Глава 12

Илану и Финну разместили в одной из свободных комнат замка, которые располагались в западном крыле. Девушки пытались отказаться, особенно Илана, но Рейгану удалось их переубедить. А я пообещала… пообещала помочь. Я еще сама не понимала как, но осознавала, что не отступлюсь. И мой муж тоже это понимал.

— Отговаривать тебя бесполезно, не так ли? — поинтересовался он, когда мы снова остались одни в огромном зале.

— Ты можешь попробовать, — рассеянно отозвалась я.

Все мои мысли занимали сейчас девушки. Точнее, одна из них. Меня до глубины души поразила ее удивительная стойкость и сила духа. Я бы и врагу не пожелала те муки, которые она уже испытала и продолжала ежедневно испытывать до сих пор.

— Я хочу принять участие.

Я перевела взгляд на Рейгана.

— В чем конкретно?

— Во всем. Ты ведь собираешься придумать нечто новое, неизведанное и неизученное, не так ли? Так вот я хочу быть рядом, чтобы помочь тебе.

— Мы с тобой не целители, — напомнила я.

— Целителей завтра пригласят в замок, — пообещал Рейган. — Ты же понимаешь, что сначала надо подготовиться, а потом уже действовать.

— Понимаю, — не очень уверенно произнесла я.

Рейган тут же оказался рядом и схватил меня за плечи. Удивленно вскинув голову, я встретилась с ним глазами.

— Не смей ничего делать сама, — буквально прорычал он. — Обещаешь, Фрэн?

— Ладно, — согласилась я, — если ты настаиваешь.

— Настаиваю.

На том и порешили.

Остаток дня прошел довольно спокойно. Если советник Амараллис и возражал против отъезда дочери из замка, то мне об этом не сообщалось. Беатрис во время обеда порывалась оспорить высылку подруги, но была довольно быстро и резко остановлена матерью.

— Это я приняла решение, — ледяным тоном проговорила Никандра и наградила дочь тяжелым взглядом. — Франческа тут совершенно ни при чем.

— Но мама…

— Люцилле нужен отдых. А если ты действительно хочешь быть полезной, то лучше помоги Франческе.

— С чем? — синхронно спросили мы.

— Со всем, что понадобится, — туманно ответила она, не собираясь вдаваться в подробности. — У нас полно работы. Особенно в лечебнице.

На этом странности не закончились.

Сразу после ужина, когда я уже собиралась готовиться ко сну, Никандра зашла ко мне в гости. Сумрак в комнате разгоняли лишь танцующие в камине языки пламени, отбрасывая причудливые тени на ее лицо.

— Не побеспокою? — осведомилась она, застыв в дверях.

— Я всегда рада вас видеть. Проходите.

Свекровь перешагнула порог и направилась вглубь комнаты. Озадаченно наблюдая за ее перемещением, я едва заметно кивнула Бекки — дала понять, что ей нужно уйти и оставить нас наедине.

— Я ненадолго.

Свекровь прошла в гостиную и села в одно из кресел. Она явилась одна, без всюду сопровождавших ее помощниц, и данный факт меня немного беспокоил.

— Я бы хотела извиниться перед тобой, Франческа.

Благо, в тот момент я уже устроилась на диван, иначе могла бы от неожиданности споткнуться и даже, возможно, упасть.

— За что? — поинтересовалась я, не спеша радоваться.

Никандра никогда и ничего не делала просто так. Вдруг это какой-то очередной ее план избавлению от меня? Вдруг она, боясь потерять власть над замком, решила втереться ко мне в доверие, а после нанести удар? Ведь все это — смущенный взгляд, виноватую улыбку, неловкие движения, — легко можно сыграть. Тем более, у Никандры, как у вдовы прошлого князя, наверняка имелся богатый опыт.

— Я была несправедлива к тебе, — после небольшой паузы проговорила она. — Забыла о том, что не стоит судить о человеке по… цвету его дара.

Если свекровь хотела увидеть какую-то реакцию с моей стороны, то зря. Я просто молча смотрела на нее в ожидании продолжения. И оно вскоре последовало.

