Глава 14

Предрассветные сумерки заставили ночь отступить, очертания предметов в маленьком гостиничном номере обрели смутную четкость, наступал новый день. День воплощения надежд и их крушение, и кому какая участь уготована, знали лишь Высшие Силы. Эйдан Виллор сидел на узкой кровати и смотрел на спящую женщину. Он был уже полностью собран, но выжидал, давая Ливиане еще немного отдыха прежде, чем разбудит ее. Мужчина любовался спокойными чертами спящей женщины, запоминал их очарование и нежность, ласкал взглядом, и на устах его играла мечтательная улыбка. Эйдан не мог вспомнить, когда он еще вот так же ожидал пробуждения женщины, с которой провел ночь. Сидел рядом, рассматривая ее, и переживал каждое мгновение миновавшей близости. Никогда. Всё, что происходило с ним сейчас — всё было впервые: восторг, и душевный трепет, и приятная грусть, и всепоглощающая нежность. И страх, что это уже не вернется, исчезнет сладким предутренним сном.

За эту ночь он так и не сомкнул глаз. Ливиана задремала, прижавшись к шейду, вскоре после их близости, положив голову ему на грудь, а он так и не смог. Лежал, обнимая ее, перебирал в пальцах густые пряди женских волос и слушал выровнявшееся дыхание вдовы. После, когда сон ее стал крепок, осторожно освободился от приятной тяжести на своей груди, поднял женщину на руки и перенес в теплую кровать. Но сам не ушел, остался рядом с ней. Да Ливиа и не отпустила бы. Она ненадолго проснулась, когда инквизитор взял ее на руки, и сонно прошептала:

— Не уходи.

— Даже если будешь гнать, не уйду, — улыбнулся Виллор.

— Не буду гнать, — ответила женщина, и как только голова ее коснулась подушки, вновь уплыла в сон, переплетя пальцы с пальцами шейда.

А когда небо начало светлеть, Эйдан поднялся с временного ложа, не потревожив госпожи Ассель, привел себя в порядок и теперь выжидал. Наконец коротко вздохнул и склонился к ее лицу и коснулся приоткрытых губ своими губами.

— Доброго утра, Ливиа, — негромко произнес старший инквизитор.

Она открыла глаза, поморгала, но сон победил, и веки женщины вновь сомкнулись.

— Ли-ив, — хмыкнув, протянул Виллор.

— Не хочу, — пробормотала она.

— Нужно, — улыбнулся мужчина.

— Уйди, — Ливиана повернулась на бок, натянула на голову одеяло, но Эйдан отнял одеяло и снова навис над ней.

— Не-а, — мотнул головой инквизитор. — Не уйду, у нас уговор.

— Какой еще уговор? — уже с раздражением спросила госпожа Ассель.

— Ты сказала, что не будешь меня прогонять.

— Наглая ложь, я не могла сказать такой глупости.

— Но сказала.

— Я была не в своем уме, а теперь разум вернулся.

— Не уверен, — усмехнулся Виллор. — Но проверять времени нет. Пора вставать, Лив, мы уходим.

Женщина, наконец, перестала сопротивляться и открыла глаза, серьезно посмотрев на шейда.

— Логхерт уже собирается?

Эйдан отрицательно покачал головой.

— Нет, Лив, уходим только мы.

Она, порывисто сев, пытливо воззрилась на шейда. Осознала, что он не шутит, поджала губы и упрямо мотнула головой:

— Нет, это невозможно. Здесь Тейд. Я никуда от него не уйду.

Виллор на мгновение отвернулся. Он предвидел это, знал, что Ливиана начнет сопротивляться. И все-таки ему было нужно увести ее еще до того, как Логхерт начнет собираться в дорогу. Примерное время выезда в дорогу оставалось одним и тем же, на него инквизитор ориентировался и сейчас. Шейд опять посмотрел на женщину, и взгляд его стал непроницаемым.

— Госпожа Ассель, напоминаю вам ваше же обещание — слушаться беспрекословно. Пришло время быть верной своему слову, — тон инквизитора стал сух и требователен.

— Но не по отношению же к моему ребенку! — воскликнула она. — Шейд Виллор, вы требуете, чтобы я оставила его одного в лапах этого… этого мясника! Логхерт с полным равнодушием принял смерть тех, кто шел за ним, что для него жизнь маленького беззащитного мальчика? Нет! Даже не просите.

Она поднялась с постели, не обращая внимания на собственную наготу, и Эйдан помимо воли залюбовался плавностью изгибов ее тела. Он судорожно вздохнул и заставил себя отвернуться. После тоже встал на ноги и отошел к окну.

— Рассказывайте, — велел он, глядя на пустую дорогу.

— Что вам рассказать? — раздраженно спросила Ливиана.

— Рассказывайте, как собираетесь защищать своего сына, — почти равнодушно ответил Виллор. — Закроете его своей грудью? Будете кричать и обливаться слезами? Быть может, закидаете камнями мага? Плюнете ему в лицо?

— Дайте мне пистолет. Маги умирают от пуль и клинков…

— Маги, да, когда их чары не могут обойти защиту, — кивнул Эйдан. — Еще, когда их резерв пуст. Вы можете сопротивляться чарам? Ваш наследственный дар слаб, чтобы выставить щит. Что до резерва Логхерта и его племянника, так они наполнены магией по самую макушку. Как вы собираетесь пробить их защиту? Рассказывайте.

— Я… — инквизитор обернулся к Ливиане. Она уже надела сорочку и теперь стояла, комкая в кулаках ткань платья, которое успела взять, и кусала губы. В глазах цвета темного янтаря отражалась усиленная работа мысли, женщина искала ответ, но не находила его. И Виллор безжалостно добавил:

— А что вы можете противопоставить Горту? Его не сможет убить даже маг, не говоря уже о человеке. Как вы собираетесь расправиться с тем, кто один может уничтожить всех, кто встанет против него, будь то десять человек или целая сотня? Рассказывайте мне, ну же!

Женщина взглянула на инквизитора почти с ненавистью, но лицо ее вдруг исказилось, и она отвернулась, пряча свое поражение и слезы. Эйдан задавил всплеск жалости, сейчас она была неуместна, но все-таки подошел к Ливиане, обнял ее за плечи и прижал к своей груди.

