Глава 31

Рита

В аэропорт «Пулково» с вертолётной площадки доезжаем за минуты. Есть, конечно, преимущество у вертушек. На машине мы минимум час тащились бы из нашей усадьбы, а тут вжик и уже в городе. Надеваем маски, сдаём мазки на ковид и проходим первую проверку багажа.

— Всё, друзья мои, — Фрол смотрит на часы, — ожидаем, когда откроется стойка регистрации нашего рейса. 

Я настолько расслабилась, что понятия не имею во сколько у нас самолёт. Стою, положив голову Фролушке на плечо, и поглаживаю свой живот. Интересно, кто у нас родится? У Фрола гены сильные, если сходу такая папина копия, как Маруся, родилась. Сынишку бы. Но и девочка хорошо. Всё равно Фрол следом ещё за одним отправит. Самое главное, что теперь я смогу насладиться в полной мере прелестями материнства. Пять лет назад я не жила, а выживала. 

— Фрол Матвеевич Горин? — печатает чей-то голос за спиной. 

Поворачиваемся, и я с удивлением смотрю на полицейского. Румяный здоровяк будто только что сошёл с рекламного плаката блинной.

— Да, я, — подтверждает Фрол.

Полицейский смотрит на меня с прищуром.

— Петрова Маргарита Сергеевна, — скорее утверждает, чем спрашивает.

— Да, — я оглядываюсь, ища глазами выход. 

— Следуйте за мной!

— А в чём дело? — встаю в третью позицию, словно фигурист перед выходом на лёд.

Маруся забирается на руки к Фролу и обнимает отца за шею. 

— Что за дядя? — рассматривает она толстяка.

Где же мы нагрешили? Так и знала, что история с этим чёртовым заводом так просто не закончится.

— Я адвокат Фрола Горина, — выступает вперёд Руслан.

— В таком случае можете тоже пройти, — важно кивает полицейский.

— А я, — в растерянности Анна Ивановна хватается за мою руку. 

— И вы, — вздыхает полицейский. — Возможно, понадобятся свидетели.

— Не пойду! — вскипаю, как огненная лава над вулканом. — Живо объясните, в чём нас обвиняют?

Люди с интересом начинают на нас оглядываться.

— Марго! — хором одёргивают меня Фрол и Руслан. 

Я нервно кусаю губы.

— Не кричи. Разберёмся, — улыбается мне Фрол. — Только не нервничай.

— Следуйте за мной, — повторяет полицейский, отсканировав меня глазами-щёлочками. 

Нам ничего не остаётся, как понуро плестись за ним.

— Фролушка, — у меня слёзы на глазах. — Мы никуда не летим?

— Ну что ты, — обнимает он меня за талию. — Не волнуйся. Быстро подбери слёзки. Папа всё решит.

Всей компанией вваливаемся в кабинет без окон похожий на пенал с бюджетным наполнением. Кудлатая дама в форменной рубашке с погонами шлёпает пальцами-сосисками по клавиатуре и, близоруко щурясь, читает написанное.

— Привёл задержанных.

— Паспорта ваши, — сухо бросает дама, не отрывая взгляда от экрана.

— Российские? — уточняет Фрол.

— Да.

— Я не взяла, — шепчу ему, мысленно сжигая документ в камине.

— Тебе нужно было взять только себя и чемоданчик, — целует меня в макушку Фрол и достаёт наши бордовые книжечки. — Пожалуйста.

Меня прошибает пот. Полицейский забирает их и кладёт перед дамой на стол. Она пролистывает оба документа и изрекает:

— Непорядок! 

— Что не так? — снова взвиваюсь я, но Фрол сжимает моё плечо.

— Всё хорошо, малыш! — шепчет мне в затылок.

Дама кивает полицейскому, и он выкатывает из-за стеллажа два точно таких же чемодана, как у нас. 

— В аэропорт утром доставили багаж на ваше имя. Признаёте эти вещи своими?

