11

Макаров прикрывает дверь и быстрым шагом направляется ко мне.

— Сюда нельзя, — шиплю, поднимаясь из-за стола. В страхе машу руками. Но подлетев к Никите, сразу попадаю в его объятия.

- Тебе положено собеседоваться полчаса. Приступай, — шепчет он. — Нам нужно поговорить серьезно, Яна.

— О чем? — спрашиваю, смотря на любимого снизу вверх.

Растворяюсь в его взгляде. И ловлю себя на мысли, что готова стоять так вечно. Никита рядом. И в кольце его рук я чувствую одно абсолютное счастье.

— Яна, Яночка, — шепчет он, наклоняясь ко мне с поцелуем. — Как же я соскучился по тебе. Ты мне каждую ночь снилась, девочка. Но я и представить не мог, какая ты сладкая.

— Никита, — шепчу, притягивая к себе любимого. — У нас ничего не выйдет. Уезжай. Предупреди Мишу с Марком. Пусть выводят деньги, пока ветер без камней. Архип что-то затевает… Я боюсь…

— Яна, — Макаров обхватывает мое лицо обеими ладонями. Улыбаясь, целует в нос. — Помнишь, мы когда-то условились. Всего два правила. Не врать и не бояться.

— Архип хочет увезти нас с детьми в Грецию, — выдыхаю в отчаянии. — Уже все решено.

— Тем лучше, — кивает Макаров. — Значит, пора переходить к военным действиям. Хватит. Поигрались в друзей. Завтра начинаем войну.

— Сегодня вечером праздничный ужин. Тебе должны были передать приглашение.

— Кажется, есть, — серьезно киваю я. — Вот и будет случай надрать задницу Василиди.

— Будь осторожен, — тихо причитаю я, положив голову на грудь любимого. — Архип — мужик мстительный. И еще. Лаура — самая настоящая дрянь. Они с Архипом хоть и двоюродные, но как два однояйцевых близнеца. Постарайся не влипнуть, Макаров!

— Не беспокойся, все под контролем, — небрежно бросает Никита, дурашливо улыбаясь. — На вот, — протягивает мне маленькую брошку. — Там камера, Яночка. В случае опасности сразу включай, — шепчет он, протягивая мне безделушку. — Под листочком бусинка, видишь?

Смотрю завороженно на Никиту и глазам не верю.

— Откуда? — только и могу выдохнуть.

— Гусь привез от дедушки, — улыбается Макаров.

А я, догадавшись, хихикаю. И сразу будто попадаю в школу. Отчетливо вспоминаю Славку Крылова и Гуся. Еще каких-то ребят. Чувствую себя веселой и беззаботной. А еще влюбленной в Никиту Макарова. Я его всегда любила. Всегда-всегда!

— Девочка моя, — шепчет он. — Я уже голову сломал, пытаясь вызволить тебя из этого плена. Как же ты в него угодила, родненькая?

Сграбастав меня в охапку, Никита целует волосы, губы, влажные от слез щеки. Прокладывает дорожку по шее и спускается чуть ниже к декольте. Тело, которое я считала уже ни на что не пригодным, вибрирует, отвечая на каждую ласку.

— Я люблю тебя, — шепчу, стараясь подавить стон. — Что же мы наделали, глупые!

— Нормально все, малыш, — хрипло бросает Макаров. — Достану я тебя из этой клетки. Потерпи немного. Еще чуть-чуть, ладно?

— Никита, — шепчу, хватаясь за руки любимого. — Пожалуйста, не надо. Архип нас убьет. У него много власти и денег. Мы не справимся с ним.

— Посмотрим, — морщится Макаров. — Ты, главное, верь мне, пупсик, — фыркает как ежик, называя детским прозвищем. Сдерживая слезы, утыкаюсь лицом в грудь Макарова. Только бы не разреветься!

Провожу рукой по широким мускулистым плечам, словно хочу их запомнить на веки вечные.

