Глава 15. Непредсказуемый успех

Альберт

Очередной момент неловкости был острым, но, по счастью, кратким. Уж слишком сильна была во мне радость от удачного эксперимента, пусть и незапланированного, и я пришел в себя. На какой-то миг Оливер прижался ко мне всем телом, успокаиваясь, но затем поспешно отпрянул. На щеках его явственно виднелись следы слез, все же эльфы очень чувствительные. Ассистент отвернулся, и я видел, как он ликвидирует следы внезапной сырости с помощью идеально отглаженного платка, который извлек чуть ли не из воздуха.

— Друг мой, — сказал я ему преувеличенно бодро, поскольку эйфория была посильнее смущения, — конечно, я поступил опрометчиво, признаю. Но все закончилось просто отлично. Мы победили! И без тебя бы я точно не справился. Поэтому давай отметим наш успех в каком-нибудь скромном, но публичном месте.

На слове “публичном” я намеренно сделал акцент. Уж уединенный ужин нам точно с ним не подходил. После внезапного порыва эльфа, я догадался, что странное и непреодолимое притяжение у нас может оказаться взаимным. Но что теперь, удачи не праздновать? Зачем тогда вообще делать великие открытия? Оливер — парень разумный, хоть и эмоциональный. Так что мы спокойно сдадим работающий телепорт заказчику, то есть Гросу, я напишу великолепную рекомендацию и мой эльф сможет найти себе отличную работу или продолжить обучение в престижном университете.

С некоторым колебанием Оливер согласился, возможно, ему неловко было отказывать своему научному руководителю. Мы с ним отправились в небольшую кафешку под названием “Магическая картошка”. Но вопреки названию, место это вполне приличное и кормят там не только чипсами. За ужином Оливер сначала был напряженным, но постепенно разговорился. Особенно после того, как я напомнил ему, по какому поводу мы сюда пришли. У нас завязалась непринужденная беседа, которой я по-настоящему наслаждался. Удивительно, сколько общих интересов у нас с этим юношей, несмотря на разницу в возрасте! Причем, его познания в чем-то даже опережали мои, поскольку эльф интересовался новейшими разработками, о которых я еще не успел узнать или не посчитал нужным.

В результате, посмотрев на часы я обнаружил, что мы засиделись глубоко за полночь и даже не дошли до десерта, увлеченные разговором. Время просто пролетело, словно я занимался чем-то полезным, скажем, провода перебирал или создавал очередную сложную микросхему.

У выхода в кафе я подавил в себе странный порыв проводить эльфа до его жилья. Действительно, что за дикая идея! Мы тепло попрощались, пожав друг другу руки и, пожалуй, задержав их на пару секунд дольше того, что позволяли приличия. Но мне было уже все равно.

Следующим утром я проснулся раньше будильника и с удивлением отследил у себя отличное настроение. А, точно, вчера я совершил первую телепортацию! Ну, что, профессор Кеназ, чувствуете себя подопытным драконом? Слегка хохотнув, вприпрыжку собрался на работу, и примчал в лабораторию чуть ли не на крыльях. Да, временами они, кажется, вполне самостоятельно пытались развернуться за моей спиной. Аврора за своим администраторским столом показалась мне отчего-то необычайно милой и я ей улыбнулся, отчего она слегка растерялась.

Ворвавшись в наше рабочее пространство, я краем глаза увидел рыжую тень, метнувшуюся влево, и Оливера, который почему-то отпрыгнул в противоположную сторону. Напугал я их, что ли? Что может быть секретного между ассистентом и шиншиллой, спрашивается? Впрочем, день обещал быть прекрасным все равно и я не обратил внимания на такие мелочи. Тем более, позади раздалось громогласное приветствие Гроса:

— Альберт! Оливер! Какие успехи?

— Просто грандиозные, дружище! — похвастал я ему. — Вчера мы осуществили успешную телепортацию. Мою!

Темнокожий министр, кажется, слегка побледнел от моего признания. А потом спросил, глядя на ассистента:

— Оливер, и как ты ему позволил совершить такое безумство?

— Я и предположить не мог, что профессор на это решится, — вздохнул эльф. Пожалуй, он сегодня какой-то странный.

