Глава 18

Я стояла у окна, обняв себя за плечи, и смотрела на небольшой сад. Прямо напротив моего окна располагалась большая раскидистая яблоня, на которой краснели спелые плоды.

Честно говоря, я думала, что мне выдадут покои Дианы. Ну чтоб наверняка. И даже готовилась к этому. Но ошиблась. Эта комната не имела к погибшей ведьме никакого отношения.

Она была небольшая, но довольно уютная. На деревянных стенах висели небольшие вышитые гобелены, на полу лежал полосатый коврик с бархатными кисточками, а окна украшали легкие занавески. Почти все пространство комнаты занимала кровать на высоких крепких ножках, на которой лежало пестрое стеганое одеяло. Напротив стоял мощный шкаф из натурального дерева. Там висело самое обычное платье из плотной льняной ткани, украшенное симпатичной вышивкой. Оно выглядело новым, явно не принадлежавшим Диане.

«Надо же… какая я стала подозрительная. Мне везде мерещится погибшая ведьма».

На нижней полке лежал рюкзак с моими вещами. В одном из карманов был и гримуар. В какой-то момент рука потянулась, хотелось открыть, достать книжку и взглянуть на ее страницы. Но я тут же отстранилась и покачала головой.

Нет, не стоило. Неизвестно, как гримуар отреагировал бы на возвращение домой. Вдруг он открылся бы, а вместе с ним и прошлое Дианы. А я пока не чувствовала себя готовой к чужим воспоминаниям. И вообще сомневалась, что когда-нибудь почувствую.

За дверью обнаружилась небольшая ванная комната с уборной и душевой кабинкой, выложенной глянцевой светлой плиткой.

Изучив пространство и просканировав его в поисках какого-нибудь проклятия или магического воздействия, я подошла к окну и так и застыла, погруженная в невеселые мысли. Из них меня вывел негромкий стук в дверь.

— Открыто.

Я даже не обернулась, прекрасно зная, кто решил навестить меня этим вечером.

— Пришел взывать к моей совести?

— Хотел узнать, как ты, — ответил Рейган. — А еще посоветоваться о том, как нам быть дальше.

— Неужели не станешь меня уговаривать? — не поверила я и медленно обернулась.

Рейган стоял в паре метров от двери. На нем были простая рубашка и серые штаны. Видимо, успел переодеться в местную одежду. А я так и осталась в теплом костюме, только ботинки сняла и поставила у порога. Платье так и висело в шкафу.

— Нет, — спокойно отозвался он.

Казалось, он не врал. Или очень хорошо притворялся.

— А как же спасение Запределья, очищение источника и поиск правды?

— Справимся как-нибудь, — пожал Рейган плечами. — Нам известно, что искать и где это искать, значит, найдем.

— Ты серьезно? — нахмурилась я, скрестив руки на груди. — Для князя и надежды всего Запределья ты рассуждаешь немного… странно. А как же благополучие других? Всего мира? Неужели ты не хочешь спасти свой дом? И между спасением и пропастью лишь я… вредная ведьма, которую тебе навязала Судьба.

— Хорошая попытка, Фрэн, — едва заметно улыбнулся он и покачал головой. — Но я заставлять тебя не стану.

Я несколько секунд смотрела на князя, чувствуя, как внутри нарастает раздражение.

— И что теперь? — резко спросила я. — Я должна проникнуться твоим благородством и согласиться на все? Так?

Рейган на мой выпад никак не отреагировал. Не скажу, что остался равнодушным и пассивным. Скорее производил впечатление спокойного и уверенного человека. И это тоже раздражало. Он-то все решил и не боялся сделать неверный шаг.

— Нет. Но я буду благодарен, если ты объяснишь, что тебя тревожит.

— А ты не догадываешься?

— Хочу услышать от тебя.

Глубоко вдохнув, я резко выдохнула. От раздражения и злости не осталось и следа. Внутри даже закопошилось нечто похожее на совесть. Мне не стоило так реагировать и тем более не стоило злиться на Рейгана. Он был таким же заложником обстоятельств, как и я.

