Глава 10

На обед мы отправились вместе.

Честно говоря, я думала, что Рейган пойдет в свою башню или к дракону (кстати, сделала себе мысленную пометку как-нибудь выбрать время и навестить Орха и остальных), а может, начнет подготовку к походу в болота. Но нет, он решил отобедать со мной и остальными в общей столовой.

Мало того, когда мы уже почти подошли, он вдруг притормозил и взял меня за руку. Я даже возмутиться не успела, когда Рейган положил мою ладонь к себе на локоть и слегка похлопал по ней сверху.

Вырываться я не стала. Просто выразительно посмотрела и тихо поинтересовалась:

— Ничего не хочешь объяснить?

Мы, конечно, перестали быть врагами, готовыми проклясть друг друга или испепелить светом, но и до статуса лучших друзей, которые ходят за ручку, не доросли. Значит, для таких телодвижений имелись какие-то причины. И я хотела знать, какие. А потом уже проклинать.

— Обязательно, — кивнул Рейган. — Уверен, что матери уже известно о твоем стремлении занять ее место в управлении замком.

— То, что она заняла его, не делает это место принадлежащим ей, — возразила я. — Оно принадлежит мне! — выпалила я и, осознав, как все прозвучало, быстро поправилась: — Временно. А потом, когда все кончится, оно перейдет Алфее. Я лишь отстаиваю интересы старшей сестры.

— Я так и понял.

Несмотря на его слова, я почему-то не сомневалась, что Рейган понял все совершенно не так, и из-за этого разозлилась еще сильнее. Однако спорить не стала, как и выдергивать руку. Но в столовую вошла в крайне раздраженном состоянии, готовая резко ответить на любой комментарий, который мне не понравится.

К счастью, никто ничего не стал комментировать. Совсем. Когда мы вошли в столовую, все разговоры мгновенно смолкли, а взгляды всех присутствующих обратились к нам.

Первой пришла в себя Никандра.

— Рейган, дорогой, — она улыбнулась, — ты не сказал, что будешь обедать с нами. Если бы ты предупредил, мы непременно подождали бы.

— Изменились планы, — пожал плечами муж.

Мы медленно двинулись к столу. Причем на одну его сторону. Пока я пыталась понять, что князь придумал на этот раз, он повернулся к одному из лакеев и скомандовал:

— Поставьте стул княгини рядом с моим.

«Какая прелесть! — подумала я с усмешкой. — Тема для сплетен на неделю вперед. Они еще не отошли от того, как я нагло воровала еду с тарелки мужа, а тут новый сюрприз».

Приказ князя исполнили молниеносно. С той же скоростью поставили на стол тарелку и приборы. Рейган помог мне сесть и тут же приземлился рядом. Слуги наполнили наши тарелки, и мы принялись есть. Ни с кем не разговаривая, ни на кого не обращая внимания, полностью сосредоточившись на еде.

Обед мне понравился. Сначала нам подали сырный суп с овощами и грибами. Потом на выбор либо рыбу, запеченную на камнях со специями, либо мясной стейк с густой подливой.

Не сразу, но атмосфера в столовой стала более непринужденной. Послышались разговоры, тихий смех и даже хихиканье.

Где-то в середине обеда пришла в себя и свекровь.

— Рада видеть тебя в добром здравии, Франческа, — произнесла она, намазывая печеночный паштет на кусок свежеиспеченного хлеба. — Как твое самочувствие?

— Спасибо, все хорошо, — отозвалась я, кромсая на куски рыбу.

— Мы все очень переживали, когда узнали о случившемся.

— Мне жаль, что я заставила вас волноваться, — улыбнулась я, поднимая на нее взгляд. — Кстати, вам, наверное, уже доложили о новых порядках, которые я решила ввести в замке?

— Что-то такое слышала, — коротко кивнула она. — Может быть, мы позже это обсудим?

— Не думаю, что здесь есть что обсуждать. Решение уже принято. Вы так много сделали для меня, что я просто обязана отплатить вам тем же. В вашем возрасте очень сложно справляться с таким множеством задач, поэтому я просто обязана взять часть обязанностей на себя. В конце концов, пусть и формально, но я княгиня.

Я видела, как с каждым произнесенным мною словом Никандра все сильнее поджимает губы. А при упоминании возраста ее глаза полыхнули самым настоящим пламенем. Но она с поистине царственным терпением сдержалась и ответила довольно вежливо:

— Я очень благодарна тебе, дорогая. Но ты столько перенесла и еще не пришла в себя после случившегося. Не стоит так мучить себя. Вдруг станет хуже?