— Перестаньте занудствовать, — решил я прекратить морализаторство этих двоих, — предлагаю не затягивать с демонстрацией наших новых возможностей. И показать министру, как работает телепорт. Уж сейчас-то, Оливер, ты доверишь мне поместить в модуль Пончика? Или я могу второй раз залезть в капсулу.

Выбор оказался для студента морально сложным. С одной стороны, шиншилла ему явно очень нравилась, с другой — моя ценность как профессора тоже играла определенную роль. Сомнения разрешил Грос:

— А что тут думать? Вы доказали, что устройство безопасно. Пончик — ваша экспериментальная крыса. Так что без вариантов.

— Тогда пусть собирается в путешествие! — я воодушевленно оглядел лабораторию, но рыжика не увидел.

— Ваш маленький приятель проскочил в другую комнату, — услышал я голос Авроры сзади.

Вот поганец, как чувствует, что его хотят заставить работать! Как бы он там в приемнике провода не перегрыз!

Впрочем, Аврора решила нам помочь и уже сама поймала шиншилленыша. Сунув упирающегося малыша в руки Оливера, она нравоучительно заметила:

— Животное должно чувствовать, кто тут — вожак стаи. И беспрекословно его слушаться. А у вас тут полная демократия, которая рано или поздно приведет к анархии!

— Спасибо, Рори, — послал ей воздушный поцелуй Грос, — вы любого смутьяна к рукам приберете.

А затем обратился ко мне:

— Если вы уверены, что все в порядке, не будем откладывать тестирование! Я слишком долго этого ждал!

Причин тянуть время мы не видели, поскольку телепорт выглядел точно таким, каким мы его оставили накануне. Сигнализация сбоев не давала, а значит, устройство работало идеально. На всякий случай, я сделал быструю диагностику основной капсулы и убедился в этом. С приемником тоже должно быть все в порядке. Не вижу причин для параноидальных настроений.

Оливеру удалось увлечь Пончика вкусняшкой, усадив на мини-подиум в центре телепорта.

— Тебе понравится, — пообещал я ему, настраивая демонстрационный монитор, что показывает происходящее в соседней комнате. Мы решили, что кому-то из нас там присутствовать уже не обязательно, ведь все и отсюда видно. А добежать чтобы успокоить зверька после телепортации — минутное дело.

Грос проявлял наибольшее нетерпение, еще бы, мы с Оливером уже видели, каково наше творение в деле, а министр с этим пока не сталкивался. Он принял такую позу, словно сам вот-вот готов был залезть в капсулу, изогнул шею под странным углом, чтобы видеть в деталях, что происходит с Пончиком.

— Господа, добро пожаловать в мир высоких технологий, — сказал я излишне пафосно, но ничего не мог с собой поделать, уж очень меня распирало. И включил телепорт.

Голубые волны поплыли, как положено и были просто идеальны. А вот подопытный экземпляр — нет. Сквозь прозрачную кабину телепорта, я увидел, как зверек подпрыгнул и словно рыжий пушистый снаряд, выстрелил, метя поверх головы Гроса.

— Стоять! — возмущенно закричал министр, глядя, как его мечта вновь норовит ускользнуть уже прямиком из рук, и кинулся на шиншиллу, как голкипер за мячом. Увы, грызун оказался слишком юрким, а Ралвей, наоборот, неповоротливым. Поэтому рыжик беспрепятственно пролетел в выбранном заранее направлении и приземлился Оливеру на плечо. А Грос рухнул внутрь капсула, занимая место мохнатого дезертира. Как раз в этот момент генерация волн завершилась полностью и мы втроем, включая шиншиллу, с изумлением увидели, как наш министр исчезает, увлекаемый научно-магическими лучами.

— Без паники, сейчас он появится в другой комнате, — сказал я, глядя на монитор. Но увы, приемный модуль все так же пустовал. Включить мы его что ли забыли?

Со всех ног я побежал в соседнее помещение, надеясь, что нас меня встретит неугомонный дроу. Но, увы, ничего за эти две минуты не изменилось. Капсула выглядела рабочей, на приборной панели перемигивались огоньки. Но Гроса не было! Пришлось возвращаться обратно, волоча ставшие невероятно тяжелыми ноги.

