Глава 8

Я ждала Максимилиана в холле, прохаживаясь туда-сюда. Я то сжимала кулаки, то разжимала и никак не могла понять, какие именно чувства меня одолевают? За последние полгода столько всего случилось, я смогла эмоционально повзрослеть, оставила за плечами ту нерешительную девочку, которая впервые столкнулась с влюблённостью, но теперь… я словно возвращаюсь не на полгода назад, а намного, намного раньше.

К совсем крохе, которую бросила мать. Вновь и вновь переживаю травму, чувствуя себя не просто брошенной тогда, а брошенной сейчас. Мне хотелось верить в красивую сказку о маме, со её мечтами и стремлениями, которая не выдержала груза ответственности и ушла. Но реальность… реальность оказалась намного больнее.

Кто мы с папой в её бесконечной жизни? Случайные обрывки воспоминаний, мимолётный роман, один вечер прекрасного солнечного лета, весёлый праздник, который остался во вчерашнем дне. Она сказала, что любила папу, но так буднично, будто любовь для неё – развлечение, а не ответственность.

Да, мы ответственны за свои чувства. Мы имеем право разлюбить, но всё равно должны нести ответственность за те обещания перед любимым когда-то человеком. И особенно если в этой любви рождаются дети.

– Почему я себя жалею? – прошептала я и вдруг разжала кулаки. – Разве жалость всё – чего я достойна?

Я вдруг поняла одну простую вещь: мне повезло. Мне повезло потерять маму в раннем детстве, повезло быть изолированной от её бездушного внимания. Я жила в любви и заботе. Отец научил меня не только принимать любовь, но и отдавать. Бабушка всегда была рядом, уйдя на земли гномов лишь тогда, когда поняла – я выросла.

Моей судьбе и жизни можно позавидовать. В ней были люди, кто искренне заботился обо мне и не потому, что обязаны, а потому что любили. Это самый большой дар, который могла мне преподнести мама.

Я подняла руку с кольцом, а потом легко сняла его. Могла бы бросить маме, швырнуть, сообщив, что мне ничего от неё не надо, но я вдруг поняла, что тогда бы не смогла разорвать эту опасную связь с ней. Чем больше я проявляю эмоций, даже негативных, тем сильнее растёт боль.

Я сжала кольцо и решила, что отдам его с благодарностью – оно не раз спасало мне жизнь, но на этом всё. Теперь я буду лучше познавать магию, чтобы иметь возможность самой себя защитить.

Но я не успела сделать и двух шагов, как ко мне вышел Максимилиан.

– Что она тебе сказала? – спросила хмуро.

– Ничего, что требовало бы твоих опасений, – сжал мои плечи Максимилиан. – Из разговора с твоей мамой я кое-что понял… артефакт эльфов действительно способен помочь.

– А она откуда?.. – Я осеклась и шумно выдохнула. – Глория!

– Признаюсь, для меня стало открытием твоё родство… с хранительницей душ.

– Я и сама не ожидала, – я сглотнула, – но, кажется, теперь понимаю, почему папа не общается с нимфами. Я думала, он опасается их, но скорее всего он их, мягко говоря, ненавидит. Слишком болезненны воспоминания. Но он хотя бы смог оставить это в прошлом, в отличие от меня.

– Купава… Ты ведь понимаешь, что я всегда буду на твоей стороне? Какой бы выбор ты ни сделала.

Я похолодела. Он ведь не думает, что я приму силу матери?

– Я не собираюсь делать выбор, – сказала твердо. – Она пропадала где-то больше тринадцати лет, а теперь что-то требует от меня… якобы у меня наконец-то открылись способности. Представляешь? Она даже не спросила, как я.

Максимилиан смотрел так, словно понимал каждую эмоцию. На глазах выступили слёзы, хотя я думала, что уже пережила эти минуты. Но вот, стою в его объятиях, чувствую поддержку и защиту, и опять накатывает слабость. Только рядом с ним мне не зазорно быть слабой. Но и одновременно его объятия придают мне сил.

Максимилиан кивнул в сторону выхода. Мы покинули академию, спустившись на крыльцо – дракону достаточно было прикосновения ко мне, чтобы меня окутало тепло, словно вторая кожа, и я уже не ощущала ни холода, ни ветра. Мы медленно прошли в прилегающий сквер – во время лекций здесь было свободно и пустынно.

Меня мучили многие вопросы, но больше всего какая-то странная неопределённость между нами. Сначала я сама требовала от короля предоставить мне выбор, а теперь мне словно не хватало от него решительных действий. Сама себя не понимаю! Как тяжело быть женщиной…

Я глубоко вздохнула и вымученно улыбнулась:

– Ваше величество, вы ведь не хотите, чтобы я следовала пути, избранному моей матушкой?