А вот это меня уже заинтересовало. Я обожала такие пикировки, где грань между ледяной вежливостью и огненной ненавистью так тонка, что ее почти не видно. Меня это приятно будоражило, вызывало азарт. И хорошо, что Рейган не вмешивался, давая мне возможность все решить самой. Странно, но я чувствовала: стоит мне потерять позиции или запнуться, он тут же поддержит и поможет.

— Вы так любезны, Никандра. Никогда не думала, что мне так повезет со свекровью, — тут же нашлась я. — Спасибо за заботу, но с моим здоровьем все просто замечательно. И я готова приступить к обязанностям княгини уже завтра.

— Все-таки спешка сейчас крайне нежелательна, — заметила она. — Никогда не прощу себе, если с тобой что-то случится. Не стоит приносить жертвы ради меня, дорогая.

— Никаких жертв. Просто хочу вникнуть в жизнь замка, чтобы после в малейших подробностях рассказать обо всем Алфее. Кстати, я хотела бы сама лично заняться детским домом. Рейган, — я повернулась к мужу, который молча наблюдал за нами, прерываясь лишь на еду, — я могу завтра… нет, завтра не получится. Завтра же день жалоб. Тогда послезавтра. Я могу послезавтра съездить в детский дом навестить детей и сама лично со всеми пообщаться?

— Послезавтра? — Он подумал несколько секунд, словно мысленно сверялся со своим расписанием и кивнул: — Думаю, я смогу найти окошко и съездить с тобой.

Только этого не хватало!

— В этом нет необходимости, — поспешно заверила я.

— Необходимость есть. И я поеду с тобой, Франческа. Это не обсуждается.

Ну и как тут возражать? Если бы даже я захотела, не смогла бы. Тем более что мне очень понравилась реакция окружающих. Девушки-помощницы жадно ловили каждое слово, даже шептаться перестали. Люцилла то краснела от гнева, то бледнела, бросая на меня полные ненависти взгляды. Беатрис старалась казаться равнодушной, но я видела, как нервно она теребит салфетку в руках.

— Хорошо. Как скажешь, — покорно согласилась я, положив столовые приборы и давая понять слугам, что готова приступить к десерту.

Беседа на этом не закончилась, потому что вновь вмешалась Никандра.

— Франческа, ты собралась присутствовать во время приема жалоб?

— Именно так.

— Твой интерес, несомненно, похвален, но я не понимаю, что ты там будешь делать. Ты же совершенно не знаешь наших законов. И вообще, все эти жалобы — жутко скучное занятие.

— Ничего, поскучаю несколько часов.

Но свекровь такой ответ не устроил. И она решила зайти с другого края, обманчиво ласковым тоном обратившись к сыну:

— Рейган, дорогой, ты представь, как отреагирует народ на присутствие… темной ведьмы. Это может вызвать волнения и ненужные разговоры.

— Франческа не только темная ведьма. Она моя жена. Спешу напомнить, что наш союз дважды благословлялся Судьбой. Думаю, это о многом говорит, не так ли? Поэтому я уверен, что Франческа имеет полное право присутствовать там, где посчитает нужным, — ответил он. — Или я не прав?

— Как скажешь, дорогой, — тут же согласилась Никандра.

И пусть голос ее звучал смиренно, но я по глазам видела, что так просто вдовствующая княгиня сдаваться не собирается. Она непременно что-нибудь придумает. Что ж, тем интереснее мне будет.

Оставшийся день прошел без происшествий. Вернувшись в свои покои, я попросила Бекки принести мне свод законов Запределья. Как это ни прискорбно, но свекровь была права: я знала непозволительно мало о стране, в которую попала по воле взбалмошной богини.

Бекки так старалась мне угодить, что принесла все десять томов, да еще с расшифровками. За вечер я успела изучить лишь четверть одного из этих толстых сборников законов. Потом у меня просто разболелись глаза, а смысл прочитанного перестал укладываться в голове. Но кое-что я выяснить сумела. Запределье не сильно отличалось от Светлой империи или Свободных земель, так что сложностей завтра во время рассмотрения жалоб возникнуть не должно было.

Ужинала я у себя в покоях.

Честно говоря, я думала, что Никандра вместе с группой поддержки явится ко мне выяснять отношения, но этого не произошло. До конца дня меня никто не беспокоил. Да и вечером обошлось без гостей. Приняв ванну, я легла спать пораньше и сразу же уснула.

Впереди меня ждал новый день и новые испытания.

