Глава 21

- Почему ты сразу не пришла ко мне, Джо? – рычал сквозь зубы  король.

- Зачем было арестовывать Норфолка? – парировала я.

Так мы ворчали друг на друга, пока его величество самым романтическим образом нёс меня на руках к свету из подземелья. Я переутомилась так, что едва стояла на ногах. Лее всё объясним утром, а до остальных нам дела нет.

- Джо, - мы добрались, наконец, до моих покоев.

Король отворил дверь и донёс меня до кресла – осторожно, словно древний артефакт (что вот-вот взорвётся), опустил на мягкий, уютный бархат. За окном воет ветер – осень добралась-таки до столицы. Скоро пойдут дожди, а здесь, в замке, горит камин и так тепло, что совсем не хочется думать о плохом...

Я тяну ноги и руки к огню, король усаживается напротив.

- Мне пора оставить вас с Леей в покое, - смеюсь. – А то вы так долго будете договариваться.

- Джоан! – его величество хмурится, но только для виду.

- Тебе повезло с женой, Альфред. Как и Норфолку.

Надо же… в первый раз произношу имя герцога без внутренней дрожи. Неужели…

- Меня удивила герцогиня, - кивнул король. – От её супруга я чего-то такого ожидал, но от неё самой…

- Зачем ты его арестовал?

- Он пытался организовать побег. Из моей темницы.

- И что ему за это будет?

- Отправлю в ссылку, -  Альфред пожимает плечами. – На юг. С женой. И они между собой разберутся, и всех злоумышленников там герцог вычистит со злости.

Я посмотрела на короля с уважением. Вот она – привычка мыслить масштабно в интересах государства, даже когда речь идёт о любви…

- А сейчас? – я поёрзала в кресле, чувствуя, что уже прихожу в себя, и мне не терпится докопаться до сути всей комбинации монарха.

- Герцогине в подземелье неуютно. Страшно. Пусть утешает – может, так они договорятся быстрее. До чего-то. Или до кого-то, - король безжалостно смотрит на меня. – Месяцев через девять.

- Камень и ей подобрать будет надо, - киваю я и вдруг вижу его перед собой: квадратные строгие грани, глубокий, насыщенный цвет – синий-синий... Замечательно! И где я на берегу горной реки возьму драгоценный камень?

- Ты… как? – вдруг тревожно спрашивает у меня король.

- А? –  очнулась и посмотрела на свои руки, удивляясь, почему камня в них нет. – Хорошо.

- Я тебя… не обидел?

- Тем, что хочешь, чтобы у Норфолка с женой всё было хорошо? Нет.

- Прости, - король целует мою руку. – Ты – лучшая.

- Согласна. А теперь, ваше величество, потрудитесь распорядиться, чтобы меня выпустили в конюшни! Мне Колокольчика проведать надо.

- Лекарь…

- Альфред. Я - тоже лекарь, - перебивать короля невежливо, но мне – можно, я болею…

- Ладно. Завтра, после того, как ты выспишься.

- Договорились.

Ночь проходит спокойно. Я просто сплю. И это хорошо. Просыпаюсь довольная, отдохнувшая, готовая любить мир, особенно если эта возня в моём гардеробе прекратится, наконец!  Резко распахиваю дверь, чтобы узнать, кто там явился по мою душу.

- Госпожа, - кланяется девчонка, протягивая мне платье со шлейфом.

Прелесть какая… Колокольчик придёт в восторг, а уж мне как удобно будет в конюшне...

- Ну уж, нет, - ворчу, а про себя думаю – надо бы что-нибудь сделать с защитой покоев. –  Можете быть свободны.

Ну не чувствую я себя в безопасности, когда кто угодно может вот так зайти и испортить мне с утра настроение шлейфом…

Горничная обиженно фыркает, но уходит.

В гостиной накрыт завтрак. Что хорошо, потому что голод я чувствую сильный – и это тоже прекрасно - значит, всё возвращается на круги своя. Вздыхаю, глядя на аппетитные блюда, и возвращаюсь в спальню - к коробу. Без проверки на яд во дворце я ничего в рот не возьму! Надо будет и королеву научить создавать такое зелье – очень удобно. Магии для этого надо – всего ничего, да и состав простейший.

Открываю и безуспешно роюсь в своих запасах – пусто. Всё ушло на грифонов.

Ладно, не так уж сильно мне хочется есть. Пойду к Колокольчику, а потом -  вернётся магия – наварю на год вперёд! Всего. Вёдрами.

Стоит мне оказаться за дверью, как от стены отделяется мужская фигура. Он что? Серьёзно решил, что своим стремительным появлением может меня испугать?

- Чем обязана? – холодно интересуюсь у господина.

- Позвольте представиться. Маркиз Роунмар.

Где-то я это уже слышала… Ну, конечно! Сторонник моего ареста, королевский распорядитель, у Альфреда ещё такое лицо было, когда он о нём говорил… Будто его величество лимон проглотил. Целиком. Не жуя.