— Лив, — голос его зазвучал мягче, — пойми, ты ничем не сможешь помочь сыну, а мне сильно усложнишь задачу, если я начну защищать вас обоих. И не вздумай говорить, что я должен спасти Тейда, наплевав на тебя, не смогу. Ты ослабишь меня. Я хочу, чтобы ты находилась в безопасности, когда я вернусь к Логхерту. Я не пытаюсь сбежать от мага с тобой вместе, я просто хочу защитить тебя. Мне так будет спокойней. И, занимаясь спасением мальчика, мне не придется делить свое внимание на двоих. Понимаешь?

— Куда ты отвезешь меня? — дрогнувшим голосом спросила женщина.

— Туда, где мне передадут стилет. Я оставлю тебя под охраной опытных воинов Ордена. После вернусь назад и приложу все силы, чтобы вернуть тебе сына.

Она развернулась и заглянула в глаза шейду. Виллор невесело улыбнулся и осторожно стер со щек влажные дорожки слез.

— Ты дорога мне, Лив, — негромко произнес мужчина. — Я вижу свое будущее рядом с тобой и с твоим сыном. Сейчас об этом говорить рано, исход дела неизвестен, и все-таки я говорю — Ливиана Ассель, я хочу жениться на тебе и назвать твоего сына своим. Не прошу ответа, не сейчас, но хочу, чтобы ты знала о моих намерениях. Возможно, это поможет тебе поверить, что я не собираюсь бросать Тейда на произвол судьбы. Для меня речь идет о моей семье, какой бы ответ ты потом не дала, а за эту ценность я буду биться до последнего вздоха.

— Почему ты не сказал всего этого сразу? — прошептала она, не сводя взгляда с его глаз.

— Потому что мы прошли бы тем же путем, — усмехнулся Эйдан. — Только мне бы еще пришлось доказывать и свою искренность.

— А сейчас не нужно?

— Сейчас мое признание стало аргументом, а не причиной для бурного спора.

— Кажется, да, — согласилась Ливиана. — Почему ты всегда прав?

— Потому что я всегда обдумываю свои действия и просчитываю возможные последствия. — Виллор наклонился и коротко поцеловал женщину. После отстранился: — А теперь собирайся, время уходит.

Госпожа Ассель еще раз взглянула на инквизитора, прерывисто вздохнула, но уже через секунду ее лицо приобрело выражение мрачноватого спокойствия. Движения стали быстрыми и уверенными. Больше Ливиана не спорила. Она отложила платье и скрылась в ванной комнате. Вернулась вскоре, оделась, причесалась и свернула волосы в пучок на затылке.

— Я готова, — ровно сообщила она.

— Уходим, — бесстрастно ответил шейд, взял вдову за руку, и они направились на выход из номера.

Прошли мимо двери, за которой спал Тейд, и вороватый взгляд женщины на нее не укрылся от инквизитора. Он чуть сильней сжал ладонь Ливианы, подбадривая ее. Вдова посмотрела на шейда и слабо улыбнулась. То, что всё ее существо сейчас протестует против собственного бегства, когда ребенок останется в смертельной опасности, Виллор понимал, но не видел иного выхода. Ему действительно нужно было развязать себе руки и сосредоточится на освобождении мальчика, зная, что его мать находится под защитой инквизиторского отряда. А в том, что ребенку не причинят вреда, пока Эйдан не вернется со стилетом, мужчина был уверен.

Беглецы спустились вниз. Привратник дремал, сидя в потертом кресле, но на звук шагов вскинул голову и сонно поморгал, разглядывая постояльцев.

— Откройте дверь, — велел инквизитор.

— Слушаюсь, — кивнул привратник.

Он отцепил от пояса связку ключей, выругался, пока спросонья тыкал мимо замочной скважины, наконец, попал и облегченно выдохнул.

— Доброго пути-и, — произнес привратник, растянув последнее слово в зевке.

— Счастливо оставаться, — буркнул в ответ инквизитор. — Да, любезный, когда будет выходить постоялец с маленьким мальчиком, передайте, что я буду ожидать его там, куда он направляется.

— Будет сделано, ваше благородие, — склонил голову привратник, и в подставленную ладонь упала монетка, закрепляя память служащего.

— Передаст? — с волнением спросила госпожа Ассель, как только дверь за ними закрылась.

— Передаст, — кивнул Виллор.

— Лишь бы не забыл, — женщина нервно теребил складку на плаще.

— Логхерт не тронет Тейда, пока не подтвердилось, что я обманул его, — попытался успокоить ее Эйдан, пока они шли к конюшне. — Он не станет рисковать успехом своего предприятия. А я не покажу ему стилета, пока не увижу мальчика живым и невредимым. Не волнуйтесь, я стараюсь предусмотреть любое развитие событий. За время, что я имел сомнительное удовольствие общаться с ним, маг не произвел на меня впечатления глупого человека. Самоуверенности и себялюбия у него столько, что можно раздавать горстями нищим вместо милостыни, но вот идиотом его не назовешь.

— Благодарю покорно, мой дорогой враг, — донеслось до них из глубины конюшни. Послышался тихий шорох шагов, и из темноты выступил Логхерт. На губах его играла приветливая улыбка, но издевку, скрывавшуюся за ней, Виллор заметил. — Доброго утра, госпожа Ассель. Как жаль, что вас подняли в такую рань, и всё понапрасну. — Маг перевел взгляд на Эйдана: — А я знал, что вы попытаетесь увезти свою женщину. Благородные люди предсказуемы, знаете ли, несмотря на свой изощренный разум. Не выйдет, брат старший инквизитор, не выйдет. Госпожа Ассель отправится с нами, как и ее сын. Что до вас, то вы вольны делать, что заблагорассудится. Однако мы оба знаем, что вы никуда не денетесь, пока у меня ваши… сокровища. Отправляйтесь за стилетом, шейд Виллор, — тон мага неуловимо поменялся, став вдруг тверже и злее. — Мы будем ожидать вас возле Сэллверенского оврага.

— Чтоб вас бесы жрали, Логхерт, — с тихой яростью выругался Виллор.

— Вы невероятно любезны, мой дорогой враг, — усмехнулся маг. — Кстати, мне есть что еще сказать вам. Хотелось бы, чтобы вы помучались, но, во избежание необдуманных действий, я сообщу вам сразу — вы тоже отправляетесь с нами. Во-первых, мое пушечное мясо вы уничтожили, я собирался пустить наемников впереди себя, теперь их замените вы. А во-вторых, вы замените мне книгу. Видите ли, Мирисэль не просто охраняла реликвии, она изучала книгу. Старый интриган наложил морок на страницы, скрыв их от обычного глаза. Если бы мои предки были поглощены желанием найти тайник столько же сильно, как я, они бы сумели взломать защиту Древнего. Впрочем, многие из них носили ограничитель. Скорей всего, им попросту не хватило силы, а вот у меня ее оказалось предостаточно. Знаете, я ведь бился над этой книгой лет десять прежде, чем взломал первую скрытую страницу, и сумел бы найти все, но случилась проклятая война. Дальше вы всё понимаете сами, шейд Виллор. У меня не осталось времени, его сожрали поиски чаши. Вот я и отправил Мирисэль разбираться с тайнами Древнего, так что девочка немало повозилась с книгой, следуя моим инструкциям, прежде чем сумела отыскать нужную информацию.