Не успела я позавтракать, как мои покои посетила свекровь, облаченная в платье красивого шоколадного цвета с золотыми пуговичками и высоким воротником. Ее волосы были убраны в гладкий пучок и украшены золотым гребнем с крупными рубинами. Тяжелые серьги с такими же темно-красными камнями оттягивали мочки ушей.

— Доброе утро, Франческа, — радостно провозгласила Никандра, входя в гостиную с гордо поднятой головой. За ее спиной застыли послушные помощницы. Все как одна с равнодушными взглядами и плотно сжатыми губами. — Как тебе спалось?

— Спасибо, хорошо, — немного настороженно произнесла я.

При всем моем уважении к вдовствующей княгине, подниматься с дивана я не собиралась, хотя правила требовали именно этого. Я решила, что ничего, посижу. В конце концов, я же только из лечебницы.

Сейчас меня волновало другое. Не могла свекровь прийти просто так. Явно какую-то пакость задумала. Интересно, какую.

— Ты же собиралась отправиться вместе со мной на разбор жалоб жителей княжества, — ласково заметила она. — Или передумала?

— Не передумала, — покачала я головой и не удержалась от вопроса: — Вы против?

— Разумеется, нет. Тем более, Рейган согласился на твою… идею. Но у меня для тебя прискорбные новости. — Никандра печально вздохнула.

— Неужели? — хмыкнула я. Откинувшись на спинку дивана, сложила руки на груди и вежливо поинтересовалась: — И что же такого случилось?

— Нечто непредвиденное. Кто-то распустил слухи о том, что именно ты сегодня будешь принимать просителей и рассматривать жалобы. Не знаю, кто именно это был, но обещаю, что обязательно найду и накажу.

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — кивнула я, примерно представляя, кто отдал негласный приказ сделать это. Да, это могла быть и не свекровь. Я ставила на Люциллу и ее отца. У них имелись и желание, и средства, и возможности. — И что теперь? — осторожно спросила я.

— Ты же понимаешь, что в сложившейся ситуации народ княжества может… испугаться. Ты ведь темная ведьма. Есть вероятность, что почти никто не явится с жалобами. Так что и приходить тебе совершенно нет смысла. Лучше отдохни, наберись сил. Госпожа Жульб говорила, что ты хотела посмотреть расходные книги.

— Вечером, — любезно кивнула я. — А сегодня я хочу принять участие в изучении жалоб. Даже если придет всего один человек, я буду там и выслушаю его.

Такой ответ Никандре не понравился. Она недовольно сощурилась, от наигранной любезности не осталось и следа. В глубине голубых глаз застыли колкие снежинки. Впрочем, возражать она не стала. Помнила о том, что Рейган на моей стороне.

— Что ж, — после небольшой паузы протянула она, — если это твое решение…

— Именно так, — улыбнулась я, поднимаясь с дивана. — Это мое решение. А теперь прошу прощения, мне надо собираться. Встретимся в десять. Где будут проходить слушания?

— В голубом зале.

— Отлично! И, если вам не трудно, не могли бы вы сообщить моим помощницам, что я буду ждать их без пятнадцати десять здесь, у себя в покоях. Княгиня же должна присутствовать со своей свитой, не так ли?

— Разумеется, — натянуто улыбнулась свекровь. — Им передадут. Тогда до встречи, Франческа.

Никандра быстро ушла, ее помощницы следом. И я осталась в гостиной одна.

Постояв секунды три, резко развернулась и громко позвала:

— Бекки!

Горничная явилась через пару минут.

— Вы что-то хотели, княжна? — Она почтительно склонила голову.

— Приготовь мне новое платье.

Мой приказ ее ничуть не удивил.

— Какое желаете надеть?

— Что-нибудь максимально эффектное. Я же княгиня, в конце концов, и должна сиять. И прикажи принести княжеский венец.

Бекки замерла и осторожно переспросила:

— Венец?

— Да, тот самый, в котором я была на балу в честь нашей свадьбы. Я хочу его надеть. Сегодня. И поторопись. Времени не так много. Нам еще надо меня причесать и красиво уложить волосы.

Если мне объявили войну, то я собиралась принято бой во всеоружии.

Бекки принесла мне на выбор аж три варианта. Я выбрала ярко-красное платье с пышной юбкой, низким квадратным вырезом и озорными рукавами-фонариками, узкий корсет которого украшала золотая вышивка, своей простотой подчеркивающая мою тонкую талию.