— Я люблю тебя, — шепчу самое заветное признание и чувствую, как пальцы любимого приподнимают мой подбородок. Губы Никиты слегка касаются моих, будто пробуют наощупь, пытаясь вспомнить, какие они на вкус. А потом впиваются в мои коротким требовательным поцелуем.

— Ты моя, Яна. Только моя, — шепчет Макаров, усаживаясь на стол. Будто куклу ставит меня между расставленных ног, обтянутых темными джинсами. И снова приникает к моим губами страстным и дразнящим поцелуем.

— Девочка моя, — руки Никиты скользят по моей спине, легко оглаживают ягодицы и снова возвращаются наверх. — Какая же ты невообразимо сладкая, — бормочет он.

— Сюда могут войти, — шепчу я. — Вот если бы где-нибудь встретиться… Я придумаю что-нибудь…

— Маякнешь? — улыбается Макаров.

— В брошечку продиктую, — мурлычу довольно, словно кошка. — А сейчас уходи, — прошу негромко. И даже не представляю, как смогу оторваться от любимого.

Но вот в предбаннике слышатся шаги и громкий голос Артура.

— Да, Архип Пантелеевич, сейчас все передам Янне Сергеевне.

Отскакиваю от Никиты, как ужаленная. Во все глаза смотрю на нашего коммерческого директора. Что он успел заметить? Но Артур не дурак. Даже если чего-то не знал, догадается…

И его верность Архипу всем известна. Вернее, его двуличие и подлость. Недаром к его фамилии обычно добавляют приставку Ли. Лицемеров! Наблюдаю, как заговорщицки переглядываются Никита с Артуром, и замираю в ужасе. Неужели Цемеров помогает моему Макарову? Бред какой-то!

Хуже сообщника не найти. Архип все узнает из первых рук.

Мы пропали, мамочка моя дорогая!

Хватаюсь руками за лицо, пытаясь унять пылающий румянец. Но никакого результата.

— Я пойду, полежу, — бросаю капризно. — Хочешь, проведи собеседования сам, или перенесем на завтра, — предлагаю я первому заму и главному соглядатаю Василиди.

Он смотрит на каждого из нас пристально, словно подбирает забытые слова.

— Как пожелаешь, Янночка, — улыбается довольно. — Архип звонил. Просил тебе передать, что уже едет обратно. Тренировка сегодня не состоялась. В некоторых яхтах обнаружили взрывчатку.

Никита

— Это шутка такая? — высокомерно вскидывается Яна.

— Ага! — ржет Артур. — А вы поверили! Видели бы вы свои рожи!

— Вот ты придурок, Цемеров, — замечает она недовольно. — Сейчас придут соискатели. Повесели их. Клоун, блин!

— А ты? — смотрит он подозрительно. Перескакивает взглядом с нее на меня.

— Пойду наверх. Приму таблетки и посплю. Голова раскалывается, — взмахивает Яна рукой и гордо удаляется из кабинетика.

Не спешу следом. Кругом полно соглядатаев, считающих своим долгом донести Василиди ценную информацию.

Главное мы сказали друг другу. Теперь нужно придумать план отступления и сбежать. Пусть даже заграницу. Нанять нормального адвоката, который бы развел мою милую с этим ублюдком. И жить спокойно.

Я, конечно, верю в судьбу. Яна обязательно вернется ко мне. Но в силу технического прогресса я тоже верю безоговорочно. Поэтому с помощью пары умельцев, присланных Славкой Крыловым, установил собственные камеры наблюдения, слегка попортив местные. Они, конечно, что-то там показывают. Но теперь прекрасно реагируют на наш пульт управления. Щелкнешь незаметно, и на одну-две минуты рябь на экране обеспечена. А много ли мне надо? Зайти в нужное помещение, дождаться любимую и слегка припереть ее к стеночке. И чтобы никто об этом не догадался. Теперь нужно Василиди чем-то занять.

Но Греция эта! Будь она не ладна! Если Архип решит бросить «Жемчуг» и податься на историческую родину, фиг я выцарапаю Яну из его лап.