Эйдан усмехнулся. Он уже взял себя в руки, и гнев постепенно улегся. Слушая Логхерта, Виллор вспомнил, насколько сильно книга была пропитана магическими выплесками, теперь становилось понятно, зачем Мирис столько раз брала ее в руки — она взламывала защиту. И в это же мгновение конюшню огласил хохот старшего инквизитора. Он уперся ладонью в открытый створ ворот, продолжая сотрясаться от смеха. После смахнул с глаз выступившую влагу и выдавил сквозь новый взрыв, казалось бы, беспричинного веселья:

— Ну, Бирте! Ха-ха, ну, старик… — и вновь затрясся, сгибаясь пополам.

— Эйдан! — сердито воскликнула Ливиана. — Что вы увидели смешного?

— Да, шейд Виллор, любопытно, что так развеселило вас, — с подозрением спросил Логхерт.

— Ог… огонь… Он просто кинул книгу в огонь, — стараясь взять себя в руки, сдавленно выдохнул Эйдан. — Книга… сгорела… сгорела, кроме… страницы… Ха-ха…

— Да о чем вы?! — вдова ткнула шейда в плечо кулаком.

— Несколько лет… а он в огонь и готово… К бесам! — Виллор мотнул головой, выдохнул, однако через мгновение снова хохотал.

Он поднял вверх указательный палец, попросив так минуту на то, чтобы окончательно совладать со своим истеричным смехом. Десять лет! Десять лет Логхерт пытался найти то, что открылось Бирте за несколько минут. Впрочем, это объяснялось просто. Маги изрядно потрудились, уничтожая защиту, когда-то наложенную Валбором. Они не просто сняли морок, они сделали саму книгу уязвимой, поэтому огонь с такой легкостью пожрал ее, оставив лишь то, над чем Древней колдовал много дольше.

И все-таки сама ситуация была забавной. Она отдавала издевкой над горе-искателями сокровищ забытого мага. Несколько поколений потратили свое время на поиски утраченных реликвий, сколько из них корпело над загадкой книги? Несколько лет, чтобы открыть и расшифровать, а двум инквизиторам всё само пришло в руки. Сам Виллор завладел: и книгой, и стилетом, и чашей. Бирте заполучил нужные страницы и разобрал их, оставив комментарии на полях. А весь хитроумный план уничтожил третий инквизитор, ныне покойный — Гурннис. Если бы не его смерть и желание привлечь к своим открытиям молодого собрата, Логхету бы удалось задуманное без особых сложностей. Воистину, Орден исполнил свое предназначение, вмешавшись в козни отступника. Как может использовать древние знания такой напыщенный тип, каким был триапольский маг, оставалось только гадать. А значит, работа инквизиции еще не окончена…

— Так что вас рассмешило? — с вызовом спросил Логхерт.

— Забудьте, это мелочи, — отмахнулся Эйдан. — Значит, вы отпускаете меня за стилетом? Учтите, если я не увижу хотя бы одного из двух ваших заложников…

— Угрозы излишни, шейд Виллор, — поморщился маг. — Они мне еще нужны. Это ваш поводок, брат инквизитор, и я крепко намотал его на кулак.

— Мерзавец, — произнесла Ливиана, брезгливо скривив губы.

— Ах, бросьте, госпожа Ассель, — Логхерт, наконец, посмотрел на женщину. — Вы тоже не святая. Положенный срок траура не прошел, а вы уже нежитесь в объятьях другого мужчи…

Бросок инквизитора был столь стремителен. Не ожидавший нападения маг, отлетел к стене конюшни, сбитый с ног ударом кулака. Виллор метнулся следом. Пальцы сжали клинок, привычно скользнувший в ладонь. Мгновение… и всей этой истории придет конец. Один росчерк, и маг умрет со вспоротым горлом. Вот сейчас, пока он ошеломлен, пока рядом нет ни его племянника, ни наемника с маленьким заложником на руках. Всего лишь быстрое движение руки, без всяких формул, положенных при казни. Просто убить… Эта мысль пронеслась в голове инквизитор за долю секунды, и медлить и раздумывать он не стал…

— Защищай! — приказ на древнем языке прозвучал в тот момент, когда Эйдан упал на одно колено, уже занеся нож над Логхертом.

И инквизитора снесло с ног. Над ним нависла черная голова с оскаленной пастью. Один удар сердца, и… зверь исчез, растворился в воздухе, оставив ошеломленных людей в одиночестве. Вскрикнула Ливиана, хрипло рассмеялся маг, машинально прикрыв шею ладонью, только Эйдан остался сидеть, слепо глядя в пустоту, где исчез Горт. Напал… Все-таки напал. Выполнил приказ. На него напал! Наверное, впервые Виллор понял, что зверь больше не принадлежит ему. До этого мгновение он еще верил… надеялся, что тот не подчинится магу, не пойдет против того, с кем прожил бок о бок двенадцать лет.

— К бесам, — глухо выругался инквизитор. — Горт…

— Эйдан, — Ливиа присела рядом с шейдом. — Всё хорошо? Вы целы? Эйдан!

Виллор перевел на нее бессмысленный взгляд, силясь понять, что ему говорит женщина, мотнул головой, избавляясь от оторопи, и кивнул:

— Всё хорошо, Лив. Он только оттолкнул.

— Святые, Эйдан, он чуть не вцепился в вас, я так испугалась…

Она говорила что-то еще, но инквизитор не слушал. Теперь он смотрел только на Логхерта, уже стоявшего на ногах. Маг отряхивал одежду, но его невозмутимость была напускной. Кажется, до него тоже, наконец, дошло, что даже короткий поводок не может дать ему полной власти над врагом. Он посмотрел на Виллора и высокомерно ухмыльнулся:

— Вот вы и увидели, кто ныне настоящий хозяин того, кого вы назвали Гортом. Горт… — маг усмехнулся и покачал головой.