Из украшений я взяла лишь золотую цепочку с небольшим кулоном в виде алой капли, которая легла как раз в ложбинку между грудей. И, конечно же, довольно тяжелый венец с крупным рубином. В прошлый раз я не успела рассмотреть венец, а сейчас сполна налюбовалась изящной работой с четкими линиями, красивыми завитками и надписью на древнем языке на внутренней стороне.

Бекки уложила мне волосы так, чтобы было удобнее надевать венец. Он плотно облегал голову, но не давил. Так что несколько часов я легко могла вынести.

— Вы такая красивая, — прошептала Бекки, наблюдая за мной в отражении большого зеркала.

— Помощницы пришли?

— Ждут вас в гостиной, — кивнула она.

— Все три? — уточнила я, поправляя пышную юбку.

— Да.

— Отлично!

Если бы вы видели, как перекосило Люциллу, когда она узрела меня в дверях всю такую красивую и яркую! Бедная, я думала ее удар хватит. Ее так скрутило, что она даже зубами слегка заскрежетала. Ну или мне показалось.

Двойняшки же отреагировали вполне нормально, с улыбкой поприветствовав меня.

— Вы прекрасно выглядите, княгиня, — сделала мне комплимент одна из них. Я понятия не имела, Симона или Алона, поскольку так и не научилась их различать.

— Благодарю. Что ж, давайте поспешим. Не стоит заставлять ждать вдовствующую княгиню.

Голубой зал располагался в центральной части замка. Он представлял собой просторное помещение с высокими потолками, на которых талантливый художник изобразил самое настоящее голубое небо с пушистыми облаками. Конечно, здесь нашлось место и солнцу — огромному, металлическому, с длинными лучами. Разместилось оно на стене за небольшим постаментом, где стояли высокие стулья. Пол был из белого мрамора с голубыми, серыми и черными прожилками. Большие окна дополнены тяжелыми темно-голубыми шторами с золотыми кистями. Стены молочного цвета украшали большие картины с пейзажами Запределья и драконами. Просто огромным количеством драконов.

Никандра уже сидела на одном из тяжелых стульев с высокой спинкой и бордовой подушкой. По левую руку от нее я неожиданно обнаружила Виттора Алайса, облаченного в золотые одежды.

А советнику-то что здесь понадобилось? Хорошо хоть Амараллис-старший отсутствовал. Не хотелось еще и с ним разбираться.

За спиной Никандры расположилась ее свита. А вдоль стены стояла охрана — довольно сильные нейтральные маги.

По ковровой дорожке из красного бархата, которая заглушала стук моих шагов, я подошла ближе. Алайс быстро поднялся и спустился вниз, протягивая мне руку.

— Вы очаровательно выглядите, Франческа, — с улыбкой произнес он.

Ничем хорошим его улыбки и комплименты обычно не заканчивались, поэтому я насторожилась.

— Благодарю.

Руку я приняла и позволила проводить меня до пустого кресла с высокой спинкой.

— Не ожидала вас здесь увидеть, — заметила я. — Чем обязаны?

— Решил посмотреть, как вы справляетесь с новой ролью.

— Не обольщайтесь. Никакой новой роли. — Присев в кресло, я расправила юбку. — Считайте, что я просто выполняю обязанности сестры.

— Разумеется, — ответил он, хитро улыбнувшись, прежде чем вернуться на свое место.

В этот момент решила вмешаться свекровь, немного резко заметив:

— Все это зря. Уверена, никто не придет.

— Ничего страшного. Значит, просто посидим, пообщаемся семьей, — отозвалась я.

Огромные часы, которые стояли с левой стороны, звучно пробили десять раз. В царящей в зале тишине их стук показался особенно громким и сильным.

Сначала ничего не происходило, а буквально через пару мгновений лакеи распахнули центральную дверь, чтобы пропустить первого просителя.

Ничего. Точнее, никого. Неужели Никандра была права, и жители испугались темной ведьмы?

А потом, спустя несколько долгих минут раздались нерешительные шаги.

В зал вошла женщина. Одета она была просто, но чисто и опрятно: в длинную черную юбку, темно-синюю блузку, сверху в серую вязаную кофту с украшенными вышивкой рукавами. Темный платок она повязала на затылке. На вид ей было около пятидесяти, может, чуть больше. Лицо круглое, открытое, глаза светлые, а вокруг них мелкие морщинки. Видно, что из простых, деревенских.

— Вот и первый проситель, — негромко констатировал факт Алайс. — А вы сомневались, Никандра.

