Глава 16.

Упади на нас люстра с волшебными лампадами, кружащими в пустоте вокруг ее каркаса, меня бы слабее придавило.

Вжимаю голову в плечи и ошеломленно гляжу на вошедшую.

Она с уверенностью королевы обводит взором мужчин и останавливается на мне. Чтобы расплыться в победной улыбке.

И я, наверное, понимаю, чем она обоснована, но мне нужно убедиться.

Перевожу обескураженный взгляд на своих сотрапезников. Однако удивления на их лицах не найти.

Так и есть, они её ждали. Или по меньшей мере предполагали, что Дурсинея может тут объявиться.

Джоварг мрачен, но потрясенным не выглядит.

А вот Дисгармонд, хм, он светится неподдельным предвкушением!

Поднимается и протягивает обе руки к лерде, застывшей у стола в соблазнительной позе.

- Дурсинея, милая! Как же я счастлив, что ты нашла для нас лазейку в своем переполненном расписании, - хватает он Тёмную прохиндейку за кисть двумя ладонями. – Ты чудо, что изволила составить нам компанию!

Ничего не понимаю.

Расширившимися до «не могу» глазами рассматриваю их пару.

Статного, лощеного драфа и обворожительную Темную госпожу.

Они бесподобны.

Подходят друг другу, будто идеальные персонажи, обитающие на старинных живых фресках. Даже шевелятся так же грациозно, как эти движущиеся на магических поверхностях картинки, изображающие героев легенд.

Но Дурсинея??

Она же пассия Джоварга.

Что происходит?

Независимо от себя принимаюсь выискивать в чертах Алого вервольфа признаки ревности. Но либо я недостаточно хорошо его изучила, либо их там действительно не наблюдается.

Потому как альфа хмурится больше в раздражении, чем в истинном негодовании и гневе.

«Джоварг предполагал такое развитие событий. Для него не секрет, что Дисгармонд и Дурсинея знакомы. И даже близки!» - стремительно накатывает на меня озарение.

А Темный лерд тем временем знакомит нас со своей спутницей.

- Как замечательно, когда у тебя есть кузина, - целует он тонкие пальчики Дурсинеи, зажатые в его холеных руках, - готовая прийти на выручку! Вы же знакомы с моей потрясающей родственницей по материнской линии? Лердой Дурси – покорительницей сердец!

Представляет Дисгармонд нам свою «избавительницу от одиночества», как он сам выразился впоследствии.

По его словам, он без всякой надежды обратился к кузине после того, как обнаружил, что дама, которую он пригласил сегодня с собой, не сможет явиться.

И Дурсинея была так добра, что не оставила кузена в беде!

Она пришла, пускай и с опозданием.

- Ох, простите, что заставила вас ждать, - изрекает Темная особа, беззастенчиво улыбаясь исключительно моему мужу. – Но вы же знаете, как порой много времени бывает нужно лердам, чтобы создать чарующий образ к вечеру? – спрашивает она именно у Джоварга.

Дает понять, что он прекрасно осведомлен, как долго она прихорашивается обычно.

Перед глазами сразу же вспыхивают бесстыдные картинки их уединения. После коих Дурсинее необходимо вернуть себе долженствующий вид.

Меня скручивает и пинает по грудине едкое чувство обманутости. Оно нашептывает, что меня намеренно привели сюда, чтоб всяк прохожий мог вдоволь посмеяться. Позлорадствовать на костях моего фальшивого брака.

Чертыхаюсь. Распрямляю спину и задираю подбородок. В кровь словно раскаленное железо впрыскивают.

Так что, улучив момент, я перебиваю Дурсинею, объявившую, что мужчины обязаны простить ей опоздание. По той простой причине, что все в курсе, как сложно ухаживать за столь невероятной красотой, как та, которой обладает она.

- Нет, не знаем, - произношу мягко, но достаточно громко для того, чтобы перевести всё внимание на себя. – Расскажете мне позже, почтенная магистр Дурсинея, как следует обретать изысканную красоту? И беречь ее от увядания, - знаю, что поступаю неэтично, делая акцент на возрасте лерды, но к таким шуткам им не привыкать, этим почти что бессмертным Тёмным. Зато то, что я скажу далее, непременно достигнет цели. - Природная прелесть не нуждается в таких усилиях, - выдерживаю паузу, чтобы всем здесь стало ясно, я говорю о себе. Мне ни к чему часами сидеть у зеркала. - А потому я теряюсь в догадках, какие же там утомительные обряды вы над собой проводите?!

Кажется, моя ветвистая ремарка оглушает Тёмную мадам.

Она жалко хлопает глазами. Так, словно забыла, что для ответа нужно шевелить губами, а не опахалами, что заменяют ей ресницы.

