Глава 11

В зал шагнул зрелый мужчина, наверное, старше пятидесяти. Среднего роста с густой, уже наполовину поседевшей бородой в форме лопаты. С залысинами на голове и крючковатым носом. Одет в обычные штаны и рубашку, подпоясанную широким ремнем. Поверх темный сюртук, который хоть и был чистым, но с небольшими потертостями на рукавах.

И судя по тонкому черному ободку, который окружал его светло-карие глаза, он тоже явился по мою душу.

— Здравствуйте, госпожа княгиня, — поклонился он в пояс Никандре, потом повернулся ко мне. — Здравствуйте, госпожа ведьма.

— Что привело тебя в замок? — спросила свекровь.

— Так я это… — он почесал затылок, собираясь с мыслями, — к госпоже ведьме пришел. Я же тоже темный. Сила какая-никакая есть, хотел в лечебнице помочь. Сейчас по всему Запределью каждый темный маг на счету. А они говорят, что дар слабый, толку от него малость и только мешаться буду… Я уж в деревню назад собирался, а только слух пошел, что вы, госпожа ведьма, дар раскрывать умеете. И уже двоим помогли.

«Вот же… болтуны! Как знала, что не промолчат! И помогай после этого людям!» — с досадой подумала я, а вслух произнесла:

— Если есть что раскрывать.

— Так гляньте, вот он я, — развел он в руки в стороны, давая понять, что готов хоть сейчас все сделать.

— Как тебя зовут-то хоть? — осведомилась я, не торопясь принимать решение.

Внезапно мне стало интересно, что со мной сделает Рейган, когда узнает, что я у него под носом, в его собственном замке, собираю небольшую армию темных магов.

Конечно, на самом деле никакую армию я собирать не стала бы. Но ведь каждое действие можно интерпретировать по-разному. А за моей спиной как раз стояла такая… любительница выставлять все против меня.

— Ох, простите, что-то я совсем растерялся. Освальд мое имя. Я из Заречного, что на границе с третьим княжеством. Так поможете, госпожа ведьма?

Я снова подозрительно на него взглянула.

— А ты один сюда пришел?

Мгновенно смутившись, Освальд отвел глаза.

— Ясно, — протянула я. — И сколько вас таких… на открытие дара осталось за дверями?

— Так это, — Освальд почесал затылок, — дюжина наберется.

«Дюжина… прекрасно».

— Мне надо подумать, — после небольшой паузы ответила я.

— Отказываете? — не поверил мужчина.

— Хочу подумать, — повторила я.

— А чего думать-то? Мы все хотим помочь, вот и пришли.

— Похвально, что пришли. Подождите пока в коридоре, а мне… мне надо все обсудить.

— Хорошо, — нехотя согласился он. — Думайте. А мы тут побудем.

Только двери за Освальдом закрылись, как за моей спиной раздался возмущенный вопль:

— Этого нельзя допускать!

Люцилла. Я нисколько не удивилась ее выпаду, но думала, что девушке хватит ума не выражать свое мнение так громко и так яростно.

Ее голос в тишине прозвучал особенно громко и пронзительно. Но я никак на него не отреагировала, лишь повернулась к одной из двойняшек.

— Принеси мне еще воды, — попросила ее.

— Лучше восстановительного отвара, — неожиданно вмешалась свекровь, поправляя браслет на руке. — Княгине понадобятся силы.

«Она меня поддерживает или намекает на то, что впереди меня ждет темница и крайне скудное питание?».

Я даже вознамерилась уточнить, когда вновь вмешалась Люцилла:

— Княгиня, мы не должны этого допустить!

«Надо же… мы… быстро она поставила себя на один уровень с вдовствующей княгиней».

Девушка так осмелела, что даже подошла ближе и встала перед Никандрой — бледная, взволнованная, с горящими от гнева зелеными глазами. И красивая. Я даже засмотрелась.

— Неужели вы не понимаете, чем это грозит Запределью? Темные маги только того и добиваются! Они создали червоточины, чтобы уничтожить всех нас. Десятилетиями травили и уничтожали, а сейчас хотят захватить власть. Особенно теперь, когда на княжеском троне ведьма! — Люцилла даже ткнула в мою сторону пальцем.

