Глава 35

Рита

Мы выходим за ворота и натыкаемся на ватагу ребятишек. Судя по футбольному мячу в руках самого высокого мальчишки лет двенадцати, караулят они Фрола. С нами Ахмет. Он короткими окриками и жестами гонит их прочь, поглядывая на моего мужа. В глазах Фрола разгораются искорки азарта.

— Что они хотят? — вмешивается он.

— Чтобы ты показал им работу с мячом, — смущается Ахмет.

— Помни, дружище, Бонифаций погорел на своей доброте! — заговорщицки шепчет Фролу Руслан.

— Я просто покажу им, как надо чеканить мяч! — пожимает плечами Фрол и делает знак мальчишке. Тот пасует ему, Фрол подхватывает мяч на колено, а дальше начинается то, что я называю это пляска футболиста Горина. Он виртуоз в своём деле. До знакомства с Фролом, я думала, что бесконечно можно смотреть только на реку. Нет! Фрол, чеканящий мяч, переплюнул неспешно утекающие в вечность потоки воды. Мальчишки замирают от восторга и встают в полукруг вокруг своего кумира.

— Всё, Рита! Мужа ты потеряла. — Руслан садится на корточки и завязывает ленты от шляпки у Маруси под подбородком. — Котёнок, мы сейчас поедем на катере и твоё шаполе может улететь.

Мальчишки начинают хлопать в ладоши, попадая в ритм ударам Фрола по мячу. Руслан встаёт и с укоризной смотрит на друга:

— Бонни! Я буду звать тебя Бонни.

— Сейчас, Рус, подожди!

Руслан заглядывает ко мне в пляжную сумку и, выпятив губы уточкой, достаёт из сумки солнцезащитный крем:

— Это надолго! — кивает Руслан мне и нарочито громко добавляет. — Давай, Рита, я тебе спинку помажу. Солнце жаркое здесь.

Он выдавливает на ладонь белую массу и ведёт ладонью по моему плечу. Я даже не успеваю возмутиться. Фрол отталкивает Руслана от меня метра на два одним движением тела и точным ударом ноги посылает мяч в пальмовые заросли в конце улицы. Мальчишки с радостными криками несутся вслед за ним.

— Руки! — короткий рык и взгляд на Руслана такой, что даже у меня мурашки ударяются в позорные бега.

Вступаюсь за Руслана:

— Фрол, ну правда!..

— Марго!

— По тумбам, — подмигивает мне Руслан. — Хит программы — прыжки свозь огненное кольцо.

Крылья носа Фрола подрагивают. Муж, склонив голову набок, переводит взгляд с Руслана на меня. Без того горячий воздух накаляется до невозможности. До десяти что ли Фрол мысленно считает. Ахмет так увлечённо принимается рассматривать зелёные бананы за соседским забором, будто видит их впервые. Анна Ивановна отступает за спину Фрола.

— Папа, — топает ногой Маруся. — Мы идём купаться или нет?

— Давай, скажи: "Рус, ты неправ!" — вызывает Руслан удар на себя.

— Никогда. Не смей. Прикасаться. К моей. Жене! — каждое слово Фрола, как удар хлыстом. — Ты понял.

— Понял. Прости, перегнул, — опускает глаза Руслан.

Фрол обменивается с ним рукопожатием, обнимает и хлопает по спине.

— Бонни, — улыбается Руслан.

— Сусличка, — бросает ему Фрол и, выпустив из крепких объятий, поворачивается ко мне.

— Какие претензии? — снимаю я тёмные очки.

Фрол чешет кончик носа, улыбается и провозглашает:

— Королева имеет право миловать и казнить.

— Звучит, как правило! — вскидываю горделиво голову.

Фрол притягивает меня к себе и выдыхает рот в рот:

— Люблю тебя до безумия.

— Мне ты плечики не мажешь! — слышу недовольный Марусин голос.

— Я просто хотел поторопить твоего папу!

— Ну-ну, торопыга. Догоняй!

Несчастный Руслан. Здесь одним «извини» не отмажешься. Он трусцой семенит за Марусей, позволяя ей бежать впереди.

— Не догонишь, не догонишь, — разворачивается она на ходу.

Руслан одним прыжком настигает Марусю, хватает её за запястья и вертит вокруг себя, как в акробатическом рок-н-ролле, пока она не оказывается у него на шее.

