Глава первая

Август 2006 года

Албазин, Департамент полиции

Астапов терпеливо дождался, пока четыре человека из наружного наблюдения рассядутся за столом, и только после этого оторвался от бумаг, веером лежащих перед ним.

— Я прочитал ваши доклады, господа, — сказал Георгий и постучал пальцем по этим самым бумагам. — Хочу услышать от вас лично результаты наблюдения. Корнеев, вы пишите, что вели слежку за мальчиком последние три дня. Меня крайне интересует последний день. На территории стадиона….

— Да, мы вели наблюдение с соседнего дома, — кивнул волхв. — Это было нетрудно. Примыкающие к гимназии строения почему-то поголовно с открытыми чердаками. Мы просто воспользовались данной ситуацией. Так вот, как выяснилось, за стадионом на пустыре молодые люди ежегодно собираются на «прописку», то есть проверяют новичков на твердость духа. Наш клиент оказался в числе испытуемых. Ваши подозрения, что именно этот подросток может являться нашим давним «клиентом» и потенциально сильным волхвом, подтвердились. Во время атаки «адским копьем» он умудрился рассеять большую часть опасной энергии в пространстве, сбил кастование, и сам, в свою очередь, провел атаку «трезубцем». Там было довольно весело.

— Вы навели справки по Старицкому? — перебил его Астапов.

— Так точно, — кивнул старший группы. — Мы разговаривали с Борисовым. Архимаг сказал, что Григорий Старицкий приехал с Приволжска к своему троюродному дяде — Барышеву Кондратию Ивановичу. Родители Григория, по его словам, погибли в аварии в девяносто девятом году, и парень долго пытался через близких родственников устроить свою судьбу. Странно, что никто не оказал ему помощи. Только Барышев согласился принять сироту. Григорий владеет Силой, и поэтому решено было устроить его в гимназию волхвов. Туда попасть не так и легко, но почему-то господин Борисов пошел на сомнительный шаг. Ведь Старицкие не обладали Силой в такой степени, чтобы из их потомка вышел волхв необычайно сильного уровня, да еще в таком возрасте.

— Проверили данные по родителям?

— Да, — тут же откликнулся сидящий рядом с Корнеевым парень в рубашке бежевого цвета. Он тут же открыл блокнот и прочитал: — Действительно, Михаил Андреевич Старицкий, дворянин, проживавший в Приволжске, погиб в автомобильной аварии в марте девяносто девятого года вместе со своей женой, Любовью Юрьевной, урожденной Садулаевой. У них остался сын Григорий. На данный момент его опекают родственники, и ни о каких лишениях и бедах мальчика речи и не идет.

— Значит, у нас появился двойник? — уточнил Астапов.

— Выходит, что появился, — кивнул волхв.

— А Барышев знает об этом?

— Подозреваю, что очень хорошо знает, — продолжил Корнеев. — После того, как вы рассказали свою версию происходящих событий, начиная с конца девяностых, я пришел к выводу, что Барышев намеренно водит за нос всех. Он принял в свой дом «племянника», устроил его в гимназию, и продолжает играть роль доброго дядюшки.

— Откуда тогда мальчик? — Астапов положил руки на стол и внимательно оглядел сотрудников. — Не мог же он свалиться на голову Барышева с неба? Кто подвел его к скромному человеку, старающемуся не участвовать в светской жизни дворянину?

— Мы ничего не знаем, — потупил глаза Корнеев. — Попытки прослушать разговоры в особняке провалились. Как только я активировал модуль подслушивания, как он тут же прекращал работать. Сплошной треск электромагнитных разрядов. Если мальчишка обладает неимоверными способностями, тогда все ясно. Он просто-напросто выявил факт нашего присутствия и грубо вмешался в работу моих плетений. Это говорит о высоком уровне волхвования.

— Мальчик не может в таком возрасте разбираться в тонких структурах и способах взлома чужой ауры, — возразил Астапов, но в душе понимал, что Корнеев прав. А если он прав, значит, Григорий именно тот человек, которого патриарх рода Назаровых просил найти и защитить.

— Увы, я бы так не утверждал, — покачал головой волхв. — У господина Барышева возможности слабые, об этом говорят сведущие люди. Он, скорее, больше иллюзионист. Любит отводить чужой взгляд, устраивает фокусы. Мелочь, в общем.

— В доме, помимо него, живет управляющий Богдан Шульга, — напомнил Астапов. — Проверили его?

— Обычный человек, — снова зашуршал блокнотом парень в бежевой рубашке. — Способностей к волхвованию нет. Работает у Барышева уже десять лет. До этого служил в армии на контрактной основе на Сахалине. Хорошо разбирается в радиоэлектронике, любит мастерить.

— Он мог создать аппаратуру, блокирующую любые вмешательства извне?

— Исключено, — твердо ответил Корнеев. — Блокировка моих модулей носила другой характер, не механический и не электронный. Воздействовали через ауру. Такого рода вещи очень хорошо ощущаются. Но кто именно создал блок — я не смог выяснить. Хитрый прием использовали, что-то вроде зашифрованного пакета с вирусом.

— Там еще две молодые барышни проживают, — напомнил начальник Департамента. — Они тоже подложные?