— Мы все… готовились к другому. Конечно, меня это не оправдывает, — поспешно заверила Никандра, — но Рейган после каждого возвращения из империи с такой нежностью и трепетом рассказывал мне о твоей сестре… я не сомневалась, что он влюблен и теперь точно будет счастлив. Точно так же, как были счастливы мы с его отцом.

Похоже, пришла пора для какого-то комментария с моей стороны. Хотя, следовало признать, слова об Алфее и чувствах Рейгана к ней меня… немного задели.

— Еще не поздно. Вот найдем оружие против червоточин, вылечим больных, и меня вернут домой, а вы будете радоваться за вашего сына и Алфею, — чуть более резким тоном, чем хотелось, ответила я.

И тут же удостоилась долгого, внимательного, но совершенно нечитаемого взгляда со стороны свекрови.

— Что ж, я буду молиться богам, чтобы все получилось, — согласилась она, а потом добавила: — И вы с моим сыном нашли свое счастье.

«Мне почудилось или прозвучало как-то… двусмысленно?».

— Уверена так и будет.

— В любом случае я хотела бы, чтобы мы с тобой стали… ближе, Франческа, — поднимаясь, произнесла свекровь.

Если вдовствующая княгиня рассчитывала, что я моментально брошусь в ее объятия и разрыдаюсь от счастья, то глубоко ошиблась. Доверять ей я не торопилась.

— Хорошо. Я подумаю над вашим предложением.

Я ждала возражений, уговоров, но она спокойно восприняла мой ответ и направилась к двери. А когда уже схватилась за дверную ручку, я, не выдержав, спросила:

— Почему вы отослали Люциллу?

— Мне казалось, ты должна была понять почему, — продолжая стоять ко мне спиной, отозвалась Никандра.

— У меня несколько вариантов. И я бы хотела услышать от вас верный.

Она все-таки обернулась.

— Мне нравилась Люцилла. Когда-то я даже считала, что из нее получится хорошая жена для Рейгана и княгиня.

— Уже не считаете?

Никандра ответила не сразу. Застыв, потеребила кольцо на указательном пальце с крупным рубином, а потом посмотрела на меня и тихо поинтересовалась:

— Знаешь, что отличает настоящую княгиню от обычной женщины?

Я лишь пожала плечами.

— Настоящая княгиня в последнюю очередь будет думать о себе. Сначала долг. Перед семьей, мужем, княжеством, Запредельем. Настоящая княгиня не будет спать, есть, пить, но выполнит свой долг. Если понадобится, она рискнет своей жизнью и никогда не откажет в помощи другим.

— Сомневаюсь, что с таким списком требований вы найдете ту самую настоящую княгиню, — хмыкнула я, не допуская даже мысли, что свекровь сейчас могла намекать на меня.

— Мне повезло, — улыбнулась Никандра. — Мне никого искать не надо. Ее должен найти мой сын. Уверена, он сделает правильный выбор. А я, как мать, поддержку этот выбор, каким бы странным он ни оказался. — Она вновь мягко улыбнулась и поспешила попрощаться: — Что-то я заболталась. Тебе пора отдыхать. Спокойной ночи, Франческа.

— И вам хороших снов, Никандра.

На следующие несколько дней у меня имелись грандиозные планы. Но, стоя в гостиной и глядя на огонь в камине, я осознала, что часть из них придется перенести, часть отложить, а некоторые отменить.

Завтра меня ждала совсем другая работа.

Рейган

— Дорогой, ты будешь полным идиотом, если упустишь эту ведьму, — сходу заявила мать, войдя в кабинет, который занимал всю башню.

Рейган отложил в сторону донесение с последней информацией о кладбище, где еще оставались следы воздействия червоточины, из-за чего периодически поднимался то один мертвец, то другой. Ничего серьезного, но требовалось следить за ситуацией и вовремя реагировать.

— Насколько мне известно, Франческа согласилась нам помогать.

— Ты прекрасно понял, о чем я, — раздраженно проговорила Никандра, решительно направляясь к сыну.