Я бы многое могла ей сказать и даже проклясть легким несварением, но вместо этого взяла стакан с водой, который мне подала помощница, и сделала глоток. В некоторых случаях лучше молчать и наблюдать. И сейчас настал как раз тот самый случай.

Мне было интересно, как на ее выпад отреагируют остальные. А то, может, стоило паковать чемоданы и уходить в ковен, спасая свою жизнь? Второй Дианой я становиться не планировала. Им пришлось бы очень сильно постараться, чтобы казнить меня. Уж я-то точно терпеть не стала бы и утащила с собой десяток светлых и нейтральных чародеев.

— Люцилла, вернись на место, — устало, но твердо велела Никандра, отмахнувшись от нее как от назойливой мухи.

— Княгиня! — потрясенно ахнула девушка, вытаращив глаза. — Неужели вы позволите этой… этой…

— Я тоже думаю, что надо попробовать, — вставил советник Алайс. — В лечебницах по всему Запределью не хватает темных магов. Чем их больше, тем выше шансы спасти как можно больше раненых. Такой шанс нельзя упускать.

— Вы… вы не имеете права… не имеете права принимать такое решение… без… без князя! — зашептала Люцилла, отступая. — Он должен знать!

Создавалось впечатление, будто она собралась прямо сейчас броситься прочь из зала и доложить обо всем Рейгану.

— Это не тебе решать, Люцилла, — ледяным тоном проговорила свекровь, которая… действительно встала на мою сторону!

— Но мой отец…

— Твой отец всего лишь советник князя, — напомнила Никандра. — Не забывай об этом.

А вот это уже попахивало угрозой. Я с любопытством следила за развитием событий и пила воду. В конце концов, как же приятно, когда отчитывают кого-то другого, а не тебя.

— Это… это заговор! — прохрипела девушка. — Эта ведьма околдовала вас! Лишила рассудка!

— Похоже, тебе стоит отдохнуть, Люцилла, — заметила свекровь отвратительно милым тоном. — Последние события слишком потрясли тебя.

— Но я…

— Думаю, воздух вашего поместья в Тодвиле будет просто идеальным для восстановления твоего душевного равновесия.

Я чуть стакан не уронила. Это что получалось? Люциллу выставили из замка?

Судя по вытянутому лицу девушки, для нее это тоже стало неожиданностью.

— Вы… вы отправляете меня в Тодвил? — срывающимся голосом прошептала она.

— Для твоего же блага, дорогая. Можешь отправляться в свои покои собирать сундуки.

— Но как же…

Но Никандра не позволила ей закончить.

— Не переживай, мы назначим княгине другую девушку в помощницы. Любезный, — она повернулась к одному из стражей, — проводи Люциллу в ее покои и проследи, чтобы она ничего не забыла.

Если у бывшей невесты Рейгана и имелись возражения, то она оставила их при себе.

— Франческа, — Никандра повернулась ко мне, — я считаю, тебе стоит помочь этим магам с обретением дара.

Разумеется, я не стала возражать.

После приглашения стражников в зал вошли тринадцать магов. На одного больше, чем обещал Освальд. Семь мужчин и шесть женщин. Все разного возраста. Младшему мальчишке едва исполнилось пятнадцать, Освальд же был старше всех. Каждый обладал низким уровнем дара, а мне предстояло выяснить, можно ли повысить его или это бесполезно.

Спустившись с постамента, я приблизилась к каждому и попробовала оценить перспективы. К сожалению, восемь магов оказались бесполезными. Если дар у них и имелся, то затих уже давно, и пробудить его вновь не получалось. В их число попал и Освальд. Зато в его внуке, тот самом пятнадцатилетнем мальчишке, сила отозвалась.

— Ну хоть так, — вздохнул пожилой мужчина, проведя по гладкой бороде. — Хоть Барри послужит общему делу.

Вот с этой пятеркой мне и предстояло работать. Процедура не занимала много времени, но сил забирала прорву.

С первым — русоволосым парнем с мелкими веснушками, — я справилась легко. После пробуждения дара в высокой темноволосой девушке с чуть раскосыми глазами я слегка покачнулась, но устояла.