— Барышни настоящие, — улыбнулся волхв. — Проверяли. Сестра Кондратия Ивановича каждый год отсылает их на отдых, а сейчас, когда они учатся в гимназии — тем более появление девушек уместно. Но все проблемы начались задолго до их приезда на учебу. Мой вывод: Григорий Старицкий — как минимум волхв пятого ранга. Для его возраста это нехарактерно, но не удивительно. Такие случаи бывали в истории.

— Или будущий архимаг, да? — задумался Астапов.

— Вполне вероятен и такой прогноз, — осторожно заметил Корнеев. — Я наблюдал, как мальчишка очень грамотно погасил «адское пламя», а такое возможно только одним способом: внедриться в ауру человека заранее и подсадить в боевое плетение вирус. Почерк знакомый… с некоторых пор.

— Как такое возможно, Саша? — удивился начальник. — Нужен очень близкий контакт. Я, конечно, плохо разбираюсь в ваших волшебных штучках, но об этом знаю….

— Так он и контактировал, — улыбнулся Корнеев. — За несколько минут до испытания Григорий разговаривал со старшими кадетами. В этот раз сработала моя «подслушка». В общем, правило простое: стоишь в центре поляны и защищаешься от различных атакующих плетений. Выдержишь — молодец. Не потянешь — будешь всю учебу в гимназии позорным ссыкуном ходить. Кхм! В этот момент Старицкий и подсадил своего вируса. Отличная работа, ничего не скажешь. Развел старших кадетов, а они и повелись, лопухи!

По словам Корнеева можно было понять, что сотрудник восхищен действиями молодого волхва, и не видит ничего противоправного в его поведении. Конечно, все происходящее в гимназии, никак не относится к ведомству, занимающимся совершенно другими делами. Там епархия аристократов.

— Хорошо, я понял, — Астапов откинулся на спинку кресла. — Теперь необходимо выяснить, откуда прибыл мальчишка. Кузьменко! Отработайте версию по станице Раздольной. Подозреваю, что именно оттуда тянется след. Постарайтесь осторожно и без ненужного энтузиазма пройтись по этому следу.

— Есть! — отозвался мужчина с густыми смолянистыми усами и пронзительным взглядом темно-зеленых глаз.

— Архипов! — обратился Георгий к парню в бежевой рубашке. — Проверьте списки прибывших из других городов людей за июль месяц с западного направления. Аэропорт, вокзал, автовокзал. Ищите пассажира по фамилии Старицкий. Понимаю, что массив информации огромный, но через два дня жду с докладом. Понятно, что двойник — местный клиент, из Раздольной, но версию отработайте.

— Можно сделать запрос через таможенные службы, — Архипов закрыл блокнот. — У них ведется учет прибывших. Мы ведь считаемся приграничной губернией. Надеюсь, уже завтра к вечеру результат будет известен.

— Работайте, — кивнул Астапов. — Саша, продолжай наблюдение за мальчиком, но ни во что не вмешивайся. Теперь, зная его потенциал, можно дать разрешение на использование спецтехники. Тебе нужен помощник? К нам направили несколько молодых специалистов-волхвов. Вот и бери парочку. Обкатаешь их на реальном полигоне. Используй все наработки и навыки новиков.

— Вот спасибо, Георгий Ефремович! — обрадовался Корнеев. Уважили, так уважили!

— Еще раз прошу действовать аккуратно, не влезая ни в какие ситуации, связанные с молодым человеком. Только слежка. Даже если возле него начнутся непонятные движения с посторонними лицами — никаких контактов! Просто фиксируйте все досконально и докладывайте мне немедленно! По Барышеву…. Надо бы проверить, что он за человек. Корнеев, возьмешь на себя проверку. Это не срочно, но результат через неделю доложишь.

— Слушаюсь, господин Директор!

Подчиненные покинули кабинет, и Астапов медленно потянулся к графину с водой. Сомнения по поводу наследника империи Назаровых оставались, но они таяли как снежный ком в теплый весенний день с каждым новым фактом. Все больше и больше Георгий убеждался в правильности выбранного направления. Если выяснится, что к Барышеву действительно никто из Приволжска не приезжал — даже один этот факт говорил о многом — то можно говорить об успехе. Долгие годы Астапов, стараясь особо не засвечиваться перед Стражем Тайного Двора и перед влиятельным кланом Китсеров, по собственной инициативе прощупывал почву в Раздольной. Даже пару раз засылал туда агентов, чтобы выявить всех ребятишек, родившихся там в девяносто третьем году. Один был внедрен под видом коммерсанта, открывшего свою небольшую лавку по продаже химических удобрений, а второй устроился учителем начальных классов по физкультуре. Оба не продержались и года, странным образом сбежав из станицы. Говорили, что им создали невыносимые условия для проживания. Что ж, Астапов понимал: чужаков в Раздольной не любили никогда. Тайная и закрытая структура, функционирующая как единый организм с населением станицы, не позволяла себе роскоши принимать людей, приехавших извне. Хотя, по некоторым данным, другие приезжие очень хорошо адаптировались к местным условиям. Пара механизаторов, две учительницы, еще несколько человек. Но не его агенты…. Где-то прокололись. Или у Ивана Старыгина — его знали как Стража — очень много осведомителей во всех структурах официальной власти.

Рука потянулась к мобильному телефону. Астапов отыскал в контактах номер, по которому звонил не чаще двух раз в год, и сделал вызов. Гудки долго били в барабанную перепонку, но Георгий не торопился делать отбой. И его терпеливость была вознаграждена.