Остановилась возле стола и оперлась на его крышку ладонями, буквально нависнув над Рейганом.

— Судьба оказалась права. Из этой ведьмы получится прекрасная княгиня.

— Франческа и так княгиня. Вот уже почти месяц, — заметил он.

Откинувшись на спинку кресла, Рейган скрестил руки на груди и устало посмотрел на мать.

— Номинальная. Но ради всех нас, ради будущего Запределья ты должен приложить максимум усилий, чтобы сделать ее настоящей княгиней.

— Если я не ошибаюсь, то всего пару дней назад ты думала иначе.

Мать тяжело вздохнула и отступила.

— Я была не права. Гордыня затмила мне разум. Но я готова признать свои ошибки. Перед Франческой я уже извинилась.

— И когда же ты успела? — хмыкнул Рейган.

— Пять минут назад. Я зашла к Франческе перед тем, как прийти сюда.

— Как она?

Никандра бросила на сына внимательный взгляд и ответила:

— Хорошо. Я распорядилась, чтобы господин Шадалис составил несколько вариантов меню и прислал ей на согласование. Бухгалтерские книги будут доставлены по первому требованию. Но я так понимаю, ей сейчас не до этого. Так вот, я наведалась к ней, и мы довольно мило побеседовали.

— И как Фрэн отреагировала на твои извинения? — поинтересовался Рейган.

— Не поверила, — вздохнула она, присаживаясь в ближайшее кресло. — И, честно признаться, я ее не виню. Все это время я вела себя просто ужасно. Не представляю, как она все выдержала. Бедная девочка…

— Франческу никогда нельзя было назвать бедной девочкой, — перебил ее Рейган. — Она никогда не страдала, не плакала, не боялась и не пасовала перед трудностями. Она всегда встречала стойко все проблемы и никогда... никогда не опускала руки.

— Вот именно! — тут же оживилась Никандра, подаваясь вперед. — Идеальная княгиня: сильная, смелая, решительная, готовая пожертвовать собой ради других!

— Последний пункт я бы не назвал положительным качеством, — устало заметил он. — Франческа слишком… любит рисковать. И абсолютно не заботится о собственной безопасности. Кроме того, мне не нравится, что вы с Алайсом устроили сегодня в зале. Почему вы позволили ей так рисковать?

— Потому что это ее долг — заботиться о народе и искать способы борьбы с червоточинами.

— Это не ее долг, мама, — возразил Рейган, поднимаясь, и с горечью продолжил: — И тебе это прекрасно известно. Франческа — темная ведьма из империи. Я выкрал ее, насильно увез от семьи и… любимого мужчины. Запер в чужой стране за тяжелыми воротами на три месяца. Заставил воевать за нас. Так что это вовсе не ее долг, это… принуждение чистой воды.

— Ты забрал Франческу с разрешения ее семьи, — напомнила Никандра.

Однако это лишь вызвало горькую улыбку на его лице.

— Путем угрозы и шантажа. Лорд Морентон так не хотел дипломатического скандала, что с помощью своей жены опоил Франческу. Им было абсолютно все равно, что с ней случится. По-моему, он даже вздохнул с облегчением, когда я заявил, что забираю Фрэн с собой в Запределье.

— Вот именно! Так что в этом нет твоей вины, — быстро произнесла она.

Но Рейган лишь покачал головой. Отвернувшись и убрав руки в карманы брюк, он застыл у огромного окна и уставился на крохотные огоньки, которые загорались у подножья скалы.

— Ты готова простить мне все прегрешения, но это не значит, что я не невиновен. Виновен и готов отвечать.

— Рейган, сыночек, — тихо вздохнула Никандра, неотрывно глядя на его спину, — у тебя не было другого выхода. И Франческа это обязательно поймет… уже понимает. Твой долг — спасти Запределье и ты уже на пути к этому. За столь короткий срок твоя жена сделала намного больше, чем мы за все прошедшие годы. Неужели ты… ты позволишь ей уйти?

— Да, — коротко кивнул Рейган.

— Ты с ума сошел! — возмутилась она.

