Глава 18

Ближе к обеду прикатили на старой телеге деревенские женщины. Судя по удивленным лицам, они уже приходили в гости, но натолкнулись на стену непонимания… То есть на стену из фиолетовых деревьев. Теперь же очень удивились и обрадовались свободному проходу.

Марьяна передала вожжи Парашке и взошла на крыльцо. Оправила старенькое платье, подпоясала меховую, выцветшую и местами покусанную молью, жилетку. Осторожно постучала.

— Доброго денечка! — поприветствовала я, распахнув дверь силой мысли.

Фокус удался: глаза Марьяны стали размером с чайные чашки, когда она заметила меня стоящей в дальнем конце коридора.

— И в-вам доброе, с-сударыня ведьма, — поприветствовала женщина, слегка заикаясь. Подумала секунду и поклонилась в пояс.

Другие женщины тоже соскочили с телеги и последовали ее примеру. Даже не знаю, что на них нашло. Прежде мне таких почестей не оказывали. Одно из двух: либо им что-то срочно и сильно понадобилось (из того, что может дать ведьма), либо получение лицензий изменило меня до неузнаваемости. Настолько, что даже люди верхнего мира стали замечать это.

— Проходите, не стоит стоять в дверях, — приглашающе махнула рукой, а дом, не дожидаясь просьбы, выкатил ковровую дорожку — как для почётных гостий.

Женщины постарше застыли, как каменные изваяния. Девушка лет восемнадцати (Иванна, если не ошибаюсь) пронзительно пискнула и чуть не грохнулась в обморок. Что, в принципе, не удивительно при ее хрупком сложении и впечатлительности. Это она еще с Драго не знакомилась. И с ежкиной кошкой и ее прожорливыми котятками.

— Не смеем отвлекать вас от важных дел, сударыня ведьма, — боязливо проговорила Марьяна. — Ой, а мы ведь к вам не с пустыми руками пришли.

Она кивнула женщинам, и Глашка достала из телеги несколько холщовых мешочков. От них исходил едкий, специфический аромат.

— Вот, насобирали, сколько могли, — с придыханием произнесла Параша и положила «сокровища» к моим ногам. — Так старались, так старались… Вы ведь просили запасы пополнить, помните?

Конечно, я помнила о данном обещании покупать у них компоненты для зелий и снадобий. Но никак не ожидала такой прыти. Это ж не спать и не есть надо, чтоб за столь короткий срок столько набрать. Даже высохнуть сырью не дали, вот оно и завоняло. К тому же наверняка лишилось магических свойств.

— Все так плохо, да? — уточнила я.

Только крайняя нужда могла заставить женщин собрать по болотам лягушек, вылавливать в полях кузнечиков, сушить мышей и паков.

— Ой, и не говорите, сударыня-я… — запричитала Парашка, картинно заламывая руки. — Дождей уж почти месяц не бывало. А теперь вот еще и вода из колодцев куда-то сгинула. Как кто сглазил…

— Мы ж в основном с огородов и питались, а тут такая оказия… — покачала головой Глашка. — Как теперь быть, ума не приложим. Вот и решили…

Она кивнула на мешочки, и мне стало так грустно и обидно за этих женщин. Дождь им призвать, в принципе, я могла. Как и вернуть воду в колодцы. Но это лишь временные меры, решение требовалось кардинальное.

— Я с удовольствием куплю у вас сырье, — пообещала я.

Дала знак дому, и три металлических таза важно выплыли наружу, забрали мешочки и утащили в подвал — чтоб недосушенные жучки-паучки всю кухню не провоняли.

— Вот вам за работу, приходит еще, — поблагодарила и передала женщинам большую часть «наеденного» ежкой добра. Мне не жалко, вопреки распространённому мнению, я так и не стала настоящей злой ведьмой. И человеческая моя сторона рыдала от чувства несправедливости.

