркалами. Каждый искал в их отражениях хоть одно знакомое лицо.

Брату повезло больше...

Заметив кого-то в дальнем углу зала, он буксиром потащил меня туда не спрашивая. Ну, не упираться же мне каблуками в паркет, пришлось чуть ли не бежать за ним.

И охнуть не успела, как оказалась в кругу его новых знакомых!

Из положительного только близость стола с ароматными закусками, выложенными на маленьких фарфоровых тарелочках.

Из отрицательного — больше дюжины пар мужских глаз, которые осматривали меня со всех сторон. Сглотнув, мгновенно пожалела, что надела алое платье со смелым декольте. Сейчас, ощущая такой глубокий интерес к своей персоне, начинала сомневаться в том, что подол достаточно пышный и длинный, чтобы скрыть бедра и щиколотки, а уж про лиф и думать страшно было. Мужчины с высоты своего роста буквально ныряли в вырез с головой, утопая в ложбинке между грудями.

Облизнув вмиг пересохшие губы, улыбнулась всем разом. Это словно послужило для них неким тайным сигналом.

— Ора Айла, я записан в вашей карточке на пятый танец, — с восторгом выдал прыщавый юнец много младше меня.

Вскинув бровь, я возмущенно зыркнула на брата. Да он шутит, что ли?Ульви развел руками, а на лице прямо написано: «Проверяю все варианты»

Выходит, я ему самую красивую здесь девушку подобрала. Ту, что самому генералу припасли, а он меня... Вот, значит, как!

— Так вы не откажите? — юнец так мило сложил руки на груди, что сердце дрогнуло.

Ну как тут обидишь ребенка? И неважно, что это дите облизывается, глядя на мою грудь.

— Ну, конечно же, я буду счастлива станцевать с вами, орин...

— Льюс, — пролепетал, краснея, мой новоявленный ухажёр.

— А мне тоже можно рассчитывать на ваше согласие, ора Айла? — Обернувшись, я поймала на себе взгляд уже знакомого Матрика.

А ему я вообще должна быть признательна за поддержку...

Ну вот что мне оставалось делать?

Ульви снова меня обыграл!!!

Мой брат, пройдоха, оказался шустрее. И вот, вместо того чтобы охотиться за его Надией, я уже стою, окруженная всеми ботаниками драконьих родов с юга до севера, и выслушиваю их сбивчивые рассказы о созвездиях, о флоре северных ленов магов, об особенностях разведения реликтовых папоротников и увлекательном исследовании спаривания садовых улиток...

Э-э-э... Серьезно?!

Поджав губы, я жалобно взглянула на брата.

Ульви, довольный собой, поглощал креветок под красным соусом и наслаждался моими муками.

Обиженно надув губы, шмыгнула носом.

Передо мной тут же появилась блюдо с улитками. Это прозрачное нечто странно пахло и колыхалось. Но более того, я готова была поклясться, что там что-то шевелится...

— Ора Айла, вы непременно должны попробовать. Это редкий деликатес...

— Э, нет, не стоит! — Ульви выдернул у мелкого Льюса тарелку со студенистым содержимым. — Боюсь, живые твари сестру в качестве закуски не впечатлят. Она страсть как любит животных, и просто не в состоянии употреблять их в пищу в таком виде.

Скривившись, я деликатно обошла всю эту чинную толпу и направилась к столику с закусками сама.

Быстро подцепив тарелочку с жареными баклажанами, развернулась и замерла.

Прямо напротив нас в кругу дам в возрасте восседала грымза, а рядом с ней жалась с видом овечки на закланье и Надия.

Ага, кажется, все не так уж и плохо!Глава 15

Хм... Я обернулась на компанию брата.

Нет, так дело не пойдет! Пока я тут ищу пути дорожки к этой красавице Надии, меня по кругу кавалеров проведут, чтобы каждый потрогал, понюхал и, не приведи боги, еще и облапал.

Ульви... Что же ты такой умный-то?! Как же тебя переиграть, брат ты мой любимый?!

Отправив в рот баклажан, крепко призадумалась. Нужно было как-то вынудить грымзу хотя бы ненадолго присоединиться к нам. Но как?

Как заставить эту гадюку приползти сюда? Все, что ее волновало — это угрюмый генерал Хэил, а, вернее, его состояние и положение в обществе.

