Глава третья

Астапов

Новую встречу с Олегом Полозовым Георгий назначал сам, и выбрал один из самых тихих уголков города. Маленькое, но уютное кафе на окраине города, оригинально выстроенное на каменной сопке, поросшей с одной стороны реликтовыми соснами, нельзя было разглядеть с дороги. Для этого пришлось бы сворачивать с основной трассы на гравийную дорогу, огибающую гору. Протянувшись еще метров сто пятьдесят, эта дорога оканчивалась тупиком: окольцованной мощными гранитными валунами стоянкой. За валунами сразу же начинался крутой спуск к мелководной, но строптивой речушке. А чтобы попасть в кафе, нужно было немного попыхтеть, поднимаясь по причудливо изгибающейся лестнице вверх по сопке.

Стоянка, к его удовлетворению, была занята наполовину. Было где поставить свою «Ладогу». Поднявшись по лестнице, Астапов постоял на площадке, вглядываясь через панорамные окна. Войдя в помещение, он сразу направился к столику, где сидел мужчина в светло-голубой рубашке и рассеяно крутил в руках чашку из-под кофе. Взгляд его был направлен совсем не в сторону Георгия.

— Здравствуйте, — Астапов сел напротив и пожал протянутую руку Полозова. — Давно ждете?

— Давненько, — улыбнулся мужчина и кивнул через панорамное окно на вершину соседней сопки, густо поросшей сосняком. — Да не переживайте так. Я даже счет времени потерял. Красиво здесь, спокойно. Часто сюда приезжаю.

— Как прошла встреча с подопечным? — полюбопытствовал Астапов и отвлекся на хорошенькую официантку, подошедшую взять заказ. — Пятьдесят «Шустовского», пожалуйста, и чашку крепкого кофе….

— На удивление — спокойно, — Полозов оставил в покое свою чашку. — Думал, паренек рассердится и начнет крушить все вокруг. Однако нервы у него в порядке.

— Вы все сказали ему о настоящей семье?

— Да, намекнул очень прозрачно, но не стал расписывать. Пусть несколько дней поживет с новым знанием, привыкнет, осознает. Знаете, Георгий, такое ведь просто так не пропустишь мимо себя, оно же по голове бьет как мешок, набитый песком. Оглушает напрочь.

— Что думаете делать дальше, Олег? — Астапов кивнул официантке, принесшей заказ, и опрокинул в себя коньяк. — Продолжите жить в Албазине? Роль незримого телохранителя не надоела?

— Я выполняю личную просьбу господина Назарова, — Полозов хмыкнул. — Боюсь, что мне еще четыре года быть ангелом-хранителем.

— В прошлую нашу встречу я толком вас и не расспросил, — Астапов отхлебнул кофе, — какие действия предпримите в случае обнаружения слежки или нездорового копошения людей барона Китсера.

— Может, перейдем на «ты»? — предложил Олег. — Мы — люди простые, знатностью не обременены.

— Охотно, Олег, — кивнул Георгий.

— Первый раз я был в Албазине в девяносто пятом, когда привез тебе то, что обещал господин Назаров, — напомнил Олег. — Тогда было такое время, что любая попытка перемещения людей его клана таила в себе опасность. Люди барона буквально висели на наших шеях. Пришлось проявлять чудеса изобретательности, чтобы скинуть «хвост». Ну, да ладно, я к этому был обучен. Да и прикрытие имел неплохое. И в тот раз мы не поговорили, обошлись инструкциями.

— Да, я помню то время, — кивнул Астапов, продолжая прихлебывать остывающий напиток. — Тоже пару лет спал с пистолетом в руке. Пришлось даже тайник сооружать, чтобы надежно укрыть бумаги. Хотя, после их прочтения, у меня сложилось мнение, что Китсеры слишком преувеличивают их значение. Из всего массива документов истинную ценность имеют лишь три-четыре. Остальное годится для исторических мемуаров.

— Сообразил? — усмехнулся Полозов и постучал пальцем по лбу. — Патриарх совсем не выжил из ума, чтобы оставлять глубокий след на бумаге. Самое главное он держит внутри.

— Да я понял, — хмыкнул Астапов. — Меня втянули в игру в роли отвлекающего. Рано или поздно, если понадобится, господин Назаров пустит дезинформацию, что бумаги находятся у некоего Директора сыскного отдела, и для меня закончатся спокойные дни. Это ведь нужно для безопасности правнука, чтобы тот успел перевести на себя все активы.

— Ты очень грамотно разобрался в ситуации, — Полозов уже не улыбался. — Так и будет. Архив имеет именно такую ценность, и сыграет свою роль, когда это будет нужно нам. Вы же хотите найти убийц Валентины Назаровой?

— Срок давности вышел, увы, — вздохнул Георгий.