— Как только мы поймем, как бороться с червоточинами, найдем способ их уничтожить, Франческа вернется домой к своему жениху. И это не обсуждается, — жестко припечатал он.

— Ты действительно отпустишь ее? — ахнула Никандра и покачала головой.

— Да.

— Так просто отдашь этому… некроманту? Или кто там остался за стеной? — не отступала она.

— Некромант. Алекс Вермонд. Ее жених.

Было видно, как тяжело Рейгану произнести это имя.

— Это ничего не значит, дорогой. Люцилла тоже была твоей невестой. Посмотри, как все изменилось. Время порой бывает беспощадно даже к самым крепким отношениям.

— Франческа любит его.

Но Никандра не собиралась сдаваться, вместо этого поинтересовалась:

— Ты так в этом уверен?

Рейган проигнорировал ее вопрос, лишь упрямо повторил:

— Франческа и так сделала очень много для Запределья. Она вернется домой к любимому, выйдет замуж и будет счастлива, забыв о Запределье и обо всем этом как о кошмарном сне.

В огромном кабинете наступила тишина, которую нарушало лишь тиканье часов на полке.

Никандра в течение нескольких секунд, не мигая, таращилась на спину сына, а после тихо спросила:

— А что будет с тобой, Рейган?

Он вздрогнул и застыл. Снова повисла тишина. Горькая, болезненная, бьющая по нервам.

— Я справлюсь. Все будет хорошо, мам.

А она… внезапно все поняла. Раньше только догадывалась, а сейчас убедилась, увидела своими глазами. Схватившись за подлокотники, вдовствующая княгиня медленно поднялась. Ей пришлось сглотнуть ком в горле, прежде чем срывающимся шепотом выдохнуть:

— Боги, Рейган… ты что… ты и эта девочка… ты любишь ее?

Она словно сама не верила в то, что говорила.

— Франческа вернется домой. Это мое решение.

— И ты так просто отступишься? Отдашь ее другому? — не сдавалась она.

Рейган все-таки обернулся. И Никандра вздрогнула, заметив, как потемнел его взгляд.

— Франческа не вещь, чтобы отдавать ее кому-то или забирать. Однажды я уже выкрал ее, лишив воли и свободы выбора. Больше это не повторится.

— А ты не думал, что все может измениться? — быстро проговорила она и затараторила, боясь снова быть прерванной: — А вдруг этот Вермонд ей больше не нужен? Любовь… боги, вы еще так молоды! В вашем возрасте так легко перепутать желание с влюбленностью, а симпатию с любовью! А если ее связывала с некромантом лишь страсть?

— Мам, я ценю твое мнение, но оставлять Франческу в Запределье лишь потому, что она удобная…

— Не удобная, а избранная для тебя самой Судьбой. И ты ее любишь. Разве этого не достаточно?

— Для нее недостаточно, — резко произнес он. — Фрэн достойна большего, мама.

— Ты так уверен, что не сможешь дать ей это? Рейган, я тебя не узнаю. Раньше ты ни за что бы не остановился и добился желаемого. Ты же смог влюбить в себя Алфею…

— С Фрэн так не будет. Я не собираюсь давить на нее, заставлять, соблазнять и принуждать.

— О каком принуждении ты говоришь? — Никандра подошла ближе и, положив руку на его плечо, заглянула в глаза. — Просто покажи ей, какой ты. Самый лучший, сильный, смелый.

— Этого недостаточно, чтобы полюбить, — горько улыбнулся Рейган.

— Иногда хватает всего взгляда. Так произошло у нас с отцом. Я ведь тоже должна была выйти за другого, — неожиданно призналась вдовствующая княгиня, — а он собирался посвататься к моей кузине. Приехал, весь такой смелый, красивый… Нам хватило одного взгляда, чтобы понять, что мы не сможем дальше друг без друга.

— Боюсь, у нас с Франческой все иначе.