— Слушаю, — раздался мужской голос, густой и сочный, но вместе с тем тщательно прячущий нотки обеспокоенности. — Говорите.

— Вас еще интересуют детали по старому делу? Тогда встретимся на том же месте, как и раньше. Всего доброго.

Нажав на кнопку завершения вызова, Астапов, сам не зная почему, пожал плечами. Заигрываться в шпионов он не собирался, и не допускал мысли, что телефон могут прослушивать. Да и зачем? Кто свяжет воедино звонок главы Департамента полиции с человеком, у которого позывной «Яр», и который вот уже десять лет живет где-то в городе под чужим именем и в силу своих возможностей помогает Георгию? Так что условные и кодированные сигналы Астапов принимал за глупую и ненужную игру, хотя Полозов Олег (он же Яр) настаивал как раз на таком стиле общения. Ну, хочет — пусть балуется. Главное, после стольких лет появился след. Пора подключать нужного человека.

Архимаг Борисов

Кажется, в этом году ему не удастся пополнить свои силы той безумной юношеской энергией, бушевавшей над стадионом. Павел Ефимович чувствовал, что невидимая обывательскому глазу ярко-фиолетовая, насыщенная магическими флуктуациями, туча медленно растворилась, как будто ее и не было. Сначала Борисов не мог понять, в чем дело. Он молча созерцал черное пятно в середине пустыря, потом медленным шагом дошел до него и даже присел, чего с ним давно не случалось. Земля, спекшаяся до стеклянного блеска, дала ответ архимагу. Вся энергия, выплеснутая мальчишками, ушла в недра, раздробилась на мелкие выплески Силы, искорежила породу.

Борисов только покачал головой, а на его губах появилась улыбка. Появление в гимназии потенциального иерарха Силы серьезно поднимало его заведение в глазах тех, кто относился к детищу Павла Ефимовича с большой долей скептицизма. Оставалась лишь правильно огранить драгоценный камень. Всего лишь одна проблема волновала Борисова: каким образом в простой дворянской семье, где магические способности не выходили за рамки допустимых отклонений появился такой самородок. Обеспечить себе защиту от «адского пламени» и «молота», мастерски встроить разрушительные артефакты в саму структуру заклинания может далеко не каждый волхв. Вернее, конечно, сможет, но только после нескольких лет обучения. А тут…. Словно мальчишке дали дорогую игрушку, а как ее использовать — не знает. Вот и вертит ее в руках, пользуется различными функциями, не сознавая, какой потенциал заложен в ее механизме.

Так неужели все дело в семейной измене? Или, как второй вариант — господин Барышев играет в какую-то сложную и опасную игру. Старицкий вполне может быть чьим-то отпрыском из могущественного клана, который по каким-то причинам не может воспитать своими силами иерарха.

Борисов, уже не оглядываясь, пошел обратно, старательно обходя кучки мусора, снесенные ветром и магическими завихрениями к зарослям полыни и пожухлой колючки. Мальчишки могут сколько угодно пользоваться своим даром и испытывать наработки, но он не позволит им калечить друг друга. Зря, что ли, уважаемый в высших кругах общества архимаг раскидал по всему периметру пустыря «экраны», гасящие избыточную силу заклинаний? При всем желании старшие кадеты не смогут поубивать новичков. А самому Павлу Ефимовичу накопленная энергия ой как пригодится. Ладно, новую защиту взамен сгоревшей он поставит позже, когда уляжется шумиха среди кадетов. Пусть пока обсуждают перипетии «прописки».

Благополучно избежав любопытных взглядов из широких окон учебных помещений, Борисов вернулся в свой кабинет и сразу же решил позвонить в Медицинскую Академию.

— Слушаю вас, Павел Ефимович, — раздался из трубки сочный голос профессора Лапотникова. Именно он держал на руках все медицинские данные Старицкого.

— Не помешал, Федор Владимирович? — вежливо поинтересовался Борисов. — Извини, что звоню в неурочный час….

— К чему такая вежливость, господин архимаг? — засмеялся профессор. — Звоните — значит, есть причина. Вы, я так полагаю, по поводу мальчика? Что-то хотели уточнить?

— Да, именно, — подтвердил Борисов. — Родство с Барышевым меня беспокоит. Я бы не хотел напрямую предлагать Кондратию Ивановичу провести проверку ДНК. Но мне важно знать, на самом ли деле Григорий Старицкий является его родственником.

— Это не проблема, Павел Ефимович. Барышев каждый год проходит диспансеризацию в городской клинике. Через месяц как раз подходит срок очередной проверки. В любом случае кровь он сдавать будет. Я просто попрошу прислать его пробирку в нашу академию. Все будет сделано негласно, чтобы Кондратий Иванович ничего не заподозрил.

— Хорошо, я подожду, — облегченно

Страница 1

вздохнул Борисов. — Значит, концентрация Силы в крови настолько сильна, что вы однозначно уверены в принадлежности Старицкого к древнему роду руссов-ариев?

— Конечно, конечно. В этом нет никаких сомнений. Ведь у нас есть великолепная база данных по всем аристократическим родам, по которым можно найти родственников. Единственное, что на это нужно высочайшее соизволение Совета Иерархов. Будет много вопросов, если мы попробуем даже намекнуть на необходимость сверки. Представляете, что будет твориться в городе, когда от нашей Академии придет запрос на проверку? Здесь же не протолкнешься от проверяющих! Всю губернию накроют магическим колпаком!