— Ты не понимаешь… — неуверенно протянула я и замолчала.

— Так объясни.

— Как будто это так просто, — чуть слышно вздохнула я и, подойдя к кровати, медленно опустилась на нее.

— Я не говорю, что это просто. Прошу лишь объяснить, — мягко улыбнулся Рейган.

— Эти воспоминания. Раньше они всплывали нечасто. Всего пару раз. И приходили исключительно во все. Что-то я запомнила, что-то нет. Но это был сон и воспринимался он именно так. Здесь… — я запнулась, подбирая слова, — здесь все иначе… теперь отрывки из прошлого — это не просто картинки перед глазами. Они словно воспоминания. Ее воспоминания, которые теперь кажутся моими. И это всего несколько штук. Что будет, когда они откроются все?

— Ты боишься потерять себя, — догадался Рейган.

И я вздохнула, не в силах скрыть облегчение. Он меня понял! Понял, не обсмеял, не унизил и не рассердился.

— Да. Очень боюсь. Прошлого, воспоминаний… чувств.

Особенно чувств. Как отличить, где ее чувства, а где мои? Что настоящее, а что лишь отголоски прошлого?

— Знаешь, я мог бы солгать, что все будет хорошо, — после небольшой паузы проговорил Рейган. — Что мы с тобой справимся и главное быть вместе. Мы спасем мир и не сойдем с ума. Но я не стану тебе лгать, Фрэн. Я не знаю, что будет дальше.

— Интересный способ успокоить, — хмыкнула я и неожиданно улыбнулась.

— Я не могу и не стану тебя уговаривать. Просто знай: я приму любое твое решение и ни слова не скажу. И еще, нас зовут на ужин. Ты переоденешься или пойдешь так?

Я быстро осмотрела свой теплый костюм и только потом ответила:

— Переоденусь. Подожди меня за дверью, пожалуйста.

Переодевание заняло у меня немного больше времени, чем я предполагала. Потому что прежде чем надеть платье, я решила принять легкий душ. Голову мыть не стала, но все равно провозилась.

Платье оказалось легким, свободным и явно сшитым специально для меня, поскольку длину укорачивать не пришлось, а пояс красиво подчеркивал талию. Немного грубоватая ткань немного кололась, но я не посчитала это критичным. Зато вышитые по краям и подолу васильки, маки и ромашки выглядели очень даже симпатично.

Волосы я быстро расчесала и оставила распущенными. Рассмотрев себя в небольшом зеркале, что висело в ванной над раковиной, я осталась довольной.

— Готова? — спросил Рейган, когда я вышла из комнаты, и отстранился от стены, на которую опирался.

— Сомневаюсь, что здесь к чему-то можно быть готовой, — хмыкнула я.

— Мы справимся, Фрэн, — заверил он, протягивая мне руку.

И я, не сомневаясь ни мгновения, вложила в нее свою ладонь.

Спустившись по лестнице на второй этаж, мы прошли по коридору и попали в небольшую столовую. За широким дубовым столом, уже накрытым для ужина, сидели моя почти точная копия, Верфолд и незнакомый молодой мужчина с густыми черными волосами до плеч, короткой бородкой и пронзительным взглядом черных глаз. На нем была простая рубашка, кожаный жилет, распахнутый на груди, и темные штаны.

Мне понадобилось всего несколько секунд, чтобы узнать его.

— Вы тот оборотень, которого мы встретили в лесу.

— Бервир, — представился он, поднимаясь и слегка наклонив темную голову. — Глава стражников ковена.

— И мой муж, — вставила девушка, продолжая сидеть на месте.

— Спасибо, что приютили нас, — проговорил Рейган, уводя меня к столу.

— Мы рады всем. Но вы первый нейтральный маг, который оказался здесь за многие сотни лет, — опускаясь, сообщил оборотень.

