Глава 5

Татьяна (Анна)

Два последних дня пролетели незаметно. Я старалась все свободное время посвятить изучению мира Локдус, а его у меня было более чем достаточно. Вставать я начала только на следующий день. Было неудобно ходить в туалет на специальную подстилку, хотя она и впитывала все экскременты. Её мне дал садовник, при этом сильно краснея, он старался не смотреть в мою сторону. Даже Манила не знала, что, отправившись за продуктами, он зайдёт в лавку лекаря и купит такой нужный предмет для лежачих больных. После ухода тира Гупана, он выдал мне коричневого цвета ткань, больше похожую на высохший лист.

— Я вот это… подумал… у меня отец лежал… мама всегда использовала лист стоколи… — после этих слов он протянул мне ткань и, раскрасневшись еще сильнее, вылетел из спальни.

Увидев, расширенные от удивления глаза няни, я совсем растерялась.

— А ведь Ван молодец, я привыкла сажать вас на горшок после очередных избиений мужа, но даже не подумала о стоколе.

Она на мой немой вопрос рассказала, для чего применяется этот лист.

— Действует он неделю (к слову, неделя — это десять дней, а дней в месяце — сорок), потом надо менять. Сейчас он коричневого цвета и после каждого использования будет светлеть, пока не станет светло-желтым.

Теперь стало понятно, этот лист заменяет в этом мире обычные памперсы, но намного лучше по своим свойствам. С историей мира я ознакомилась, набралась информации, но вот книги о магии в этом доме отсутствовали, точнее, в них не нуждались. Дар бывшего мужа был настолько мал, что его не хватало ни на что.

На третий день в гости пришли тир Гупан и тир Хамон. У последнего лицо было такое, словно он готовился прибить меня на месте, но лишь кривил губы. Сквозь зубы попросил прощения, но я-то уверена, что этому способствовал лир Травье. Извинения, принесенные под давлением, ни к чему хорошему не приводили.

Лекарь попросил выйти дознавателя, пока он будет осматривать меня. Тот нахмурился, но ни слова не произнес против.

— Как чувствует себя моя подопечная? — улыбнулся тир Гупан, протягивая ко мне свои ладони.

— Намного лучше, правда, слабость еще не отступает.

— А слабость отступит минимум через неделю. Это связано с восстановлением ваших магических каналов. А после полученного стресса оно идет довольно быстро, и организм не успевает реагировать на изменения. Это сравнимо с тем, как происходит взросление детей. Когда наступает подростковый возраст, тело начинает быстро развиваться, а внутренние органы не успевают, и возникают проблемы с сердцем.

— Я поняла вас, тир. А вы не скажете мне направление моей магии? — поинтересовалась я, очень интересно было узнать, чем меня одарил новый мир. Не меня, конечно, конкретно, а тело женщины, но оно сейчас принадлежит мне… А ей желаю переродиться и прожить счастливую жизнь с любящим мужем.

— Твердо сказать возможно, только после восстановления каналов, а сейчас артефакт не покажет, — улыбнулся он, увидев мое расстроенное лицо. — Не переживайте, всему свое время. Графиня Анна ле Гуран…

Мужчина замолчал, видимо подбирал слова, как лучше сказать. Не зная, о чем пойдет речь, я напряглась и вопросительно посмотрела на лекаря. Видимо, в моем взгляде он увидел нечто такое, что больше не стал сомневаться и продолжил.

— Не сочтите за навязчивость, но прошу принять от меня подарок. Сразу хочу предупредить, это просто подарок, и он ни к чему не обязывает, а тиру Хамону об этом не стоит знать.

Он открыл свой лекарский саквояж и, вынув оттуда бумагу, завёрнутую в трубочку, протянул мне. Не зная, что и думать, я с осторожностью взяла её и открыла. На мое имя был куплен дом в деревушке под названием Лесное в Лемонском герцогстве.

— Почему? — я подняла на него глаза.

— Я как-нибудь вам расскажу, но не сейчас. За стенкой тир Хамон, и, чувствуя его нервозность, предлагаю пригласить его в комнату. Нельзя заставлять ждать человека, находящегося на службе.

— Спасибо вам за все! — еле сдерживая слезы благодарности, произнесла я.

— Не надо слез, вот увидите, все наладится, — он улыбнулся доброй отеческой улыбкой.

Тир Гупин открыл дверь и пригласил дознавателя войти, объяснив, что закончил осмотр. Тир Хамон протянул мне конверт с письмом от лира Травье.

'Уважаемая графиня ле Гуран! Дело относительно вашего брата закрыто. Убедившись, что вам ничего не грозит, он дал показания. Повторное ментальное сканирование не понадобилось, его отправляют в Темные земли, куда последуете и вы. За совершенное преступление граф Аллесио Гуран лишается титула и с сегодняшнего числа считается простолюдином, к которому нужно обращаться как гир. Но не волнуйтесь, со временем может все измениться. Сегодня ранним утром вместе с остальными ссыльными за различные преступления он в сопровождении выехал в сторону отбывания своего наказания.

Вы выезжаете завтра в карете в сопровождении тира Хамона и его небольшого отряда. В десять утра он должен ожидать вас со своими людьми возле особняка.