Выходит, путь к сердцу Надии лежит через хамоватого дракона. Заполучу в нашу компанию его и прибежит эта грымза следом.

Ух, ну наконец-то хоть какой-то план...

Но остался нюанс — где сам Хэил? Его в зале не наблюдалось.

Кхм...

Надо искать! Иначе меня эта грымза к Надии не подпустит. Тяжело вздохнув, расстроено хлюпнула носом. Не любила я чувствовать себя проигравшей. Мысль, что там дома у отца в шкатулке лежит стопочка писем с просьбой о договорном браке, холодила душу. Это ведь Ульви женится только на избранной и никак иначе, а я?

«По большому чувству» — вспомнила слова мамы, да только не будет у меня никогда этого чувства. Оно осталось там на берегу реки Воротянки. В глазах защипало от бессилия.

Заиграла музыка, пока еще тихая и не мешающая беседам, но скоро молодые люди поведут девушек в центр зала и закружат их в легких танцах.

Моргнув, поймала на себе взгляд Ульви, он словно почувствовал мою грусть и вопросительно приподнял бровь. Качнув головой, быстро закинула в рот последние три баклажанчика и отошла от стола, но остановилась.

Прожевала и обернулась.

Уж больно вкусно. А ничего так не поднимает настроение как порция хорошо приготовленных овощей. Да и Хэила по-прежнему не было, а без него мне теперь никак. Так что все подождут, а мне еще для танцев силы пригодятся. Никуда от них теперь не деться. Подцепив вторую тарелочку с жаренными на открытом огне перчиками, под пристальным вниманием новоявленных ухажёров

спокойно ужинала.

Ну а что? Я тут из себя нежную козочку, питающуюся тремя зернышками подсолнуха в день, изображать не собираюсь.

— Ора Айла, вы так любите зелень? — удивился Льюис. — Перцы, разве это сытная еда.

В ответ я пожала плечами и, отставив тарелку, взяла следующую. Хэила все не было, хоть иди и ищи его в толпе.

— Ну наконец-то красавица с хорошим аппетитом! — с подозрительным восторгом заявил этот самый... сношатель улиток... Не запомнила я их имена, да и не нужно мне это было. — А то, как маменька кого в дом на ужин не пригласит, так сиди и смотри, как девица куриное сердечко по тарелке гоняет и уверяет, что сыта, так как на той недели уже завтракала маковой росинкой.

Мужчины разом, не сговариваясь, скривились и закивали.

— Орины, не спешите с выводами! — Я прожевала и проглотила перчик. — Все это лишь для того, чтобы уверить вас — избранница ничего не будет вам стоить: не объест, не разорит и не опустошит ваши закрома. — Не удержав серьезное выражение лица, я все же рассмеялась. — Девушка лишь хочет показать, какая экономия с ней будет.

Мужчины переглянулись, задумались...

— А к чему она? Вот эта экономия, ора, — пробасил блондин-северянин, еще один поклонник астрономии. Или ботаники... — Я большой любитель хорошо поесть. Лучше мясное да с соусами. И жена мне нужна такая, чтобы все это ценила и готовить умела. Да так вкусно, чтобы у нас был что не ужин — так пир. А что вижу я каждый раз, глядя на очередную претендентку в избранницы? Глупое кокетство, притворство... Слушает тебя, кивает как болванчик, а в глазах пустота и голод. Сидит передо мной, голодная, тарелки взглядом облизывает, а все туда же. Это не ем, то не люблю. Скукота! Неужели так сложно, ора, сознаться, что науки не волнуют, что хочется есть. Я уверен, если разговор будет честный, то грани общих интересов непременно найдутся. Но, нет же... Не понимаю я этого.

Он развел руками, а я прошлась взглядом по его фигуре: подтянут, жилист и не скажешь, что обжора.

— Ну да, — согласился Льюис. — А что приготовит та, которой и куриной ножки в неделю хватает? Хм...

— Ну, наша Айла — просто прекрасный повар, — внес свою лепту Ульви. — Даже не знаю, что будем делать, когда она замуж выйдет. Сестра из любого овоща такой шедевр сотворить может. А про мясо я и вовсе молчу.

Я подавилась перчинкой, которая пошла не в то горло. Прокашлявшись, уставилась на брата. Вот же, врет и не краснеет. Конечно, он молчит, пройдоха продуманная, я мясо вообще готовить не умела. Какой из меня кулинар?!