— Вперёд, на бодардаж! — вопит она восторженно, и Руслан, высоко вскидывая колени, с улюлюканьем сворачивает на дорогу, ведущую к океану.

Похоже, я ошиблась. Эти двое снова растворились друг в друге и счастливы.

Анна Ивановна с Ахметом обгоняют нас, и я подмечаю, что наша домработница говорит с ним довольно бегло на итальянском языке.

В голове нелепым образом складывается пазл: Фрол по контракту работал в Италии, а наша дама прекрасно владеет языком этой страны. Напрягаю память: а только ли в сторону Руслана Анна Ивановна делала пасы. Я уже не знаю, кто из нас с мужем больший Отелло.

— Фролушка, — беру я мужа под руку. — А откуда ты знаешь Анну Ивановну?

— Это долгая история, Марго, — Фрол гладит мои пальцы. — Ты расспроси её сама. Я сейчас больше всего хочу вновь занырнуть в океан. Смотри какая красота!

Белоснежный песчаный берег граничит с бирюзовыми водами. Чайки с криками носятся над пляжем. Пара мелких моторных лодок уткнулись носом в песок по соседству с полицейским катером. Руслан на руках важно вышагивает по берегу, а Маруся, хохоча, снимает его на телефон.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Ты каждый мой день превращаешь в сказку, — кладу я голову на плечо Фролу.

— Наш день, Марго! — поправляет он меня. — Ты забыла, что у нас теперь всё общее?

* * *

Рита

Мы с Марусей и Анной Ивановной забираемся в катер, а мужчины сталкивают его в лазурные воды океана. Хочется занырнуть в него немедленно из-за немыслимой жары.

— Стойте, — по берегу бежит Ибрагим, волоча за собой телегу с пляжным инвентарём.

— Ох, чуть шезлонги и зонтики не забыли, — хватается Ахмет за голову.

— Ты хочешь сказать, что остров совсем не оборудован для отдыха? — Фрол запрыгивает в лодку и настороженно смотрит на хозяина отеля.

Ахмет оправдывается:

— Это необитаемый остров…

— Но по цене «всё включено», — усмехается Фрол одним уголком рта.

— Всё будет по высшему классу, — Ахмет кладёт руку на грудь. — Ибрагим, пока вы будете загорать, наловит рыбы и приготовит вам в котелке вкуснейшую мальдивскую уху.

— А мы сами сможем порыбачить? — загораются глаза у Руслана.

— Любой каприз! — белоснежная улыбка озаряет лицо Ахмета.

— И пять лет тюрьмы за незаконную ловлю рыбы, — с невинным выражением лица добавляет Фрол.

— Ты хорошо изучил наши законы, — кивает Ахмет. — Но здесь некому вас арестовывать. Рука руку моет.

Пока Фрол препирается с Ахметом, Ибрагим, утирая панамкой пот, закидывает в катер шезлонги и зонтики. Места остаётся лишь чтобы сесть «плотнячком». Ибрагим забирается на переднее сиденье и поворачивает ключ в замке зажигания. Урча мотором, катер срывается с места и, рассеивая брызги, быстро удаляется от берега. Маруся, перевесившись через колено Руслана, выглядывает за борт и восторженно рассматривает рыбок. В прозрачной воде их видно, как на ладони.

— Котёнок! Не вывались, — Руслан удерживает нашу маленькую егозу за ремень в шортах.

Ого! У Маруси новое звание. Котёнок! Долгое время она числилась у Руслана в мартышках и макаках. Мне кажется, наш министр безопасности в душе очень одинок и что-то останавливает его на пути к серьёзным отношениям с женщинами. Возможно, его предали когда-то. Раньше мне Руслан виделся несносным, избалованным женским вниманием, красавчиком. А сейчас я вижу перед собой мужчину, который умеет и хочет быть заботливым и внимательным. Пусть даже по отношению к маленькой девочке. Человек, который любит детей и животных, не может быть плохим. Будет забавно, если Руслан прохолостякует до Маруськиного совершеннолетия, и правда сделает ей предложение. Он с ней на равных. Его внутренний ребёнок вырывается наружу, когда они вместе. Маруся — маленький Фрол в юбке. Быть может поэтому им легко быть на одной волне.

В своих размышлениях я не замечаю, как на горизонте появляется остров. Беру за руку Фрола. Он тоже будто выныривает из параллельной реальности.

— Ты чего, Фролушка, — трусь носом о его плечо.