— Я признателен, что ради меня сделали исключение, — отодвигая для меня стул, отозвался князь.

— Как же иначе, вы же потомок Зендена и очень похожи на него, — пробормотала Дея.

Ее же вроде так звали, по словам старой ведьмы.

— Бервир, вы родились здесь или пришли? — поинтересовалась я, расправляя салфетку.

— Родился и вырос. Мой прапрадед явился в ковен в поисках дома и нашел его здесь.

— Оказавшись взаперти за завесой и подкармливая своей силой темную ведьму, которая разменяла не одно столетие, — не удержалась я от замечания.

— За все надо платить, — невозмутимо кивнул оборотень, с интересом наблюдая за мной. — Знаете, когда я встретил вас в лесу, то поразился тому, насколько сильно вы похожи на Дею. Но теперь вижу, что это не так. Сходство есть, но ваш взгляд совсем другой и сила… ее так много.

— Мой муж хочет сказать, что рад, что нашлось истинное воплощение Дианы, — немного резко произнесла девушка.

Было видно, что она нервничает намного сильнее, чем раньше. Боится, что ее прародительница решит все изменить? Что если я откажусь, этот долг должна будет выполнить она?

— Очень рад, — согласился Бервир. — Ведь по плану нашей главы именно Дея должна была стать вашей женой, князь.

Рейган отреагировал весьма спокойно. Положив себе в тарелку немного сладкого картофеля и кусок мяса, он взглянул на оборотня и только тогда ответил:

— Что ж, тогда выходит, мы все очень рады появлению Франчески в нашей жизни.

Разговор не складывался, паузы все увеличивались. Верфолд вообще большей частью молчал и больше ел. Но от моего внимания не укрылось, как сильно некромант напряжен и как внимательно все осматривает. Словно в любой момент готовился отразить удар или нанести свой.

Дея тоже нервничала. Она то застывала, невидяще уставясь перед собой и кусая губы, то вдруг будто оживала, не сводя влюбленного и встревоженного взгляда со своего оборотня, ловя каждое его слово и словно боялась все потерять.

Бервир изучал меня. Открыто и не таясь. И этот взгляд нервировал и заставлял крепче сжимать столовые приборы.

Рейган был спокоен и показательно равнодушен. Но я заметила, как постепенно темнеют его глаза, выдавая настоящие эмоции.

— Глава клана сказала, что завтра утром, если вы откажетесь выполнить ее… условия, я должен буду проводить вас и вывести из леса, — неожиданно произнес оборотень.

Дея тут же подалась вперед, пристально всматриваясь в мое лицо.

— Это правда? Ты готова уйти? Бросить все и уйти?

— Я еще не решила, — уклончиво ответила я, не собираясь обсуждать с кем-то свои планы. Тем более здесь и сейчас.

— Неужели ты не понимаешь, как долго мы тебя ждали? — обвиняюще воскликнула она. — Как надеялись на твою помощь!

Зря это она. Я страсть как не любила, когда на меня давили. Тем более так.

— Нет, не понимаю, — отложив в сторону вилку и нож, громко и четко произнесла я, тщательно проговаривая каждую букву. — Я выросла за воротами. Большую часть жизни провела в империи. Я младшая дочь великого светлого семейства, которая неожиданно стала темной. Первой темной ведьмой за всю историю семьи Морентонов. Меня не готовили к подвигам и великим свершениям, от меня не ждали жертв и помощи. Мало того, в течение четырех лет после обретения дара, меня упорно старались сделать светлой. Не вышло. Я улизнула. Сама решила, сама вырвалась, сама сбежала в Свободные земли. И прожила там счастливые годы, обучаясь в Даркорийской академии темных искусств. Там от меня тоже не ждали жертв и подвигов. За все эти годы я привыкла отвечать за себя сама. Принимать решения и действовать тоже сама. Я не поддаюсь чужому влиянию, не слушаюсь приказов и не пляшу под чью-то дудку. Меня нельзя заставить. Я лучше прокляну вас всех, но никогда не сделаю то, чего не хочу!