— Долг перед княжеством и вина застилают тебе глаза, дорогой. Присмотрись, Рейган. А вдруг твои чувства не так безответны, как ты думаешь? — мягко предложила Никандра, нежно коснувшись его лица. — Мне очень жаль, что вся эта боль пришлась на твое правление… но ты не должен нести на себе всю тяжесть один. Понимаю, ты хочешь оградить ее от всего, хочешь отпустить, считая, что так правильно. Вот только ты ошибаешься. В конце концов, вас свела сама Судьба.

— Чтобы мы спасли Запределье, — возразил Рейган.

— И друг друга. Если кто и способен спасти тебя от всей этой боли, то только она.

— Ты не можешь знать наверняка, мам.

— Не могу, но я чувствую.

— Нет, — упрямо повторил Рейган, отстраняясь, и покачал головой. — Фрэн… я не хочу, чтобы она спасала меня, мам. Мне не нужна ее жалость… а любовь она дать не сможет.

— И что теперь?

— Ничего. Я просто буду рядом, оберегать ее, защищать. Франческа вернется домой живой и невредимой. Она будет счастлива.

Никандра не стала больше уговаривать или требовать объяснений. Обняв сына, она еще раз нежно провела по его лицу пальцами, всмотрелась в его глаза и тихо произнесла:

— Какое бы решение ты ни принял, дорогой, я поддержу тебя.

— Спасибо.

Никандра ушла, оставив сына наедине со своими мыслями и эмоциями.

Рейган не знал, как объяснить, как выразить словами все, что он испытывал. Казалось, это просто невозможно.

С Люциллой все было легко и просто. Он с подросткового возраста знал, что эта смешная девушка с темными косичками и бездонными зелеными глазами, скорее всего, станет его невестой. Этот брак обсуждали еще их отцы. Конечно, детям оставляли право выбора, но Рейган никогда даже не думал отказываться от предложения или искать кого-то еще.

Конечно, будучи единственным сыном князя и наследником, он являлся объектом повышенного внимания окружающих женщин. И никогда не был ханжой. В его жизни случались небольшие любовные приключения, романы и даже короткие отношения. Но все это он расценивал как… развлечение.

Рейган всегда знал, что его будущая жена уже выбрана. На роль княгини Люцилла — светлая чародейка из родовитой семьи с сильным даром и дочь советника — подходила просто идеально. Они даже приходились друг другу дальними родственниками, а это означало, что в венах девушки тоже текла сильная кровь князей древности.

Год назад все изменилось.

Брать в жену светлую чародейку из империи не хотелось, но Рейган понимал, в чем состоит его долг и безропотно подчинился. С Люциллой он тогда посчитал нужным поговорить самому. Рейган лично сообщил ей о пророчестве и о том, что она теперь свободна. Он лично выслушал мольбы, угрозы и вытирал слезы Люциллы. Потому что так было правильно. Только вот успокаивая бывшую невесту, он вдруг осознал, что не испытывает по отношению к ней ничего, кроме глухого раздражения и разочарования.

Влюбить в себя Алфею оказалось несложно, как и полюбить ее в ответ. Будучи такой чистой, нежной и воздушной, Алфея смотрела на него так, словно он был героем из сказочных легенд. Рядом с ней Рейган чувствовал себя самым сильным, смелым и самым лучшим.

Из нее бы вышла прекрасная жена. Послушная, умеющая сострадать, нежная и покорная. С ней было бы легко и просто. Алфея заботилась бы о доме, согревала его постель и рожала детей, преумножая богатство древнего княжеского рода.

Раньше молодой князь считал, что самые главные качества будущей жены — это покорность и нежность.

Франческа… боги, в характере этой невысокой хрупкой блондинки с голубыми глазами в обрамлении черного ободка не было ни грамма покорности! Она отказывалась слушаться и подчиняться даже в самых простых вопросах. Дерзко отстаивала свое мнение, спорила, доводя его до бешенства, и дерзила. Ей был глубоко безразличен его титул, сила и власть. Фрэн — единственная, кто осмеливался прямо и открыто смотреть ему в глаза. С самой первой встречи юная темная ведьма лишила его покоя, доводила до бешенства своими поступками и заставляла сходить с ума.