Сердце уходит в пятки. Чувствую себя радисткой Кэт из фильма про Штирлица. Что там? Радиопередатчик? Колумбийские дары? Законсервированные органы? Догадки одна страшнее другой всплывают в воображении.

— Да, это наши чемоданы, — вздыхает Фрол. 

— Ты же даже не взглянул что в них! — хватаюсь я за голову и тут же вцепляюсь в меховой воротник кожанки Руслана. — Эй, адвокат от лукавого! Так и будешь молчать?

— Рита, не бузи! Всё будет хорошо! Выдохни! — он разворачивает меня лицом к вершителям правосудия.

Дама щёлкает мышкой, и принтер выплёвывает два листа. 

— Задержанные, подпишите заявления, — она кладёт их на стол, и Фрол лезет в куртку за ручкой.

— Я ничего подписывать не буду! Что неправильного в моём паспорте? — топаю ногой.

— Неправильно что-то в вашей жизни, Маргарита Сергеевна! — Дама встаёт из-за стола и кладёт на соседний пустой стол чемодан с копией моей наклейки. — Как я понимаю это ваше?

— Я этого не говорила! — сбавляю обороты и добавляю по слогам. — В чём наша вина?

— Конкретно ваша? — Она открывает чемодан, достаёт оттуда белоснежную длинную тунику с жемчужным поясом и встряхивает её. — Как вы собрались лететь в медовый месяц, не заключив брак с господином Гориным?  

На лице дамы расцветает улыбка.

— Как, Марго? — Фрол заключает меня в объятья.

Распахивается дверь смежного кабинета и оттуда вываливают ребята из команды Фрола во главе с Дмитрием. 

— Сюрприз! — подмигивает мне Фрол.

Грохот хлопушек, конфети, серпантин! На этот раз, к счастью, не уличных. 

— Сюрприз! — подхватывает хор голосов, так что уши закладывает.

Слёзы текут по моим щекам, и я утыкаюсь Фролу в грудь.

Он гладит меня по спине и урчит, как большой кот:

— У нас будет фотосессия в аэропорту.

Я тут же замираю, и он вкладывает мне в руку упаковку бумажных платков.

Дмитрий вручает мне букет невесты, Настоящие ромашки посреди зимы! Серёга открывает шипучку, а его сёстры Карина и Селина, наперебой щебеча, подхватывают меня под руки, целуют в щёки:

— Иу-у, Рита, котичка, поздравляем! Цём-цём! Пойдём тебя накрасим, причешем! 

— Девчонки, минутку, — притормаживает их Фрол. — Рита заявление подпишет на брак, чтобы свидетельство распечатать.

— Вау, Фрол, котик, — переключаются щебетухи на моего благоверного. — Ты такой романтик! Цём-цём! Это так феерично!

Я на ватных ногах иду к столу, рядом прыгает счастливая Маруся.

— И ты всё знала и молчала, маленькая макака? 

— Мамочка, прости! — прижимается она ко мне. — Давай букет подержу.

Я отдаю ей цветы, сажусь на корточки и обнимаю дочку.

Она шепчет мне на ухо.

— Скажу тебе ещё секрет. Когда вернёмся с Мальдивий, папа мне фамилию свою даст, Я больше не буду Маша Петрова.

—У папы красивая фамилия, но не забывай и мамин род. 

 Я выпрямляюсь и смотрю на кудлатую даму. Мне она уже кажется вполне себе милой.

— Вот здесь, Рита Сергеевна, просто подпись и дату сегодняшнюю, — указывает дама ручкой, где мне отметиться на заявлении. — Глазками пробегитесь, но Фрол Матвеевич всё чётко заполнил. Я проверяла.

Следующий час провожу в соседнем кабинете, где Карина порхает по моему лицу кисточкой, а Селина плетёт мне на голове венок из моих волос. Я завороженно смотрю на платье и мечтаю о глоточке кофе. Потому что больше мечтать в жизни мне, пожалуй, не о чем.