— Кажется, мы потеряли министра, — сказал я, ошарашенно глядя на Оливера. И тут случилось невозможное — шиншилленыш с размаху ударил себя правой лапкой по лбу, словно выражая свое отношение к происходящему.

Изольда

Мой бункер — моя крепость! Здесь все устроено по моему проекту, все под рукой, все рядышком. От кровати можно дотянуться до стола и холодильник всегда под рукой! Я могу укрыться от окружающего мира и претворять свои злодейские планы в жизнь.

Но сейчас передо мной стояла принципиально новая гипер ответственная задача — собрать принимающий модуль телепорта из тех деталей, которые натаскал мой Гулличек. Мой фамильяр старательно откручивал и утаскивал детали все то время, что Бертичек работал над своим изобретением. И этот остолоп ничего не заметил! Ихихих!

Сложнее было с чертежами, но и тут мой пушистик справился на отлично! А уж собрать модуль с моим техническим образованием и годами непозволительно тесного общения с одним огнедышащим ученым не прошли даром. Шуруповертом я владею лучше, чем миксером!

Я заказала побольше пиццы, поставила бутылочку игристого в холодильник — надо будет отметить успех моего эксперимента. Больше всего моего заказчика из министерства сельского хозяйства интересовало сокращение сроков созревания плодов. Но то, что Гуллик рассказал про выращивание апельсиновой рассады, повергло меня в трепет. Такое ускорение вегетативных процессов устроит настоящий переворот в сельском хозяйстве! Бертик умрет от зависти! Если, конечно, еще что-то будет соображать к тому моменту.

Осталось только собрать модуль телепорта из тех деталей, что у меня имелись в распоряжении. Я пока не могла понять принципиальную разницу между передающим и принимающим модулем. Начну с того, что есть, а потом отправлю моего шпиона собирать новую информацию. Бертику и его помощнику сейчас будет не до телепорта: процессы запущены, скоро их охватит огонь страсти! Муахаха!

Я закончила сборку модуля и оглядела результат своего труда. Технологично, но скучно! Надо будет обязательно покрасить его в какой-нибудь интересный цвет. Например, в сиреневый. Включила прибор и отправилась перекусить пиццей. Проверить работоспособность агрегата пока не получится, но его мигающие лампочки неплохо освещали бункер. Можно будет использовать как дополнительную подсветку для выращивания рассады в мое отсутствие!

Я дожевывала второй кусок пиццы и потянулась к холодильнику, чтобы проверить, не дошло ли игристое до идеальной температуры. В этот момент агрегат за спиной зажужжал и засветился мерцающим голубым светом. Что за аномалия?!

Так я и обернулась к модулю телепорта: во рту недожеванный кусок пиццы, в руке пустой бокал для вина. А там в это время появлялось что-то необычное. И это была не рассада. Это был… мужчина! И такой приятный! Словно некоторые мои симпатии взяли и материализовались сами собой. Тот самый метатель ножиков, темненький министр не помню чего-то там и отпадный водитель экипажа! Жаль, красавчик прибыл в деловом костюме свободного кроя, а не в тех обтягивающих штанишках. И как раз это натолкнуло меня на мысль, что он — не моя воплощенная в реальность фантазия, а все же откуда-то перенесся сюда.

Более-менее реалистичное объяснение у меня было только одно: Бертик и его трепетный Оливерушка решили поиграться своим телепортом и по какой-то причине объект попал в мой приемник. Странный, конечно, выбор подопытного! Могли бы с мышек начать. Специальных таких, беленьких лабораторных. Или Гуллюшку перебросить, крысика моего хитроморденького. Наверное этот дроушка настолько предан общему делу, что предложил себя в качестве образца для экспериментов. Какой мужчина, право слово!

Пока в моей голове носились все эти мысли, сталкиваясь одна с другой, как испуганные тараканчики, мой внезапный гость лежал без движения. Да он сознание потерял, кажется! А ведь при стабильной телепортации здоровью не должен быть нанесен даже минимальный вред. Может, я какой-нибудь винтик не там закрутила? Поэтому модуль сработал не так хорошо, как мог бы.