— Ну хоть что-то, — натянуто улыбнулась свекровь и уже значительно громче добавила: — Ну что же вы стоите в дверях, милейшая? Проходите. Здесь вас никто не обидит. Не стесняйтесь. Я Никандра Каллигар, вдовствующая княгиня и наместница князя Рейгана.

Нерешительно застыв в дверях, гостья внимательно изучила нас.

А потом наши взгляды встретились, и меня будто магическим импульсом поразило. Похоже, на женщину тоже повлияло, потому что она неожиданно выпрямилась, расправила плечи и решительно двинулась вперед. И то, как она смотрела — открыто, прямо, немного с вызовом (хотя, возможно, мне просто почудилось), — не оставляло никаких сомнений: она пришла именно ко мне.

Гостья остановилась, лишь когда приблизилась к постаменту. Сдержанно поклонилась и застыла, не решаясь начать.

— Как зовут тебя, милая? — тут же спросила Никандра, которой явно не понравились наши переглядывания, но она не знала, что делать и как себя вести. — И что тебя привело в замок? Какая беда случилась? Не бойся, я тебе помогу.

Однако просительница на нее даже не взглянула. Зато от меня глаз не могла оторвать. И от столь пристального внимания по спине как будто холодок прошел, а сердце забилось сильнее от волнения.

— Динара мое имя. А беда у нас у всех одна, — ответила женщина. Голос у нее оказался звонкий и довольно громкий. От него по залу прокатилось эхо. — Червоточина проклятая. И то, как быть с ней.

— Я понимаю и разделяю твою боль, Динара. Мы всеми силами боремся с этим проклятием и обязательно справимся. Все вместе, — отозвалась свекровь. — Если тебе нужна помощь, твой дом пострадал…

— Мой сын пострадал, — перебила ее Динара, не сводя с меня светлых глаз. — Я же уже похоронила его. Все слезы выплакала. А вы спасли.

Я молчала. Да и что тут скажешь, какие слова подберешь.

— Мы как узнали, что вы принимаете, так разом все и пришли.

— Мы? — едва слышно переспросила я, впервые подав голос.

— Мы, — повторила женщина. — Только боязно было. Я первая пошла. Сейчас и остальные подтянутся. — Обернувшись, воскликнула: — Девоньки, заходите! Можно уже.

Я перевела взгляд на двери. А там… там были женщины. Разного возраста, разной комплекции и роста. Маги, чародеи и обычные люди. Кто-то побогаче, кто-то победнее. Они все шли сюда, ко мне.

Пять… десять…

— Нельзя толпой, — вмешался один из охранников, и они двинулись к дверям, стремясь остановить посетительниц. — В целях безопасности больше десяти человек нельзя.

Никандра тоже пыталась что-то сказать, но я лишь отмахнулась, глядя на несчастных жен и матерей, которые шли и шли. Сюда. Ко мне.

— Впустить! — приказала тихо, но твердо и медленно поднялась со своего кресла. — Всех впустить.

Сколько их здесь? Я не могла сосчитать, да и не старалась. Не это главное. Их просто было много. Так много, что большой зал оказался практически полностью заполнен.

— Мы все те, кто потерял надежду на спасение наших родных и близких, — произнесла Динара. — Все те, кто ночевал в лечебницах, на коленях моля богов о помощи. И они прислали вас, княгиня. Именно вы вернули нам их. Вы спасли наших любимых.

— Я… я никого не спасала, — слабо возразила я, чувствуя, как от волнения подгибаются ноги.

Я никогда не испытывала такого смятения! Клянусь! Всегда была собранной, уверенной, готовой на любые подвиги. Но не сейчас. Глядя в глаза этих женщин, я ощущала себя ничтожной песчинкой в море. И как реагировать на это все, понятия не имела.

— Так зачем вы пришли? — вмешался советник Алайс.

Женщины молчали, предоставив право Динаре говорить за них всех.

— У нас нет ничего, чем мы могли отблагодарить вас, княгиня, — проговорила она на правах старшей.

— Мне ничего не надо, — поспешно заверила я, сжимая и разжимая кулаки.

— Только наши жизни. И мы вверяем их вам, — громко и четко заявила Динара. — Клянемся, что никогда не предадим вас, будем служить верой и правдой. Жизни свои отдадим. Все как одна. Клянемся!

И все остальные громко, четко и в унисон повторили:

— Клянемся! Клянемся! Клянемся!

У меня даже коленки задрожали. Хотелось что-то сказать, ответить им, но я не представляла, что. Язык будто к небу прирос, а мысли в голове путались.