А вот третья — женщина довольно плотного телосложения с рыжими волосами, — далась мне с огромным трудом. Сила, а ее было очень много, не желала пробуждаться и даже слегка била в ответ электрическими разрядами. Стиснув зубы, я едва заметно выругалась и усилила напор. В глазах слегка потемнело, а от натуги я так закусила губу, что повредила кожу, и во рту появился неприятный металлический привкус, от которого тут же замутило.

В какой-то момент я осознала, что поторопилась, взявшись за нее без подготовки. Следовало переждать, выпить восстанавливающего отвара и хоть немного отдохнуть.

Пальцы дрожали, в груди горело огнем от боли, а я почти ничего не видела перед собой из-за тумана, который застилал глаза.

«Не справилась… не смогла… и как… как теперь быть? Я же могу вообще сжечь ее дар…» — в панике подумала я.

А в следующее мгновение на мои руки легли чьи-то теплые ладони. Тело пронзило от ощущения чужой силы, которая билась, заставляя волоски на теле вставать дыбом. Вздрогнув, я попробовала отстраниться, но куда там. Кто-то очень большой и сильный встал за спиной и прижался так тесно, что отодвигаться оказалось попросту некуда.

Его магия чувствовалась такой мощной, такой яркой… и она билась, пытаясь проникнуть в меня, чтобы восстановить силы, которых почти не осталось.

«Опасно… страшно… жутко… Нельзя просто так впускать кого-то. Нельзя доверять чужаку. И вмешиваться в чужую магию тоже нельзя. Это может уничтожить нас обоих».

— Доверься… доверься мне, Фрэн, — прошептал знакомый голос мне на ухо, послав по телу новую волну болезненной дрожи.

Распахнув глаза, я устремила невидящий взор в пространство. Меня затрясло. От того, что собственные силы заканчивались, и женщина, что стояла передо мной на коленях, уже громко стонала от боли, и от чуждого дара, который горел на коже… а еще от близости мужа, который сейчас старался меня спасти, рискуя собой.

— Прими мой дар, Фрэн, — упрямо повторил он.

И я сдалась. Хуже ведь не будет?

В меня хлынули силы, заставив буквально захлебнуться ими. Конечно, не в прямом смысле слова, но ощущалось примерно так же. Поток чужой магии — такой яркой, сверкающей и болезненно чужой, — оказался настолько мощным, что я начала всерьез опасаться. Поэтому вместо того, чтобы радоваться вновь наполненному резерву и тому, что магия Рейгана синхронна моей, я переживала, как бы меня не разорвало от такого счастья.

— Спокойнее! Дыши, Фрэн! Дыши! — раздался совсем рядом голос мужа.

Звучало как приказ, а я ненавидела приказы. Даже если они отдавались по делу и были направлены на то, чтобы спасти вредную меня.

Я забарахталась в его руках, пробуя вырваться. Захрипела, не думая уже о том, что происходит вокруг. Боги, на мгновение я даже забыла, для чего вообще все это затеяла.

Хорошо, что прежде, чем потерять контроль, я успела завершить начатое. Где-то там… на краешке сознания раздался стон женщины, которая боролась с пробудившейся магией. Но это последнее, что сейчас меня волновало.

Я задыхалась от чужой магии, которая ощущалась такой вкусной и такой бесконечно родной. Отторжения не произошло. Сила Рейгана была схожей с моей. Что ж, этого следовало ожидать, если учесть, что нас соединила сама Судьба.

Перестав бороться, я застонала и проглотила… нет, буквально заглотила все, что он так щедро давал, ничего не прося взамен. Тьма внутри меня оскалилась, обнажив свое жуткое лицо, облизнулась и потянулась за добавкой. Не для увеличения резерва и восстановления сил. Нечего было восстанавливать, я сейчас могла хоть сотню темных магов пробудить! Я просто хотела… Рейгана. Не в сексуальном смысле, — хотя ведьма внутри меня думала иначе и вполне могла бы наплевать на все принципы и мое желание сберечь девственную кровь как можно дольше, — мне просто хотелось его съесть.

И вместо того, чтобы сопротивляться и закрыться от ведьмы, мой муж продолжал стоять столбом, позволяя пить себя.

«Дурак! Ну кто так открывается перед темной ведьмой? Нельзя так!».