— Я был ему другом, — ответил Эйдан. — И мне не требовалось давать команды, чтобы Горт защищал меня. Всё его подчинение — лишь магия.

— Так он и есть магия! — воскликнул Логхерт. — Живое воплощение магии!

— Живое, — повторил Виллор, поднимаясь на ноги. — Именно, что живое. У Горта есть разум и душа, даже чувство юмора. А ты превратил его в послушную шавку.

— Душа! — маг рассмеялся, но Эйдан уже отвернулся от него.

Он взял за руки Ливиану, помогая ей встать, сжал женские пальцы в ладонях и склонился к самому лицу.

— Я вернусь, Лив. Очень скоро я вернусь и буду рядом с вами. Ничего не бойтесь.

— Я буду ждать вас, Эйдан, — ответила она и вымучено улыбнулась. — Берегите себя.

— Обещаю, — улыбнулся в ответ шейд.

— Как же трогательно, — усмехнулся Логхерт, на него никто не обратил внимания.

Виллор поднес к губам сначала одну руку вдовы, затем вторую, заглянул в глаза, а затем развернулся на каблуках и направился к стойлу, где стоял его скакун. Конюх, разбуженный голосами, жался к дверце денника, где, должно быть, стояла хозяйская лошадь.

— Оседлай, — коротко бросил ему шейд, указывая на своего жеребца. Мужчина, часто закивав, поспешил выполнить приказ.

Когда жеребец выносил инквизитора из конюшни, ни Ливианы, ни Логхерта уже не было видно. Бросив быстрый взгляд на гостиницу, Виллор подстегнул скакуна. Тщательно продуманный план, где у него была, пусть не выигрышная, но позиция, дававшая ему хоть какой-то шанс на благополучный исход — рухнул. Эйдан ощущал приток жгучей ярости. Еще никогда он не был так беспомощен, как сейчас.

— К бесам! — гаркнул он, хоть так выплескивая часть клокотавшей в нем злобы.

Выдохнул и еще раз прогнал в голове слова Логхерта. «Во-первых, мое пушечное мясо вы уничтожили, я собирался пустить наемников впереди себя, теперь их замените вы. А во-вторых, вы замените мне книгу…».

— Всё не так плохо, — попытался уговорить себя Виллор. — Пушечное мясо… Это мы еще посмотрим.

Он пойдет вместе с проклятым магом, будет рядом с Ливией и Тейдом — это уже хорошо. «Вы замените мне книгу». А вот это даже очень хорошо. Раз Логхерт ничего не знает о том, что писал Валбор, значит, совместный путь продлится до самого тайника. По дороге представится возможность избавиться от мага. Случай на конюшне показал, что подобраться к нему можно. Впрочем…

— Теперь станет осторожней, — с досадой произнес Эйдан.

Да, это, пожалуй, был единственный шанс, больше Логхерт такого подарка не сделает. Его племянник… Нет. Маг позволит убить мальчишку, и родство тут не имеет никакой силы. Еще и Горт. Инквизитор едва не зарычал, понимая, что находится в совершенно безвыходном положении.

— Отряд…

Нет. Горт вырежет всех. Ни опыт, ни защита амулетов и перстня не помогут инквизиторскому отряду, если привлечь посланников Ордена, они полягут, как только приблизятся к Логхерту.

— Да чтоб тебя разорвало, ублюдок! — взвыл Виллор, напугав первого встречного на тракте.

Горт… Он выполнил приказ, не мог не выполнить, раз существует привязка. И нейтрализовать его невозможно. Эйдан протяжно вздохнул, вспоминая, как дурачился зверь, когда был свободен. И во время пути до этой проклятой гостиницы он несколько раз приближался к инквизитору, касался его и тут же исчезал, но так ни разу и не показался, сколько шейд ни звал его.

— Что вы знаете о своем питомце, шейд Виллор? — спросил Логхерт в одной из бесед с Эйданом. — Ни-че-го.

— Я знаю, что он мог быть создан в древние времена, — ответил инквизитор. — Знаю, что он питается магией, и его возможно привязать с помощью крови и магии.

Маг благодушно рассмеялся и махнул рукой:

— В общем-то, вы правы. Создание могущественной древности, поглощает магию, и его можно подчинить. Это всё так, но я по-прежнему утверждаю — вы совершенно ничего о нем не знаете. Хотя бы его настоящее название?

— Так просветите, — сухо ответил Эйдан.

— Венатор, так называли этих существ.

— Охотник, — перевел Виллор и задумчиво поглядел в пустоту.

— Охотник, именно, — щелкнул пальцами Логхерт и откинулся на спинку кресла. Он закинул ногу на ногу и сцепил перед собой пальцы в замок. — Наш с вами венатор — последний выживший представитель этих славных созданий. Их создал один из первых императоров. Когда-то они были чем-то вроде вас, нынешней инквизиции, при императоре Радужной империи. Разыскивали преступивших закон и казнили их, поглощая магию, если, конечно, имели такой приказ. Они могли определить дар по запаху. Представляете? Невероятно! Когда я увидел живого венатора, в первое мгновение даже подумал, что со мной случилась галлюцинация. Их же уничтожили еще тысячи полторы лет назад, когда магический ресурс значительно снизился, а потомков без наличия дара стало рождаться всё больше. Древние пытались тогда бороться с проблемой оригинальным способом, стирали с лица земли всё, что имело отношение к магии. Тогда же пропали многие виды выведенных искусственно. Все эти зверолюды и прочая нечисть. Венаторы, несмотря на верную службу, тоже попали в перечень потенциальной угрозы магическому ресурсу. Наши предки оставили только себя — магов…

— Тех, кто истощал ресурс на самом деле, — усмехнулся инквизитор.

— Не нам их судить, — пожал плечами Логхерт. — Кстати, знаете, что наш парень вовсе не парень? Венаторы создавались бесполыми, потому что они не размножались естественным способом, всех выводили в лабораториях. Половые признаки, по которым мы признаем в нем самца — всего лишь муляж, так сказать. А знаете, как их уничтожили? Венатора создавали универсальным существом. Любая попытка убить его магическим способом приведет к поглощению выплеска, и не причинит ему никакого вреда. Человеческому оружию тем более не убить венатора тем более, как можно зарезать того, кто не живет в обычном понимании? Его единственное уязвимое место — голод.

— Выглядит спорным утверждением, — возразил Виллор.

— Я понимаю, что вы хотите сказать, — усмехнулся маг. — Когда находишься за пиршественным столом, сложно остаться голодным. Но если лишить стола?