И тут снова вмешался Алайс. Он тоже встал со своего кресла. Застыв, раскинул руки так, словно хотел обнять всех, и торжественно произнес:

— Княгиня принимает ваш дар и вашу клятву!

— Пусть Судьба всегда будет на вашей стороне! Долгих лет, сил и процветания. Лучшей княгини мы представить не могли. Будем молиться за вас. День и ночь. До самого нашего последнего вздоха, — продолжила Динара.

— Я принимаю, — произнесла я тихо. — С благодарностью принимаю ваши клятвы.

Они поклонились. А после без лишних слов всей толпой развернулись и медленно двинулись в сторону выхода под неусыпным контролем стражи. Я же упала в кресло, стараясь успокоиться и прийти в себя.

Такого я точно не ожидала. Взмахнув рукой, позвала к себе одну из двойняшек.

— Вам плохо, княгиня?

— Нет. Прикажи принести мне воды.

— Сейчас все сделаю.

Моя просьба была выполнена в считанные секунды. Взяв прозрачный стакан, я сделала два быстрых глотка, глубокий вдох и выдох, и снова глоток.

— Спасибо, — поблагодарила я, вернув стакан девушке.

Повернув голову, увидела, с каким интересом наблюдает за мной свекровь.

— Я ничего об этом не знала, — тут же проговорила я. Не хватало еще, чтобы она решила, будто я все подстроила.

— Знаю. Такое невозможно предугадать. Ты смогла заслужить их любовь и привязанность, Франческа.

На удивление, в голосе Никандры я не услышала ни злости, ни ненависти, ни обиды. Скорее… легкое любопытство. Вскинув голову, я встретилась с ней глазами в попытке понять, что у нее на уме. Конечно же, ничего особенного прочесть не удалось. Хотя кое-что я успела поймать: отношение свекрови ко мне изменилось.

— Я этого не хотела и не добивалась, — проворчала я, силясь скрыть собственную растерянность.

— Знаю. И тем дороже их преданность. Цени это, Франческа.

И она снова бросила на меня странный оценивающий взгляд. Такая Никандра мне нравилась еще меньше, чем прошлая. Ту я хотя бы понимала. А что с этой делать, не знала.

— Это временно.

— Нет. Ты навсегда останешься в истории Запределья. И в сердцах этих женщин, матерей и жен, чьих родных ты спасла.

— Не я, — снова возразила я. — Это сделали лекари и целители. Не я.

— Но ты первая, кто нашел выход.

Не успела я ответить, как дверь снова открылась, и в зал вошли двое: высокая статная женщина в темно-сером платье и девочка-подросток со смешными тонкими косичками и испуганными голубыми глазами, которые обрамлял тонкий черный ободок.

Сила внутри меня встрепенулась, почуяв родную душу.

Передо мной предстала темная ведьма. Молоденькая, всего пару месяцев после пробуждения, но ведьма. И она тоже пришла ко мне.

— Это явно к тебе, — тихо заметила Никандра. — Принимай гостей, княгиня.

Я внимательно посмотрела на свекровь, желая выяснить, шутит она или издевается. А может, злится? Но снова натолкнулась на таинственное выражение лица, на котором ярко горели голубые глаза в обрамлении фиолетового ободка. Свекровь, положив руки на подлокотники кресла, загадочно улыбалась и всем своим видом давала понять, что не будет вмешиваться, а лишь понаблюдает, как я выберусь из создавшейся ситуации.

Пришлось брать дело в свои руки. Не отступать же перед трудностями. Даже такими… неожиданными.

— Добро пожаловать в замок Оргух-айл, — прокашлявшись, поприветствовала я. — Что вас к нам привело? Какая беда случилась? И чем я… мы можем помочь?

Женщина почтительно склонилась и дернула дочь, чтобы та сделала то же самое. Девчонка нехотя поклонилась, не сводя с меня восторженного взгляда.

— Меня зовут Разиде, это моя дочь Финна. Всего три месяца назад ей исполнилось четырнадцать и ее дар… приобрел темные оттенки.

«Надо же… как красиво сказала. Надо будет запомнить эту фразу. Дар в темных оттенках!» — мысленно хмыкнула я.

— Ты хочешь, чтобы я помогла закрыть его? — спросила я.

Злости я не испытывала. Лишь легкое раздражение, связанное не с этими двумя, а со своими воспоминаниями, когда мама и тетки возили меня по святым землям и мечтали осветлить дар. Благо, им в голову не пришла мысль о блокировке. Все-таки силу в семье Морентов уважали, какой бы темной она ни была.

Разиде охнула и замотала головой, продолжая крепко удерживать дочь за руку.