Относительно вашей недвижимости. Мне удалось узнать, что ваш муж не оставил вам ничего, кроме дома, в котором вы сейчас живете. Видимо, ему не удалось его продать, так как он требует больших капиталовложений для приведения в надлежащий вид.

Все должны пребывать в уверенности, что вы тоже несете наказание, и первое время вам придется поработать во благо королевства, но это на полгода, когда улягутся все сплетни относительно вашего прибытия. Титул вам оставлен и будет передаваться вашим детям. За это не беспокойтесь. Вы сможете вернуться в столицу королевства Бермака Мардок. Дом запечатается магически до вашего возвращения.

Для всех вы пока осужденная, старайтесь держаться этой легенды. Я не знаю, на что могут быть способны родственники вашего скончавшегося супруга.

Мое единственное пожелание — выживите в тех условиях.

К сказанному хочу добавить, что вы забираете с собой дочь и кого-либо из слуг.

С уважением, граф Милан Травье.'

У меня снова возникло множество вопросов, но ответить на них мог, как вы уже поняли, только главный дознаватель.

— Спасибо, тир Хамон, мне все понятно. К десяти я буду готова выехать к месту наказания.

— Я уповаю на ваше благоразумие, что вы не предпримите попыток сбежать из дома, — сказав, он с ехидством наблюдал за моей реакцией на его слова. Для дознавателя стало шоком, что я искренне улыбнулась ему.

— Не дождетесь, тир Хамон.

Злость промелькнула в его глазах, но он сдержался.

— На кого оформить документы о выезде? Я имею ввиду из слуг? Бумаги на дочь уже готовы, — поинтересовался мужчина.

— Я еще не думала об этом, — успела ответить, как Манила выступила вперед.

— Они оба — мои дети. Я вынянчила их с младенчества, поэтому еду с ними.

— Хм, похвально, не всем достаются такие преданные слуги, — хмыкнул дознаватель. — Я прощаюсь с вами до завтрашнего дня.

Кивнув, он покинул комнату, а я посмотрела на сидевшего в углу и молчавшего все это время лекаря.

— Я думаю, что мне тоже пора. Не хотел вас оставлять наедине. Кто знает, может, и встретимся вскоре, — улыбнулся он, но прозвучало это так грустно, что все хорошее настроение по поводу получения дома в дар ушло, словно растаяло в дымке неизвестного будущего.

После ухода всех гостей, я выдохнула с облегчением. Все же слабость давала о себе знать, и при разговоре я уже держалась из последних сил.

— Госпожа, я начну собирать вещи.

— Тебе помочь, Манила?

Няня посмотрела на меня словно на умалишенную, но ответила:

— Там и собирать нечего, ле Анна. Вещей у вас не осталось. Вас муж не баловал нарядами, не говоря уже об украшениях. От силы четыре платья наберется, и у Лиззи также.

— Постарайся захватить все вещи, нам еще пять зим придется там пережить.

— Все сделаю, госпожа.

Полдня пролетели незаметно. Лиззи была рядом, боясь отойти от меня. Думаю, ребенок перенес сильный стресс, отчего у нее появилась боязнь, что мать может умереть, оставив её в этом страшном мире.

Я дочитывала книгу, данную мне няней, заодно попросила положить в багаж несколько из них. Для этого пришлось самой добираться до библиотеки. Я мечтала увидеть большой зал с высокими стеллажами, где найдется информация любой направленности, начиная от законов и политики заканчивая модой, но мечты, мечты. Процентов девяносто книг отсутствовало на стеллажах, остальные были сгружены на стол. Среди них я нашла книгу о последних изданных законах королевства, поварскую, а также о флоре и фауне этого мира. Большинство из оставшихся в библиотеке книг были любовными романами.

Манила нашла меня в библиотеке с выбранными книгами и тяжело вздохнула.

— Ваш батюшка всю жизнь собирал их, а этот изверг все стоящее продал. Осталось только то, что вы сейчас видите.

— Подожди, Манила. Разве этот особняк не принадлежал моему бывшему мужу?

— Что вы, что вы, госпожа? — замахала женщина обеими руками. — Он пришел сюда с чемоданом вещей, и больше у него с собой ничего не было.

— Жена должна переходить к мужу в дом, насколько я понимаю.

— Вы, вероятнее всего, и это забыли. Ваш отец, видя, в каких вы расстроенных чувствах из-за замужества, решил этот дом оставить вам с мужем и переписал на графа, как на главу семьи, а сами переехали в другой, который держали для вашего брата. В нем он и жил все эти месяцы после смерти ваших родителей и до того, как его арестовали.

После позднего ужина они легли спать. Лиззи в последнее время не оставляла меня, и спали мы вместе на одной кровати. Ночь прошла спокойно, хотя, должна признаться, несколько раз просыпалась. Все время казалось, что за домом следят, но под утро начался дождь, и под его звуки, бьющиеся в оконное стекло, крепко уснула.

Как только Манила вошла утром в комнату, я открыла глаза и встала. Лиззи, почувствовав, что меня нет рядом, открыла сонные глазки.

Вот и наступил день, когда моя жизнь должна круто измениться. Кто же знал, что приключения начнутся уже в дороге.