— Хорошо представляю! — хохотнул Борисов, в своем воображении нарисовав картину вселенского нашествия могущественных иерархов, желающих приобщиться к «рождению» нового коллеги. — Зачем нам в уютной глубинке такой концерт?

— Вот и я о том же, — добродушно согласился профессор. — А если серьезно: вы же прекрасно осведомлены, как аристократы «выращивают» сильных волхвов. На это уходят годы, если не столетия. Логично предположить, что мальчику достался великолепный набор генов от своих предков. И кто-то из рода по каким-то причинам завуалировал присутствие потенциального иерарха в нашем городе.

— Короче говоря, вы не верите, что Старицкий имеет отношение к роду Барышевых? — напрямую спросил Борисов.

— Большие сомнения, — профессор все-таки замялся, и эту паузу архимаг отметил. Не хочет давать поспешных выводов. И правильно. Зачем торопить события? Пусть все идет своим чередом. Через месяц результаты анализов Барышева будут расшифрованы, и тогда можно выстраивать стратегию. А пока нужно оградить мальчишку от излишнего желания демонстрировать свою Силу направо и налево. Надо же! Взломать защиту и подсадить в его ауру магический артефакт! Борисов до сих пор не мог забыть такую наглость Григория при первой встрече, но благодаря ему улучшил параметры своего изобретения.

Хмыкнув от этих мыслей, архимаг вышел в пустой коридор и прислушался. За дверями кабинетов шли интенсивные занятия, в здании стояла мертвая тишина. Третьеклассники занимались этажом ниже, и Борисов, особо не торопясь, шагнул на лестницу, ведущую в рекреацию младших кадетов.

****

Гришка смахнул пот со лба и украдкой посмотрел на окна второго этажа, где находились комнаты сестер. Он уже занимался пару часов в тенистой части сада физическими упражнениями, и несколько раз улавливал любопытные взгляды то Ольги, то Насти, которые поочередно пытались разглядеть, что же там вытворяет их «родственник». Ничего особенного Гришка и не делал, просто активно выполнял рекомендации Тагира, чтобы поддерживать свое тело в тонусе. Полчаса психометидативных упражнений, активное махание шестом, броски остро заточенных звездочек, сделанных из сломанных фрез (постарался Богдан, нисколько не удивленный просьбой мальчишки изготовить убийственные предметы) в старый тополь, кое-что из рунической магии — но это для создания эффекта, чтобы девочкам не стало скучно. Особо не напрягаясь, он создал ледяную розу под два метра ростом, и умудрился раскрасить бутон ярко-алым цветом. Для Гришки это ничего не стоило, а сестры надолго прилипли к окнам, пока роза не растаяла. Ему было интересно, почему Ольга и Настя не выходят в сад, а предпочитают смотреть издали. Только потом, во время обеда Настя пояснила:

— Мы не хотели тебе мешать. Да и сверху видно лучше. Ты даже не представляешь, как было жутко, когда стал использовать свою магию. У меня волосы на голове дыбом встали.

При этом Настя вращала глазами так, словно хотела показать, насколько она была ошеломлена происходящим. Ольга же снисходительно посматривала на ужимки старшей сестры, меланхолично ковыряя вилкой в тарелке. Только вот Барышев, в отличие от девочек, был настроен категорически.

— Григорий, я ведь предупреждал, чтобы ты не смел проводить опыты магического свойства в доме! Стоит только отъехать на полчаса — и нате вам! Что ты еще сделал?

— Сформировал структуру ледяного цветка, — пожал плечами Гришка. — Не беспокойтесь так, дядя Кондратий! Я окружил особняк непробиваемой завесой. Держит в своем коконе проявления волшбы до десятого уровня. А цветок — ерунда. Всего лишь пятый.

— Ну да, мог бы догадаться, — проворчал Барышев, досадуя на себя. — Почувствовал же, что дело нечистое. Даже с моими возможностями сообразил, почему остатки магической завесы болтаются по периметру забора, словно потасканные тряпки. С твоей стороны, Григорий, очень неаккуратно.

— Учту, — кивнул Гришка. — Халтурно сработала зачистка. Надо доработать.

На несколько минут наступила пауза. Горничная принесла десерт, и молодые люди увлеченно его поглощали, пока Барышев не поинтересовался:

— Чем сегодня намерены заняться, молодые люди?

— Хотели по набережной прогуляться, потом взять лодку и на другой берег сплавать, — быстро ответила Настя. — Гриша нас сопровождать будет.

— Ну, день сегодня выходной, почему бы и нет, — рассеянно ответил мужчина. — Кстати, я не заметил того черного фургона возле наших ворот. Может, оно и к лучшему.

— Давайте, такси вызовем? — вскинулась Ольга. — Чего по жаре топать? А так быстро доедем, силы сэкономим.

— Почему бы и нет? — согласился Барышев. Он встал, опираясь на трость, и отошел от стола, чтобы сделать звонок в таксомоторный парк. Назвал улицу, номер дома и попросил, чтобы вызов не задерживали. Молодежь тем временем разлетелась по комнатам, чтобы переодеться к походу. Гришка подумал, брать ли ему купальные плавки. Ильин день прошел, и в воду лезть как бы не пристало. Но местные ребята ему объяснили, что на суеверия они давно не обращают внимания. Если на улице жара под тридцать градусов — поневоле захочется освежиться. И август в этом году стоял знойный, с удушающей духотой. Иногда грохотали сухие грозы, черные облака со зловещей фиолетовой каймой ползли со стороны Манчжурии, но дождевые потоки проливались где-то в другом месте.