— Что вы… нет… нельзя. Особенно сейчас. Но эта дурочка решила, что стала сильной. Рвется в город, в лечебницы. Говорит, что будет помогать бороться с червоточинами. Мы с отцом и братьями трижды ее ловили на полпути из нашей деревни. Как вчера узнали на рынке, что вы будете принимать, так прям с ночи пришли очередь занимать. Дайте совет, княгиня, образумьте ее. Одна она у нас. Маленькая совсем…

— Я не маленькая, — тут же кошкой зашипела юная ведьмочка.

— Все детство проболела, думали, не выживет, такой слабенькой была. А она вон что… в темные ведьмы решила податься… — продолжила сокрушаться женщина.

Я медленно поднялась со своего кресла и спустилась по небольшим ступенькам к ним. Платье тихо шуршало, вторя каждому моему шагу. Разиде тут же склонилась, а ее дочь, наоборот, расправила тощие плечи и смело встретила мой взгляд. Гордая и… такая глупая.

— Не боишься, значит? — тихо спросила я, обходя их по кругу.

— Нет. Я сильная и стойкая. И не смотрите, что такая худая. Я знаете, что могу?

— Знаю, — кивнула я, остановившись напротив них. — Ничего.

Девчонка аж задохнулась от возмущения.

— Да вы… да как вы… да я… да прям щас!

Покраснела и не заметила, как перестала контролировать силу. Черный дым заклубился на пальцах, отчего ее мать охнула и резко отдернула руку, словно ее обожгло. Но Финна этого даже не заметила.

— Вы ничего не знаете обо мне! — уставясь на меня глазами, в которых уже начала полыхать тьма, прорычала она.

— А ты покажи, — улыбнувшись, попросила я.

Боковым зрением я уловила, как напряглась стража на своих местах. Они уже дернулись в нашу сторону, но я успела едва заметно покачать головой и сделать знак рукой: не надо, сама справлюсь. Судя по выразительным взглядам, которыми обменялись, стражники, этот день они запомнят надолго. А ведь он только начался.

— Не боитесь? — оскалилась Финна.

Не она, а сила, которая в ней бурлила вот уже несколько месяцев и не успела успокоиться. Я хорошо помнила себя в эти годы. Как днем вынуждена была скрывать ото всех свой темный дар, чтобы лишний раз не нервировать маму и остальных, а ночами корчилась от боли и металась в кровати, стараясь принять новую себя.

Занятая воспоминаниями, я едва не пропустила удар. А девчонка оказалась смелее, чем я предполагала. Бросила в княгиню проклятие. Мелкое, практически безвредное, но проклятие.

Перехватила я его у самого лица. Поймала в кулак и сжала, чувствуя, как оно шевелится внутри, болезненно покалывая кожу. Легкий хлопок и, когда я разжала пальцы, на пол просыпалась легкая горстка пепла.

— Хорошая попытка. Но слабая.

На ладони не осталось и следа.

— Я просто… просто разогревалась! — выкрикнула девочка.

— Финна, остановись, — взмолилась ее мать, с ужасом наблюдая за нами.

— Княгиня, это небезопасно, — вновь попробовал вмешаться один из стражей.

— Она знает, что делает, — неожиданно встал на мою сторону Алайс.

Девчонка зарычала и выпустила в меня подряд сразу три темных шарика с заклятиями. Поймать их и уничтожить было проще простого. Первым пало проклятие хромоты, второе должно было заставить мою кожу позеленеть, а на носу обязательно выросла бы бородавка. Чудесное проклятие, честное слово, хотя и немного сырое. А вот третье получилось посерьезнее. Вспыхнувшей огнем удавке следовало опутать мою шею и затуманить зрение.

Поняв, что побороть не получается, Финна вскрикнула и бросилась на меня с кулаками.

Шаг в сторону, и она пролетела мимо. А я перехватила ее руку, на пальцах которой уже горело пламя. Невзирая на слабое сопротивление, схватила за плечо и дернула на себя. Резко завела руку за спину, заставляя ее прогнуться и болезненно застонать.

Увернувшись от очередного дымового проклятия, схватила за другую руку, сцепляя их за ее спиной и фиксируя чарами оков.

— Пусти!

— Успокойся! — рявкнула ей на ухо. — Вместо того чтобы руками размахивать и доказывать что-то, лучше бы спросила совета и училась. Перед тобой не просто девчонка и не только княжна. Я темная ведьма. Одна из лучших на курсе в темной академии. И я этому училась не неделю и не месяц, а годы. Годы работы! Понимаешь?