Ульви растянул губы в широченной улыбке, словно прочитал мои мысли. Мстит за сговор с папой! Как есть, мстит. И даже не скрывает этого!

Стрельнув в него взглядом, прищурилась. Ничего у тебя братец не выйдет! Среди этого сборища умников моего избранного явно нет и не будет.

Ведь однажды он у меня уже был и я прекрасно помню то тепло, что исходило от моего Оуэна. Как замирало сердце от его улыбки. Как мысли в голове путались, когда я бежала к нему на свидание. И как хотелось просто увидеть его. Взяться за руки, взглянуть в его чистые, светлые глаза.

Детская любовь не угасла — стала лишь сильнее, настолько крепко слилась с моей душой, что одна мысль потерять это чувство вызывала боль.

Внезапно по телу прошлось то самое тепло, вздрогнув, я не могла поверить. Прислушалась к себе и внутренне улыбнулась. Сердце забилось сильнее, будто Оуэн и правда со мной. Словно он здесь. Стоит рядом.

— Айла! — Вздрогнув, я подняла голову и уставилась на Ульви. — Ты не отвечаешь.

— А?! — Смутившись, сообразила, что погрузилась в собственные воспоминания с головой.

— Ну так как, прекрасная ора, мне будет танец? — Знакомый голос заставил меня смутиться еще больше. Резко обернувшись, сообразила, что рядом непонятно, когда и как возник Хэил. Он возвышался надо мной как скала и, кажется, ждал ответ.

— Айла, — голос Ульви стал строже, — брат уже второй раз задает тебе вопрос. В каких облаках ты летаешь?

Смекнув, что веду себя в глазах окружающих невежливо, улыбнулась.

— Простите, задумалась. Танец?! Эм-м-м, боюсь я повторюсь, Хэил, Ульви заполнил мою карточку. Там просто не осталось свободных мест. Ни одного!

— А если поискать? — усмехнувшись, Хэил взял в руки тарелочку и принялся поглощать те самые мерзкие студенистые улитки.

Вот еще один любитель вкусно поесть.

— Я свой танец точно не отдам, — спохватился Льюис, сообразив, что бравый генерал решил кого-то потеснить. И в этот момент мои симпатии к юному дракону заметно подросли.

Мал да смел!

Криво усмехнувшись, Хэил высокомерно задрал голову и прошелся весьма тяжелым взглядом по всем присутствующим. Генерал словно вычислял слабое звено, на которое проще надавить.

Я же рассматривала его. Короткий черный сюртук с широкими манжетами, на которых красовалось изящное серебряное шитье. Белая рубашка, под горлом нашейный платок. Хм... Тоже серебряный, явно шелковый. Этот дракон определенно был при дворе императора и в моде разбирался. Но при этом он сумел остаться суровым, брутальным, без перегибов в наряде.

Это немного смутило.

Может Ульви прав и я перегнула палку с его костюмом. Да, я мечтала, чтобы брат выглядел в глазах потенциальных невест интересным молодым драконом, а не занудой! Но, кажется, опять перестаралась. Со мной порой такое бывало.

Мне стало неприятно и чуточку стыдно за себя.

Я снова бросила взгляд на Хэила. Он продолжал есть и буравить взглядом своих конкурентов. И зачем ему нужно все это? Сказал ведь — не танцует. Почему передумал? Меня позлить? Или с моей помощью от невесты избавиться? А может, и то и другое. Но, как бы там ни было, мне это только на руку.

Мужчины под тяжелым взглядом серебряного дракона заметно напряглись. Кто-то предпочел и вовсе отвернуться. Кто-то опустил взгляд в пол. Кто-то старательно поддерживал беседу, делая вид, что не замечает, как среди них ищут жертву. И только Льюис довольно улыбался. Мелкий храбрец, или я просто о нем чего-то не знала.

А еще я не могла не отметить яркий контраст между мужчинами. Огромный, словно гора, генерал, с лицом отмеченным шрамами и лощеные драконы, которые о войне только лишь и слышали.

Казалось бы, Хэил немногим был их старше, но создавалось впечатление, что они перед ним малыши в песочнице.

— Можно мне посмотреть твою карточку, Айла? — кивнув своим мыслям, мой суровый небратец протянул ладонь. — Вдруг там найдется лазейка.