Надо бы привести его в чувство! Я обвела свой бункер взглядом, в поисках воды. Забавно, но у меня ее не так просто обнаружить. К противоположной модулю стенке прислонен длинный узкий стол, заполненный ящиками с картофельной рассадой. Ботва уже была нужной пышности и веселого зеленого цвета. Естественное освещение заменяла ультрафиолетовая лампа. А для полива я использовала жидкое удобрение. Лейка с ним стояла тут же, под столом. Увы, этим ядреным составом лучше не пытаться оживлять симпатичных мужчин. Мало ли, какой эффект будет. Бедняжечка еще не пойми как телепортацию перенес.

Чаи я в бункере гонять не имею привычки, у меня и самовара-то нету. Единственная мокрая субстанция, которую можно использовать для реанимации, пожалуй та, что сейчас ждет своей минуты в моем холодильнике. Что ж, для такого красавчика даже любимого напитка не жаль. Достав заветную бутылочку, я чуть помедлила, прикидывая, как именно с ее помощью привести симпатяшку в чувство. Ко лбу приложить или брызнуть? Второй вариант мне показался более действенным. Я привычным движением вытащила пробку, смочила платок игристым и приложила его ко лбу дроу, провела по щекам. Подействовало! Лапуля захлопал глазками. И пробормотал:

— Пить! Пить!

Я поднесла к его губам горлышко, дала глотнуть. Дроу жадно припал к живительной влаге, чем еще больше мне понравился. Но потом скривился и закашлялся.

— Что это? — просипел он чуть ли не с ужасом. Неужели правильный такой? Фи, как неинтересно!

— “Клекот грифона” урожая пятидесятого! — сказала я слегка оскорбленно.

— А простой воды у вас нет? — он смотрел на меня в упор, отчего даже в носу защекотало слегка, ихихих.

— Вот чего не держу в своем хозяйстве, уж извините!

Дроу вздохнул. Ну, вот, только принесло мне мужика в бункер, он уже сразу и разочароваться успел. Несправедливость какая. Надо срочно его чем-то отвлечь.

— А вы пиццу любите? — поинтересовалась я самым важным, что пришло мне в голову на данный момент.

— Люблю. Только с морепродуктами.

С этими восхитительными словами дроу наконец прекратил бестолково валяться и смог сесть нормально.

— Как удачно! Как раз такую я и заказала, будто вас ждала, ихихих! Ну вы хоть расскажите, откуда вас сюда занесло?

Он посмотрел на меня как-то очень уж внимательно, открыл рот, чтобы что-то ответить, а потом будто передумал. И лишь со второй попытки смог выразить свою мысль:

— А я… я не помню, как сюда попал. И кто я такой вообще.

Оливия

Ситуация в лаборатории накалялась с каждым днем. Мы с Альбертом словно оказались на поезде, несущемся с обрыва вниз. Что произойдет быстрее? Я найду нужные документы и сбегу? Мы завершим работу над телепортом и профессору больше не нужен будет ассистент? А может быть я выдам свои чувства и буду с позором изгнана из лаборатории?

К счастью, с поиском документов в последнии дни все складывалось удачно. Неожиданно я поняла, что наш Пончик любит погрызть бумаги, связанные с медицинской тематикой. Может, пахло от них чем-то вкусным.

Вот и в то злосчастное утро вместо того, чтобы убедиться в работоспособности принимающего модуля телепорта, я внимательно смотрела за рыжим пушистиком, который грыз что-то похожее на медицинскую карту. Поэтому и не провела дополнительную проверку, что обернулось для нас в итоге роковой ошибкой.

Министр Ралвей, конечно, мужчина темпераментный и неудержимый, как локомотив. Мы даже глазом моргнуть не успели, как он оказался в передающем модуле телепорта и… исчез. Это было логично, ведь телепорт работал на передачу. Но вот то, что Грос Ралвей не появился в принимающей капсуле поразило нас как удар молнии. Кажется, даже Пончик был в шоке.

