Глава 24

Не знаю, чем могла закончиться эта ночь. Возможно, рождением маленького демона или будущей ведьмы через девять месяцев. Или очередной словесной потасовкой между мной и Каллистратом. В любом случае все могло сложиться иначе.

Если бы в самый разгар чувственного пира у демона не затрезвонил магический камень (что-то вроде нашего сотового, только ловит везде и стоит буквально крохи маны).

— Что?! — взревел Советник, выслушав доклад помощников. — Как вы допустили?! Как я это допустил?..

Видимо, случилось что-то, и правда, жуткое. Впервые я видела, как демону изменило его обычное равнодушие. Он сходил с ума от ярости. И чуть не выдрал себе волосы, в которые запустил лапы.

«Интересно, если демон лишится волос, человек тоже станет лысым?» — задумалась я, но вслух спросила иное:

— Что случилось? Я могу помочь?

— Нет! — рявкнул он явно резче, чем собирался. Тут же раскаялся, обнял и даже погладил по спине: — Прости, Зена… Дело дрянь. Гораздо сквернее, чем можно себе представить. Я должен отбыть, а ты никуда из дома не выходи. И ни в коем случае не снимай мой перстень, он может понадобиться в любую секунду.

Воинственно замотавшись в простыню, он по человеческой привычке направился к двери. А меж тем за окнами начинался рассвет, и я обернулась посмотреть, не обернулся ли господин Советник. Вернее, не стал ли он снова Каллистратом.

Но нет, не удалось удовлетворить любопытство. Прежде чем светлое время суток окончательно вступило в права, демон закутался в призрачный плащ и растворился в серости утра.

— На самом интересном месте… — вздохнула я ему вслед.

Устыдилась дурных мыслей: тут такое вокруг творится, а я все о себе. И вообще, этот демон-князь светло-темная лошадка. Его еще изучать и исследовать.

Интересно, что стряслось, раз он так резво ускакал?

Мучимая размышлениями, решила позвонить подружке. Раз уж мне придется долгое время сидеть в заточении (заметьте, добровольном) в собственном доме, можно ненадолго забыть о делах гостиницы и вспомнить о подружках.

— Ангелинка, я как раз о тебе подумала! — воскликнула Машка вместо приветствия. — У тебя что, дар?

— Ага, — легко согласилась и не слишком весело усмехнулась. — Дар притягивать неприятности. Как твои дела, что новенького? Ты ведь не просто так вспомнила обо мне?

— Завтра мы отправляемся на гастроли! — восхищенно воскликнула подружка. — Разумеется, я еду как солистка во многих номерах программы. Кругосветное турне, небывалые возможности и огромные деньги. Вилли такой лапочка! Ты рада за меня, подружка?

Хотела было сказать, что Вилли никакой не лапочка. Он — продюсер, делец и, чего уж там, жуткий бабник. Но не посмела портить Машке настроение.

— Очень рада! — воскликнула в ответ. Но все же добавила: — Только будь осторожнее, береги себя.

Сама не знаю, отчего так сказала. Слова будто бы слетели с языка прежде, чем я успела их осмыслить.

А ведь Советник Каллистрат не выдавал мне лицензии на предсказательскую деятельность.

Поболтав с подружкой, я все же улеглась спать. А проснулась от того, что кто-то ласково гладит по волосам.

— М-м-м?.. — спросила сонно и едва разлепила глаза.

Рядом сидел Каллистрат — с небывало задумчивым выражением на породистом лице. Но, что хуже всего, на нем был белый фрак, а в нагрудном кармашке торчала алая роза.

Это у людей белый — цвет радости. Демоны в нем скорбят по ушедшим навсегда родственникам и знакомым. Одна алая роза означала, что погибла женщина.

— Кто? — охнула я.

Сон мгновенно слетел, словно пепел от резкого порыва ветра. Я вскочила с кровати и зябко обняла себя руками.

— Зелена, — сообщил Каллистрат. Кивнул на край кровати и добавил: — Собирайся, нам пора идти.

Только сейчас я заметила, что Советник принес для меня белое платье. Увидев такое пару месяцев назад, я пришла бы в неописуемый восторг: длинное, с глубоким декольте и провокационными разрезами сбоку. Оно словно было соткано из шелковой паутины и украшено драгоценными алмазами.

Сейчас наряд нагонял тоску. И пусть мы с Зеленой не были подругами, кодекс бесчестия приказывал проводить ее в последний путь.

Вместе с Каллистратом мы отправились на Лысую гору, где вместе с демонами, ведьмами и прочими сочувствующими соорудили для Зелены последний в ее жизни костер.