Умом я понимала, что надо остановиться, хотела это сделать прямо сейчас. Но тьма внутри нарастала, ревела, стонала, заглушая доводы рассудка, требовала взять все, что щедро дают. Когда еще так повезет? Даже Алекс… мой Алекс никогда не открывался до конца. Как и я всегда оставалась закрыта для него. Потому что так правильно, потому что так надо. А этот…

Мне хотелось рычать от злости и бессилия… и мурчать от счастья, впитывая все больше его силы. Ведь ее так много! Рейган Каллигар действительно был сильным магом. Очень сильным. Я бы могла сделать его своим рабом, вечной подпиткой. Он же открыт… бери — не хочу.

— Фрэн…

Сфокусировав взгляд, я поняла, что мы стоим друг напротив друга. Его лицо оказалось очень близко, и я могла видеть свое отражение в потемневших глазах. И смотрел он прямо и открыто, заставляя мое сердце сжиматься.

«Надо что-то делать… надо как-то остановить это! Меня остановить! Я же как первокурсница после первой выпитой бутылки крепкого эля, совсем не контролирую себя. И он не помогает! Почему? Хочет проверить? Рискуя собой? А еще князь…».

— Дурак, — прохрипела я из последних сил.

Решение пришло спонтанно. Мне требовались эмоции. Яркие и сильные. Настоящий взрыв. Только это позволило бы взять под контроль темную магию и прийти в себя. Ударить себя я не могла, просить стражу… а вдруг перестараются. Поэтому я не придумала ничего другого. Подавшись вперед, обхватила лицо Рейгана руками и впилась в губы в жестком болезненном поцелуе.

Ничего. С таким же успехом я могла бы целовать статую.

«Ну же! Ты же можешь… мне нужны эмоции, мне нужны чувства. И я точно знаю, что ты способен мне их дать!».

Приоткрыв рот, я провела языком по его мягким губам и снова поцеловала. И тут же почувствовала судорогу, которая прошла по сильному мужскому телу. В следующее мгновение статуя ожила, и передо мной предстал мужчина. Сильный, властный, горячий. Тот, который быстро взял все в свои руки. Обнял так сильно, что я едва не задохнулась. Охнув, закрыла глаза и постаралась думать о том, что все это делаю во благо мира и для спасения наших жизней.

Правда, думать получилось не очень долго, потому что… потому что Рейган меня поцеловал. И не губами прижался, а поцеловал так, как надо. С чувством и потрясающим мастерством. Окружающий мир моментально потерялся во взрыве ярких чувств и эмоций. Даже сама тьма отступила, не в силах контролировать то, что уже невозможно сдержать.

Все получилось именно так, как я хотела. С ярким фейерверком перед глазами, бабочками в животе и жаждой в крови. И этот голод был столь же сильным, как и тот, что терзал меня всего несколько секунд назад.

Давно следовало бы отстраниться. Тьма отступила, а с ней и опасность. Сила Рейгана осталась при нем, а я полностью восстановила свой резерв. Вот только… никто из нас не торопился останавливаться.

Поцелуй давно перестал быть жестким и болезненным. Муж целовал меня так нежно и волнующе, что внутри все плавилось и ноги подгибались. Мягкие губы ласкали мои, язык проникал в рот, исследуя его и дразня, даря такие ощущения, которые я еще никогда не испытывала. Да простит меня Алекс. С ним было хорошо, классно, невероятно и очень приятно. Мне нравились его поцелуи и прикосновения. Я таяла от них, но никогда не теряла рассудок и всегда знала, когда надо прекратить, чтобы не переступить черту.

Но с Рейганом… я теряла себя, сгорала и возрождалась из пепла, забыв обо всем на свете. Никаких полумер и сомнений. Примерно то же самое, что сравнивать легкий шторм и безумный ураган. С ним мои чувства и эмоции оказывались в сотни раз ярче и каждое прикосновение воспринималось болезненно остро. С ним я теряла себя и находила снова, открывая новые грани и особенные ощущения.

Мы отстранились синхронно. Широко распахнув глаза, не мигая, уставились друг на друга. А вокруг нас медленно затухало огненно-черное пламя.

«Надо же… выходит, все это время мы действительно горели».

— Дурак, — снова прохрипела я, отступая на полшага, хотя внутри меня все дрожало и вопило, требуя вернуться, коснуться… вновь ощутить вкус его губ.

— Возможно, — согласился Рейган, не сводя с меня потемневшего взгляда.