— Горт спокойно проходит сквозь стены и дверь.

— Обычные, да. Что вы знаете про ристенит?

Инквизитор вопросительно приподнял брови, о ристените он слышал в первый раз. Логхерт, довольный произведенным эффектом, рассмеялся и потер ладони.

— Ристенит, дорогой мой враг, это особый материал, созданный всё теми же Древними. Как та часть магнита, которая отталкивает железо. Так вот, ристенит отталкивал магию, любое воздействие. Венаторов попросту заперли в камерах из ристенита и забыли на какое-то время. Выбраться эти существа не могли, даже получить подпитку от свободных потоков у них не было возможности. Как выжил наш питомец, вряд ли мы когда-нибудь узнаем. Возможно, сбежал, когда понял, что это конец, вы сами подчеркиваете его разумность. Может быть, это был новый опытный образец более совершенный, чем его собратья. Возможно, его пожалел кто-то из ученых. Стоить догадки можно долго, они все могут оказаться верными, как и полной бессмыслицей. Главное, в наше время сохранился живой венатор, и он теперь мой.

Инквизитор некоторое время смотрел перед собой, раздумывая над откровениями мага. Это всё и в самом деле было интересно. Эйдан давно мечтал узнать о своем питомце больше информации, но ее нигде не сохранилось. Нигде, кроме той части императорского архива, который оказался в роду Логхеротв.

— У меня есть вопросы, — Виллор снова посмотрел на мага.

— Ну так спрашивайте, — развел тот руками. — Если знаю ответ, таить не стану, не за чем.

Эйдан кивнул и устроился поудобней.

— Кому они подчинялись? Личные псы императора?

— О, нет, — рассмеялся Логхерт. — Носителю императорской крови венаторы подчинялись беспрекословно, и напасть никогда бы не смогли. Запах императорской крови им был знаком, потому что это был их собственный запах, но сам властитель редко отдавал приказы. Для этого существовали другие люди. Сейчас принято равнять многие виды магии, объединяя их в общую группу, но мы-то с вами знаем, что единого дара, как например, боевой — не существует. Безусловно, в той или иной степени, маги владеют общими заклинаниями, однако дар, как и любой талант, имеет свою направленность. «Щиты» — тоже, по сути, боевики, но по части защиты. В нападении они практически бесполезны, если только возьмут в руки оружие. Для активных боевых действий использовались другие силы, которые шли за «щитами». Так вот, в связку с венаторами тоже ставили тех, чей дар им тождественен, то есть отбирали, как и для любой службы. Венаторы — охотники, и работали с ними такие же охотники, ну, или, если угодно, служители правосудия. Сыскари, проще говоря, только с магическим даром. А роль ищеек при них отводилась венаторам. Они же являлись и карательной силой. Если суд выносил приговор заочно, или же приговоренный умудрялся сбежать, за ним отправляли специальную службу. Более того, для венаторов существовал целый свод команд, которые им мог отдавать лишь временный хозяин, к которому существо было привязано, или же император. Больше они никому не подчинялись.

Сейчас, во время скачки по тракту, Эйдан снова вспомнил этот разговор, и, как и тогда перед внутренним взором встала первая встреча с Гортом. Почему зверь тогда не напал, и почему пошел за юным инквизитором? Уж не потому ли что ощутил в нем не просто магию, а «тождественный ему дар»? Ощутил проводника, как в древности? Сыскарь… Похоже на то. Всю свою жизнь Виллор искал «след», будь то решение простой арифметической задачи, расследование преступления, или же поиск отступника. Он мог бы служить в судейской службе, но выбрал Орден, посчитав, что там будет полезней всего. В общем-то, не ошибся. Да, похоже, Горт ощутил родственную душу, если можно так сказать, в послушнике, бросившемся на него с обычным ножом, и вспомнил свое предназначение. Добровольно следовал за инквизитором, выполнял знакомую ему работу. И то, что Эйдан смог видеть глазами зверя… Наверное, некая связь между ними все-таки установилась, благодаря, пусть и неактивному, но все-таки дару, потому что он оказался родственным природе самого венатора.

— А еще он терпеть не может одиночества, — негромко произнес Виллор и болезненно покривился.

Да, к такому выводу он пришел еще тогда, когда Логхерт делился своими знаниями. Горт мог питаться, нападая на магов, но он выбирал хозяев, которым подчинялся за небольшую подпитку. И это его дружелюбие… Как быстро зверь подружился с ребенком, став его ручной «абой». Даже препирательства с Тимом и споры с самим Эйданом — Горту нужно общение. Потому и стремился походить на собаку, потому что собаки рядом с людьми. Их не прячут. С собаками играют, ласкают их, ругают, и собаки могут открыто выражать свои эмоции. А ему всё время приходилось прятаться. С Виллором Горт имел почти всё, о чем мечтал, а теперь к нему присосался паразит Логхерт, который лишил зверя не только свободы, но и мечты стать домашним питомцем.

Но, как бы то ни было, сейчас Горт служил магу, и свое послушание показал.

— Он просто оттолкнул меня, — сказал сам себе Эйдан и выругался. Он всё еще цеплялся за надежду, выискивая хотя бы маленькую зацепку, что зверя можно вернуть. Но можно ли на самом деле? Шейд тряхнул головой и отогнал размышления. Время покажет. Сейчас же он приближался к Сэллверену.

Жеребец домчался до перекрестка трех больших дорог, сходившихся в одну, которая уводила к городу. Здесь имелся дорожный указатель. Виллор натянул поводья, прочитал, что написано на развернувшихся в разные стороны стрелах, выбрал нужное направление и повернул коня на малоприметную колею. Теперь его путь лежал к селу, располагавшемуся в стороне от большого города, там инквизитора ждали посланцы магистра Линиса, доставившие древний артефакт.

Шейд вновь подстегнул скакуна, и тот помчался навстречу отряду. Эйдан снова углубился в свои размышления. Он вспоминал то, что написал древний маг. Логхерт ожидал ловушек по пути к тайнику, но, судя по всему, ловушки ожидали «самого лучшего ученика» в пути, в тайнике же должен был состояться последний экзамен. Однако мир сильно изменился со времени жизни Древнего, и от предусмотренных испытаний не осталось даже воспоминания.

В придачу с собою возьми мой стилет,

Тебя защитит он от множества бед.

Уж не те ли самые испытания имел в виду Валбор, когда писал эти строки? Если это так, то стилет не был использован ни разу. В общем-то, это было бы логичным. Ученик из древности должен был пройти сквозь места обитания всяких тварей. Что если стилет — универсальное оружие против всех этих видов?

