14. Симпатия и гнев (Андрей)

Я стоял под холодной водой, упираясь руками в стену, и пытался успокоиться.

− Она тут ни при чем. Это только чертово платье, − шептал я не в силах молчать.

Упустить возможность изрезать эту тряпку я просто не мог. Зато теперь я точно буду знать, что это не то же самое платье. В крайнем случае, копия, но девчонка-то понятия не имеет, почему именно платье доводит меня до безумия. Теперь его нет. Надо просто взять себя в руки и познакомиться с ней по-настоящему.

Вперед заглядывать не хотелось, но я уже мечтал, что она останется в этой квартире и будет расхаживать по дому в моей майке. Приручу ее как котенка и будет она ласково урчать у меня на руках.

Вспомнил ее глаза, наивные такие, добрые, немного успокоился. Страшно даже представить, как это выглядело со стороны, хорошо, что хоть ножницы взял, а не нож, очень уж хотелось не просто испортить платье, а изодрать его…

− Хватит, − сказал я себе, понимая, что снова начинаю заводиться.

Выключил воду, вытерся наспех, волосы правда едва промокнул полотенцем, натянул домашние шорты и пошел к ней.

Она в спальню зашла, но забилась в угол, застыла там, на меня посмотрела испуганно. Одной рукой грудь прикрывает, другой майку вниз натягивает, еще и губки кривит.

Вздыхаю устало, но что уж… сам виноват.

− Я тебя напугал? — спрашиваю и тут же протягиваю ей руку. — Прости, я не хотел, просто у меня свои счеты с этим платьем. Я когда-нибудь расскажу об этом, но не сегодня. Иди сюда.

Она шагнула и тут же остановила.

− Андрей Витальевич, − вдруг начала она. — Простите, но можно я уйду? Не надо было мне…

− Тише, − перебиваю я ее, а то сейчас наговорит того, чего я знать не хочу. Конечно, ей не надо было связываться с Мартой. Конечно, она зря пришла на бал в этом платье, но я ее не поэтому сюда привел, так что и знать об этом ничего не хочу.

− Мы же перешли на «ты», − напоминаю я и сам приближаюсь к ней. — Я обещаю, что ничего без твоей воли не сделаю, разве что майка − это моя прихоть. Тут я выбора тебе не оставил, но можно же мне как имениннику хотя бы насладиться столь очаровательным видом?

Я осторожно коснулся ее руки, той что тянула майку вниз и провел рукой по ее запястью.

− Остальное будет так, как захочешь ты, − пообещал ей, а уж соблазнить эту малышку я в состоянии.

Мне хотелось именно соблазнить ее, чтобы она сама доверилась и отдалась, потому что захотела этого.

− А если я попрошу меня не трогать? — спросила она взволнованно.

− Я не прикоснусь к тебе, − отвечаю без сомнений, − но разве ты действительно хочешь, чтобы я к тебе не прикасался?

Я коснулся ее щеки, провел пальцами по губам, коснулся ее шеи и медленно переполз к спине, чтобы приобнять ее и заглянуть в глаза.

− Ты правда хочешь, чтобы я не прикасался? — спросил, едва касаясь ее губ своими.

У нее так колотилось сердце, что она в моих руках походила на пойманную бабочку. Крыльями трепещет, дразнит руку, а сожмешь кулак − и ничего от нее не останется, но не собираюсь ее ломать, просто немного подразнить и приручить, чтобы сама ласкала крыльями пальцы.

− Если хочешь, только скажи − и я сдержу слово, − пообещал я ей и отступил.

Она так ничего и не сказала, только выдохнула взволнованно.

− Надеюсь, ты не откажешься от вина? — спросил я, подходя к столу, где оставил бутылку своего любимого красного сухого.

− Мне кажется, я и так пьяна, − прошептала Настя.

− Если что у меня найдется для тебя сок, но поверь мне, для беседы по душам легкое опьянение еще никому не повредило.

Я наполнил два бокала буквально на треть. Поить ее я не собирался. Пьяной она будет слишком легкой добычей, а вот чуть опьяненной…

− За удачное знакомство. Оно для тебя удачное, не правда ли?

Она только кивнула и осторожно сделала крохотный глоток.

И все же интересно, она пытается меня окрутить или действительно такая милая? Ничего, скоро я все это узнаю.