— В системе правосудия — да, — жестко ответил Олег, глядя на собеседника, — но не в мире, где за убийство нужно расплачиваться кровью. Думаю, для Китсеров эта история закончится печально.

Астапов скривился, словно лимонную дольку разжевал. Ему было неприятно слушать откровения человека, живущего по каким-то иным правилам и уставам, привыкшего вершить противоправные дела и не нести за это ответственности и наказания.

— Только ли в Китсерах дело? — решил он свернуть со скользкой дорожки. — Не понимаю, с чего бы барону так рьяно ломиться в открытую дверь и искать потомков древних ариев? Можно поступить проще….

— Отвечу так, — Полозов со стуком поставил многострадальную чашку на блюдце и отодвинул ее в сторону, чтобы не смущала. А то так норовил все время вцепиться в нее пальцами и раздавить хрупкий фарфор. — Китсеры — пешки. За их спинами стоят люди, давно уже обложившие монарший трон плотным кольцом. Среди них есть Великие князья, особо приближенные к царственной особе персонажи, влияющие на умозрения Его Величества. Понимаешь, Георгий, в те страшные времена после вселенской катастрофы двенадцать-тринадцать тысяч лет назад арии, получившие способность управлять Стихиями, служили только одной идее: их Сила должна идти на пользу обществу, а не властителям. Точечная помощь — не больше. Волхвы понимали, что на Земле никто не захочет строить государство с социальной ответственностью. Это хлопотно и ненужно для тех, кто сидит на троне. Но тогда, после катастрофы, именно они разошлись по обезлюдевшим землям и материкам, чтобы оставить среди одичавших хотя бы крупицы знаний. Египет, Мексика, Китай, Сибирь, Северная и Южная Америка — везде остались следы их воздействия на возрождающуюся цивилизацию. Арии были богами для оставшихся живых, и только они могли вернуть Солнце на небо. В буквальном смысле. Если верить древним летописям, наше светило в те времена резко уменьшило свою активность. Небо было закрыто тяжелыми облаками от многочисленных извержений вулканов. Малый ледниковый период, можно сказать. — Олег вздохнул. — Тайные мистерии, Жора — они ведь для простого человека. Понимающий обо всем происходящем не будет копаться в делах, куда ему нос совать не следует. Сакральная кровь первых волхвов передавалась из поколения в поколение, магические методики скрупулезно оттачивались до тех пор, пока не стали совершенством. Оставалось лишь беречь эту кровь, не смешивать великолепные гены с кем попало. До наших времен дожили всего несколько родов, несущих древнюю Силу. Вот за ними и охотятся приспешники отщепенцев, которые смешали свою кровь с пришлыми.

— Но что такое Древняя Сила? — Астапов выжидающе посмотрел на Олега. — Набор фраз или некий масонский фетиш?

— Нет, никакой не фетиш, а реальная угроза всем, у кого возникает желание урвать частичку Силы для своих поганых делишек. Впрочем, и без нее такое происходит повсеместно.

Олег завертелся, высматривая официантку, показал ей на пустую чашку и поднял один палец. Девушка улыбнулась и понятливо кивнула. Потайник продолжил:

— Она есть. И это такой же факт, что солнце встает на востоке. Никита Назаров, наш подопечный, является настоящим носителем такого Дара. И поэтому к нему повышенное внимание людей, жаждущих взять ее нахрапом и наглостью. Вот представь себе, Жора, мальчишку банально похитят и начнут изучать его организм под микроскопом. Они будут знать все: его генетические способности, тайные болезни, структуру крови — а уж ее-то разберут на молекулы!

— Полагаю, эти методы ничего не дадут, — усмехнулся Астапов. — Есть только один способ взять частичку Силы. Самый обычный и приятный. Для Григория, то бишь для Никиты.

— Какой? — без удивления, деловито спросил Олег, принимая из рук подошедшей официантки новую чашку с кофе. — Спаривание?

— Ну да, это же так очевидно! — Георгий закивал. — Достаточно подвести к нему смазливую девицу, когда гормоны начнут бушевать в крови, и дело сделано. А там уже клановые селекционеры начнут отрабатывать свое жалование. За два-три поколения можно улучшить породу и при умелом использовании вырастить иерарха. Ну, на худой конец — архимага. Хотя…. Даже и не знаешь, что лучше.

— Мы думали об этом с господином Назаровым, и он дал четкое указание следить за Никитой, не допускать к нему никаких подозрительных барышень, — Олег холодно посмотрел на Астапова.

Тот потрясенно молчал несколько секунд, и только потом вымолвил:

— Боже мой! Да вы парня хотите на голодный паек посадить? Здесь же большой город, много соблазнов! Девушки красивые на каждом шагу! Ладно, пока он подросток, но через три-четыре года организм свое потребует.