Глаза Парашки алчно загорелись. Но только она потянулась к набитой купюрами корзине (ну да, что было под рукой, туда ведьма и складывала добро), как Марьяна треснула ее по загребущей ручонке.

— Здесь слишком много, сударыня ведьма, — женщина оказалась гордой, хоть и бедной. — Мы не можем столько взять, это неправильно.

— Да вы не бойтесь, они честным путем добыты, — заметила слегка обиженно. Ежку же я сама сделала, так что, и правда, честно.

— Нет, сударыня ведьма, это неправильно ― у вас деньги брать, — отказалась Глашка и спрятала предательски подрагивающие руки за спину. — Вот если бы дождичка…

— Или мужей вернуть… — вздохнула Марьяна. — Хотя у них, наверное, уж другие семьи. Но денег мы за просто так все одно не возьмем. Овощи созреют, грибов-ягод наберем, еще и поохотимся — мы этому тоже научились. Как-нибудь зиму переживем.

Вот ведь упрямицы! Давненько мне не попадались такие экземпляры. Похоже, в местных лесах водится вымирающий вид русских женщин, которых надо бы занести в «Красную книгу».

— Нет девочки, хватит горбатиться, — решила я. — Овощи ― это хорошо, а вот согнутые знаком вопроса спины — совсем не тот крючок, на который стоит ловить мужчин. Предлагаю подработать в отеле!

Женщины переглянулись. Те, что помоложе, испуганно вздрогнули, но в глазах их горела решимость.

— А что делать надо будет? — деловито осведомилась Марьяна. — У нас особых навыков-то нет. А если гости капризные?

— За это не волнуйтесь, жильцы ко мне приходят непривередливые, — сообщила я. И задумалась: как бы так сказать, чтобы не напугать и всю суть объяснить. — Непривередливые, но не совсем обычные. Точнее, очень необычные. Словом, впечатлительным лучше с ними не встречаться.

— Сударыня ведьма, мы столько пережили, столько повидали, что нам уже ничего не страшно, — ответила за всех Марьяна. — Лишь бы платили исправно да не обижали. Правда, девочки?

Женщины дружно покивали.

— Тогда прошу за мной, — я снова приглашающе махнула рукой. — Дел предстоит немало. Сегодня ночью должно прибыть больше пятидесяти гостей. Им нужно оказать должный прием. Так что работы у нас навалом!

До самой темноты мы готовили комнаты: развешивали паутину, засыпали полы пылью и наносили на окна толстый слой копоти. Еще расставляли свечи, фигурно раздирали и обрабатывали хлоркой шторы — так, чтоб походили на старинные, порванные и выцветшие от времени. А еще готовили нехитрое угощение. Даже принесенные женщинами запасы в ход пошли — докопчённые и выложенные на блюдо, они смотрелись отвратительно и даже тошнотворно. Гости просто обязаны были прийти в восторг от одного запаха.

С первой звездой вернулся Драго. Довольнющий, как настоящий кот, обожравшийся сметаной, он доложил:

— Задание выполнено и перевыполнено, хозяйка. Скоро начнут прибывать гости.

— Ой, какой хоро-о-ошенький! — восхитилась Иванна. Она впервые увидела хранителя и пришла в неописуемый восторг. Потянулась к нему, словно не замечая, что он так-то нечисть. — Еще и говорящий!

— Руки прочь, барышня! — рявкнул на девчонку Драго. — Я уже поддался один раз, больше меня литром крови в эту кабалу не затащишь. Знаю я вас, сначала «давай за ушком почешу», потом «шерстку приглажу» — а потом бац! У тебя уже шестеро спиногрызов и бешеная самка, которая так и норовит последние силы высосать. А то и сожрать целиком.

— Не расстраивайся, — успокоила я едва не плачущую Иванну. — Драго у нас молодой отец, оттого такой нервный: послеродовая депрессия, все дела. А тебе сегодня еще удастся и мохнатеньких посмотреть, лысеньких, и даже желеобразных. Потерпи немного.