Последняя фраза прозвучала особенно резко и громко.

За столом воцарилась тишина. Оглушающая и весьма красноречивая. Похоже, от меня такого не ожидали. Разве что Рейган ни капли не удивился. Наоборот, откинувшись на спинку стула, он скрестил руки на груди и внимательно слушал меня. Клянусь, я заметила, как дрогнули его губы в мимолетной одобрительной улыбке. Так что муж ждал чего-то подобного. И, судя по всему, во всем меня поддерживал.

— Но со мной можно договориться, — после небольшой паузы добавила я. — Заключить соглашение или убедить в чем-то. В данный момент у вас не получилось ни первое, ни второе. Так что не надо мне рассказывать, что я обязана оправдывать ваши ожидания и отдать себя вам на заклание. Этого не будет. Я не Диана, а Рейган не Зенден. Мы сами по себе и сами выбираем свою судьбу. И уж точно мы не в ответе за то, что случилось столетия назад. Это понятно?

— Более чем, — кивнул Бервир. — У меня есть лишь один вопрос. Как можно заключить с вами соглашение?

— Никак, — неожиданно вмешался Рейган. Потянувшись, он накрыл ладонью мою руку, которая лежала на столе, и слегка сжал, ободряя и давая понять всем и каждому, что поддерживает каждое сказанное мной слово. — Не в этом случае. Франческа сама примет решение и сама все скажет. Завтра утром.

— Как вы можете… ее поддерживать? — потрясенно прошептала Дея, и разница между нами стала еще более очевидной. Я никогда так не смотрела. — Неужели вы не понимаете, как много от этого зависит?

— Это наше решение. И не вам его комментировать.

— Вы сошли с ума! — прошипела она, бросая салфетку и вскакивая со своего места. — Любовь застит глаза. Вы ослепли! И собрались уничтожить всех нас!

Дея стремительно вышла, хлопнув дверью.

— Прошу простить мою жену. — Оборотень поднялся из-за стола. — Она слишком эмоциональна в последние дни. Пойду успокою ее.

В столовой остались мы втроем.

— Прикажете уходить сейчас? — спросил Верфолд, повернувшись к князю.

— Еще нет. Завтра утром.

Я потерла виски, пытаясь успокоиться и разложить по полочкам все мысли и чувства.

— Они нас отпустят. Не могут не отпустить, — произнесла я тихо.

Мои сопровождающие ничего не ответили. По всей видимости, в это никто не верил. Верфолд был прав, предлагая уйти сейчас. Так будет меньше проблем и больше шансов сбежать. Но… как много этих но… я ведь, так и не приняла окончательное решение.

— Я рядом, — напомнил Рейган, когда мы остановились у дверей в мою комнату. — Через стенку. Если вдруг что-то случится. Неважно что. Если ты почувствуешь что-то или просто начнешь сомневаться — приходи.

— Надеюсь, этого не понадобится.

— Простой знай: я рядом.

После возвращения в свою комнату, я долго бродила из угла в угол, пытаясь успокоиться. Потом переоделась и легла в кровать. Но долго не могла уснуть, вслушиваясь в каждый шорох, шум или шепот. В конце концов мне удалось задремать, вот только ненадолго.

Проснувшись, я вздрогнула и сразу осознала, что нахожусь в комнате не одна.

— Это я, — раздался тихий голос.

— Густав! — едва слышно прорычала я, быстро гася заклинание оцепенения, которое уже горело на пальцах. — Просила же не подкрадываться!

Фей сидел на кровати у меня в ногах, опустив крылышки, молчал и вообще выглядел очень несчастным. В комнате было темно, но я легко могла рассмотреть его фигурку.

— За кровью явился? — подтянув ноги и обняв колени, спросила я.

— Нет, — вздохнул он.

— Уговаривать? — выдвинула я следующее предположение.

— Нет.