К слову, в свете ее последних признаний, начинаю сомневаться, что в природе существует настолько длинное обрамление для глаз!

«Что это? Лапки черных пауков? - вполне серьезно ломаю голову секунду-другую. – Ну а что? Не щетинки же из морды загранной скотины Дурсинея на веки налепила!»

Наверное, безмолвие, настигшее нашу четверку, можно было бы обозначить, как неловкое.

Но я чувствую себя вполне комфортно!

Даже лучше, чем до слетевшей с моих уст нетактичности.

Как ни в чем не бывало подношу ко рту закуску.

При этом продолжаю заинтересованно терзать Дурсинею глазами.

Затем так же, изображая алчное ожидание ответа, убираю вилку обратно в тарелку. И, насадив на нее несколько мелких кусочков дичи, возвращаю прибор к губам.

И всё это в той же манере, не отрывая пламенного взора от нашей притихшей гостьи из-за Грани.

Кстати, куропатка сегодня бесподобна. Просто тает во рту. Давно такой вкуснятины не ела!

Мои манёвры обрываются разом.

Взрывом заливистого хохота Дисгармонда.

Загранная покорительница сердец неуклюже дергается и оторопело впивается в кузена глазами.

- Прости, Дурси, - вдоволь насмеявшись, покрывает он ее судорожно подрагивающую руку своей, - знаю было некрасиво с моей стороны поддаться веселью в такую тяжкую для тебя минуту, - кусается его ремарка исподней иронией. - Но за последние четыре сотни лет это была лучшая шутка, что упала на задний двор твоей резиденции!

Меня нельзя назвать самым просвещенным знатоком Тёмного оружия, но взглядом Дурсинеи отныне убивать можно.

Правда, меня им нисколько не задело. Пускай лерда и резанула им по мне после того, как стрельнула глазами в упор в своего незадачливого родственника.

Наверное, Дисгармонд принял весь удар на себя. Избавив меня от огня, пропитанного аристократической местью высшей лерды.

Хотя драф тоже не выглядел потрепанным от ее пламенных взоров. Вероятнее всего, у Дисгармонда за много веков общения с кузиной, выработался иммунитет. Та самая защита тела, о которой так часто говорил мой батюшка, страдавший слабостью здоровья.

То, как моя реприза отразилась на Джоварге, проверять не стала.

Буду честна, меня немного пугал гневливый вихрь, что мог сейчас отражаться во властном взоре альфы.

Так что мне вполне хватало уничижительной стрельбы из дурсинеевских очей.

Но, немного совладав со своими эмоции, я отметила, что Джоварг не осадил меня сразу!

Таким образом, он выразил негласный нейтралитет.

И теперь я еще ярче ощутила победу над своей соперницей.

Пускай я и не собиралась воевать с Дурсинеей за предателя-мужа. Но ткнуть ее носиком в срам всё же считала делом чести для себя.

И сейчас получалось, что я праздную триумф по всем статьям!

Мой муж по отношению к нашей с Дурси пикировке хранит равнодушие.

И это мне вдруг стало ясно без всяких переглядываний с Алым вервольфом.

Он же и извиняться не стал перед гостями за эпатажную речь своей супруги!

Итак, пока рассорившиеся Дурси и ее кузен обменивались колкостями, я думала.

Чем же можно оправдать безучастность Джоварга в такой щепетильный момент?

О, нашла! Например, ответным выпадом в адрес Дисгармонда.

Темный драф задел моё достоинство в начале вечера. То бишь нанес оскорбление альфе, пускай и сделал это филигранно. Через его супругу.

А Джоварг отстрелялся тем, что не пресек мои остроты в сторону спутницы Дисгармонда.

Что для меня осталось под завесой тайны, так это почему альфа позволил мне ущемить свою пассию?

Но и на этот вопрос я вскоре отыскала достойный ответ.

Судя по всему, Дурсинея тоже была в списке наказанных сегодня.

Очевидно же, что она составила пару Дисгармонду, не предупредив об этом Джоварга.

Вот и поплатилась.

Алый вервольф просто разграничил на время этой трапезы наши с лердой статусы.

Я здесь нахожусь в значении его жены.

А Дурсинея… сама совершила оплошность, обозначив себя сегодня женщиной, сопровождающей драфа.

А то, что она временами предается прелюбодеянию с самим альфой, для него этим вечером, вероятно, особой роли не играет.

Фух, я даже успокоилась, обнаружив, что поведение Джоварга не лишено логики.

А то он уж совсем пугать меня начал своим непостоянством.

М-да, во всех аспектах жизни…

И, выдохнув, я улыбнулась собственным мыслям.

Но улыбка эта оставалась при мне лишь до тех пор, пока наши с альфой взгляды не скрестились…