Гости начали прибывать в полночь. Первым явился всадник без головы и с порога потребовал горючего и закуски. Глаза его загорелись при виде молоденькой Иванны, а та едва не брякнулась в обморок. Пришлось дать девушке успокоительного, а гостю напомнить про обязательное правило: не притрагиваться к персоналу и не вредить хозяйке и ее имуществу.

— Иванночка, принеси господину всаднику горилки и сушеных тараканчиков на закуску, — попросила я. — А еще поднос с чистой салфеточкой — неудобно же держать голову в руках.

Все шло идеально. Гости прибывали, вдохновившись рекламой и обещанием бесплатного угощения. Видать, халяву и в нижнем мире уважают страстно.

Вот только на шестидесятом госте я забеспокоилась: комнаты кончились, угощение таяло, как снег по весне. А желающие все не иссякали.

— Драго! — взревела я. Зыркнула на съёжившегося в углу хранителя и потребовала отчета: — Ты сколько, кость тебе в горло, флаеров раздал? Я же их ровно по количеству комнат сделала!

— Так я размножил… — мявкнул Драго и прикрыл лапами голову. — Как лучше же хотел, хозяйка.

А получилось как всегда.

Мы с девчонками сбились с ног, пытаясь разместить гостей. В моей спальне поселилось семейство снежных людей — до того волосатых, что проще будет комнату сжечь, чем вычистить шерсть. Кухню оккупировали осьминоги, оставлявшие на полу, стенах и потолке липкие следы. В коридоре тусили и грызли мебель горгульи.

В час ночи входная дверь распахнулась, и на пороге возникла мощная фигура господина Советника. Разумеется, его комнату тоже пришлось сдать — одной очень огненной (в прямом смысле) паре драконов.

— И что здесь происходит? — поинтересовался Советник, оглядывая творящееся в доме безобразие.

В этот момент горгульи решили поиграть в боулинг головой опьяневшего рыцаря. Кстати, тот был совсем не против и подбадривал каменных проказников. Голова проехалась по оставленной осьминогами слизи и едва не угодила в самого Советника.

Он ловко поймал летящий в него снаряд и, дав для порядку щелбана, отравил обратно горгульям.

— Я так чувствую, отдых мне сегодня не светит? — спросил надменно и одновременно насмешливо. — Рано я выдал тебе лицензию, Зена. Пожалуй, надо пересмотреть этот вопрос.

— Ой, только не пугайте, мне тут и без ваших нравоучений несладко, — махнула рукой и потопала встречать следующего гостя.

Им оказался снежный человек с супругой — огромные такие, прожорливые. У меня опустились руки. И не только они. Стоило представить, как эта снежная парочка бомбит кухню в поисках еды, как захотелось наложить проклятие на саму себя.

— Зачем вы принимаете гостей, если мест больше нет? — поинтересовался Советник, склонившись к моему плечу. Он, как наставник (а скорее как надзиратель), не мог оставить в покое и просто свалить до лучших времен.

— Потому что я добрая и гостеприимная! — рявкнула с упреком. Услышала короткий смешок демона и добавила: — А еще потому, что один неблагоразумный хранитель раздал рекламных флаеров больше, чем положено. Услужил, ничего не скажешь.

Послышался подозрительный шорох: кажется, Драго забился в свободный от гостей угол и притворился мертвым. Окончательно мертвым и восстановлению не подлежащим.

— А что было во флаерах? — деловито осведомился Советник.

— Комната каждому предъявителю и бесплатное угощение, — убитым тоном произнесла я. — У нас даже в ванной русалки гостят. Свободных мест больше нет. Еды тоже, так что…

Развела руками и чуть не плача взглянула в лицо Советника:

— Кажется, вы были правы. Никудышная из меня ведьма-хозяйка. Да и хранитель из Драго так себе.