— Первый раз решил сам взять тур и так прокололся, — вздыхает муж, словно на его плечах вся тяжесть мира. — До этого мне Димон продумывал и прокладывал маршруты. Но мне казалась, что вся эта роскошная мишура не по мне. Сейчас же понимаю, что вляпались мы по полной.

Пожимаю плечами.

— А мне нравится всё. Здесь тихо, спокойно. Океан красивый.

— Родная ты моя, — гладит он меня по спине. — Любимая.

Лодка утыкается носом в берег.

Высоченные пальмы, белоснежный песок, кокосовые орехи и… рваные шлёпки, пустые пластиковые бутылки и использованные памперсы. Сказать, что мы шокированы — ничего не сказать. Ибрагим выгружает шезлонги и зонтики, а Ахмет сияет, как золотой медальон на солнце:

— Остров полностью в вашем распоряжении.

Фрол выпрыгивает из лодки и складывает руки на животе. Лицо его чернее океана в шторм. В следующий момент он взрывается, и Руслан едва успевает заткнуть пальцами Марусе уши. Анна Ивановна хватается за сердце. Ахмет не понимает ни слова по-русски, но вжимает голову в плечи и отступает. Фрол переходит на английский и чеканит слова, не хуже мяча. За одно утра моего мужа умудрились вывести из себя дважды. Руслан, понятно, вдарил целенаправленно, иначе мы до сих пор стояли бы у забора гостиницы. А вот Ахмет нарвался по незнанию.

— Я всё понял, — лепечет он, выставляя вперёд розовые ладоши смуглых рук. — Поедем на другой остров.

— Нет! — рычит Фрол. — Мешки у тебя есть?

— Какие мешки? — Ахмет начинает заикаться.

— Мусор собрать! Ты вообще что-нибудь слышал о защите природы?

Следующий час мы под руководством Фрола наводим порядок на затерянном в океане клочке суши. Он тоже собирает мусор, и его громогласные проповеди о погибающих пингвинах и морских котиках направлены в спину взмокшего от пота Ахмета. Посачковать хитрому мальдиванину под всевидящим оком не удастся.

— Пить хочу, — вздыхает Маруся.

— Сейчас организую! — Руслан подхватывает, лежащий на песке, кокосовый орех и трясёт им около уха. — Ибрагим, есть чем вскрыть?

Ибрагим, отставив пакет, с готовностью бросается к катеру и достаёт из-под сиденья мачете:

— Помочь расколоть?

— Я сам! — Руслан усаживается на песок и начинает охаживать орех со всех сторон. — Котёныш, я тебя такой вкуснятиной напою.

Маруся стоит перед ним руки в боки и скептически наблюдает за процессом. Проходит минуты две, и она не выдерживает:

— Сусличка, может просто воды попьём?

— О! Держи. Сначала пьёшь, а потом скорлупкой выскребаешь мякоть. — восклицает добытчик. — И не называй меня сусличкой.

Я обожаю наблюдать за их перепалками и замираю неподалёку с рваным тапком в руке.

— Хорошо, сусличка, — Маруся усаживается на полотенце и пьёт, запрокинув голову. Руслан опускается перед ней на четвереньки. Взгляд его голубых глаз полон укора:

— Котёнок! Тебе нравится, как я тебя зову?

— Это лучше, чем макака, — соглашается Маруся, орудуя скорлупкой по белой мякоти ореха.

— А как совсем хорошо будет? — допытывается Руслан.

— Любовь моя или родная, как папа маму зовёт.

Руслан шлёпается на зад и зарывается пальцами в своём белом чубе.

— Э-ээ, Маруся, понимаешь, я пока не могу тебя так называть. Вот когда ты вырастешь, и я попрошу у Фрола твоей руки, тогда…

— Замётано, — Маруся встаёт и вручает Руслану остатки ореха. — Я тут с мамой в магазине такое кольцо видела.

— Ка… Какое кольцо?

— Папа Рите, помнишь, до свадьбы кольцо подарил? Мне с розовым камушком понравилось.

— Понял, — кивает Руслан. Ему явно не до смеха. — Принял.

— Фамилия у папы, конечно, красивая. Но Мария Молодцова тоже звучит красиво.

— Согласен.

— Волчок.

— Что волчок?

— Я буду звать тебя волчок, серый бочок. Устраивает?

— Будет тебе кольцо!