Перебирая свои вещи, Гришка наткнулся на маленькую шкатулку. Она лежала в самой глубине шкафа. Зачем-то рука потянулась к ней и открыла крышку. В ней лежал только кулон в виде солнечной свастики, в середине которого багровел драгоценный камень. Подарок Стража. При отъезде он лично передал его Гришке со словами: «никогда не одевай его на людях, и что бы ни произошло — не теряй. Когда-нибудь ты узнаешь всю правду, которая изменит твою жизнь. И только тогда сможешь по праву носить его».

Вздохнув, мальчишка положил кулон обратно в шкатулку. Он давно подозревал, что в его короткой жизни не все так просто. И если Страж решил таким подарком намекнуть о какой-то тайне, которую Гришке предстояло раскрыть самостоятельно или с помощью взрослых, то достиг своей цели. Уже проживая в доме Барышева, он первым делом вошел в информационную Сеть, откуда и узнал, кому принадлежит символ свастики с рубином. Несколько куцых статеек, из которых Гришка почерпнул только одно: его принадлежность к дому Назаровых, очень влиятельному клану, теряющему, впрочем, свою значимость в современном мире. Наследников по прямой линии не осталось, только патриарх продолжал жить уединенно в своем загородном особняке. Ушлые журналисты даже упомянули, что Назаровы принадлежат к древнейшему ордену ариев, поклонявшихся Солнцу и владевшим такими магическими возможностями, что могли изменить одним лишь словом саму природу вещей. Их боялись и любыми способами старались заполучить хотя бы каплю крови носителей магических тайн. Но служители ордена ревностно смотрели на чистоту крови и не позволяли жениться или выходить замуж за человека не из их круга. Таким образом, накапливалась Сила, которая могла породить Иерарха. Конечно, тактично упоминали журналисты, это всего лишь домыслы, и господин Назаров сам категорически отрицает свою принадлежность к Ордену. Даже специально написал статью еще в восьмидесятых годах, где в пух и прах разбивает спекуляции на тему закрытости некоторых аристократических родов и сопричастности их к тайнам древних магий.

Гришка очень внимательно прочитал все ссылки на этот странный Орден, и пришел к мысли, что тайна имеет место быть. Ведь помимо Назаровых упоминались еще с десяток знатных дворянских родов, живущих по каким-то своим законам. Покопавшись еще немного в информационном мусоре, молодой волхв выявил одну закономерность. Ни один из представителей этих родов не смешивал свою кровь с иноземными кланами, то есть с теми, чьи предки вышли из немецких, французских, английских или других западных стран. Ну, например, те же Романовы, родоначальник которых Гланда-Камбила Дивонович, в крещении Иван, приехал в Россию из Литвы в последней четверти 13 века. Кто-то из историков утверждал, что Романовы вообще-то из Новгорода. Как бы там ни было, но представители указанных родов никогда не роднились ни с Кобылкиными, ни с Кошкиными, ни с Захарьиными, ни с другими из семнадцати родов этой ветви. Также пресекались попытки других семей, имевших в своей крови немецкие корни, влезть в ближний круг. Удивительно, но аристократы не гнушались брать в семью простолюдинок. Сыновья женились на русских красавицах из глубинки, которые даже не имели намека на благородное происхождение, но благодаря такому кровосмешению арии добивались неплохих результатов в передаче магического наследства и улучшении качества волхвования. Дочери аристократов же не имели права выходить замуж за простолюдинов. В этом случае им готовили великолепную партию из ближнего круга. Система работала и не давала сбоев, утверждали писаки. Но уже к концу восемнадцатого века любая информация об Ордене старательно ретушировалась и не допускалась в массы. Аристократы, имевшие в своих кланах мощных волхвов, всячески скрывали свою принадлежность к нему. Так что ничего удивительного в желании многих кланов породниться с теми, кто владеет настоящей Силой, у кого прочны традиции древнего волхвования.

— Гриша! Ты где застрял? — раздался звонкий голос Ольги снизу.

Девчонки в легких цветастых сарафанах уже нетерпеливо приплясывали на месте у открытых ворот. Такси-кабриолет выглядывал тупорылым блестящим носом из-за густого куста акации. Надо же, задумался, что время потерял.

Он торопливо натянул на себя шорты, футболку, сунул ноги в шлепанцы и бегом бросился вниз, чуть не сбив на парадной лестнице Богдана. Управляющий удивленно снял очки и почесал переносицу. Потом проворчал что-то под нос и продолжил свой путь.

Водитель вежливо распахнул заднюю дверь, дождался, когда все рассядутся на мягких сиденьях, и только потом вернулся за руль. Включил счетчик и аккуратно вырулил на середину дороги. Разворачивался он уже в самом конце улицы, где такой маневр был позволителен. И Гришка сразу же заметил, как за ними увязался темно-синий седан фирмы «рено», до этого тихо стоявший напротив особняка барона Севрюгина. Зная, что у хозяина дома нет такого автомобиля в личном гараже, мальчишка сразу же «закинул» шпионский модуль в его салон. Один человек, враждебных намерений нет, но с явными намерениями ехать за ними. Главное, что не волхв. Ладно, можно расслабиться. «Рено» благополучно доехал вместе с кабриолетом до набережной, но водитель не стал выходить из машины. Гришка на всякий случай еще раз проверил намерения странного человека. Безмятежная светло-зеленая аура полыхала по всему контуру. В конце концов, паренек махнул рукой на эту странность.