— Нельзя так открываться! Тем более ведьме! Я же… же могла выпить тебя до дна.

— Не смогла бы.

— Сомневаешься? — прищурилась я, стараясь за раздражением скрыть истинные эмоции.

— Нет. Просто верю в тебя.

Вроде бы произнес такие простые слова и совершенно спокойным голосом, а внутри все как будто перевернулось.

— Ты меня не знаешь, — беспомощно прошептала я.

— Ты моя жена, Фрэн, — отозвался Рейган. — Я тебя знаю.

Пламя вокруг нас почти погасло. Но в зале все равно царила тишина. Никто не двигался и не спешил нам на помощь. Даже та ведьма молчала. Или я оглохла от грохота пульса в своей голове?

— Навязанная богами.

В ответ Рейган лишь едва заметно улыбнулся. Словно понимал… понимал, что все это я не ему говорю сейчас, а себе напоминаю, что мы совсем чужие. Что у него есть Алфея — моя сестра. А у меня есть Алекс. Мой Алекс! И все, что произошло сейчас — это просто… просто виновата темная магия. Она развратила меня, очернила мои мысли и чувства, свела с ума… все неправда! Наши чувства неправда и желания тоже ложь… и то, что внутри меня сейчас все медленно умирало, тоже вранье.

— Ты опять рисковала собой, Фрэн.

Кажется, пришла пора признать свои ошибки.

— Не рассчитала силы.

— Так торопилась создать армию темных? — усмехнулся он.

В его голосе и взгляде я не заметила злости, подозрительности или гнева, скорее сквозила легкая усталость.

— Люцилла успела пожаловаться? — фыркнула я и отступила еще на шаг. — В свое оправдание могу сказать, что я сопротивлялась до последнего, но твоя мать и советник настояли в проведении ритуала.

Кстати, стоило бы посмотреть на них, но я не могла отвести взгляд от лица Рейгана, от его глаз, к которым постепенно возвращался знакомый фиолетовый оттенок.

— Похоже, мне следует все время находиться рядом, чтобы ты не успела натворить что-нибудь еще, — мягко проговорил Рейган.

И мое сердце в который раз за короткое время сделало кульбит.

— Не доверяешь мне?

— Просто хочу быть рядом.

Ну как у него так получалось? Никаких клятв, обещаний, обычные фразы, простые слова, а я… я верила.

— Осторожнее, князь, — отступая еще на шажок, улыбнулась я, — еще немного и все решат, будто я тебя приворожила и околдовала.

— Ничего, не переживай. Я найду, что ответить каждому, кто посмеет усомниться в правдивости и искренности моего… отношения к тебе, Франческа Каллигар.

И я… я просто не знала, что ответить на это.

Сглотнув, поспешно отвела глаза и только сейчас поняла, что в огромном зале мы остались совсем одни.

Крутнувшись на месте, я быстро осмотрела абсолютно пустой зал. Не было ни Никандры, ни советника, ни помощниц и темных магов, которые ждали моей помощи. Стража и та куда-то подевалась.

— А где все? — спросила я, повернувшись к мужу.

— Я приказал всем уйти. Не злись, ты находилась в таком состоянии, что возникла опасность магического всплеска, — пояснил он. — Твою подопечную тоже увели. Не знаю, заметила ли ты, но мы начали гореть.

Такое не заметить было сложно.

— Ругать будешь? — вместо этого недовольно поинтересовалась я и скрестила руки на груди.

— Думаешь, это поможет? — улыбнулся Рейган, слегка склонив голову.

И я снова поймала себя на мысли, что любуюсь им. Изучаю каждую черточку, словно мечтая запомнить, пытаюсь поймать лукавые искорки в глубине фиалковых глаз.

— Ты мог бы попробовать.

— Уверен, что бесполезно.

Я прошла мимо него, направляясь к постаменту.

— Если ты не против, то я хотела бы продолжить. У меня там еще трое магов с запечатанным даром.

Клянусь, я ждала возражений. Более того, я жаждала их услышать. Он отказался бы, мы поругались бы, и мне стало бы легче. Легче злиться на него, чем мечтать о том, что никогда не сбудется. И хорошо, что не сбудется, потому что мы… слишком разные.

— Уверена, что справишься? — вместо этого спросил Рейган.