— Или же их кровь что-то давала артефакту…

Возможно, всё возможно. Если стилет нужно было «зарядить» для последнего экзамена, значит, сейчас он совершенно бесполезная пустышка. А чаша? Для чего нужна чаша? Если инквизитор прав, и в тайнике ожидает архив Валбора, то чаша может иметь иносказательное значение. Знания — тоже источник. Иди все-таки что-то более существенное? Может быть, она тоже должна была исполнить какое-то предназначение в пути? Тогда и этот артефакт оставался пустышкой. А обе реликвии должны быть сохранены для некоего экзамена, и если они пусты, то экзамен заранее провален? Тогда Логхерт заранее обречен на провал.

— Это было бы чудесно, — усмехнулся Виллор. — Просто замечательно.

Но не факт. Пока всё это лишь домыслы, которыми делиться с магом не стоит. Пусть уж лучше Логхерт полагается на знания, которые инквизитор мог получить из послания Древнего. Использовать нужно любую мелочь. Шейд невесело усмехнулся:

— Какая-то камера из ристенита. Ни входа, ни выхода.

Чтобы немного расслабиться он вновь вспомнил рассказ мага о венаторах. Но собственная последняя мысль отправила его к воспоминаниям о конце существования этих необычных, но без сомнения достойных созданий. Эйдан представил Горта, каким он его знал все эти годы, и удрученно покачал головой, вдруг ощущая острую жалость. Если они все были такими, как Горт, то насколько же им было больно осознать предательство недавних хозяев? Завели в камеры и забыли… Жестоко. Маги пили, ели, дышали, смеялись, пока их питомцы издыхали от «голода». Хоть кто-нибудь из них ощутил сожаление по утраченному другу? Или же Древние, как и Логхерт, не видели родственной души в венаторах? Впрочем, это ведь было их жизненным устоем: маги — высшая ступень развития. Те, кого они создавали, оставались лишь на пару звеньев выше не одаренных калек. Так могли ли они сочувствовать своим питомцам, медленно умиравшим без возможности подпитки? Наверное, все-таки могли, раз Горт уцелел после поголовного уничтожения венаторов, как вида. Представить, что и этот умный зверь мог погибнуть вместе со своими собратьями, было тяжело.

Виллор мотнул головой, прогоняя и эту щемящую душу мысль. Пора было избавляться от досужих размышлений — впереди показались крыши деревянных домов, он добрался до места встречи. Конь, словно почуяв скорую передышку от бешеной скачки, еще поднажал и ворвался на деревенскую улицу, едва не сбив двух кумушек, сплетничавших посреди пыльной дороги. Инквизитор натянул поводья, и скакун, поднявшись на дыбы, истошно заржал. Женщины бросились врассыпную, огласив улицу отчаянным визгом.

Из соседнего дома выскочил мужчина в простой одежде, но вдруг замер и почтительно склонил голову.

— Брат старший инквизитор, мы вас ждем.

— Брат Энхиль, — Виллор тоже узнал инквизитора, поставленного Линисом во главе отряда. Он спешился и направился к мужчине: — Давно прибыли?

— Два дня назад.

— Идемте.

Шейд первым вошел в дом, из которого выскочил брат Энхиль. За забором остановился один из воинов, второй выглядывал в окно. Похоже, инквизитор оказался быстрей своей охраны, когда спешил на помощь двум женщинам, едва не попавшим под копыта жеребца. Хозяйка, стоявшая у дверей, ойкнула и юркнула в сторону, освобождая дорогу. Эйдан кивнул ей, здороваясь. Затем вошел в дом и огляделся.

Воин Ордена уже стоял навытяжку, приветствуя старшего инквизитора. Виллор махнул рукой и уселся на лавку.

— Времени мало, — заговорил он. — Предписание Линиса не может быть выполнено. Со мной не пойдете.

— Шкатулка…

— Я забираю ее.

— Но…

— Горт не на нашей стороне, он уничтожит весь отряд, если ему прикажут. Поэтому подойдете к месту, которое я укажу, позже. Займете наблюдательное положение в укрытии и не будете высовывать носа до тех пор, пока не получите команды. Если ее не последует, значит, уходите по-тихому. Никаких геройских бросков на противника, всё равно не доберетесь, только все погибните. Если из тайника выйдет только маг, значит, я проиграл, об этом доложите Линису. Также доложите, что тайник Валбора вскрыт, и отступник получил опасные знания. Имя рода мага — Логхерт. Уроженец Триаполя. С ним его племянник. Оба знакомы с учением Древнего Аталлиа. Сведения об этом маге и о его учении можно найти в закрытой секции в Королевской Библиотеке. Еще. Скажите, что Горт — это венатор. Пусть ищут сведения об этих созданиях и о материале под названием ристенит. Это единственное оружие против зверя, без него до мага никогда не доберетесь.

— Это всё?

— С магом находятся заложники — женщина и ребенок. Если они выживут, им обвинения в пособничестве не предъявлять. Их вынудили принять участие во всем этом проклятом предприятии.

— Кто эта женщина?

— Это моя семья. Жена и сын. Если я не вернусь, передайте, что всё свое имущество я завещаю им… К бесам, это лучше написать. Дайте бумагу и чернила.

— Семья?! — вырвалось у одного из двух воинов, находившихся в доме. Инквизитор Энхиль и второй воин с тем же изумлением смотрели на Виллора.

— Я сказал что-то удивительное? — сухо спросил Эйдан. Трое мужчины дружно мотнули головой, и шейд рявкнул: — Бумагу, бесы вас пожри! Время уходит.

Один из воинов исчез в поисках хозяйки. Виллор перевел взгляд на Энхиля. Тот кивнул, сообразив, чего от него ожидает старший инквизитор. Он ушел, но вскоре вернулся со шкатулкой в руках. Эйдан снял с шеи ключ, который ему вручил Линис, открыл замочек шкатулки, откинул крышку и удовлетворенно кивнул — стилет лежал на месте. Магистр не подвел.

— Ваше благородие, — на стол перед старшим инквизитором лег лист грубой бумаги. Следом появились чернильница и перо.

Виллор кивнул, ненадолго задумался, а после обмакнул перо в чернила и начал писать свое завещание, первое завещание в своей жизни. До этой минуты Эйдан никогда не задумывался о судьбе своего имущества после его смерти, ему было попросту всё равно, кто станет хозяином всего этого. Вообще в этой истории для Виллора многое было впервые, и не сказать, чтобы шейда это раздражало.