Когда злость и раздражение сменились интересом? Когда жажда свернуть ей шею превратилась в желание обладать? Когда любовь — такая болезненно жгучая и острая, — поселилась в его сердце? Рейган не знал.

Однако несмотря на боль, которую приносила ему мысль о скором расставании, Рейган никогда и ни за что не отказался бы от этих чувств. Впервые за годы своей жизни, находясь рядом с этой маленькой темной ведьмой, он по-настоящему жил.

Рейгану казалось, что он увлечен Люциллой, но эта была лишь привычка. Он искренне старался полюбить Алфею, но испытывал лишь симпатию и нежность. С Фрэн же он сгорал в огне и ничего не мог с этим поделать.

Яркая, дерзкая, с ехидной улыбкой на алых губах, которые хотелось целовать, кусать и ласкать, пока ее дыхание не собьется и она не начнет тихо, гортанно стонать. С чарующим голосом, от которого узлом закручивались внутренности. С глазами, которые заглядывали в самую душу, испепеляя там все дотла.

Рейган не мог нормально спать ночами. Стоило сомкнуть веки, и перед ним представала Франческа — полуобнаженная, с дерзкой улыбкой и обещанием наслаждения в глазах. Сколько раз за ночь он просыпался с тихим стоном, сжимая в кулаках простыни и тяжело дыша? Сколько раз порывался встать и войти в ее покои?

Немного сопротивления, и Фрэн поддалась бы. А Рейган знал, как доставить женщине удовольствие. Вот только… она же никогда его не простит, и он сам себя никогда не простит.

Не так… не с ней…

Франческа была достойна большего — всех сокровищ мира, счастья, приключений и свободы. Всего того, что князь из Запределья никогда не сможет ей дать.

Рейган ведь мог бы оставить ее здесь. Спрятать, закрыть за воротами и сражаться с ней днями и ночами. Возможно, однажды эту ведьму удалось бы сломить… вернее, сломать… лишить света в глазах.

Одна только мысль о подобном вызывала боль в груди.

«Нет! — Рейган сжал кулаки и шумно задышал. — Никогда этого не будет!».

Фрэн вернется домой, к своему жениху, а он… он просто попробует выжить без нее.

Рейган попытался привычно погрузиться в работу. Дел до отправления в ковен было предостаточно. Но как он ни старался, как ни вчитывался в документы, строчки прыгали, буквы расплывались, а смысл ускользал от сознания.

Отложив бумаги, Рейган закрыл глаза и потер переносицу в стремлении сосредоточиться, но не получалось.

Тогда он решительно встал, вышел из кабинета и направился прямо в подземелья замка, рассчитывая, что полет на Орхе приведет его в чувство.

Дракон не спал, явно ожидал его. Он шумно дышал, иногда раздраженно порыкивая, как будто ругал бестолкового хозяина, который сам себя изводит.

— Знаю-знаю, ты на моем месте поступил бы иначе, — проговорил Рейган, проводя ладонью по морде своего верного дракона. — У вас, у драконов, все проще. Понравилась самка, и вы устраиваете полеты. Если она позволит поймать себя, то это считается согласием. Боюсь, если я поймаю Фрэн, она меня лишь проклянет. И будет права. Таким девушкам нужна свобода во всем.

Орх раздраженно фыркнул, выпуская в воздух струйки дыма, и мотнул головой.

— А я теперь отлично понимаю, что означает фраза, если любишь — отпусти. Как бы мучительно больно это ни было.

Дракон снова утробно зарычал, явно не соглашаясь с подобным высказыванием.

— Понял, не буду больше приставать. Давай лучше разомнем тебе крылья, — улыбнулся Рейган и легко забрался на спину. — Я все равно не смогу уснуть этой ночью.

Обычно полет на драконе, особенно ночью, когда все вокруг погружено в сон, приносил ему успокоение. Тяжелые мысли отступали, проблемы решались, находились ответы на все вопросы.

На сей раз Рейган так и не смог найти покоя.