А вот теперь напряглась я. Скорее всего, хочет проверить, кто туда вписан и на какой танец. Ну нет уж! Облегчать ему жизнь я не собиралась.

— Не думаю, — просияв, продемонстрировала дракону кусок плотной бумаги, но не отдала. — Если бы там остался хоть один танец, он непременно был бы твоим. А так...

Уголки губ Хэила неожиданно дрогнули и приподнялись. В глазах вспыхнуло опасное фиолетовое пламя темного.

У меня сердце екнуло! Уж не знаю, что не так я сказала, но прямо кожей ощутила — угодила в ловушку! Понять бы еще в какую?

— Я могу уступить тебе, брат, — довольно рассмеялся Ульви, чем только усилил мое подозрение.

— Ты обещал, что будешь танцевать со мной самый первый танец! — слишком громко воскликнула и тут же понизила голос, заметив, что на нас обернулись женщины. — Как ты можешь теперь так со мной поступить, Ульви?!

— А в первом танце есть что-то особенное? — мелкий Льюис влез куда не просили.

— Конечно, — прорычала, судорожно соображая, как бы выкрутиться. — Я же магичка, и танцы у нас отличаются...

У-у-у... Ерунду, конечно, брякнула, но мужчины переглянулись и промолчали.

Хэил же, спокойно поставив пустую тарелку, взялся за следующую с тонко нарезанной бужениной. Он вообще, я смотрю, был не против сытно поесть в любое время.

И, похоже, его мои попытки отделаться от танца нисколько не трогали, словно уже все решено и рыбка поймана. Барахтается теперь на бережку да ртом хлопает. Вот сейчас я действительно себя карасем ощутила.

— Знаешь, огонек, в чем твоя беда? — прожевав, генерал все же удостоил меня вниманием.

— Конечно, много ем после шести, — нервно ответила ему, отсалютовав жаренным сладким перчиком.

Лицо-то надо было хотя бы попытаться удержать.

— Нет, колючка, — он покачал головой, — твоя беда в том, что ты слишком активно воздвигаешь между нами стены. А я страсть как люблю брать неприступные замки и крепости.

— Ну и берите! Я-то тут при чем? — прошептала, кусая губы. — Хочу напомнить, мы приехали на вашу помолвку. Так что совет да любовь, генерал. Или она уже все, не состоится?!

— Вот спроси ты об этом меня вчера, — усмехнулся он, — точно бы сказал, что нет. А сейчас уже сомневаюсь, огонек. Очень сомневаюсь...

— Осторожно, генерал, — тихо произнесла я, глядя в его глаза цвета темного серебра. — Как бы вас ни приложило по голове откидным мостом моей крепости.

— Это угроза? — Он вскинул бровь.

— Это искренняя забота о вашем благополучии. Танцев больше нет, Хэил. Ищи другую партнершу!

— Маленький наивный огонек...

Иронично хмыкнув, он скрутил буженину в трубочку и отправил в рот...

Его высокомерие скребнуло меня за душу. Никогда еще так остро не реагировала на мужчину. А этот... главный осеменитель рода... буквально будил мое пламя.

Хотелось вцепиться в его лицо пальцами и как.... поцеловать!

И вот это пугало больше всего. Я страсть как хотела ощутить вкус его губ. Горячей волной обдало тело: приличные оры о таком даже думать не должны, а моя фантазия подсовывала столь откровенные картины, что в пору краснеть как рак. Схватив со стола первый подвернувшийся под руку фужер, опустошила его залпом и закашлялась, выпучив глаза.

Вишневая крепленая наливка!!!

Горло обожгло как огнем.

— Айла! — Ульви подскочил и выдернул из моих рук бокал. — Ты что, бедовая?! Дыши...

— Огонек, ну что же ты так! — Тяжелая рука легла мне на спину. — Это не напиток для молоденьких ор.

Невыносимый мужчина...!!!

Я ощущала такой жар, идущий от его ладони.

— Где вода? — прохрипела я.

Как-то не задалось у меня знакомство с креплеными напитками.

— Лимонад, — Льюис подал мне еще один фужер.

Сглотнув, я отпила из него и выровняла дыхание. Полегчало!

— Заешь, — перед моим носом возник рулетик буженины. — Не спорь, лера, просто прожуй и проглоти. И в следующий раз внимательно смотри, что пьешь.