— Не верю, что ты ― и вдруг опустила руки! — укорил Демон. — Ведьмы не плачут и не сдаются. Так что слезы подтереть, мозги включить.

Легко сказать. Дом-то у меня не резиновый. Хотя…

— А есть у вас лицензия на размножение? — поинтересовалась я.

Господин Советник обнял меня за талию и похвалил довольным тоном:

— Вот это выдержка! В такой момент не каждый думает о приятном. А вообще я только за: пусть гости сами справляются, а мы уйдем ко мне. Или по лесу прогуляемся — тут недалеко видел ужасающую полянку с мягким мхом и выводком светлячков. Кстати, мне для этого лицензия не нужна. Я могу размножаться в любое время суток и сутки напролет.

Тоже мне, герой-любовник! Еще и романтик (что для демона неожиданно). Вот только о любовных утехах я в тот момент вообще не думала. Оттолкнула наглеца и, расстроенная и злая, выпалила, глядя в его нахальную морду:

— Кому чего, а лысому все о расческе! Я вообще-то дом хотела размножить, а не вас. С меня и одного Советника более чем достаточно.

— Эвона как… — вздохнул господин Советник. Провел рукой по черной гриве и немного расстроенно произнес: — И ничего я не лысый. Мне не так много столетий. Дядюшка мой, царство ему подземное, до двух тысяч лет сохранял шкуру нетронутой, даже не седел. И воздержанием не страдал.

Еще слово, и я бы его прибила. Не смотря на то, что не имела лицензии и опыта по уничтожению высших демонов.

— С домом что?! — выкрикнула, обрывая его речь, пока не перебрал всех любвеобильных родственников по мужской линии. — Можно его увеличить? Или сделать три экземпляра вместо одного?

Советник явно был не рад смене темы разговора, да его и мало волновало происходящее. Подумаешь, не его же резиденцию разнесут пришлые в пух и прах.

— Теоретически это возможно, — он все же соизволил ответить. — Правда, в этом случае магические свойства дома передадутся его копиям. И когда те исчезнут, магию придется долго восстанавливать. Не исключено, что некоторые процессы пройдут необратимо.

Мебель испуганно задрожала. Пол затрясся, а двери и ставни оглушительно захлопали, протестуя против подобных экспериментов. Я даже услышала шум сточных вод, журчащих под подвалом.

— Это нам не подходит, — решила моментально.

Села прямо на пол, невзирая на покрывающую его слизь. Подперла голову руками. Призадумалась.

— А что, если комнаты сделать не в доме, а вне его? — предложил Советник. — В рекламе же не было сказано, какие именно апартаменты предоставляются гостям?

— А что с угощением? — заинтересовалась я. — Наколдованная пища не подойдет многим демонам и низшим существам.

Советник погладил меня по волосам, и я на секунду растаяла, прислонившись к его мощной ноге.

Встрепенулась, подпрыгнула и помотала головой, прогоняя наваждение. Ну и демон, вот провокатор!

— Не злись, лучше направь силы на работу, — посоветовал он (Советник же, у него работа такая). — К примеру, предложи устроить ночную охоту. А после барбекю на открытом воздухе. Думаю, многим станет интересно.

— Есть одна проблема, — вздохнула я. — Вернее, один несговорчивый и не совсем адекватный сосед. Князь по совместительству.

— Его я беру на себя, — хохотнул демон. — Так и быть, еще и защитный купол вокруг дома сделаю, чтоб гости далеко не разбредались. А ты пока шалашей вокруг настрой — для вновь прибывших. Используй минимум магии и максимум фантазии, глядишь, до утра и продержишься.

Этот демон нравился мне все больше. Если б еще не задавался и не важничал, я бы на многое согласилась (невзирая на рога, копыта и вздорный характер).

Благодаря подсказкам Советника, удалось исправить косяк хранителя. Гости успешно разместились в импровизированных шалашах-палатках, многие отправились на охоту за ночными обитателями леса. Мне же осталось следить за порядком в доме и его окрестностях, успокаивая особо расшалившихся гостей.