Я рассматривала мужчину. Странное ощущение. Вроде смотришь на человека, но никак не можешь осознать его образ. Всё на месте – нос, рот, глаза… Высокий. Статный. Но если бы меня попросили его описать или просто я бы решила восстановить маркиза в памяти – ничего. Пусто! Всё расплывается серым бесформенным пятном, потому как ничего примечательного в нём и вправду не было.

- Добрый день, маркиз.

- Мне сообщили, что его величество провёл с вами ночь.

Смотрю на этого… смертника… с изумлением и без гнева. Что-то они тут совсем страх потеряли.

- И?

- Я – главный распорядитель.

- Вот и распоряжайтесь, - вздохнула и развернулась к двери.

 И тут меня осенило – если сопоставить появление горничной в гардеробной и этого… чуда чудного. Это он что же - заслал девчонку проверить, в моей постели король или нет?

Поворачиваю обратно:

 - Потрудитесь… распорядиться таким образом, чтобы прислуга без моего вызова ко мне не заходила.

 Пристально смотрю – в упор, до тех пор, пока он не кланяется, как ему и положено. Если я не люблю придворный этикет – это ещё не значит, что я его не знаю.

- Зря вы так, - говорит он, распрямляясь.

- После обеда я желаю побеседовать со всеми горничными, что были в покоях её величества. Скажем, часа в четыре.

- Начальник королевской гвардии всех проверил.

- Очень хорошо, - улыбаюсь. – Соберите всех. По его спискам и проверим все ли на месте.

Была у меня идея… Жаль, магии нет. Зато в подземелье есть герцогиня Норфолк, а в коробе – нужные ингредиенты. Так что… После обеда (который надо ещё где-то добыть) – проведу эксперимент.

К сожалению, мой плащ остался в подземелье,  поэтому бежать через двор пришлось, ёжась под ледяными порывами ветра. Забежала в конюшню, дыша на озябшие ладони, и тут же бросилась к другу:

- Колокольчик!

Прижалась к грифону, чувствуя, как меня обволакивает тёплой волной. Конюшня вспыхнула золотым светом, с тихим шорохом из-под сена принялись выглядывать синие цветы… К моему лучшему на свете грифону вернулась магия!!!

- Соскучился? – глажу пёрышки, целую в клюв. – Ты мой хороший… Красавец! Тебя покормили?

- Гррр…

- Напоили?

- Гррр…

- Полетать тебя выпустить?

Бедный птах и вправду засиделся – конюшня и двор, на котором она была построена, вспыхнули ярко-синим ковром!

- Ты мой колокольчиковый маг, - прижалась к груди грифона, чувствуя сильные, мощные удары сердца, щурясь от синего марева вокруг, чувствуя, как возвращаются силы!  - Спасибо! – шепчу сквозь слёзы радости. – Спасибо! Пойдём! Пойдём, я тебя выпущу. Только с тобой не полечу… У меня плащ в подземелье остался, понимаешь. Не обижайся. В следующий раз полетим вдвоём, обещаю!

Пока я всё это говорила – мы подошли к площадке, откуда грифоны взмывали ввысь. Пришлось идти прямо по цветочному ковру – жалко, но что делать – Колокольчик сегодня в ударе. Обняла грифона последний раз – крепко-крепко, и птах, сверкнув золотым глазом и расправив крылья, рванул к облакам!

Стою, задрав вверх голову – красота! Лазоревое небо, в вышине, цветущая синь под ногами, кое-где уже покрываются золотом листья, воздух пахнет осенью…

- Добрый день, Джоан. - Раздался за спиной голос Ролана.

Стою и не хочу поворачиваться. Просто… не хочу. У меня истощение. Магическое. Холодно  и хочется, чтобы никто не стоял за спиной. Может, мне показалось, а?

Ну, пожалуйста…

«Никто», стоящий за спиной, накидывает мне на плечи тёплый плащ. Ворот касается щеки и… запах. Родной запах ветра и свободы…

Ролан.

 Верный сморит на нас с интересом, а я… Мне и страшно, и радостно.  Хочется сбежать – любопытно, можно ли забаррикадироваться в королевском подвале? И одновременно хочется броситься ему на шею, прошептать: «Прости!», целуя недовольно поджатые губы.

- Добрый день, - говорю я хриплым, каким-то не своим голосом.

Как простуженная ворона, честное слово! А сердце замирает: ой, что сейчас будет! Мы повздорили, а потом я усыпила его и сбежала. Кажется, Милосердная, мне конец…

- В платье, в такой мороз… Это глупо, - сообщает монсеньор – холодно, спокойно. - Постарайтесь включать разум. Даже если обычно вам это несвойственно, - и тем же тоном подбежавшему слуге, - Позаботьтесь о моём грифоне.

Короткий поклон и он уходит.

Я смотрю вслед безупречно ровной, равнодушной спине и… ничего не понимаю. Чёрные кудри взлетают от ветра при каждом шаге…

Это как? Это что? Это… всё? За что?!

Он просто… накинул плащ и ушёл?

Очнулась, когда уже сделала шаг вслед за ним, и вдруг…

- Джо! Джо! Джоооо!