Густав неожиданно шмыгнул носом, поднял на меня глаза, которые в темноте блеснули голубым, и тихо поинтересовался:

— Я плохой фамильяр, да?

— Кхм…

Я даже немного растерялась от такого заявления. И не сразу нашла, что сказать.

— Да нет… нормальный… наверное, — пробормотала я и тут же принялась оправдываться: — Прости, но у меня никогда не было фамильяра, поэтому я не знаю, какими они должны быть.

— Почему у тебя не было? Ты же сильная ведьма.

— Я еще студентка. Мне еще предстояло учиться в академии, поэтому я никуда не торопилась и не искала себе фамильяра.

— А тут я… навязался, — пропищал фей и снова шмыгнул носом.

— Ты не навязался, а действовал очень хитро. Между прочим, ты молодец, сумел меня обхитрить. Я ведь ничего не заподозрила. А это не каждому удается.

Его крылышки чуть-чуть приподнялись, а в голосе прозвучала надежда:

— Правда?

— Конечно. Кроме того, ты же только стал фамильяром, поэтому можешь ошибаться или делать что-то неправильно. Это нормально и вполне естественно, — заверила я. — Так что прекрати в себе сомневаться. Это последнее дело. Все вокруг и так в нас сомневаются и принижают нашу работу, не надо доставлять им удовольствие. Будь выше этого.

— Мне сказали, что ты не будешь помогать… что не хочешь пробуждать память Дианы, — тихо заметил Густав.

Я не стала опровергать или подтверждать данное заявление, а вместо этого спросила:

— И что ты будешь теперь делать?

— Я сказал, что поддержу тебя. Какое бы решение ты ни приняла, я буду рядом! — решительно ответил он, вскакивая на ножки и расправляя крылышки, которые вновь ярко засияли. — Потому что ты моя ведьма! А я твой фамильяр!

— Ты молодец, — совершенно искренне похвалила я.

— И я помогу вам уйти. Они не смогут нас остановить!

— Я очень ценю твою поддержку. Ты действительно хороший фамильяр, Густав. И никогда не сомневайся в себе.

Кровь ему я все-таки дала. Сама настояла. Заслужил же.

Фей отправился на разведку, обещая докладывать обо всех подозрительных вещах. А я откинулась на спинку кровати, и некоторое время лежала и таращилась в потолок.

Не знаю, сколько прошло времени, но внезапно послышался странный звук, больше похожий на шелест. Привстав, я быстро заозиралась по сторонам в попытке найти источник. Шелест не прекращался, наоборот, с каждой секундой становился все громче и требовательнее. И исходил он из шкафа.

Гримуар!

Отбросив в сторону одеяло, я вскочила с кровати и подошла к шкафу. Распахнув створки, взглянула на рюкзак, карман которого светился теплым желтым светом.

Кажется, выбора у меня не осталось. Стоило мне достать гримуар из кармана, как он перестал шелестеть, но продолжал все так же ярко светиться.

Забравшись в кровать, я положила его на колени и осторожно провела пальцами по гладкой кожаной обложке, все еще не решаясь сделать последний шаг. Устав ждать, он снова обиженно зашелестел.

— Ты что-то хочешь мне рассказать, не так ли? — со вздохом прошептала я.

В ответ вновь раздался обиженный шелест, как бы говоривший: «Что так долго?».

— Хорошо. Я… я посмотрю.

Я вновь провела пальцами по обложке, а потом открыла первый разворот. Книга больше не была пуста. Страницы покрывали выполненные красивым ровным почерком записи, рисунки, схемы, формулы зелий и заклинаний — настоящий кладезь знаний, которым не одна сотня лет.

Переворачивая один лист за другим, я не вчитывалась, просто смотрела.

Сначала ничего не происходило, а потом буквы заплясали перед глазами, сливаясь в одно большое пятно, в ушах загудело, и я потерялась в хороводе чужих воспоминаний.

***

— Не хочу тебя отпускать.