Она всхлипнула, больше не пытаясь сопротивляться, и кивнула.

— Все? Больше руками размахивать не будешь?

— Простите.

Я легко отпустила ее, рассеивая чары оков. Девчонка отступила, вытирая покрасневший нос и виновато пряча глаза. Зато активизировалась ее мать.

— Княгиня, прошу вас, простите! — Женщина буквально рухнула мне в ноги, схватившись за край юбки и захлебываясь рыданиями. — Если бы я знала, что она… да я никогда бы не привела… простите… она же ребенок совсем…

— Успокойся, — раздраженно отмахнулась я и приказала стражам. — Поднимите ее. И принесите воды. Пусть успокоится.

Те молча подчинились. А я вновь обратила внимание на Финну, которая стояла, потирая плечо. Возможно, я слишком сильно заломила его. Ну ничего, будет уроком.

— А теперь разберемся с тобой. Дар хочешь развить, так? А для чего? Хочешь быть сильной и могущественной? Отомстить хочешь всем тем, кто тебя задирал?

— Нет! — возмущенно воскликнула она, поднимая на меня заплаканные глаза. — Я помогать хочу! В лечебнице!

— Ты хоть понимаешь, с чем можешь столкнуться? Это тебе не легкие проклятия, небольшие каверзы и игрушки — это нечто намного… страшнее.

Финна кивнула и едва слышно прошептала:

— Я видела.

А вот это уже интересно.

— Кто?

Она моргнула, не торопясь отвечать, пришлось поторопить.

— Кто из твоих близких, родственников или друзей стал жертвой червоточины?

Потому что так переживать можно лишь за родного. Девочка вздрогнула и отвела взгляд, давая понять, что я угадала.

— Илана. Это невеста моего брата… была невестой.

— Она в лечебнице?

— Финна, глупая, ты ради нее все это затеяла? — заохала Разиде, которую усадили на стул в дальнем углу и вручили стакан с какой-то мутной жидкостью. Скорее всего, с успокоительным.

— Илана хорошая, она не виновата! — непокорно заявила Финна.

— Не виновата в чем? — вновь вмешалась я.

Они со своими семейными разборками уже начали немного раздражать.

— Илана была невестой моего брата Ларри. У них прошлой осенью должна была состояться свадьба. А потом случился прорыв, червоточина оказалась совсем рядом. Илана хотела спасти коров и сама пострадала. Червоточина… она… она изуродовала ее.

— И свадьба не состоялась, — догадалась я.

— Илана отказалась. Говорит, такая калека никому не нужна и не будет она портить жизнь Ларри. И это несправедливо! Лекари утверждают, что сделали все возможное и невозможное. Но я-то знаю… теперь знаю, что это не так. Я вижу… после того, как во мне проснулась темная сила, я вижу то, что не видит никто.

— И тебе не верят.

— Не верили. До недавнего времени. Я хочу научиться! Всему научиться и помочь ей стать прежней! Вы… вы поможете? — с надеждой спросила девочка.

По-хорошему, следовало отправить ее в лечебницу, под крыло Селении. Они бы справились, но… похоже, я стала слишком доброй, поскольку неожиданно даже для самой себя поинтересовалась:

— И где твоя подруга? В деревне?

— Нет. Она… она здесь… в городе. Ждет меня. Если бы вы смогли посмотреть на нее, вы бы сразу все поняли.

«Фрэн, ты сошла с ума!» — подумала я, уже поворачиваясь к страже.

— Узнайте адрес и привезите девушку сюда. И как можно быстрее.

Те не стали спорить или отговаривать меня, впрочем, как и свекровь вместе с советником, которые продолжали молча за нами наблюдать.

— Да, княгиня.

Я снова посмотрела на Финну.

— А ты иди. Как только твою подругу привезут, зайдите сюда. Обе.

Девчонка шмыгнула носом и закивала:

— Спасибо вам, княгиня, спасибо. Я клянусь, что…

— Идите уже, — нетерпеливо бросила я, махнув рукой, и вернулась на постамент.

А когда села в кресло, устало повела плечами, пытаясь понять, в какую авантюру только что угодила.

— Ну как, княгиня, — подал голос Алайс, — не скучно вам выполнять обязанности сестры?

Разумеется, я не стала отвечать. Мы оба понимали, что Алфея бы не справилась. Это был мой груз, моя ответственность и мой выбор. Все как хотела Судьба.

Глубоко вздохнув, я перевела взгляд на двери. Настала очередь следующего просителя.