— Более чем. Силы сейчас во мне максимально много, так что все будет хорошо.

Усевшись на свое место, я поправила юбку и только после подняла на мужа глаза. А он, не таясь, внимательно и откровенно смотрел на меня. И от этого чисто мужского взгляда я невольно вспыхнула, чувствуя, как загораются щеки.

— Что? — недовольно выпалила, радуясь тому, что он не слышит, как быстро бьется мое сердце.

— Тебе идет, — ответил Рейган.

— Что именно?

— Все, — улыбнулся он. — Это платье, венец… место княгини и моей жены.

— Спасибо. Уверена, что Алфея будет смотреться еще лучше, — нервно проговорила я.

Имя старшей сестры прозвучало как-то особенно хлестко, возвращая нас в прошлое, где остались те, кого мы так любили.

— Возможно, — уклончиво отозвался Рейган и тоже начал подниматься на постамент. — Не возражаешь, если я останусь здесь?

— Разве я могу отказать князю, — пробормотала я. — А остальные? Твоя мать и Алайс? Мои помощницы? Их надо позвать?

— Думаю, мы отлично справимся без них. Только ты и я.

«Боги, почему в каждой его фразе мне видится какой-то скрытый смысл?».

Я сжала подлокотники и упрямо уставилась перед собой, стараясь не думать о мужчине, который расположился на соседнем стуле. Клянусь, я чувствовала исходящее от него тепло. И медленно загоралась в ответ. Да, стакан воды мне сейчас бы не помешал. А то и два.

Дверь открылась, и в зал шагнул один из стражников.

— Пригласи оставшихся темных магов, — приказал Рейган.

Тот бросил в мою сторону быстрый взгляд и кивнул.

Буквально минуту спустя в зал осторожно вошли оставшиеся два мага. На меня они смотрели настороженно и даже немного испуганно. Удивительно, как они не сбежали, рассудив не связываться со странной ведьмой.

— Не передумали? — на всякий случай уточнила у каждого.

Они замялись и синхронно покачали головами. А мальчишка, внук Освальда, даже осмелился выдать решительное «нет».

Силы, которой со мной поделился муж, оказалось очень много, поэтому процесс пробуждения занял не так много времени и забрал минимальное количество магии. Оба парня были молоды — одному пятнадцать, второму чуть больше девятнадцати, — и не успели сильно закрыть свой дар, так что все прошло быстро и с минимальным воздействием на каждого. Они даже не стонали. Так, вздрогнули пару раз, задержали дыхание и почти сразу успокоились.

А Рейган находился рядом.

Стоило мне только спуститься вниз, как он двинулся следом. В мою работу не вмешивался и вообще старался держаться на расстоянии, убрав руки за спину. Но все равно был рядом, готовый в любой момент прийти на помощь.

И я это оценила.

— Надеюсь, на этом все? — стерев крохотные капельки пота со лба, поинтересовалась я у стражника.

— Не совсем, — ответил он. — Только что вернулась та девчонка и подругу с собой привела.

Я уже хотела спросить, что за девчонка, а потом вспомнила. Та девчонка-подросток, юная ведьма с тонкими косичками, что пыталась бросить мне вызов. Финна и ее подруга, которая так и не стала родственницей. Как же ее звали? Анара? Инара? Нет… Илана.

— Ты еще кого-то ждешь? — удивился Рейган, продолжая стоять за моей спиной.

— Можно и так сказать, — вздохнула я. — Слушай, если ты занят…

— Не занят, — тут же перебил он и велел стражу: — Пусть войдут.

Финна шагнула первой, бросила на князя настороженный взгляд, немного замялась на пороге, а потом решительно обернулась, схватила за руку подругу и буквально силком затащила ее в зал.

— А вот и мы! — торжественно провозгласила девочка, отчаянно стараясь выглядеть смелой и храброй, но я кожей ощущала страх, который окружал ее невидимым облачком.

— Вижу, — хмыкнула я и более внимательно взглянула на вторую девушку.

Она была среднего роста… наверное. Сложно понять, потому что Илана сгорбилась и вся сжалась, словно бы желала уменьшиться в размере. Капюшон на голове скрывал ее лицо. Мне удалось рассмотреть лишь светлую прядь. Девушка была закутана в светло-серый балахон и держалась за толстую палку, на которую опиралась, когда, прихрамывая, шла вперед. Я отчетливо видела перчатку, которая выглядывала из широкого рукава ее одеяния.