Я подняла взгляд на Хэила. Он кивнул и буквально вынудил съесть кусочек мяса.

Заиграла музыка. Вокруг все пришло в движение.

Первый танец!

Испугавшись непонятно чего, я схватилась за рукав сюртука брата. Над головой тут же послышался легкий смешок. Хэил отошел на шаг и снова принялся поглощать мясо. Это смутило и слегка разозлило. Я вдруг поняла, что была бы не против, если бы он настойчивее требовал право танцевать со мной.

Но... Тряхнув головой, дала себе мысленно затрещину. Это все тот же грубиян из трактира, только принарядившийся.

Подхватив меня за талию, Ульви что-то недовольно проворчал и, забрав мой лимонад, потащил в центр зала, где уже стояли несколько пар.

— Рассказывай, на кой тебе понадобилось так срочно со мной станцевать, — прошипел он мне на ухо, закружив по кругу. — Что там за особенные пляски магов, Айла? Чем тебе Хэил, как партнер, не угодил?

— Как какие? — во мне взыграла противность. — Перехватив ладонь брата, я сделала заведомо неправильное па. — Товар лицом показать хочу орам. Ну как, Ульви, а слабо тебе станцевать наш особенный танец?

Он сглотнул, кадык дернулся. Игры «на слабо» Ульви с детства не любил.

— Айла, мы находимся в доме не просто нашего дяди, а крупного землевладельца. И здесь, помимо родни, представители крупных серьезных семейств. А наш танец... Как бы это сказать, слегка выходит за рамки приличий, — проворчал он, пытаясь сорваться с крючка. Но то ли наливка дала в голову, то ли легкий отказ сражаться за меня Хэила задел за больное, но я не отступила.

— Слабо выходит, — усмехнулась я. — Только и можешь, что учителя танцев изводить.

Брат прищурился и ответил на мое па своим, крутанув меня на месте. Он резко опустил руку на талию и прогнул меня в спине так, что волосы пола коснулись. При этом его нос оказался на уровне моего декольте.

— Значит, Айла, говоришь: товар лицом показать?! — В его глазах загорелся опасный оранжевый огонек. — А сейчас мы его и продемонстрируем, сестричка!

Зря! Ой, это я зря!

Моя противность вылезла мне боком.

Это я поняла, когда мы оказались в центре зала. Ульви так ловко и неприлично крутил меня, что, кажется, я слегка покраснела. Юбки задирались, демонстрируя лодыжки. Волосы налипали на лицо, а брат при этом хитро щурился. В очередной раз, застыв в прогибе, я натолкнулась взглядом на Надию.

Нет, все не зря!

Сколько восторга было сейчас в ее глазах. Да она откровенно таращилась на Ульви, облизывая его.

Это мгновенно изменило все. Выпрямившись, я перехватила инициативу.

И теперь брату стало не до смеха!

Обхватив ногой бедро Ульви, схватила его за черный строгий сюртук и резко спустила с плеч.

— Ты что творишь! — прошипел недовольно брат.

— Демонстрирую кому надо! Под этой тряпкой совсем не разглядеть твою фигуру, — шепнула, поиграв бровями.

В ответ меня с легкостью приподняли и, крутанув, отправили вперед. Подол взвился чуть ли не до колен... Да ну и пусть! Чем хуже моя репутация, тем дальше от меня перспектива замужества. Какой мамочке приглянется такая сноха? Так что Ульви делал мне одолжение. Ну, это я так думала.

Остановившись, кокетливо повела плечами и сделала шаг к брату. Второй, вызывающе виляя бедрами. Ульви игру не прекратил — я видела вызов в его глазах.

Зря я задела его самолюбие, будет мстить до последнего.

Подойдя к брату вплотную, обхватила его за шею, заставив склониться.

— Сейчас все подумают, что мы истинные, и я спасена! — шепнула с придыханием, хотя саму смех разбирал.

— Играешь с огнем, — шикнул он в ответ и, положив руку на мою талию, повел в танце. — Айла, вокруг родня. Они общаются с нашими родителями годами и знают, насколько мы близки. Нашей дружбе и родные брат с сестрой позавидовать могут. Так что все всё верно поймут. А вот когда об этой выходке мама узнает — тебе будет выговор. Я же, расхвалив сестру, еще и показал, какой огненной она может быть. Кому надо, тот тебя увидел в нужном свете. Я обыграл тебя, сестричка!