— Уф, сударыня ведьма, кажется, все прибыли! — утирая пот со лба, сообщила Марьяна.

Она вместе с Драго принимала гостей, доказывая, что настоящую женщину ничем не напугаешь. Что ей синяя шерсть, клыки и перепончатые крылья демонов? Она двух детей в одиночку поднимает в глухой деревне!

— Спасибо тебе, — устало улыбнулась я. — И всем остальным девочкам. Не знаю, чтобы я делала без вас. Осталось нам ночь продержаться и рассвет пережить, ух тогда и отоспимся!

С первыми петухами господин Советник подал сигнал к отбытию. И сам лично проводил в подвал тех, кто жаждал продолжить веселье. Хватало одного строгого взгляда высшего, чтоб проказники и шалуны и думать забыли о неповиновении.

— Спасибо, что помогаете, — поблагодарила Советника и помахала рукой последним гостям: — Счастливого пути! Приходите еще, только не забудьте осведомиться о наличии свободных мест.

— Вообще-то я пришел сюда отдохнуть, а не поработать, — хмуро заметил Советник. — Комнату мне не выделила, так что придется занять твою.

Он поиграл бровями, а я усмехнулась:

— Надеюсь, у вас нет аллергии на шерсть снежных людей. А что до вашего труда, я с удовольствием за него заплачу. Хоть гости и прибыли бесплатно в качестве рекламной акции, многие оставили вознаграждение. Особо хвалили ночную охоту и ваш фирменный суп из пресмыкающихся. Так что пятьдесят процентов заработка ваши по праву.

Пошарила за пазухой и извлекла увесистый мешочек с маной. Но Советник на нее даже не глянул.

— Я бы предпочел другой вид вознаграждения, — хмыкнул он. — Как насчет поцелуя?

Ох и нахал! Подался вперед, слегка нагнулся, не сомневаясь в моем согласии. Нет, так-то он заслужил. Но вот губы в трубочку вытянул зря.

Чмокнула в мохнатую щеку и тут же отстранилась — не приведи нижайший, услышит, как громко бьется ведьминское сердце.

— И это все?.. — расстроился Советник.

— Мои поцелуи дорого стоят, — возразила я. Уперла руки в бока и тем же нахальным тоном (ага, неплохой был наставник) добавила: — Мы бы и без вас бы справились. Пусть не так хорошо, но все же.

Я ожидала чего угодно после такого замечания: раздражения, злости или ехидства. Но никак не восхищения.

— Настоящая ведьма! — выдал Советник. — Точно Зена — дочь грома и молнии! Горячая, мощная и непредсказуемая.

Я аж зарделась от подобного комплимента.

— Спасибо, господин Советник, — произнесла сдержанно и, прищурившись хитро, задала давно мучавший вопрос: — А как ваше настоящее имя? Не могли же маленького демона сразу назвать Советником да еще и господином…

Если вопрос и удивил демона, то он не подал вида.

— Сигизмунд Варфоломей Иоаким Восьмой, — представился он и галантно поклонился.

— Да что у вас, у нижних, какие имена заковыристые?! — не выдержала я. — Язык сломаешь произносимши. Или это так и задумано?

— Обращайся «господин», — мне милостиво разрешили.

— Э-э-э… Господин Советник?

— Можно просто господин, мне нравится. Ты это с таким придыханием произносишь.

— Неправда!

— Румянец тебе идет, хоть это и не свойственно ведьме.

— Да это пламя от свечи, — отмахнулась я. И как он рассмотрел мои пылающие щеки в почти кромешной тьме? — Так что не выдумывайте всякое…

— А сердце быстрее тоже от костра бьется? — не сдался демон.

— Идите спать, го… Советник! — посоветовала в ответ. Круто развернулась на каблуках и направилась в кухню. — Так и быть, можете занять мою спальню. Неспокойного утречка!