Он трижды кружил вокруг замка, заставлял Орха то подниматься к самым звездам, то резко пикировать вниз. От пронзительного ветра периодически закладывало уши, холод пробивался сквозь защитное поле, болезненно покалывая кожу и вызывая дрожь, но он упрямо повторял опасные трюки.

До тех пор, пока сам дракон не начал сопротивляться, злобно рыча и скалясь. Пару раз Орх даже выпустил пламя, освещая пространство вокруг алым светом.

Пришлось вернуться в замок.

Когда спускался, Рейган лишь чудом успел отскочить в сторону, и взбешенный Орх едва не откусил ему полноги.

— Тихо! — Рейган послал в дракона болезненный импульс, тот взвыл от боли и отшатнулся, скалясь. — Я все понял. Больше такого не повторится.

В кабинете его снова ждала работа: бумаги, письма, донесения и приказы. Ими Рейган и занимался до трех утра. Потом коротко поспал на диване, не дольше четырех часов. А, поднявшись, вызвал слуг, приказал принести завтрак и как можно больше бодрящего чая.

Ему снова требовалось приниматься за работу. Прибыли гонцы с донесениями, следовало выслушать каждого и дать новые указания.

После восьми утра его взгляд стал все чаще обращаться на часы.

«Как там Фрэн? Проснулась? Или еще спит? Чем занимается? Стоит отправить к ней слуг или зайти самому? Если самому, то о чем говорить? Просить не рисковать? Только она не послушается».

Около девяти утра в кабинет зашел Виттор Алайс.

— Доброго утра, князь, — с широкой улыбкой поздоровался он, кутаясь в свои золотые одежды.

— Есть новости? — без долгих прелюдий поинтересовался Рейган, продолжая изучать доклады разведчиков.

— Можно и так сказать. — Не дожидаясь приглашения, советник сел в кресло. — За воротами собираются темные маги.

Рейган недоверчиво покосился на советника, и в глубине его фиолетовых глаз мелькнуло удивление.

— Что ты сказал?

— Темные маги собираются у ворот замка. Все они хотят видеть твою жену, — с готовностью повторил тот.

Удивление сменилось легким раздражением и небольшим беспокойством.

— Для чего? Что им нужно?

— Слухи о том, что молодая княгиня помогает овладеть темным даром и разблокировать его быстро распространились по Запределью. Кое-кто прибыл даже из ближайших княжеств, чтобы попросить ее помощи.

— Почему мне не сообщили?

— Я сообщил.

Откинувшись на спинку кресла, Рейган провел пальцами по подбородку.

— И все они хотят видеть Франческу?

— Она стала чудом, о котором мы все молили богов, — с улыбкой произнес советник.

Чудом, на которое никто не надеялся. Как же он был слеп раньше, что не понимал этого!

— Фрэн не сможет помочь всем и каждому. Вчера она едва не выгорела, — наконец покачал головой князь. — Передай им, что княгиня сегодня не принимает. И завтра тоже. И вообще обо всем надо договариваться заранее.

Однако советник не торопился исполнить приказ.

— Может, стоит спросить саму княгиню? — внезапно уточнил он. — Мне кажется, она должна знать.

— Я не позволю своей жене снова рисковать, — резко отозвался Рейган. — Их слишком много, а она одна. Это может быть опасно.

— Вот именно. Княгиня не должна делать все сама. Может, стоит обучить еще кого-нибудь? Одну-двух темных ведьм, а те в свою очередь обучат других. Червоточины появляются по всему Запределью, пострадавшие есть везде, как и темные маги со слабым даром. Удивительно, как остальные князья не потребовали приезда Франчески в свои княжества.

Рейган бросил взгляд на стопку писем, которые лежали на краю. На часть из них он так и не ответил. Слишком велик был риск оскорбить других князей, которые слишком настойчиво звали их в гости, прося поделиться своим сокровищем.

— Потребовали, — нехотя признался он. — И я отказал.

Алайс даже не удивился, лишь сдержанно проговорил:

— Думаешь, это разумно?

— Франческа одна, — упрямо повторил Рейган. — Понимаю, надо лечить людей и магов, но сейчас важно другое. Мы должны найти причину и способ уничтожения тьмы.