День прошел великолепно. Гришка катал девчонок по Амуру, слушал их веселую болтовню, потом причалил к другому берегу, густо заросшему ивняком. Подосадовав на себя, что не захватил удочку, чтобы порыбачить, пока сестры купаются, он решил заняться более насущными делами: отработкой рунической магии.

Первым делом он прогнал тестовое задание, которое посоветовал ему выполнять каждый день Кирилл. Легкие руны, которые Гришка выписывал в воздухе, застывали невидимыми замысловатыми линиями в воздухе, формируя то завихрения ветра в виде светло-серого столбика, тянущегося в голубое небо; то внезапное изменение полета птиц, почему-то сбившихся в стаю из различных представителей летающей братии; то покрытую серебристой пленкой инея траву на поляне. Оставшись довольным своей первичной тренировкой, Гришка решил провести комплекс силовых упражнений по отработке ударов. Деревья ломать он, конечно, не собирался, но для «физики» требовался крепкий ствол. Небольшой лесок подходил для этого случая. Прислушавшись к звонким голосам девочек, плещущихся в воде, он направился к леску.

Увлекшись занятиями, не сразу понял, что за ним наблюдают. Конечно, можно было поставить защиту от непрошеных гостей, но в таком редко посещаемом месте Гришка посчитал глупым развесить своих верных «жучков». А спиной он еще не научился, как следует, прощупывать пространство, как это умели Никифор и Кирилл.

— Развлекаемся, молодой человек? — раздался мужской голос.

Гришка резко развернулся, сразу же оценивая ситуацию. Периферийным зрением он оглядел окрестности, но кроме одного мужчины, привалившегося плечом к березе, никого не заметил. Мужчине на вид было лет сорок-сорок пять, одет в легкий бежевый костюм, элегантные брюки со стрелкой, на ногах — остроносые туфли. Широкие плечи, осанка — все говорило о том, что перед мальчишкой стоял человек, не понаслышке знакомый с воинской службой. Вот только глаза скрывались за темными стеклами солнцезащитных очков.

— Кто вы такой? — недружелюбно спросил Гришка, спешно формируя защиту. Мало что вздумается сделать незнакомцу. Вдруг кинет какую-нибудь разновидность «адской короны» — крикнуть «мама» не успеешь. — Вы следите за мной?

— Ни в коей мере, — улыбнулся мужчина, по-прежнему подпирая дерево. — Увлекся твоими упражнениями. Если не ошибаюсь, применял рунную магию?

— Это не ваше дело, — еще больше насторожился Гришка. Вот так, с ходу, понять, чем он занимался на поляне, мог только человек, знающий принципы магии и волхвования. Кто это такой? Из спецслужб или из конкурирующего Тайного Двора? Неужели Страж и атаман Данилов были правы, и на него вышли те, кто охотится за его головой?

— Ладно, вижу, что в таком состоянии разговор не получится, — незнакомец снял очки и Гришка увидел его глаза: карие, добрые, мягкие, но в то же время отливающие сталью. — Меня зовут Олег. Так и ты зови. Я не из тех, кто требует к себе излишнего почтения. А как твое имя?

— Зачем вам оно? Я с незнакомцами не откровенничаю, — мальчишка немного расслабился. От этого Олега не исходили волны агрессии, но вот аура была необычайно знакомой: светло-зеленая, исходящая теплом. Где-то он ее видел, причем — недавно. И внезапно догадался. — Это вы все время ехали за нами от дома?

— Догадался! — рассмеялся Олег, почему-то довольный тем, что его разоблачили. — Молодец. А я не верил, что сообразишь.

— Пф…, - фыркнул Гришка, убирая защиту. — Было нетрудно. Так кто вы такой?

— Давай присядем да поговорим, — предложил Олег, наконец, отрываясь от березы. Он кивнул на поваленный ствол дерева, комель которого прятался в густых зарослях малинника, приглашая Гришку. Подросток с любопытством ждал, как поведет себя мужчина в такой ситуации. Не побоится замарать свои щеголеватые брюки? Ведь поваленное дерево было трухлявым, да еще поросло мхом. Замарается,

Страница 2

небось. Однако, к его разочарованию, Олег вытащил из кармана пиджака газету, развернул ее и аккуратно положил на ствол. Потом с усмешкой сел на нее и приглашающим жестом показал Гришке присоединиться к нему. Пожав плечами, мальчишка примостился рядом. Молчание, повисшее между взрослым и подростком, прервал сам Олег. Он повернул голову и внимательно вгляделся в профиль Григория.

— Почему вы так на меня смотрите? — занервничал Гришка. — Если есть что сказать — говорите.

— Ладно, — покладисто кивнул мужчина. — Давай, поговорим. Твоя фамилия — Прохоров?

Гришкины плечи ощутимо вздрогнули, и ему стоило большого труда не вскочить с бревна и броситься к Амуру, чтобы увести сестер отсюда. Но он понимал, что на лодке далеко не проплывет. Этот Олег догонит их. Как-то же ему удалось перебраться на этот берег? Вероятно, на моторке следом примчался. Возможно, с сообщником, который сейчас может следить за сестрами. Прошляпил, да….