Снова череда провокационных поворотов. Подол платья взвился, демонстрируя окружающим стройность моих ног. Очередное па... Оказавшись прижатой спиной к груди Ульви, мельком взглянула на его друзей. Стоят там статуями с открытыми ртами. Сдвинув взгляд, напоролась на Хэила.

Бешеного, буквально излучающего ярость генерала!

Что-то плясать резко перехотелось. У этого дракона было такое выражение лица, словно он сейчас начнет убивать. И хорошо, если не меня...

Моргнув, сделала несколько шагов вперед, развернулась и нарвалась на довольную ухмылку Ульви.

Брат ликовал!

— Эффект потрясающий! — ощерился он. — Готов держать пари — завтра у меня предстоит веселый день. Буду отсеивать твоих вдруг появившихся поклонников и отбиваться от приглашений в гости.

— Это почему же?! — пропищала я, осознавая всю степень своего попадания.

— Тобой заинтересовались, кажется, все! И если маменьки в легком шоке от нашей выходки, то многочисленные холостяки... — Он прогнул меня, придерживая за талию, и продолжил, шепча на ухо. — ... холостые драконы очарованы! Заинтригованы! Поражены в самое сердце. Я даже отсюда вижу блеск в их глазах... Ты произвела фурор, Айла! Смирись, будет по моему.

— Никогда! Ты тоже, братец, затронул нужное мне сердечко!

— Я зыркнула в сторону Надии, которая не дышала, прожигая взором в Ульви дыры. — Я работаю не на количество, а на качество, умник мой!

Музыка смолкла, а мы так и остались стоять в объятьях друг друга.

— Мама нас убьет, — Ульви сделал огромные глаза.

— Да первый раз, что ли, — пожала я плечами. — Может, уже распрямимся?!

— Кажется, у меня спину заклинило, — шепнул он.

— Да, иди ты! — толкнув его, заметила, как Ульви выпрямился и скривился.

— Ладно, — он кивнул в сторону нашей компании, — маму беру на себя. А то она действительно с тебя откусывать головы и начнет.

— Думаешь, узнает? — Вот теперь, когда отплясались от души, стало немного стыдно за наши проделки.

— Естественно, узнает! — Обняв меня за плечи, брат повел к столикам. — Скорее всего, ей уже донесли. Даже если маме опять нездоровиться — все равно явится!

Тяжело вздохнув, я поплелась к нашей компании и тут же споткнулась... Ульви не шутил, мужчины смотрели на меня так... Ну так... Что впору сквозь пол под землю проваливаться.

Я мгновенно себя тем самым кусочком буженины почувствовала, который сворачивают в трубочку, чтобы проглотить.

Облизав вмиг пересохшие губы, не столь уверенно вернулась на прежнее место. Есть уже точно не хотелось, хотя я и заметила, что на столе появились новые маленькие тарелочки с овощами. Пары расходились, за спиной слышалось шушуканье. Мне чудилось — все теперь говорят обо мне, хорошо хоть пальцами не тыкают.

Но хуже всего, что я отчетливо слышала тяжелое дыхание генерала.

Кожей ощущала странное тепло, идущее от него. Это будоражило сознание. Неудобно поерзав, пристроилась с края стола. Хэил что-то невнятно рявкнул и выдвинул стул, который я не заметила.

И все это молча. Подняв голову, натолкнулась на взгляд дракона. Словно раскаленное серебро глаза заполняла радужная оболочка, скрывая белки. Зрачок, вытянутый в тонкую нить, быстро пульсировал. На его границах отчетливо виднелось магическое лиловое пламя. Сглотнув, я тихо села. Мужская ладонь тут же опустилась на спинку стула. Генерал навис надо мной словно коршун.

Это еще больше смутило.

Я бросила короткий взгляд на брата. Ульви, ничего не замечая, уже тихо переговаривался с блондином северянином, активно жестикулируя.

— Нет, теперь я точно свой танец никому не уступлю, — первый нарушил повисшее молчание юный Льюис. В его глазах затаилось такое нетерпение. — Ора Айла, это и был танец магов? Если это так, то я хочу избранную магичку. Надеюсь, это окажетесь вы!

«Да не приведи боги!» — проворчала я в душе, а в ответ только мило улыбнулась.