— Все-таки поговори с ней. Твоя жена имеет право знать правду. Поверь, она разозлится, если узнает, что ты что-то от нее скрыл.

— Знаю. Я скажу.

— И подумай насчет моего предложения обучить других ведьм. Это решит все наши проблемы. Если, конечно, княгиня захочет делиться своими знаниями.

Рейган собирался зайти к ней позже. Может, во время обеда... или после.

Но желание увидеть Франческу оказалось сильнее.

Он нашел жену в выделенных для нее покоях. Облаченная в платье цвета распустившихся цветков сирени, она сидела на диване и что-то внимательно изучала. Светлые волосы были собраны в какую-то замысловатую прическу, пара прядей волнистыми локонами обрамляли ее лицо, которое так напоминало кукольное — нежная кожа, легкий румянец, розовые губы, пушистые ресницы. Только вот взгляд голубых глаз в обрамлении черного ободка был далеко не невинным. Цепкий, решительный, немного настороженный. Франческа все еще не доверяла ему. И от этого сердце болезненно сжималось в груди.

— Что-то случилось? — спросила она, откладывая в сторону какие-то бумаги и поднимаясь.

«Случилось… я умудрился влюбиться в темную ведьму…».

— Ничего особенного, если не считать, что замок осаждает толпа темных магов.

Ее брови удивленно поползли вверх, а в глазах отразилось явное замешательство.

— Надеюсь, ты не думаешь, что я решила устроить небольшое восстание? — настороженно поинтересовалась она.

«Единственное, о чем я думаю — это что скоро ты исчезнешь из моей жизни, и это приводит меня в ужас».

— Нет.

— Тогда что им нужно?

«Ты. Мне нужна ты».

— Твоя помощь. Они хотят, чтобы ты помогла им обрести утерянный дар.

«Останься».

— Я не могу дать того, чего нет изначально, — вздохнула Франческа, отводя глаза. — И много их?

«Клянусь, я жизнь положу, чтобы сделать тебя счастливой».

— Не считал.

Ведьмочка снова посмотрела на Рейгана. Один взгляд сквозь пушистые ресницы — и внутри у него все перевернулось.

— Ты против, не так ли? — догадалась Франческа.

— Забыла, что случилось вчера? — ответил Рейган вопросом на вопрос.

«Я не забыл. И теперь никогда не забуду. Твою боль, твой страх, отчаяние и стремление помочь любыми способами. И… поцелуй... вкус твоих губ, таких греховно-сладких с терпким привкусом горечи».

— Мне стоит им отказать? — подняла она брови, даже не догадываясь, о чем Рейган сейчас думал, какие слова хотел сказать.

«Если бы ты знала, каких сил мне стоит стоять и смотреть на тебя, разговаривать и не сметь коснуться».

— Алайс предложил другой вариант. Ты могла бы обучить пару ведьм открывать дар. Те в свою очередь обучат других. И тебе станет легче.

— Это логично, — пробормотала Франческа. — Почему я сама об этом не подумала?

«Ты навеки лишила меня покоя… маленькая темная ведьма».

— Ты согласна? Или не хочешь делиться секретами?

«Взгляни на меня… один только намек и я… я сделаю все, чтобы ты осталась здесь. Я горы сверну, чтобы добиться твоей любви… только намек, только один взгляд или улыбка…».

— Это никакой не секрет, — вздохнула она. — Этому заклинанию обучают в академии, так что я готова рассказать, показать и обучить. Осталось только подобрать подходящие кандидатуры.

«Если бы дала нам шанс, я бы не упустил его и тебя».

— Хорошо. Я распоряжусь.

Он отвернулся, чтобы уйти, когда внезапно услышал свое имя.

— Рейган? — Сердце застыло на мгновение и снова забилось сильнее. С трудом сдерживаясь, он медленно обернулся. Замер, мгновенно потерявшись в прозрачной голубизне ее глаз, которые смотрели прямо, заглядывая в самую душу. — Ты ничего не хочешь мне рассказать?