— Вообще-то Старицкий я, — как можно спокойнее ответил Гришка. — Вы напутали что-то, дядя.

— Ну, пусть будет так, не важно, — улыбнулся Олег. — Главное, что ты веришь в это. А я кое-что скажу тебе, Григорий Прохоров. Здесь я не случайно. Я наблюдаю за тобой очень давно, и продолжу наблюдать столько времени, сколько понадобится. Так хотел твой прадед. А его волю нужно выполнить.

— Прадед? — Гришка напрягся. — Какой прадед?

— Твой настоящий прадед, Анатолий Архипович Назаров, — спокойно ответил мужчина. — Патриарх рода. Именно он дал наказ охранять тебя от ненужных встреч с нехорошими людьми. Ты ведь давно догадался, что Прохоровы тебе не родные? Чего глазами зыркаешь? Догадался, знаю. И Страж знает, и атаман Данилов тоже в курсе всех дел. У тебя есть кулон: свастика с рубином. Древний знак рода Назаровых. Ты же парень умный, давно об этой своей вещичке прочитал в Сети, сопоставил факты и сложил два плюс два.

— Допустим, — хмуро ответил Гришка. — Допустим, вы правы. Слишком много тайн вокруг меня. И эта Сила, которая таится во мне, не взялась ниоткуда. Наши станичные волхвы боялись, что я не смогу овладеть ею в полной мере, и решили отправить меня на обучение.

— Но ведь тебя готовили, в первую очередь, как диверсанта и агента по спецзаданиям? — улыбнулся Олег. — Я знаю принцип комплектования троек в Тайных Дворах. Знаю даже твоих друзей, с которыми в будущем вы и составите эту тройку. Но, боюсь, тебе придется отказаться от этой идеи.

— Это почему? — возмутился Гришка, сам не заметив, как был вовлечен в разговор.

— Твой прадед потратил всю свою жизнь, чтобы в роду Назаровых был свой иерарх. И кажется, добился этого. Только потерял всех своих детей и внуков. Страшная плата за то, чтобы ты сейчас ощущал в себе мощь всех поколений. Осталось только передать тебе тайные знания, хранящиеся в недоступном для остального мира месте. Ты — носитель древней Силы. Именно из-за этого погибла твоя мать.

Гришка молчал, пришибленный неожиданными и пугающими словами. Да, он подозревал о чем-то подобном, но вот слова о настоящей матери большой кувалдой ударили по голове. Точнее, о ее судьбе.

— Почему я должен верить вам? — хмуро спросил Гришка, заметив, как на берегу появились Ольга и Настя. Сестры о чем-то оживленно болтали, подходя к переносной сумке, в которой лежали бутерброды и два термоса; с чаем и морсом. Отсутствия Григория они пока не заметили. Больше всего сейчас Гришке хотелось убежать подальше от странного мужика, рассказывающего такие вещи. А ведь он мог одним движением пальца обездвижить собеседника, но почему-то совершенно забыл о своих способностях. Потому что внутренне давно был готов к такому разговору.

— А я не собираюсь тебя убеждать в чем-то, — невесело усмехнулся Олег. — Я выполняю волю патриарха рода Назаровых: присматривать за тобой. И до тех пор, пока ты полностью овладеешь Силой, я буду рядом. Но не беспокойся: меня ты не увидишь. Докучать тебе не стану. Учись, овладевай науками, но если возникнут большие проблемы — зови.

— Как? Выйти за забор и свистнуть? — попробовал пошутить Гришка, но Олег молча вытащил из кармана рубашки вдвое сложенный листок, видимо, вырванный из блокнота, и отдал мальчику.

— Здесь номер моего телефона. Выучи его наизусть, листок сожги. Он у тебя в голове должен быть.

Внимательно посмотрев на ровный ряд цифр, Гришка сказал:

— Это стационарный телефон. У вас, разве, нет мобильного?

— Давай на «ты», — предложил Олег, улыбаясь. — А звонить ты будешь именно на этот номер. Поверь, так лучше.

— Да ладно, мне-то что, — пожал плечами подросток. Он еще раз всмотрелся в цифры и наложил ладонь на листок. Бумажка резко почернела и скукожилась, рассыпавшись на мелкие фрагменты. Гришка смахнул пепел на землю и снова кинул взгляд на сестер. Кажется, только сейчас девчонки поняли, что остались одни на поляне, окруженной ивняком и березовой рощицей. И, конечно, начали вопить, вызывая Гришку. Мальчишка поморщился и посмотрел на Олега.

— Никому не говори, что встречался со мной, — предупредил мужчина. — И не забывай, что у тебя есть родной человек, который сделает все возможное для твоего будущего.

Гришка отвлекся всего лишь на пару секунд, чтобы выйти из-за кустов и помахать рукой раскричавшимся девочкам, а когда обернулся — Олега нигде не было. Как будто испарился. Этому обстоятельству подросток не удивился. Техникой исчезновения владели не только японские ниндзяцу, но и знакомые ему люди, вроде Тагира и Арсения. Может, и еще с десяток человек, но они однозначно принадлежали тем структурам, которые воспитывали Гришку с малых лет. Значит, Олег тоже был бойцом Тайного Дома?

Всю дорогу назад Гришка был задумчивым, и просто механически работал веслами. Он обдумывал слова человека, назвавшегося Олегом, и что-то в душе ворочалось теплым комком. Оказывается, у него есть настоящая родовая фамилия! А вдобавок к ней — могучий патриарх с такими связями и возможностями, что почти осязаемо чувствовалась его поддержка, впервые за столько лет.