— Мой третий танец, — напомнил блондин, прервав беседу с Ульви. — Ора, а я рассказывал вам, как пытался вывести новый сорт северной вишни?

— А чем же были плохи уже существующие сорта? — поинтересовалась просто из вежливости.

Меня сейчас не ботаника волновала, а тот дракон, что подавлял своей аурой. Я ощущала его присутствие всем телом. Стало так душно, что хоть ладонями обмахивайся. Платье тесное... Меня натурально бросало в жар.

— Чем плохи? — Северянин не замечал моего состояния, что не могло не радовать. — Тем, что поздно начинают плодоносить. Ягоды кислят, к тому же они мелкие.

— А вы хотели, чтобы они стали крупными и сладкими? — сболтнула первое, что пришло на ум.

Хэил убрал руку, но обрадоваться я не успела. Дракон зашел за мою спину и встал там. Теперь уже две ладони покоились на спинке стула по обеим сторонам от моих плеч.

— Ну, конечно, ора. — Северянин внимательно проследил за действиями Хэила и, прищурившись, склонил голову набок. — Моему роду принадлежат обширные земли на самом севере континента. И я единственный наследник богатейшего лена. С наших башен видны территории оборотней. Солнца мало, вырастить что-то проблемно, а ягод с юга не навезешь. Дети ее очень любят. Крестьян много, а растет один кислый ранет и эта мелкая кислящая вишня... И я все еще пытаюсь добиться хоть какого-нибудь результата с экспериментами. Сюда прибыл, в том числе, и за саженцами, но не против вернуться домой с женой. С избранной. Так что третий танец все же мой.

Шутить мне разом перехотелось. Этот молодой дракон оказался не просто ботаником-теоретиком, любящим болтать попусту, а имел вполне себе серьезные благородные цели. К тому же смел. Остальные-то молчали, а карточка у меня заполнена полностью. Трусили! Боялись гнева Хэила!

— Думаю, орин, вам ни в коем случае нельзя сдаваться, и уверена у вас все получится, — я мило улыбнулась ему. — Это достойно высших похвал. А вы маг земли?

— Нет, — северянин покачал головой. — Моя стихия — вода.

— Тогда вам очень нужно найти единомышленника. Маги земли, конечно, встречаются значительно реже стихийников и даже целителей, но они способны творить чудеса. — Я была готова поддержать сейчас этот разговор, лишь бы отвлечься хоть немного от того, чье дыхание разбивалось о мои волосы. — Знаете, моя мама обладала этой магией. Она растила чудесные овощи на голых неудобренных песчаных землях. На рынке всегда заранее ждали ее приезд и раскупали все мгновенно. Она очень надеялась, что я унаследую ее дар, но я пошла в деда. Магия огня.

— О! — блондин призадумался. — Вы стали еще прекраснее в моих глазах. — Вот после этих его слов, надо мной тут же послышалось недовольное сопение. — После войны найти такого мага будет сложно, — как ни в чем не бывало продолжил северянин. — Если только среди ведьм, на островах оборотней есть еще их рода. Не перевелись.

— Если ты серьезно заинтересован, Бран, то в моих землях есть несколько семей, — голос Хэила звучал напряженно. — Среди них талантливые юноши — маги земли. Я дал им приют у себя.

— Надо же. — Я запрокинула голову и взглянула на генерала. — А разве вы не воевали с магами?

— А что по твоему война, моя лера? — Его рука соскользнула со спинки стула и легла мне на плечо.

— Я — ора, — выпалила первое, что в голову пришло.

— Ты уж определись, Айла, ора ты или лера, — усмехнулся Хэил в ответ. — Но ты полагаешь, если я военачальник, то способен лишь уничтожать?

— Брат, она сказала без задней мысли, — резко вмешался в разговор Ульви.

— Нет, огонек, — генерал предпочел не заметить его замечание. — Две трети моего лена заселяют маги и простой люд. Многие из них пришли с севера, некоторые не пожелали уходить вслед за армией лердов. Не нужно во мне видеть только зло, моя лера.

— Я — ора!

— Нет, — он покачал головой, — ты все же лера. Хоть и не желаешь этого признавать. И танец магов меня впечатлил. Знаешь, все же в твоей карточке найдется место для меня. И мы станцуем именно его.

— Это вряд ли, — шепнула я.

— И не сомневайся, огонек! — Его ладонь скользнула по моей коже обжигая. — Не сомневайся!!!