— Брат Энхиль, заверьте, — Эйдан передал перо инквизитору.

Тот согнулся над листом бумаги и бросил быстрый взгляд на собрата, но уточнять, почему супруга Виллора носит фамилию — Ассель, как и его сын — не стал. Это касалось старшего инквизитора, и посланник Линиса не полез не в свое дело. Он оставил свое свидетельство, поставил росчерк, и Эйдан передал собрату свое завещание.

— Не потеряйте, брат Энхиль.

— Не переживайте, брат Виллор, все ваши распоряжения будут исполнены в точности, — заверил инквизитор.

— Да будет так, — кивнул шейд, поднимаясь с места. — Остались нюансы. Спустя час выдвигайтесь в сторону Сэллверенского оврага. От моста, не переходя на ту сторону, сверните налево и дойдите до места, именуемого Каменным гротом. Там и устройте засаду. Повторяю, не получив от меня приказа, укрытия не покидать. Разговор идет о ваших жизнях, не переоценивайте собственные силы. В грот не соваться.

— Слушаюсь, брат старший инквизитор.

— Кстати, дайте мне свой нож и один пистолет, — немного подумав, потребовал Виллор.

Энхиль нахмурился было, но достал клинок, полученный в Ордене, пистолет отдал один из воинов. Шейд прихватил оружие и, произнеся:

— Надеюсь, до скорой встречи, — направился к дверям.

— Удачи, шейд Виллор. Пусть Высшие Силы будут на вашей стороне.

— Да уж, их поддержка мне не помешает, — усмехнулся Эйдан себе под нос и махнул рукой, прощаясь.

«Скажи мне, ученик, что знаешь ты о Светопреставлении? Если ты все-таки темный неуч, то я расскажу тебе сам. В девятьсот пятом году от начала Нового времени произошло событие, едва не уничтожившее треть Радужной империи. Помнишь ли ты, как император Триан призвал силы природы, дабы похвастаться своим могуществом перед лучшим другом и соратником? Это ты должен знать всенепременно. То был величайший смерч, пронизанный разрядами молний. Землетрясения всколыхнули землю, разломы извивались, словно гигантские змеи. Многое изменилось в тот роковой и страшный день. Сколько жизней унесла пустая забава! Память об этой трагедии навечно превратила имя императора в живое воплощение выражения «дурь от собственной силы». После разломы, конечно, срастили, потратив на это несколько лет. Восстановили жилища, заново заселили осиротевшие земли.

И все-таки кое-где шрамы, оставшиеся на память о жутких событиях, еще украшают нашу империю. Один из них, который не удалось сравнять до прежнего уровня, пролегает на месте древнего города, от которого осталось совсем немного: стена, да улица, превратившаяся в туннель. Всё это открыл разлом, расколовший землю в этом месте. Местные жители прозвали кусок древнего города Кротовьей норой. Твой путь лежит туда, мой ученик…».

«Сэллверен, Большой овраг, Каменный грот», — такой комментарий оставил Бирте напротив очередного урока мага Валбора. Туда направлялся сейчас и Эйдан Виллор. Его конь промчался мимо моста через овраг, но Логхерта здесь еще не было. Инквизитор не стал останавливать коня, он спешил к гроту, надеясь, что мага там тоже нет. Эйдану нужно было время, и он не собирался тратить его крупицы понапрасну.

Найти грот оказалось несложно, путь подсказывал очередной указатель, прибитый к дереву. Впрочем, зевак, которым было бы любопытно взглянуть на это достопримечательность Сэллверена, в такое раннее время не наблюдалось, да и время года не способствовало прогулкам по склонам оврага, где после дождей, прошедших здесь несколько дней назад, изобиловала грязь.

Виллор натянул поводья, спрыгнул на землю и, привязав жеребца к деревянному столбу, начал спуск по склону. Уже через несколько шагов он обнаружил подобие деревянных ступеней. Они были скользкими, но спускаться по ним было все-таки удобней, чем по самому склону, рискуя съехать вниз по слякотной жиже. Бранясь себе под нос, старший инквизитор добрался до входа в грот, умудрившись в спешке не завалиться. Он остановился на мгновение, разглядывая почти идеально круглый вход в черный туннель. Жители Сэллверена укрепили земляной провал, мешая обрушению.

— Ну и намутили вы… учитель, — усмехнулся Эйдан и шагнул в провал. Свет, проникавший снаружи, тускло освещал земляной коридор, уводивший вглубь провала.

Инквизитор добрался до того места, где сумрак переходил в густую темноту, и остановился. Без фонарей и факелов здесь делать было нечего. На границе света и тьмы шейд заметил табличку, где посетителей предупреждали об опасности дальнейшего продвижения вперед. Должно быть, для верности и для защиты наиболее пытливых умов здесь стояла решетка, мешавшая проникнуть дальше.

— Значит, где-то здесь, — буркнул Виллор и обернулся, рассматривая проход. — Жаль, что так близко.

Взгляд инквизитора прошелся по балкам и подпоркам. Он подошел к ближайшей, достал шкатулку, открыл крышку и добыл стилет.

— Полежи-ка пока тут, дружок.

Древний артефакт скользнул в небольшое углубление. В густую тень на земляном полу легли заряженные пистолеты. Инквизиторский нож лег на выступ сразу за решеткой, куда Виллор смог дотянуться и нащупать место для временного хранения своего оружия. Эйдан решил не рисковать, понимая, что даже при наличии Горта, маг захочет подстраховаться и разоружить противника. В ножны отправился нож Энхиля, за пояс пистолет воина, прихваченный шейдом, шкатулка, имевшая плоскую форму, вернулась за пазуху, и старший инквизитор направился в обратный путь, чувствуя себя несколько уверенней.

Жеребец фыркнул, заметив поднимавшегося человека, словно говоря: «Опять ты!». Эйдан усмехнулся и потрепал скакуна по шее:

— Потерпи, дружок, дадут Высшие Силы, скоро отдохнем. Или же пусть весь мир катится к бесам.

Он отвязал коня, забрался в седло, и жеребец сорвался с места — инквизитор спешил к месту встречи. Правда, напрямую не поехал, заложил крюк, и к мосту выехал по большой дороге. Здесь он натянул поводья и прислушался. Человеческие голоса Виллор услышал сразу, затем раздался скрип колес экипажа, затем раздалось ржание лошади, и Эйдан направил коня к мосту неспешной рысью.

— А вы неторопливы, — желчно заметил Логхерт, оборачиваясь на звук лошадиного топота.

