Глава 58

Ожидаемо, но я всё равно в ахуе.

Весь мой запал как рукой снимает. Думал, дождусь её и вытреплю всю душу. Но ситуация, похоже, складывается диаметрально противоположная.

Этот старый ушлепок умудрился и здесь мне нагадить. Откуда только в его возрасте столько энергии? Вины с себя снимать не хочу. Я должен был сразу рассказать о жене Ире, но честно признаюсь… Попросту струсил.

Сдрейфил.

Знал, что она даже слушать не станет. Оборвет всяческое общение и больше к себе не подпустит.

Теперь, конечно, от этих пустых оправданий не легче.

И всё-таки я бы успел развестись, если престарелый мудак Андрейка не надумал пользоваться своим служебным положением. Оставлять бизнес на Ара, когда вокруг творится пиздец, действо весьма сомнительное.

Аарон – мозг. Разработать что-то технически новое – всегда пожалуйста. Но по натуре он нихера не борец. Скинуть на него ворох проблем и свалить за бугор, значит поставить крест на семейном бизнесе.

Этого допустить я не мог. Остался, тем самым оттянув свой развод.

Блядь. Замкнутый, мать его, круг.

– Ир, я могу тебе всё объяснить.

Пожалуй, такой пошлой и до тошноты тупой херни я в жизни не произносил.

Объяснить…

Как это, сука, вообще объяснить можно?

Грустно вздохнув, Ира подтверждает, что думает точно так же. Качает головой.

Я буквально нутром чувствую всю ее боль и смятение, хотя внешне она остается невозмутима. Только в глазах появляется тень печали.

– Будешь оправдываться? – от её тихого, вкрадчивого голоса начинает сосать под ложечкой.

Меньшее, чего бы мне в этой жизни хотелось – причинять ей боль.

– Честно? Я бы с радостью, Ириш. Только как-то всё мелко. Не могу придумать, как это сделать.

Ира кивает, соглашаясь. Пытается обойти меня и куда-то уйти, но я перехватываю её руку. Пытаюсь удержать, но уже в следующую секунду изумленно отпускаю.

– Не смей ко мне прикасаться! – произносит так рьяно и пылко, что ослушаться нет вариантов. Обычно Ира не позволяет себе срываться. – Ты сделал мне больно! В голове вообще не укладывается…

Нарастающая в груди вибрация, заставляет сердце работать быстрее. Самое страшный исход, который я только могу себе вообразить, – наше с Ирой расставание. Мне до тошноты отвратительна мысль, что ее не будет в моей жизни.

Нет. На хер. Так не пойдет.

– Ира, подожди, – снова каюсь её, и несмотря на сопротивление удерживаю за плечи. Наклонившись, заглядываю в лицо. – Я виноват пиздец как. Прости… Реально не хотел тебя обижать. И боялся потерять… – с трудом подбираю слова. Меня б самого столько жалкие оправдания не убедили. – Знал, что ты не захочешь общаться, если узнаешь про жену…

Вижу, как она закусывает щеку изнутри. Дышит тяжело. Но не плачет, хотя глаза и блестят.

– Я ведь спрашивала у тебя…

Да, в самом начале. Между делом, и всё же.

– Пришлось обмануть.

– Как у тебя всё просто…

– Я хотел, чтобы ты была рядом.

Она всплескивает руками.

– Серьезно? О, тогда это всё меняет! Нивелирует то, что по твоей милости я стала любовницей. Влезла в чужую семью!

– Ты никуда не влезала.

– Да ладно? Если ты так считаешь, то для начала нужно было развестись, и только после этого слать мне букеты и странные послания. Тогда бы я могла не узнать, что ты был женат. А так…

Снова пытается вырваться, заставляя меня сжать ее плечи сильнее.

– Ты делаешь мне больно!

– Я знаю. Боюсь отпустить. Ты уйдешь, и слушать меня не станешь.

 В другой ситуации ее обиженное сопение меня бы развеселило. А сейчас мутить начинает. Я чувствую, как закапываю себя всё глубже.

– Ответь мне на два вопроса, – произносит она уже более бесцветно.

Я напрягаюсь. Мозг хаотично соображает, прикидывая каким может быть исход нашей беседы. Если захочет уйти – отпустить не смогу. Похер на последствия, привяжу к кровати и никуда не отпущу.

Сейчас по мне и не скажешь, что полчаса назад, обуреваемый ревностью, я был готов придушить и её, и себя за компанию.

– Спрашивай.

Смотрю ей в глаза, до чертей боясь увидеть в них хотя бы отблеск равнодушия. Его, к счастью, нет. Зато в разочаровании потонуть можно.

– Если бы я не узнала, ты бы так и продолжал морочить мне голову?

Если бы чертов дед язык не подложил.

– Я тебе не моро… – обрываюсь на полуслове, когда понимаю, что именно она имеет в виду.

Ира знает, что на днях я забрал у ювелира кольцо. И хотя из-за внезапно навалившихся проблем сделать официальное предложение не успел, выглядит мой поступок охренеть как мерзко.

– Ириш, я хотел сначала развестись, а потом познакомиться. Но нарисовался Морозов, и у меня сорвало крышу. Я мог не успеть, – говорю как есть. – Мне в тот момент на стены лезть хотелось, честное слово.

Вижу, что Ира не верит, и тем не менее она задает второй вопрос. На который, честно сказать, отвечать не хочется.

– Ты развестись хочешь из-за меня?

И вот как ей правду сказать?

Сейчас я, конечно, с Изой уже жить не стал бы. Но впервые идея расстаться посетила, когда увидел Иру в первый раз. Она показалась мне нереальной, источающей роскошь. Настолько красивой, что мысли о разводе мелькнули в сознании сами собой.

Уже тогда я был готов ради не только развестись, но и придушить кого-нибудь голыми руками, если бы попросила.

В семье, конечно, всё было неидеально. Иза регулярно трахала мой мозг, однако она делала это так часто – и с первого дня совместной жизни, что я начал свыкаться.

– Понятно, – Ире ответ не требуется.

– Любимая, подожди, – притягиваю к своей груди. Мне жизненно необходимо чувствовать её рядом. – Всё не так. Ты вообще ни в чем не виновата. Это я увидел тебя и поплыл. Потерял голову. Сошел с ума. Можешь назвать это, как хочешь.

Затаившись, она позволяет поцеловать себя в макушку.

– Можешь злиться на меня. Только не уходи. Прошу тебя… – снова целую. Вдыхаю знакомый, пробравшийся глубоко под кожу мятный запах волос. – Я обещаю всё исправить. Дай мне пару недель, пожалуйста, – сдохну, если откажет. – В начале следующей недели у меня запланировано несколько встреч с представителями различных ведомств, а потом я на несколько дней улечу в Париж и решу вопрос с разводом.

Об интересе Ставрова к своей персоне я Ире не рассказывал, а сейчас тем более не хочу углубляться.

Ира никак не реагирует на мою просьбу, и кажется даже не дышит.

– Ир… – провожу ладонью по хрупкой спине, – не закрывайся от меня.

После недолгой паузы она произносит:

– Мне нужно время. Я не уверена, что смогу принять это всё.

– Я тебя очень люблю. Только тебя.

– И я тебя тоже, – толкает меня в грудь. – И за это злюсь ещё сильнее! Злюсь за то, что не пришло безразличие и отвращение!