— Мы же не звери, Жора, — мягко ответил Полозов. — Да ради бога, пусть кувыркается с простолюдинками…. Я имел в виду требование патриарха ограничить контакты с аристократками. Именно их могут подложить под парня. Согласен, звучит мерзко, но реальность, увы, такова. Я даже могу ставку сделать, что Китсер пойдет на такой шаг. Но он зря старается. У нас уже есть список всех потенциальных невест из его рода. За ними следят. Да… Мои ребята, Жора. И я тоже буду бдить за целомудрием наследника. У нас большой контракт с Назаровым. Деньги нужно отрабатывать.

Полозов улыбнулся, давая понять, что последние его слова не стоит воспринимать настолько серьезно. Астапов промолчал, хотя на счет молодого Назарова у него было другое мнение. С возрастом у него изменится и мировоззрение, и мотивация. Как поведет себя Никита, который сейчас носит другое имя? Думается, юношеский максимализм сломает все препоны, и сотрудники Тайного Двора еще помучаются с ним.

— Кстати, а что ты думаешь по поводу племянниц господина Барышева? — поинтересовался Астапов. — Если полностью поддаться паранойе — чем не кандидатки? Анастасия — красивая девушка, чуть старше парня. Ее сестра тоже может представлять «опасность».

Полозов поморщился, но предпочел потом усмехнуться и ответить:

— Я знаю, что Барышев не играет на стороне противника. Он вообще с Китсерами не пересекался. Девочки, конечно, могут сыграть роль гормонального раздражителя, но не думаю, что здесь все так страшно. Сам хозяин не допустит, чтобы молодые люди начали опасное сближение. Хотя…. Сейчас молодое поколение очень раскованно и не любит, когда за него кто-то решает, как жить.

— А я до сих пор не могу понять, почему Барышев ввязался в авантюру с подставой? Он же понимает, чем ему грозит разоблачение? — Астапов просто рассуждал, не ожидая ответа от Полозова. Его действительно мучил этот вопрос с тех пор, как выяснилось, что настоящий племянник Кондратия Ивановича вообще не приезжал в Албазин. — На чем его подцепили потайники?

— Я здесь ничем не помогу, — Олег допил кофе. — Местный Страж свои тайны никому не раскроет, тем более, государственному чиновнику.

— Олег, — решился Астапов, — ты ведь больше меня общался с Назаровым. Что он за человек? Ну, помимо того, что является архимагом. Каков он в жизни?

Полозов задумался скорее для того, чтобы собраться с мыслями, так как сам частенько задавал себе такой вопрос.

— Несчастный человек, по-своему, — наконец, ответил потайник. — Я с ним стал близко знаком, когда он потерял своих сыновей и фактически сам вырастил внуков. Поэтому застал тот момент, когда такая глыбища, одаренная Силой, стала крениться к земле. Это была личная трагедия несгибаемого и сурового главы рода. Слышал только от других людей о его крутом нраве, заставлявшем стоять навытяжку даже государственных чинов высокого ранга. Может, в этом и кроется причина клановой войны. Назаров ее проиграет, рано или поздно. У него не осталось сторонников, кроме верных друзей. Потому и торопится патриарх обезопасить Никиту со всех сторон. Он же понимает, что как раз мальчишке ничто не угрожает. Он все равно останется один в роду и примет чужие правила игры. Кое-кто наверху все прекрасно рассчитал, и просто ждет. Со смертью старика Назарова изменится все. Никита или примет новые условия и его оставят в покое, выгодно женив, или попрет против системы, обрекая себя на печальную участь.

— Значит, вы ему помогать не будете? — констатировал Астапов.

— Есть некие условия, по которым мы некоторое время будем рядом с мальчишкой, — не пряча взгляда, твердо ответил Полозов. — Лично я считаю службу в Тайном Дворе самым лучшим исходом. Там для Никиты будет самая лучшая защита с перспективой стать Стражем.

— Да, конечно, — потер лоб Георгий. — Действительно, господин Назаров и об этом подумал, когда просил меня не ворошить гнездо потайников. Запасной вариант тоже неплох. Жаль мальчишку. Его жизнь могла быть совершенно другой, если бы не амбиции аристократической знати.

— Нам не дано понять их, — Олег посмотрел на часы, давая понять, что нужно заканчивать встречу. — Мы люди из другой Вселенной, и наши проблемы волнуют только нас. Приятно было побеседовать, Георгий. Думаю, следующая встреча будет нескоро. Постарайтесь поменьше проявлять внимание к дому Барышева, снимите наблюдение. Пацан давно вычислил твоих людей, и теперь оттачивает на них свои умения.

— Да я просто не могу поверить, что в таком возрасте можно творить умопомрачительные магические фокусы, — пробормотал Астапов.

— Мы малой доли того, что он может, не знаем, — Олег протянул руку собеседнику. — Всего хорошего, Георгий. Приятно было пообщаться. Ты посиди еще минут десять, а потом езжай. Не нужно привлекать лишнего внимания к нашей встрече.