— Да и вы, кажется, не особо спешили, — сухо ответил Виллор.

Он спешился, подошел к карете и, не обращая ни на кого внимания, распахнул дверцу. Ливиана сидела внутри, на ее коленях ворочался Тейд. Женщина встретилась взглядом с инквизитором, и шейд отметил, что она бледна.

— Что случилось? — спросил Эйдан.

— Всё хорошо, — тускло ответила Ливиа.

— Я же вижу, что на вас лица нет, — в голосе инквизитора мелькнула нотка раздражения. — Что случилось, пока меня не было?

— Меня не тронули, Тейда тоже. Мы просто разговаривали, — сказала женщина и, отвернувшись, прижалась щекой к макушке сына.

— И что же вам такого сказали, что вы стали похожи на призрак?

— Шейд Виллор, вы злоупотребляете моим терпением, — встрял Логхерт, подъезжая ближе.

— Я хочу выяснить, что произошло за то время, пока меня не было, — холодно ответил Эйдан, не сводя взгляда с Ливианы.

— Мое дружелюбие на исходе, брат инквизитор, и я могу…

— Что?

Виллор развернулся и скрестил на груди. В глазах его плескалась откровенная насмешка, и скрывать ее инквизитор не собирался.

— Что ты сделаешь, Логхерт? — повторил вопрос Эйдан. — Прикажешь убить кого-то из заложников? Тогда попрощайся со своей мечтой, потому что стилет ты не получишь. Отнимешь его? Давай, — шейд раскинул руки, — отнимай… если найдешь.

Маг с минуту сверлил инквизитора взглядом исподлобья, наконец, не выдержал и зло воскликнул:

— Какого беса, Виллор? Ты должен был привезти его! Если я не получу артефакт сию же минуту…

— То что?

Логхерт вдруг криво ухмыльнулся и произнес:

— Фрис, забери ребенка у госпожи Ассель. Она нам понадобится ненадолго, буквально на один пальчик. Вы ведь будете любить свою женщину и без одного пальца, шейд Виллор? Впрочем, отсутствие целой кисти, думаю, не станет помехой для ваших чувств, не так ли? Даже если по локоть…

Виллор буравил мага злым взглядом, и тот махнул рукой, подзывая племянника. Тот спешился и приблизился к дяде, вопросительно глядя на него.

— Вытащи госпожу Ассель из кареты, нам предстоит небольшая операция.

— Только тронь, — с тихой угрозой произнес инквизитор, доставая пистолет.

Молодой маг снова перевел взгляд на дядю, Логхерт усмехнулся.

— Фирс.

Ливиана, всё это время слушавшая разговор мужчин, вскрикнула и расставила руки, не давая вытолкать себя из кареты. Заплакал Тейд, внося еще большую сумятицу в происходящее.

— Нет! — снова вскрикнула женщина и вылетела из кареты.

Виллор успел подхватить ее, и оттеснил себе за спину.

— Хватит! — гаркнул он, с ненавистью глядя на Логхерта. — Возвращайтесь в седла, Каменный грот ждет нас.

— Стилет, — холодно потребовал маг.

— Его при мне нет. Не верите, обыщите.

— Где он?

— Появится в нужный момент, — усмехнулся Виллор.

— Где он?!

— Вы чего-то опасаетесь? Быть может засады?

— Мне бояться нечего, у меня самый лучший в мире страж, — высокомерно ответил Логхерт. — И если вздумаете обмануть, убедитесь в его преданности мне на примере госпожи Ассель. Я выполню свою угрозу, и венатор будет откусывать от нее по куску и бросать их вам под ноги, брат инквизитор. Прошу запомнить мои слова, это было последнее предупреждение. А теперь выдвигаемся. — Он забрался в седло и снова посмотрел на Виллора. — Стало быть, Каменный грот? Любопытно… Да, мой дорогой враг, отдайте-ка ваше оружие. Оно вам всё равно не поможет, а глупостей наделаете, с вас станется.

— Беса лысого, — с вызовом ответил Эйдан.

Маг поджал губы, Виллор смотрел ему в глаза, и Логхерт первым не выдержал. Он отвернулся, удрученно вздохнул и позвал на древнем языке:

— Венатор, ко мне.

Воздух знакомо сгустился, стал плотней, потемнел, и людям предстал Горт. За всё время, что они провели в дороге, Эйдан толком не видел своего зверя, только сегодня утром в конюшне в полутьме, но из-за ошеломления толком не рассмотрел его, а теперь наконец рассмотрел.

— Что с его глазами? — глухо спросил он. — Красная окантовка. Ее не было.

— Отдайте оружие, брат инквизитор, — вместо ответа произнес маг. — Как видите, он выполняет мои приказы. Или ваша любовь не настолько сильна, раз вы готовы рискнуть здоровьем госпожи Ассель? — И Логхерт вновь перешел на древний язык: — Венатор…

Горт, присевший было, поднялся на лапы и сделал шаг к инквизитору и женщине, жавшейся к шейду.

— Будь ты проклят! — с яростью воскликнул Виллор и бросил на землю пистолет.

— И нож. Вы слишком хорошо им владеете, чтобы я позволил оставить его. Нож!

Эйдан ожег мага злым взглядом, вытащил чужой клинок из ножен и бросил к пистолету.

— Больше у меня ничего нет, — бросил он.

— Сиверин, обыщи.

Племянник Логхерта неуверенно переступил с ноги на ногу, но все-таки приблизился с явной опаской к инквизитору.

— Ты выглядишь жалко, — с презрением сказал старший маг и передернул плечами. — Ну?!

Молодой человек осторожно ощупал Виллора, тот с насмешкой наблюдал за опасливыми движениями рук мага.

— Дядя, у него что-то есть за пазухой.

— Достаньте, шейд Виллор, — потребовал Логхерт.

Эйдан вытащил плоскую шкатулку и сунул Сиверину, и тот отнес находку дяде. Логхерт рассмотрел несколько магически заряженных частиц и посмотрел на инквизитора.

— За каким бесом вам понадобилась эта дребедень?

— Память о казенных отступниках, — с усмешкой ответил Виллор. — Я, знаете ли, сентиментален.

— Странно, — протянул маг.

— Мы можем вернуться в седло? — уже бесстрастно спросил Эйдан. Пора было убираться от моста, скоро здесь мог появиться Энхиль с отрядом.

— Да, выдвигаемся, — отмахнулся Логхерт, продолжая в задумчивости рассматривать шкатулку. — Бессмыслица какая-то…