— Что же его так напугало? — бурчу под нос, выходя на улицу мимо охраны. Иду по извилистой улочке, усаженной каштанами. И зайдя в парк, плюхаюсь на первую попавшуюся лавку, стоящую «лицом» к морю. Смотрю на безмятежную синюю гладь и внезапно понимаю, что мне тут уже надоело. Хочется вернуться обратно в Питер. Кто бы сказал, не поверил… Но я соскучился по свинцовому Питерсому небу и по темным водам Финского залива. Только Яна удерживает меня здесь.

Может, уговорить ее сразу махнуть в Питер? Купить заранее билеты на самолет. Пройти на посадку перед окончанием регистрации… А там пусть Василиди локти кусает.

Этот вариант мне кажется самым подходящим. И без всякого компромата можно обойтись. Но что-то мне подсказывает, что в случае с Архипом нужно иметь в запасе несколько козырей. У него у самого наверняка крапленая колода в рукаве.

Тяжело поднимаюсь с места, оглядываюсь по сторонам. Вижу невдалеке детскую площадку. Малыши бегают вокруг горки. Визжат, догоняя друг друга.

Здесь можно было бы спокойно поговорить, — думаю я. — Толку поджидать Яну в коридоре или назначать свидания в укромных уголках. Даже при охране можно переброситься парой слов или обменяться номерами телефонов.

От осознания собственной тупости хочется дать себе хороший бодрящий пендель. За поцелуями и обнимашками я совершенно забыл о деле. Свела меня с ума Яночка. Впрочем, как и обычно!

«А ты, баклан, все прощелкал, — злюсь на себя. Сунув руки в карманы, раздраженно гляжу на море. Замечаю разноцветные паруса маневрирующих по акватории яхт. Красивое зрелище. Интересно, на какой из них Василиди? И наблюдает ли Яна с детьми за репетицией?

На короткий миг словно наяву ощущаю, как Яночка всем телом прижимается ко мне. Даже дыхание ее чувствую.

«Я люблю тебя! — слышится или мерещится ее голос с легкой хрипотцой. Снова чувствую, как сминаются ее губы под моим натиском. И как только наши языки переплетаются в замысловатом и божественном танце, у меня сносит крышу.

Усилием воли отгоняю воспоминания прочь. Вдыхаю теплый бриз и вновь осматриваюсь по сторонам.

Парк. Море. И я один.

Спустившись на набережную, быстрым шагом спешу к отелю. И неожиданно понимаю, что я все так чудесно распланировал, но совершенно забыл узнать у Яны. Хочет ли она жить в Питере? Или мечтает вернуться домой? Жить рядом с подружками… Ответов на эти вопросы у меня нет. Зато я просто уверен, мне с Яной будет везде хорошо. Даже на этом чертовом море. В любой точке Земного шара…

Смотрю на часы. Кажется, я опаздываю. Архип сказал, Архип сделал. Вот только мне зачем это дурацкое знакомство с какой-то Лаурой? На фиг она была бы мне нужна?! Ясен пень, Василиди хочет меня сбить с толку и, скорее всего, подставить. Но самый простой способ уклониться от неприятного знакомства — не пойти на встречу. Спутать планы противника и избежать подставы. В том, что Василиди расстарается, я ни минуты не сомневаюсь.

— Никита! О чем задумался? — окликает меня сзади знакомый голос. Поворачиваюсь, чертыхаясь в глубине души. Архип. И с ним какая-то смазливая девица. Но такая красота меня не трогает. Слишком идеальна. Наверняка какой-то пластический хирург постарался.

— А я думал, ты еще по волнам рассекаешь, — замечаю хмуро.

— В доке был, — весело отмахивается он. — Сегодня рассекают другие. А мы уже на низком старте…

— Когда намечается заплыв?

— Послезавтра, — словно кот, щурится на вечерней зорьке Архип. — Кстати, это Лаура, — поворачивается он к заскучавшей девице.

— Очень приятно, — киваю я и тут же попадаю под огонь плотоядного взгляда. Такая обуглит своими шарами, а потом сожрет с костями.