— Пойдем же, — поторопила Финна подругу и снова потянула за руку.

Эта рука оказалась без перчатки. Тонкая, девичья, с красивыми длинными пальцами.

Интересно… и то, что от Иланы отчетливо пахло смертью, болью и… приторно-сладким ароматом гниения, тоже было весьма интересным.

— Простите, госпожа ведьма, она волнуется, — произнесла девочка.

— Сними все с себя, — приказала я, продолжая внимательно рассматривать закутанную в серую ткань фигуру.

— Я… я не могу, — прошелестела она.

— Почему?

— Червоточина оставила на мне свой след.

— Думаешь, меня это испугает?

— Давай, Илана, — вновь вмешалась Финна. — Госпожа ведьма тебе поможет.

— Мне никто не поможет. Столько времени прошло, теперь все бесполезно, — вздохнула девушка, застыв в нескольких метрах от меня.

— Знаешь, тем магам в лечебнице тоже говорили, что все бесполезно, но это не так, — проговорила я. — У них появился шанс, и они его использовали. А чего хочешь ты? Сдаться и уйти или попробовать все изменить?

Илана застыла на мгновение, а потом тихо произнесла:

— Пусть она уйдет.

— Почему? — возмутилась Финна. — Я и так все видела! И могу помочь! Я же ведьма!

— Выйди, — резко велела я, даже не взглянув на нее.

— Проводите юную ведьму, накормите и напоите, — приказал Рейган. — И проследите, чтобы нам никто не мешал.

Стражник тут же подошел ближе и увел Финну, которая не стала сопротивляться, лишь все время оборачивалась, бросая на подругу встревоженные взгляды.

— Мы здесь одни. Ты, я и князь. Он точно не уйдет, как ни проси, — сказала я.

Илана кивнула, помедлила немного, осторожно выпрямилась и стянула с лица капюшон.

Мне пришлось очень постараться, чтобы удержаться. Она бы не простила брезгливости, отторжения и ужаса. Я бы потеряла ее доверие и тогда бы точно ничего не получилось.

Левая сторона выглядела привлекательно: бледная кожа, легкий румянец на щеке, красивые глаза василькового цвета в обрамлении длинных пушистых ресниц, алые чуть припухлые губы, светлые, слегка вьющиеся волосы.

А правая… правую сторону изувечила темная магия. Кожа была серая, дряблая, морщинистая, как у столетней старухи, уголок губы сполз вниз, как и веко, делая ее еще более жуткой и безобразной. Глаз утратил свою синеву, став практически белым.

Проклятие уходило ниже по шее. Судя по всему, оно захватило всю правую сторону девушки, изувечило ногу. Иначе бы палка ей не понадобилась.

Я изучала Илану, а она изучала меня.

— Целители говорили, что это чудо, — сообщила она. При этом шевелилась лишь левая сторона, правая так и осталась неподвижной. — Что после такого не выживают. А я выжила… лучше бы умерла, чем… чем вот это все.

— Не нам решать, кому жить, а кому умереть. Нити судьбы в руках богини, — привычно отозвалась я и спросила: — Болит?

— Каждый день. Нет конца и края этим мучениям.

Кивнув, я сделала шаг вперед.

Илана порывалась отпрянуть, но устояла на месте, опираясь на палку, с тревогой и надеждой глядя на меня.

А я теперь поняла, что имела в виду Финна, когда говорила, что после обретения темного дара начала видеть больше, чем остальные. Я тоже видела.

Тьма… скользкая, мерзкая, липкая и жуткая в своей черноте. Она никуда не делась, продолжая день и ночь отравлять эту несчастную, пожирать ее изнутри.

— Знаете, — прошептала Илана. — Я думала, что схожу с ума, но эта… эта шутка меняется. Сначала ее было меньше, а сейчас… она словно растет.

Мне не хотелось ее пугать, но так и было.

Целители не спасли ее тогда, а лишь отсрочили неизбежное и отпустили доживать.

— Что ты видишь, Фрэн? — тихо спросил Рейган, встав рядом.

— Тьму, — выдохнула я. — Я вижу тьму.