Я прижалась ухом к груди мужа, вслушиваясь в спокойный ритм его сердца. Сердца, которое принадлежало мне и только мне, что бы ни говорили свекровь и золовка.

— Это всего на три дня. Ты даже не успеешь соскучиться, как я вернусь.

Его пальцы запутались в моих волосах, перебирали светлые пряди, массировали кожу головы. И каждое его прикосновение вызывало дрожь по телу.

— Я уже скучаю, — прошептала я, приподнимаясь.

Длинные волосы мазнули по обнаженной груди, щекоча кожу.

В ответ послышался тяжелый вздох.

— Мы уже это обсуждали. Ты ведь понимаешь, что у меня есть обязанности, которые я не могу свалить на советников.

— Тех самых советников, которые спят и видят, чтобы разлучить нас, — усмехнулась я.

— Милая, ты преувеличиваешь…

Уклонившись от его рук, я поднялась с кровати и набросила на обнаженное тело легкий халат, который приятно щекотал кожу. Волосы быстро заплела в косу и перебросила за спину, чтобы не мешались.

— Я преуменьшаю. И это тебе хорошо известно. Мы женаты уже полгода, а они все никак не смирятся с тем, что ты взял в жены темную ведьму.

Застыв у огромного окна, я обхватила плечи руками и затаила дыхание.

— Самую красивую ведьму на свете, — прошептал муж, встав за моей спиной и нежно обнимая.

А потом губами коснулся моей шеи в ласковом поцелуе, и я невольно отклонила голову в сторону, предоставляя ему простор для новых ласк.

— Иногда мне кажется, что они правы. Нам не суждено быть вместе.

— Не думай об этом… только не сейчас…

Сильные и очень нежные ладони медленно опустились на мой живот и так там и застыли.

— Теперь нас точно никто и никогда не разлучит, — прошептал любимый. — Это наше будущее. Наше счастье. Когда он или она родится, все сомнения уйдут прочь.

— Мне так хочется в это верить, — вздохнула я, поворачиваясь в его объятиях. Закинув руки на шею, замерла, глядя в любимые фиалковые глаза. — Но я все равно не хочу, чтобы ты уезжал.

— Ди, я не могу пропустить совет. Не сейчас.

— Знаю, но… — я запнулась, кусая губы, — у меня нехорошее предчувствие.

— Со мной ничего не случится, обещаю. Я буду осторожен. Да и что может произойти? Здесь, в Запределье, за воротами мы в безопасности от тирании светлых и сумасшествия темных. Я вернусь через три дня и больше тебя не покину до самых родов.

— Обещаешь?

— Обещаю… — прошептал он и вновь потянулся к моим губам, в то время как его пальцы уже развязывали слабый узел халата, проникая под тонкую ткань и лаская так, как умел только он.

***

Я задыхалась.

Хваталась за горло и хрипела, пытаясь сделать вдох. Но не могла. Что-то невидимое и очень крепкое сдавило гортань, не давая вдохнуть. Перед глазами постепенно темнело, а легкие горели огнем.

— Сейчас… дыши… дыши…

Кто-то очень сильный, очень теплый и большой оказался рядом и обнял меня. Давление на шею тут же спало, словно стекая по коже холодными ручейками. Мне удалось сделать первый рваный вдох, который ободрал горло и заставил громко и надсадно закашляться.

— Фрэн, боги… как ты?

Рейган крепче сжал меня в объятиях и не отпускал, пока я не успокоилась.

— Диана… — прохрипела я не своим голосом.

Похоже, я слегка повредила связки.

— Не понимаю…

— Она… она… беременна.

— Что?

Я почувствовала, как напряглись руки, которые продолжали удерживать меня. Рейган услышал, но все еще не верил.

После очередного глубокого вдоха мне стало немного легче. Отстранившись, я посмотрела ему в глаза и повторила:

— Диана была беременна… вот почему проклятие такое мощное. Вот почему отозвался источник. Диана ждала ребенка. Они тогда убили двоих.