— Хорошо, что тебя встретил, Архип, — вздыхаю тяжко. — Вынужден отказаться от приглашения. Не обижайся, бро. Желудок прихватило. Вероятно, съел что-то несвежее.

— У меня в ресторане? — набычившись, вскидывается Архип. — Не может быть. Я слежу. У нас все свежее.

«Вот это я влип!» — хмыкаю мысленно. И переобуться в прыжке не получится.

— Да ко мне дружбан заезжал за ключами, — роняю нехотя. — Мы с ним по пирожку умяли. Он с собой привез.

— А-а, — тянет губы в улыбке Архип. И я вижу, как его слегка попустило. Шутка ли, обвинить его собственное детище…

— Поеду домой, — говорю со вздохом. — Попрошу экономку сварить куриного бульона…

— Так зачем же ехать? Куда больному за руль? — изумленно всплескивает руками Архип. — Сейчас распоряжусь. Принесут супчику горяченького прямо в номер. Врача сейчас позовем.

— Да я вроде и сам доктор, — пытаюсь отмахаться от назойливой заботы. Но Архипа словно несет.

— Вот и Лаура с тобой посидит. Стакан воды принесет…

— Да я не при смерти, Архип. Не надо суматохи. Суп могу и в ресторане похлебать. Сразу легче станет.

— Тогда пойдем, — радостно вещает Василиди и, взяв под руки меня и Лауру, настойчиво ведет к ресторану.

Яна

Спускаюсь в ресторан сразу после звонка Архипа. По его воркующему слишком мягкому и развязному тону понимаю, что дело плохо. А значит, нужно сделать упреждающий ход.

Семейный обед? Прекрасно!

— Соберите детей, — прошу Марину Евгеньевну. — Они пойдут со мной.

— Мама, мы не хотим, — ноет Никос.

— Нам нужно доиграть в войнушку, — вторит ему Алексос. Смотрю на веселые рожицы сыновей и готова их расцеловать. Никуда не пойти.

— Ну и не надо, — говорю с мнимым вздохом. — Папа будет рассказывать про регату. — А вы ничего не услышите. Он не любит дважды повторять одно и то же…

— Ура! Регата! — орут мои сыновья и наперегонки несутся переодеваться.

А я, подхватив дочку на руки, поворачиваюсь к няньке.

— Примерно через час спускайтесь за ними.

— А не помешают? Архип Пантелеевич будет сердиться…

— Так детей забираю я. Они же не сами ворвутся в ресторан.

— Хорошо, Янна Сергеевна, — покорно кивает нянька.

Спускаясь в лифте со своими ненаглядными отпрысками, представляю, как отвиснет челюсть у дорогого мужа. И заранее готовлю речь глупой овцы.

— Милый, я так соскучилась. По тебе и по детям. Они же не помешают, правда? Заодно проверим, как мальчики усвоили хорошие манеры…

Но когда мой маленький отряд спецназначения берет штурмом белый кабинет, я с сожалением замечаю там только Никиту и Лауру. Она смотрит на него таким проникновенным взглядом, что вот-вот отдастся ему прямо на столе или на террасе.

Зато Макаров, похоже, безумно рад нашему вторжению.

— Тебе помочь? — спрашивает он, поднимаясь с места. Лаура натянуто улыбается.

— Мои любимые малыши, — щебечет излишне нежно. Вся такая показушная и жеманная.

«Именно ее копию лепит из меня Архип», — внезапно понимаю я и содрогаюсь только от одной этой мысли.

Муж входит в зал вместе с официантом, на подносе которого одиноко маячит тарелка с супом.

— Никита, — торжественно замечает Василиди. — Это тебе, только-только сварили!

«Не ешь!» — хочется закричать мне.

С какого рожна всем шашлыки и люля, а Никите супчик? Да и Тимур Адыков, личный помощник Архипа, в одежках официанта смотрится неважно. Что ты затеял, Архип?!

— Папа, расскажи про регату! Пожалуйста! Там правда была взрывчатка? — кричит Никос.