— Она была настоящей ведьмой! — произнесла Миланья и бросила в костер веточку от своей метлы.

— Ничего, на том свете ей будет еще веселее, — высказалась я и повторила действия рыженькой ведьмы. — Эх, и задаст она жару тамошним жителям.

Я пыталась мыслить позитивно, хотя на душе скребли кошки. Хоть Советник и не рассказал многого, все знали: Зелена — еще одна жертва Канцлера. И теперь все ведьмы боялись. А демоны злились и не знали, что предпринять. От чего злились еще сильнее.

После церемонии мы с Каллистратом отправились ко мне. Засели на кухне за чашкой травяного чая. Вернее, это я пила отвар из ромашки и мяты, демон же сильно разбавил его успокоительным зельем. Абсентом по-нашему.

— Как она погибла? — решилась спросить я.

— Тебе лучше не знать, — рыкнул он и потянулся за новой порцией зелья. Передумал, обрушил кулак на ни в чем не повинный стол и воскликнул: — Больше никаких заточений в камне! Поймаю Канцлера и лично испепелю, плевать на его родственные связи и силу. Лучше сам лишусь всей маны, чем позволю ему хозяйничать в двух мирах.

Молча поддержала и погладила по руке. Хотела накапать еще чайку, но тихий стук в дверь меня отвлек.

— Я открою, — сообщила и, было, рыпнулась.

Демон удержал за руку.

— Сначала посмотрим, кто там, — предупредил строго. Поднялся и своим демоническим зрением просканировал дверь. — Тебе знакома молодая особа с длинными светлыми волосами, серыми глазами и татуировкой на бедре в виде черной кошечки?

— Машка? — удивленно переспросила я. И только после возмутилась: — А как ты рассмотрел ее татушку?

— Это не трудно в таком-то наряде, — не поддался на провокацию демон. — На ней только топик, маленькие трусики, туфли на шпильках и головное украшение из перьев.

Похоже, подружка прибыла ко мне прямиком с выступления. И сделала это явно из безысходности, в противном случае не решилась бы гулять по лесу в таком виде.

— Скройся, — попросила я демона. — Не пугай мою подружку своим видом. Ей, похоже, и без того пришлось несладко.

Я открыла дверь, и дрожащая от холода и страха подружка буквально упала мне на руки.

— Как хорошо, что я тебя нашла… — всхлипнула она и подняла на меня полные слез глаза. — Ничего, что я без приглашения? Мне просто некуда было пойти…

Конечно же, я заверила подружку, что рада ей в любое время дня или ночи. Налила успокоительного зелья, закутала в плед, а только после решилась на расспросы:

— Как ты оказалась здесь, да еще и в таком виде?

— На попутках, — шмыгнула носом Машка. — Пришлось отдать любимое колечко с изумрудом и сережки, но это мелочи. Главное, что осталась жива. Знаешь, после того, что пережила, мне, наверное, уже ничего не страшно. Даже странные баночки на твоей кухне и то, что таксист назвал тебя ведьмой.

— Об этом потом, — отмахнулась я. — Про себя расскажи. Ты что, с концерта сбежала? С Вилли поссорились?

— Хуже! Даже не знаю, как сказать… Наверное, ты сочтешь меня сумасшедшей. Но я не принимала никаких галлюциногенов, клянусь, даже шампанское не пила. Только пару бутербродов с икрой и какую-то закуску с чесноком.

— Это сейчас не важно! Что случилось после?

Я сгорала от нетерпения, а Машка, всегда имевшая склонность к полноте и долгому хождению вокруг да около, не торопилась с ответами.

— Знаешь сколько там калорий! — возразила она, словно позабыв о сути разговора.

— Это сейчас тоже не важно. Я тебя с любым весом любить буду. Что дальше?

Машка поерзала на стуле, залпом допила зелье и подставила стакан для добавки. Уставилась на мутноватую зеленоватую жидкость и призналась:

— Вилли пригласил нас не для выступления, вернее, не только для этого. Мы приехали в какой-то мрачноватый особняк и сначала распсиховались. Но продюсер сказал, что это конкурс — будут выбирать мисс варьете и всюду скрытые камеры. Мы по одной должны были заходить в комнату. Но я подсмотрела. И пришла в ужас от того, что там происходило за закрытыми дверями. Вилли словно сжирал девчонок. Вытягивал из них жизненную силу, и она уходила в перстень. Красивый камень. Я всегда засматривалась на него. Такой краси-и-ивый…

Машка принялась рыдать, а я — успокаивать. Мне тоже был знаком перстенек, я не раз восхищалась им, особенно когда, задумавшись, Вилли прокручивал его на пальце. Тогда еще не была ведьмой и не могла видеть, что камешек явно магического происхождения. Наподобие того, каким снабдил меня Каллистрат.

