Глава 31. Корсар поднимает Васю на смех

— Наследство? Вась, ну ты же в курсе, что твой отец обанкротился?

— Да, конечно, — отвечаю, и внутренне выдыхаю! Нет наследства! Значит…

Значит Антон солгал. Значит Корсара в истории со мной интересую только…

Только я, да? И… это ведь приятно?

Очень! Мне очень приятно!

И лежать рядом приятно! И…

И даже за ремень его брюк ладошкой пробираться хоть и страшно, но все-таки больше приятно.

Потому что я очень хочу его потрогать.

И мне очень стыдно. Я ведь не должна этого хотеть?

Или это нормально?

Когда у меня первый раз было с Антоном мне очень хотелось узнать, как это бывает. Хотелось попробовать, стать женщиной. Узнать тайну, которую знают только влюбленные. Узнать почему те, кто уже познал радости секса порой так поглядывают на тех, кто еще чист. Не объясняя, а лишь намекая, мол, вот попробуешь и…

Нет, я не хочу рядом с Корсаром, в постели с ним сейчас вспоминать о своих разочарованиях.

Я очень боюсь.

Боюсь того, что он разочаруется во мне. Возможно, он считает меня уже опытной — не девственница же?

А в итоге получит женщину, мало того что фригидную, так еще и испытывающую дискомфорт и вообще, не шибко любящую это дело.

Боюсь до дрожи услышать от него те же слова, которые мне как-то сказал Антон.

— Ты как бревно, все равно, что резиновую женщину трахаю. Достало. Притворись хоть, подыграй, что ли…

Боже! Он ведь на самом деле мне такое сказал!

А я, дуреха, еще и его пожалела, что ему приходится терпеть рядом жену, которая не удовлетворяет!

Я ведь какое-то время реально играла! Стонала, пыталась как-то телом двигать, вздыхать.

У меня даже мысль была посмотреть как-то тайно фильмы для взрослых, чтобы понять, что там актрисы делают! Только вот… искать такие картины в интернете я побоялась. Спросить у кого-то, даже у Ленки, было стыдно. Просто набрала в ютубе — горячие постельные сцены из фильмов, и… пыталась подражать.

Надолго не хватило ни меня, ни Антона.

Ну, муж-то, как я теперь понимаю, быстро утешился. А может… может он и утешался постоянно? С первого дня?

Злюсь на себя. Как можно было быть такой слепой! Такой… дурой!

Господи, даже слово подобрать не могу, чтобы назвать себя!

Правильно Ленка, гадина, говорила про меня — «терпила»! Терпила и овца!

Дура голубая!

Сама себе теперь противна.

— Вась, ты что?

Мы лежали рядом, я чувствовала эрекцию Корсакова. Очень хорошо чувствовала. Мое тело от его тела отделяло полотенце и тонкий шелк моего пеньюара. Если полотенце сползет, а ведь оно сползет…

— Что… — говорю, а голос дрожит.

— Ты… очень напряжена. Расслабься. Думаешь о чем-то нехорошем, или о ком-то?

Вздыхаю. Он все правильно понимает.

— Не думай о нем, малышка! Только не в моей постели!

— Я не думаю, правда…

— Иди сюда…

Поворачивает меня лицом к себе.

Мамочки! Он такой… такой большой! Сильный! У него широкие плечи, мне кажется, он в дверной проем всегда с трудом проходит с такими плечами. И грудная клетка, к которой он меня сейчас прижимает, такая развитая. И пресс, с кубиками…

Неужели этот мужчина будет моим? Неужели он хочет, чтобы я стала его женщиной?

И снова меня сковывает страх.

Не понравлюсь. Не удовлетворю. Разочарую…

— Вася, какая ты сладкая…

— Саша… я хотела… сказать…

— Не бойся, я все помню. Ничего не будет. Просто… мне очень хорошо лежать с тобой вот так. Просто лежать.

— Да. Мне тоже хорошо просто лежать. Но… я боюсь, что… — господи, как это сказать-то? — Боюсь, когда мы будем не просто лежать, то…

— То, что? Боишься, что я слишком большой? Я буду аккуратным, обещаю.

— Нет, не в этом дело. Я… — ух, как в омут с головой. — Я не очень люблю секс.

— Что?

— Не люблю. И… не умею. И…

И тут Корсар делает то, чего я от него никак не ожидала! И как реагировать на это я не знаю! Сначала дико обижаюсь и не понимаю, чем вызвала такую бурю эмоций!

Корсар смеется. Нет, не так! Он ржет! Просто ржет — по-другому я это не могу назвать! Открыто, громко и… очень обидно!

Настолько, что я даже пытаюсь выпутаться из его объятий и отодвинуться.

А он, продолжая хохотать, прижимает меня к себе, и даже всхлипывая от смеха, говорит:

— Глупая малышка! Кто тебе сказал, что ты не любишь секс?

Интересно, кто это мне должен говорить? Я что, сама не соображаю, что ли?

— Пустите, пожалуйста!

— Куда собралась?

— Пустите… я… я пойду к себе! Это… не смешно, на самом деле! Вообще не смешно!

— Ну, прости меня, я…

— Пустите!

Начинаю всерьез вырываться, просто не могу больше лежать вот так с ним! Пусть смеется над другими! Надо мной не дам!

Надо мной и так уже хорошо посмеялись! И бывший муж и его любовница, подружка моя…

— Вася, прекрати вырываться!

— А вы пустите!

— Опять «выкаешь»? Мужем стану ты тоже «выкать» начнешь?

— Вы еще не стали! А я еще подумаю!

— Ох, ох! Подумает она! Тирана опять «включила»! Прекрати, Вась!

И я реально прекращаю потому, что мои выкрутасы работают против меня. Моя сорочка задирается, а полотенце с бедер Корсара благополучно сползает и теперь я чувствую…

Теперь я очень хорошо чувствую!

Настолько, что низ живота скручивает какой-то дикий спазм. Там становится горячо, между ног влажно.

Это… это какая-то фантастика, как реагирует на него мое тело! Оно… оно просто поёт!

Я замираю. Не знаю, что делать дальше.

Еще немного и…

Корсар тихо ругается себе под нос, опускает руки вниз, чтобы прикрыть себя там. Я в этот момент пытаюсь отодвинуться, случайно раздвигаю ноги, и его рука оказывается фактически у меня на… Правда, там все прикрыто — я ведь пришла к нему в постель в белье, естественно! Правда, бельё сейчас насквозь мокрое. И он это чувствует.

— И ты говоришь, что не любишь секс? Я до тебя даже не дотронулся, а ты уже потекла так, что трусики насквозь…

— Это… нечаянно.

— Глупышка, это не бывает нечаянно! Это называется возбуждение. Желание. Это значит, что ты хочешь секса, понимаешь? И… хочешь его со мной. Да?

Помирать, так с музыкой?

— Да, — сама не узнаю свой голос, хриплый, такой… рваный что ли…

— И я хочу секса с тобой Василиса! Очень хочу! Не просто секса, а именно секса с тобой! Только с тобой! И уверяю тебя, сладкая, после того как у нас с тобой будет секс ты не сможешь сказать, что не любишь им заниматься! Уж я постараюсь!

Мне очень хочется, чтобы он постарался!

И…

И я проклинаю себя за то, что придумала эти дурацкие правила, из-за который не могу получить Корсара немедленно!

— Неделя, Вася! Всего неделя! И мы с тобой будем вдвоем получать такое удовольствие, о котором ты и не мечтала!

Но… человек предполагает, а Бог…