— А ты ее видел? — лезет вперед Алексос и, потянув за собой скатерть, нечаянно скидывает со стола тот самый супчик. Тарелка опрокидывается, и янтарное содержимое выливается частично на скатерть, а частично — на белоснежный костюм Лауры.

— Безобразие! — орет Архип. — Какие-то свиньи, а не дети!

— На себя посмотри, — глядя в упор на мужа, отрезаю я и замечаю примирительно. — Что случилось? Сейчас уберут, и все…

— Ты! — пыхтит злобой Василиди. — Если бы ты сама все мыла и стирала, сейчас бы иначе пела. Никчемная стерва, — он замахивается, собираясь влепить мне пощечину. Но крепкая рука Макарова перехватывает его запястье.

— Отвали от нее, урод!

— Я вам сейчас покажу! — орет дурниной Василиди. И я не могу понять, почему он так взъелся. Ну, перевернули дети тарелку. Первый раз, что ли…

И тут же вспоминаю свою реакцию.

Может, все дело в супе? По приказу Архипа Тимур мог подмешать туда любую гадость.

— Суп можно принести новый, а скатерть — поменять. Хочешь, сама сделаю? И подарю платье Лауре взамен испорченного.

— Отличный вариант, — коротко кивает муж. — Помоги Лауре переодеться… А ты, — зверем смотрит он на Никиту. — Чтоб ноги твоей больше не было в моем отеле. Понял?

— Конечно, — кивает Макаров. — Я уеду. И сочту своим долгом доложить об этой безобразной сцене Марку и Мише. Нормальные люди не имеют ничего общего с мудаками, поднимающими руку на женщин. Прощай, Архип…

Я смотрю на любимого, стоящего посреди зала. Широко расставленные ноги, руки в карманах и вскинутая голова делают его победителем в сегодняшнем споре. Макаров спокоен и холоден. А вот разошедшийся Архип выглядит смешно.

— Подожди, Никитос, — хватает он за руку Макарова. — Давай поговорим без шума. Я погорячился. Знаю же, что у тебя желудок больной. Хотел помочь…

— Я поеду, Архип, — осторожно высвобождается из легкого захвата Никита. — Потом поговорим.

Идет вперед и открывает двери мне и детям. Мои притихшие мальчишки смотрят виновато и испуганно.

— Папа ругается из-за нас, — шепчет Никос.

— Все хорошо, мои дорогие, — говорю, стараясь не сорваться. И повернувшись к Лауре, прошу. — Поднимайся наверх. Мы следом. Все вместе в кабине не поместимся…

— А… — пытается возразить она. Но я, вызвав кабину лифта, — подталкиваю ее вперед. И как только двери закрываются, поворачиваюсь к Никите.

— Уезжай. Мне кажется, он хотел тебя отравить…

— Скорее всего, подсыпал какой-нибудь наркоты, — морщится Макаров и глядит на меня внимательно. — Поедем вместе, Яна. Пять лет назад примерно на этом же месте я просил тебя о том же. Но тогда забыл сказать самое главное. Я люблю тебя.

— А дети? — вскидываюсь испуганно.

— С нами, конечно, — улыбается он. — Машина у крыльца. Сразу в погоню никто не бросится. И мы выгадаем время. Соглашайся.

Хочу отказаться. Еще раз объяснить, что от Архипа не скроешься, но неожиданно для себя киваю, соглашаясь.

— Сможем удрать? — спрашиваю с надеждой. (3303c)

— Естественно, — довольно ухмыляется Никита и, подхватив моих сыновей под мышки, деловито идет к выходу.

А я с Миланой семеню следом.

У меня нет с собой денег, вещей, телефона и даже документов. Все осталось наверху. Но сейчас мне наплевать на это ровным счетом. Телефон можно купить новый, а документы восстановить. С административным ресурсом Макаровых это не проблема. Зато такой поворот усыпит бдительность Архипа. Хотя бы на время. А вот его сейчас и нужно выиграть.