Глава 39

Следующий день выдался невыносимо скучным и нескончаемым.

Проснувшись, мы позавтракали очередной баландой. Сходили умыться в ещё тёплую баню. Мылись долго, со знанием дела. Если и вечером решим ополоснуться, то действительно медвежонок будет не за горами.

Ну а дальше началась скука скучная.

Иоран был занят: отряды лесных были на подходе, постоянно прибывали одиночные разведчики, описывающие обстановку в княжеском городе.

Поняв, насколько я далека от этого всего, оставила мужа и сбежала к Красе.

Девушкой она оказалась наимилейшей. В общении с ней сразу подкупало то, что она, не таясь, давала понять, что ей нужно и какого она мнения об происходящем. В общем, камень за душой не таила, и лестью да подхалимством не страдала.

Напротив, Крася была прямая как доска.

Куда только все её коварство делось. Я уже и забывать стала её пересоленную картошку. Ну, было и было. Чего уж.

Наблюдая за тем, как она принялась осаждать нашего бедного лося, мне оставалось только гадать, через сколько бедный мужик сдастся на её милость.

Но Фав держался молодцом. Видимо, решил набить себе цену и не казаться лёгкой добычей.

Он упорно делал вид, что абсолютно не замечает томных взглядов нашей нутрии. Этот фи какой разборчивый лось не нахваливал её стряпню, и игнорировал всё попытки ради него принарядиться.

Но к вечеру случилось жуткое непредвиденное обстоятельство.

Наш сохатый зачесался!

Насильно усадив его на пол, мы принялись обследовать шевелюру сохатого и обнаружили самые обыкновенные гниды.

— Да, чтоб всё разорвало! — медведем взревел бедный лось. — Как так можно жить! Вы, вообще, люди или свиньи! — вопрошал он не пойми у кого, но мы с Красей, на всякий случай, пожали плечами.

— Ты успокойся, Фав. Я мигом изведу эту заразу, — спохватилась нутрия. — Я же рядышком с человеческой деревней жила, дай мне час, я к лекарю нашему сбегаю, нужных травок возьму и ни следа этой заразы не останется.

Я меня зачесалось разом всё. Я, не переставая, скребла ногтями голову, шею, руки.

— И мне принеси, а? — жалобно протянула я.

— Да, это нервное у тебя, — отмахнулась от меня девушка.

— И всё же, — заканючила я, кажется, у меня даже пятка зачесалась.

— Ну и мнительная ты, — проворчала Крася.

— Вот какая есть, неси и мне, — разворчалась, глядя на её недовольное выражение лица. — И, вообще, я обратно в лес хочу.

— Да, всё уже пожалели, что сюда сунулись, — тяжело вздохнул Фав. — Но чего уж поделаешь. Ещё день — два и снимемся, а там уж последний бой и территория наша.

Выдохнув, я поскребла пятернёй затылок.

— И дальше не пойдёте? — уточнила, расчёсывая уже шею.

— Дальше, там перевертыши с соседнего леса земли под себя подминают, — пробурчала Крася.

— А, — я кивнула.

Оказывается, эта война куда обширнее, а я думала так местный конфликт.

— Мы весь мир под себя подминаем, Лиза, — Фав, глядя на меня, тоже принялся чесаться. — Надоело нам смотреть, как люди и себя губят, и наш лес портят. Терпение лопнуло. Теперь всё будет по-нашему, по звериным законам мир строить будем.

Больше вопросов я не задавала.

Крася метнулась к Хайтару и действительно принесла в мешочках кучу листочков, тёртую кору и зачем-то жир в бочонке.

Остаток вечера был посвящён несчастному лосю и его беде.

В итоге, мы непросто избавили сохатого от его страшной заразы, но и подстригли, а ещё под шумок и побриться заставили. Видный мужчина оказался, когда прихорошился. Крася просияла, и, кажется, теперь окончательно убедилась, что вот оно её счастье, жаль, что только пока в руки не даётся.

Умаявшись, я поплелась в дом, где временно остановились мы с Иораном, и хоть бабка со своей дочкой и присмирели, но я ловила внимательный и завистливый взгляд Малашки, обращённый на меня и моего мужчину. Она из одёжки готова была выпрыгнуть по первому свисту, только мой медведь действительно на неё и не глядел.

Подходя к калитке, я насторожилась. Со стороны леса доносились страшные крики. Обойдя дом, глазам не поверила. На нас лавиной неслись воины и, что-то мне подсказывало, что не лесные-то были.

— Лиза, в дом, — крикнул, выскочивший мне наперерез Иоран, — это дезертиры и они очень голодны. Им нужна наша провизия. Сиди тихо и не высовывайся, и всё будет хорошо. Мы легко отобьём это нападение.

Подбежав ко мне, мой перевертыш рывком скользнул по моим губам и толкнул в сторону дома.

— Всё будет хорошо, милая. Сейчас мы со всем разберёмся и уйдём обратно в лес. Не нужно было нам сюда приходить.

Кивнув, я проследила за ним взглядом. Следом за своим воеводой рванул на врага и Фав.

Несмотря на слова Иорана, я испугалась.

Уж больно много мужиков на нас пёрло, к тому же отчаявшихся. Обняв себя за плечи, отправилась в дом. Хозяйки обнаружились на месте. Они о чём-то переговаривались, а, завидя меня, смолкли.

Не обращая на них внимания, я подошла к нашим с Иораном спальникам и принялась быстро собирать все вещи. Я верила в своего мужчину, и если он сказал, что всё скоро закончится, и мы уйдём, значит, так и будет.

Складывая свой свитер в рюкзак, я поёжилась. Спиной ощущала недобрые взгляды, да и тревожно как-то было. Завязав тесёмки, отложила свои вещи в сторону и принялась скатывать спальники, когда дверь тихонько скрипнула. Резко обернувшись, заметила трёх неопрятного вида мужиков и это явно были недеревенские, слишком вид потрёпанный.

Дезертиры.

Я замерла, а вот старуха нет.

Спустившись с печи, она радостно пошла встречать гостей. Малашка же бросила на меня полный триумфа взгляд.

— Что же вы, касатики мои, долго так? — запричитала карга. — Еще же вчера с ночи все оговорили.

— Дык, пока пробрались окольными путями. Ну, где она? — мужики пошарили по комнате взглядом и натолкнулись на меня. — Эта, значит, жёнка воеводы?!

— Она самая, — подтвердила Малашка.

— Ну, не соврали, уже хорошо, — детина нечёсаная развернулась в мою сторону и достала дубинку.

Вот тут я поняла, что дело моё дрянь. Оскалившись, взглянула на баб.

— Что зыркаешь?! — хохотнула старуха. — Князь хорошо за тебя продуктами отвалит, а мужик твой коли от тоски не издохнет, так вот к доченьке моей пристроится.

— Не сдохнет, я утешу! — радостно закивала вшивая гадина.