Прямо с неба раздались ликующие вопли.

- Улька! Ришка!

Первым появился Колокольчик. Такой довольный, будто он лично летал за девчонками. Приземлился, что-то прокурлыкал Верному – должно быть, приветствие.

- Крххх, - услышал в ответ от приятеля.

А тем временем на посадку заходил клин гвардейцев монсеньора Ролана. И как у них получается так летать? Словно… по линейке.

Девчонки – румяные, растрёпанные, кинулись меня обнимать, казалось, ещё до того, как грифоны коснулись земли. Обе в чёрной форме, зачарованных плащах для полёта, сапожках. Всё выполнено точь-в-точь как у взрослых – добротное, по размеру – где ж нашли такого мастера в Приграничье?

Душу царапнуло чувство вины. Ответственность за девчонок брала на себя я, а он… Занимался всем этим – с любовью, заботой, как… Как будто это его дети. Слова Альфреда про чувства Ролана тут же всплыли в памяти, и стало совсем не по себе…

- Мы летели и летели, - трещала Ришка, устроившись у меня на руках.

- Ты как? –  Улька, мой маленький лекарь, смотрит обеспокоенно – всё чувствует, всё видит. – Магия ещё не вернулась?

- И летели и летели, - вопило в ухе. - Монсеньор форт громил, когда ты…

 Я прижала Ришку к себе – с одной стороны для того, чтобы она, наконец, замолчала, с другой – чтобы Улька не видела моего лица.

 Форт громил, говорите?  Значит, когда мы с Колокольчиком покинули Биргенгем, монсеньор переживал?  А по его спине да холодным замечаниям сквозь зубы и не скажешь...

- Знаешь, как страшно было! - продолжала шептать маленькая фантазёрка. – Я тряслась, когда к нему шла с твоей запиской...

- Не выдумывай! – нахмурилась Уля. – Записку не ты относила, а я!

- Мы вместе! – тут же насупилась Ришка.

- Я же тебя отправляла к лекарю, - посмотрела я на Улю.

- Ещё чего! – маленькая вредина усмехнулась, а я радовалась - её сияющим глазам и ехидной улыбке, тому, что девчонки – вот они – одеты, умыты, здоровы и счастливы…

- Как хорошо! – вырвалось у меня, но тут же родилась мысль о том, что как бы там ни было, а монсеньору я за это счастье задолжала извинения.

- А перед самым отъездом… -  Уля вдруг стала серьезной. – Смотри, что я нашла - словно кто подбросил.

На её ладони лежал… синий самоцвет! Квадратной огранки – точь-в-точь такой, как я видела. Вздрогнула, вспомнив слова короля.

- Я знаю, кому это надо отнести, - кивнула и обняла Ульку. – Умница моя! Помощница…

Уля посмотрела на меня внимательно.

- Добрый день, госпожа графиня, - к нам уже спешил лекарь монсеньора.

 – Здравствуйте, Брази́, - посмотрела на него с усмешкой. – Не стоит так официально, - мы с вами всё-таки лапы грифонам вместе мыли – забыли?

- Госпожа Джоана, - исправился он, смущённо пряча улыбку. – Мы добыли споры гриба – я  привёз.

- Брази, вы – чудо! – я готова была от счастья обнять весь мир. – А что с чудовищем?

Лекарь помрачнел:

- Не получилось.

- Вы не поверите, Брази, но у меня тоже.

- Мы взяли его с собой, - лекарь понизил голос и кивнул на замотанную с головой фигуру, которую с одного из грифонов аккуратно сгружали гвардейцы.

- О… Неожиданно. Хотя…

А что? Всё сходится. В памяти всплыл детский стишок:

Кто в подземелье замка таится?

Герцог с женой, король, императрица

Солдат, служанка, командир…

Все они томились во дворце людоеда, которого потом расколдовали – никто не пострадал, это же сказка. Вот чудовища у нас как раз и не хватало – но теперь, кажется, все в сборе - спасибо Ролану…

- Что здесь происходит? - раздался визгливый, недовольный голос.

Мы все: я, гвардейцы, девчонки и даже грифоны - обернулись. У входа в замок стоял разгневанный маркиз Роунмар. К нему, бросив на меня удивлённый взгляд, направился Брази́.

- Свита Ролана, - поклонился он. – Слуги знают, что делать: за грифонами присмотрят, мы разместимся в крыле монсеньора, задержанного определим в темницу.

- Почему мне не доложили?! – сорвался на крик маркиз.

- Наш господин докладывает лишь его величеству, - отрезал Брази́.

Мне показалось, или чудовище шевельнулось?

- Давайте-ка отправимся в темницу, - предложила я гвардейцам, краем глаза заметив, как маркиз дёрнулся, словно от пощёчины – мелочь, а приятно.

- Девочек я забираю с собой, - кивнула распорядителю. – В четыре встречаемся в подземельях.

- Я?!

- Непременно. Вы же отвечаете за прислугу? Вот и отлично. Будете присутствовать при допросе.