— И ты сбежала? — спросила я осторожно.

Машка кивнула, всхлипнула и вздрогнула всем телом:

— Я хотела забрать других девочек. Но они мне не поверили, только подняли на смех. Тогда я выбежала на улицу в чем была, добралась до трассы, поймала попутку и рванула к тебе.

— Ты все сделала верно, — произнесла я как можно увереннее. И не сказала, что остальные девчонки наверняка погибли. — Идем, я отведу тебя спать. Тебе явно нужен отдых.

Дождалась, пока подруга задремлет, а сама направилась к комнате демона. Он ждал, лежа на кровати и закинув руки за голову. Завидев меня, похлопал по матрацу рядом с собой, и я осторожненько присела на кушеточку — подальше. Как можно дальше от дьявольски привлекательного демона, осознающего всю дьвольщину своей привлекательности.

— Надо поговорить, — сообщила, отводя взгляд от едва прикрытого простыней тела Каллистрата. Слишком отчетливо помнила, что спать он предпочитает обнаженным.

— Я надеялся на другое продолжение ночи, — сообщил он, стерев с лица радостную улыбку. ― Но так тоже сойдет. Полагаю, речь пойдет о твоей странной подруге, расхаживающей по лесу в нижнем белье. Кстати, из нее бы вышла неплохая ведьма.

— Из любой женщины выйдет ведьма, если ее до этого довести, — парировала со вздохом. — Но ты прав, речь пойдет о ней. И не только.

Я рассказала все, что знала о Вилли, и описала его камень. Не забыла и про то, что поведала мне Машка. Советник слушал так внимательно, с таким напряжением, что в какой-то момент резко подался вперед, и простыня сползла с него до самых бедер. Я резко замолчала, а он, пробубнив что-то про слишком впечатлительных ведьм, прикрылся до самого горла.

Разговор продолжился.

— Может ли быть, что наш продюсер как-то связан с Темным Канцлером? — спросила, завершив полную драмы историю. — А возможно…

Не договорила, страшась произнести вслух. Говорят, мысли имеют свойство материализоваться. И пусть я слишком суеверна для ведьмы, но прежде чем подумать плохо, решила подумать хорошо.

— Зена, он связан с этим самым прямым образом! — воскликнул Советник. Резко поднялся и, завернувшись в простыню, стал расхаживать взад-вперед по комнате. — Спасибо за ценные сведения, кажется, теперь мы знаем, под чьей личиной скрывается Канцлер. А его камень, это носимый портал. Выходит, он питается определенной магией, возможно — это талант, способности и красота вкупе. Зелену пустили в расход. Как и твоих подружек. Но больше мы не допустим смертей. Надо тщательно, учитывая каждую деталь, разработать план по захвату этого одуревшего демона. Ничто не должно ускользнуть от моего взгляда.

Я прочла все, что смогла найти о порталах между верхним и нижним мирами. И вот что выяснила: существуют переходы двух видов. Первые, так называемые провалы, прорвавшиеся границы между мирами. Один из самых крупных как раз находился под моим домом. Вторые — магические камни, способные создавать проходы из одного мира в другой. Обычно энергетические порталы заключают в какое-нибудь украшение и носят с собой, как перстень Вилли. И почему мне раньше не пришло в голову присмотреться к этой вещичке?

Впрочем, многие звезды шоу-бизнеса носят экстравагантные украшения, этим никого уже не удивить.

— Значит, мой портал Канцлеру не нужен? — поинтересовалась я.

— Нет, опасаться стоит, пока мы его не поймаем, — предупредил Советник.

— Но почему из меня не выпили дар? Я едва не сгорела, но осталась сильной.

— Об этом спроси свою бабулю, полагаю, она знает ответ на этот вопрос.

Прежде чем отправится за канцлером, Каллистрат порывисто меня обнял и поцеловал. В щеку, потому как я вовремя успела увернуться и не подставить губы. О чем слегка жалела, но не подавала виду.

И, чтобы не думать о плохом (и о хорошем тоже), решила переговорить с собственной бабушкой. Давно собиралась опробовать себя в спиритических сеансах, а тут такой случай. Это по пустякам нельзя беспокоить умерших. Но я же по делу! Ну, и так, заодно… По мелочи.