20

Глава двадцатая

Я ничего не знала о том, как люди сходят с ума. Не знала, что обезумевшим от горя и отчаянья могут подселить сущность, что будет управлять ими, словно куклами. Но… за любой сущностью стоит истинный кукловод.

Накко не щадил моих чувств. Он показал не только сущность, что заняла безвольное тело несчастного магистра, но и как это произошло. Жестко было с его стороны так поступать, но я его не виню. Чем больше я погружаюсь в этом мрачный загадочный мир не-живых, тем больше чувствую, что нашла своё место. Очень странное и немного пугающее место…

«Анни заболела внезапно, а умирала медленно и тяжело. Высыхала на глазах. Она то становилась слишком бодрой, то бредила и кричала. Зараза крутила её хрупкие кости, заставляла неестественно выгибаться… губы высохли и потрескались, кончики пальцев стали морщинистыми и сухими. Глаза обвалились внутрь, потеряли цвет и блеск жизни. Стали выпадать волосы…

Магистр не спал сутками напролёт, ломая голову над изобретением вакцины, но прежде чем он успел её изготовить, Анни не стало. А вместе с её смертью, ушла зараза.

На похоронах магистр был безмолвной тенью. К нему подходили. Утешали. Хлопали по плечу… а он смотрел на могилу и не верил. Разве может быть так? Почему? За что?

Он вернулся домой, не стал переодеваться, поднялся к себе в кабинет и открыл бутылку коллекционного вина. Наполнил бокал и достал из ящика револьвер…

Жизнь потеряла смысл. Смысл, который был заложен в единственной дочери. Ничто её не заменит.

Осушил бокал и взвёл курок.

Она вышла из темноты… прекрасное виденье в длинной полупрозрачной тоге, полы которой похожи на крылья.

– Я могу освободить тебя от мучений лучше револьвера… – пропело виденье, скользя рукой по плечу.

– Можешь, освободи, – равнодушно отозвался магистр, но не ожидал услышать звонкий, словно колокольчики, смех.

– А могу вернуть тебе твою малышку. Ты ведь хочешь?

Магистр поднял взгляд. Впервые в нём, с момента смерти Анни, мелькнула слабая надежда.

– Нужно лишь подходящее тело… Я знаю такое, но оно ещё слишком юное, ты пока можешь всё подготовить, а потом…

– Я не стану мучить детей, – отрезал магистр.

Виденье хмыкнуло.

– Мне достаточно того, что ты слаб…»

Сущность сопротивлялась. Не хотела покидать уютное тело магистра, что заменило ей дом. Она кричала, так что у меня закладывало уши. Крик напоминал отчаянный рёв раненного животного…

Накко вытягивал тварь, используя свою трость. Призрачный дракон, сотканный из мрака, взмахнул крыльями и вырвал зубами сущность, тут же поглотив.

Магистр осел на пол, опустив голову и руки.

Я невольно прижалась к плечу Накко, сощурившись.

– Он мёртв?

– Пока нет… – отозвался Накко, стряхивая трость, будто она испачкалась.

– Это он убил герцога Нивельского?

Накко перевёл на меня пронизывающий мрачный взгляд, от которого спазмом свело желудок.

– Думаешь, он управлял собой и способен на убийство? Посмотри на него?

Повернулась к магистру и удивлённо распахнула глаза. Он поднялся, качаясь, разом постарев ещё на пару десятков лет, и направился вверх по лестнице.

– Куда он?

– Нам лучше уйти, – Накко взял меня за плечи и развернул к выходу.

– Но… я хочу ему помочь! – дёрнулась назад, но Жнец с силой сжал мою руку.

– Ему уже не поможешь. Дай ему спокойно отмучиться и уйти, – произнёс резко и потащил к выходу.

Путь преградил камердинер.

– А хозяин…

– Он наверху, – бросил Накко, а его глаза завораживающе сверкнули, и обогнул слугу.

За нами хлопнула дверь, а следом раздался выстрел…

Вздрогнула всем телом и дёрнулась назад, но Жнец удержал. Дернул меня на себя и подхватил на руки.

– Уходим, – оборвал он и поторопился.

– Но… магистр… – закусила губу, понимая, что сейчас там будет много народа и его смерть точно ни у кого не вызовет подозрений. Только…

– Не волнуйся, слуга не вспомнит наш визит, – считав мои мысли, произнёс он. – Увидишься с сестрой и отправляемся назад. Асхар, наверное, уже заволновался, – усмешка получилась злорадной и одновременно грустной. Не думала, что Накко способен на такие эмоции.

Я осторожно обнимала Жнеца и думала о магистре. Он заслужил перерождение? Что станет с его душой? Накко ведь мог забрать её, но не забрал.

– А душа Анни? Получается, её забрал кто-то из Жнецов? И если Лилит обещала её возродить в подходящем теле, значит ли это…

– Да, – сухо ответил Накко. – Это значит, что она у Лилит. Значит, что та играется с душой, как и с другими…

– Не хочу знать, как именно она «играется», – поморщилась в ответ и уткнулась лбом в твёрдое плечо жнеца. – А почему ты меня несёшь?

– Так быстрее, – ровно отозвался он. – Пока ты говоришь с сестрой, мне нужно отлучиться. Ненадолго. А потом… мне нужна твоя энергия. Много. По-настоящему. И если хочешь, чтобы мы вернулись нормально, а не потерялись в тёмной пространственной материи, сосредоточься и постарайся.

Накко поставил на ноги и развернул к моему дому.

– Твоя сестра говорит с родителями. Не трать на них время. О магистре тоже можешь не сообщать, просто поднимайся вместе с ней в комнату и не выходи, пока я не приду за тобой. Ты поняла?

– Ты что-то задумал? – спросила в ответ и повернулась, не боясь смотреть в призрачные сизые глаза, что затягивают, словно омут.

Желваки на лице Жнеца дрогнули. Челюсти сжались.

– Иди, – ровно произнёс он и, подтолкнув меня к крыльцу, сам направился следом…