Набережная Амура к вечеру заполнилась отдыхающими. Где-то гремела музыка, воздух был пропитан запахом кофе, свежих булочек и ванили.

— Хотите перекусить? — предложил Гришка, когда сдал лодку и подошел к сестрам. — Я пока не вызывал такси, да и время еще детское….

Последнее слово вызвало дружный смех Насти и Ольги. Отказываться от лимонада и пирожных они не стали, а Гришка с непонятным волнением обшарил взглядом близлежащую стоянку автомобилей, но темно-синего «Рено» так и не заметил. Каким образом Олег сумел раньше них попасть на набережную и уехать незаметно? Гришка окончательно утвердился в своем мнении, что его новый знакомый воспользовался моторной лодкой. Среди десятков плавсредств, заполонивших Амур, обнаружить искомую цель было очень трудно. Этот самый Олег умел быть невидимым.

Хотелось как можно скорее очутиться дома и порыться в Сети. Да, он давно знал, что кулон, который ему отдал Страж, принадлежит роду Назаровых, но никак не мог понять, что может связывать его с этими людьми. И про Анатолия Архиповича тоже знал. Кажется, про этих Назаровых Гришка прочитал все, что было в свободном доступе. Самая главная тайна рода стала причиной его фактической гибели. Журналисты считали, что Назаровы связаны с древним тайным орденом руссов-ариев, и конспирологические версии происходящего уже зашкаливали своим количеством в различных изданиях. Из всего мусора, прочитанного мальчиком, он понял только одно: есть некие аристократические рода, желающие заполучить необходимые компоненты крови, чтобы в будущем в их клане родился мощный волхв. Древние знания ариев без элементов чистой крови, насыщенной праэнергией Вселенной в ее составляющих, не стоили ничего. Просто еще одна метода волшебства — разве что посильнее некоторых практик. Нужен носитель крови, и тогда Сила проявится в полной мере. А прокачать волхва до архимага, а дальше до иерарха в таком случае ничего не стоило. Дальше можно действовать по принципу племенного разведения лошадей, как бы цинично и кощунственно это не звучало. Впрочем, для аристократов цинизм начинался сразу за порогом дома. Желание заполучить личного боевого волхва или архимага в клан, способного легко и играючи разметать врагов по всем сторонам света перевешивало все разумные доводы. Потомки тоже были со своей головой на плечах, и мириться с тем, что их заставляли спариваться как каких-то редких животных, совершенно не хотели. Конфликты возникали часто, и многие кланы вынуждены были терпеть «раскольников», уходивших на вольные хлеба, чтобы создать новый род.

Олег был первым человеком, который прямо сказал, что Гришка не безродный пес, которого приютили сердобольные люди. Скорее, в этом поступке скрывались далеко идущие планы по отношению к мальчику. Точнее, как лучше использовать свалившееся в их руки счастье. И будущее показалось ему не таким безрадостным. Что теперь делать: возвращаться после обучения под крыло Стража или плюнуть на все и податься к прадеду? Ближе к своей крови, к действительно родному человеку.

— Ты чего такой хмурый, Гриш? — с подозрением спросила Оля, внезапно увидев лицо нахохлившегося подростка. — Заболел?

— Нет, я в порядке, — встрепенулся Гришка. — Вы, пока купались, никого из посторонних не заметили?

— Нет, — одновременно ответили сестры.

— А что такое? — Настя огляделась по сторонам. — Ты кого-то опасаешься? За тобой устроила слежку имперский Шестой Отдел?

Шестой Отдел был самым старым государственным кабинетом в недрах чиновничьего аппарата, отвечавшим за порядок в плотных рядах элитных волхвов. Замашки людей из аристократических родов, да еще владевших Силой, всегда доставляли головную боль не только многочисленным службам, но и самому Императору, который вынужден был реагировать на каждый скандальный случай, где применялась волшба. Посему Шестой Отдел старательно собирал все данные о новоявленных и известных волхвах из знатных родов и кланов, тщательно заносил в картотеку каждый случай, идущий вразрез с уголовным или гражданским кодексом Империи. И это был тот компромат, который получил одобрение с самого верха. Этакий мощный крючок, способный выдернуть на свет божий совсем уж зарвавшихся покорителей Стихий.

— Незачем за мной слежку устраивать, — нехотя улыбнулся Гришка и выхватил из кармана мобильник, издавший какой-то незамысловатый сигнал. Это пришло сообщение, что к пункту назначения прибыл таксомотор. — Поехали домой, а то Кондратий Иванович будет волноваться.

Уже удалившись от набережной, он еще раз решил проверить, не висит ли знакомая машина темно-синего цвета, зная заранее, что Олег в любом случае будет вести его до самого дома. Так и случилось. «Рено» пару раз мелькнул в потоке автомобилей, въезжающих на тенистые улицы Албазина. Убедившись, что ребята направляются к особняку своего дяди без приключений, резко свернул на параллельную улицу. Гришка улыбнулся. Ему снова хотелось подсадить «шпиона» в машину Олега, но после некоторых раздумий отказался от затеи. Почему-то хотелось верить, что человек, о существовании которого он до сегодняшнего дня и не подозревал, не причинит ему проблем, а станет тем самым ангелом-хранителем, как и обещал. Зачем же обижать его своим неверием?