На профессора была страшно смотреть. Несмотря на то, что мы видели на экране, что нашего случайного подопытного нет в “приемнике”, Альберт побежал в соседнюю комнату, чтоб лично в этом убедиться. Даже руками прощупал дно и стенки капсулы. Вернулся он совершенно осунувшимся, с всклокоченными волосами и ничего не выражающим взглядом.

Я хотела было предложить посмотреть логи операций, записанных в передающем модуле, но состояние профессора внушало мне все большее беспокойство. Он просто сел на пол у телепорта, обнял руками колени и уткнулся лицом в сплетенные руки. Что-то неразборчиво говорил. В какой-то момент мне показалось, что его плечи дрогнули.

— Профессор, — тихо сказала я, опускаясь рядом с ним на пол, — давайте посмотрим историю операций, у нас же все записывается. Найдем ошибку…

— Это не просто ошибка, — ответил Альберт, — это крах моей карьеры как ученого. Мало того, что я погубил своего единственного друга, так еще и совершил непростительную ошибку, начав тестирование на разумных существах до проведения трех стандартных задокументированных экспериментов над лабораторными животными.

Тут я вспомнила все те заметки в газетах и обрывки слухов, которые узнала о том медицинском исследовании, которое меня так интересовало. Там ведь тоже был скандал по поводу использования непроверенной методики лечения сразу на больных детях. Альберт был уверен в успехе, а родители не хотели ждать положенных трех лет, потому что многие дети могли не дожить до окончания исследования.

Судя по всему именно в этом эксперименте участвовал сын Клер, владелицы кондитерской. Кстати, я как-то видела этого паренька. Он был бодр и весел, хоть и немного худощав несмотря на то, что у его матери в кондитерской были самые вкусные эклеры во всей столице!

Это объясняло, почему профессор впал в такое отчаяние. Второй провал накануне великого открытия! За несоблюдение этики экспериментов и наплевательское отношение к технике безопасности его могут вообще изгнать из научного сообщества и лишить лицензии. Это убьет Альберта! Без науки он не проживет и дня. В мозгу что-то щелкнуло, и решение пришло само собой.

— Профессор, — тихонько сказала я и тронула его за плечо, — нам надо составить акт о неудавшемся эксперименте. Чтобы не было судебного разбирательства. Давайте впишем мое имя в бланк, и всю ответственность за проваленный эксперимент возьму на себя я — самонадеянный студент-недоучка.

Альберт поднял голову и посмотрел на меня каким-то тягучим взглядом.

— Что ты говоришь, Оливер?! Это же поставит крест на твоем будущем! Тебя пожизненно лишат ученого статуса! Перед тобой закроются все пути в науку. Ни одна лаборатория или университет не захотят иметь с тобой дело!

— Ну и что? Не факт, что я когда-то смог бы самостоятельно заниматься исследованиями. Для того, чтобы закончить обучение, мне пришлось бы потратить еще много времени и денег, — я глубоко вздохнула, так как тут я совсем не лукавила. Карьера ученого, о которой я так мечтала, никогда не станет моей реальностью.

— Я очень ценю твою самоотверженность, Оливер! Но за свои проступки надо отвечать самостоятельно, — профессор поднялся, — в одном ты прав: нам необходимо найти ошибку и понять, как исправить ее и вернуть Гроса.

И мы принялись за поиски причин произошедшего. Сначала извлекли самописец, фиксирующий все операции и их параметры. Затем проверили работоспособность принимающего модуля. Собрав все данные, мы попытались сложить картину из этих кусочков головоломки.

Обработав все показания датчиков, мы пришли к очень странным выводам. Министр Грос Ралвей был удачно перемещен с помощью телепорта в принимающий модуль, от которого даже пришел ответ о результативном завершении операции. Однако, в нашем “приемнике” не было ни громогласного дроу, ни записей об этом событии. Складывалось ощущение, что где-то есть еще один такой аппарат, и именно туда перебросило министра.

— Это невозможно, — повторял профессор, и я была с ним полностью согласна.

Телепорт был опытным образцом, принимающий и передающий модули настроены на одну частоту и используют одну магическую волну. Других просто не существовало! Но, судя по пропавшему Гросу Ралвею и результатам проверки датчиков, где-то во вселенной должен быть еще один принимающий модуль, и именно в него случайно телепортирован наш заказчик.