– А ты как думаешь? – вздёрнул он бровь и, остановившись, потянулся, заправив прядь моих волос за ухо. – Я надеюсь, твои чувства ко мне достаточно сильны, чтобы ты выбрала быть рядом со мной, а не со всей живой природой.

Когда он так уверенно говорит о моих чувствах к нему, это даже смущает. Если он уже знает о них, то почему я не увидела фамильного перстня?

Ах да, вспомнила – потому что на мне чужой помолвочный артефакт. Два одновременно на мне быть не могут – второй просто не установится. Но если на мне первый не держится, это значит, что…

Я тряхнула головой. Не время об этом думать. Есть дела поважнее.

– Живой?.. – вернулась я к теме разговора. – Ты вообще видел хранительницу? Она бездушный камень, – фыркнула я. Всё ещё трудно было принять тот факт, что моя мать – бессмертное существо. – Но я не встану рядом с ней не из-за детской обиды, а потому что это не мой путь. Не хочу через сотни лет превратиться в… мою мать. По-моему, короткая жизнь во сто крат прекраснее.

Максимилиан улыбнулся и кивнул, наклоняясь ко мне.

– Спасибо, – тихо ответила я. – Спасибо, что понимаешь и поддерживаешь меня.

– А разве может быть иначе? – Владыка взял меня за подбородок. – Ты – моя, Купава Даорг, со всеми твоими противоречиями и неуёмными эмоциями.

От его слов сердце забилось чаще. Я вдруг вспомнила, что мы находимся в сквере академии, занятия скоро закончатся и нас могут увидеть. Я немного отстранилась, и его величество вынужденно отпустил меня.

– Макс, что она сказала тебе?

– Хочет забрать долг, – отозвался мужчина тихо, и моё сердце пропустило удар. – Не волнуйся, мне есть, что ей предложить – она не сможет отказаться от такого дара. Но мне придётся уехать на неделю… это находится не в Рамании. – Я не понимала, о чём говорит Максимилиан, но если он не хотел вдаваться в подробности – значит, так нужно. Я готова ему доверять. – Слова хранительницы не бери в голову, но держись от неё подальше.

– Магистр Ван может выпроводить её?

Конечно, пользоваться своим влиянием на короля и смещать неугодных преподавателей – верх наглости, но тут дело касается моей матери, а ещё – хранительницы, посмевшей влезать в людские жизни.

– Может, – кивнул Максимилиан и на секунду опустил взгляд, – но это не решит проблемы. Врагов лучше держать ближе, тогда будет возможность их контролировать.

– Поэтому Ярат здесь? – догадалась я.

– Именно, – кивнул Максимилиан. – Хочу понять, чего он добивается, и здесь, в Рамании, за ним легче следить, чем в Аверосе, где он на своей территории. К тому же… я не слишком доверяю Элаю.

– Он хороший.

– Твоя мать тоже не злодейка, но преследует свои цели, – парировал Владыка и посмотрел мне за спину, а после вновь на меня. – Подожди ещё неделю… и она сама уйдёт.

Любопытство так и грызло, но я прикусила губу и согласилась.

Расставаться с его величеством ещё на неделю не хотелось. Небеса видят, как я скучала эти дни! Как думала о нём, едва просыпаясь и обязательно – засыпая. Всё моё существо стремилось к нему. Король отступил на шаг и собирался обойти меня, но вдруг остановился.

– Ещё кое-что… чуть не забыл, – Максимилиан подошёл ко мне и извлёк из кармана перстень. – У Раманских помолвочными являются не браслеты, а именно кольца. Мне не хочется оставлять тебя на неделю, но я не смогу улететь, пока точно не буду уверен, что ты – моя… и под родовой защитой.

Сердце забилось быстрее. Я взглянула на кольцо – небольшое, элегантное, ободок сделан из трёх изящно переплетённых золотых прутиков, которые создают колыбель для танцующего бриллианта – он был подвешен на невесомых колечках, благодаря чему был постоянно в движении, сверкая и переливаясь. Я никогда прежде не видела столь виртуозной работы, а мне было с чем сравнивать – я видела бабушкину сокровищницу.

– Я знаю, что на тебе браслет Вантегросов, – произнёс Максимилиан и прежде, чем я опровергла, продолжил: – Но я ищу способ его снять, а кольцо, пока будет на тебе, просто станет сильнейшей защитой. А когда спадёт браслет, активируется помолвка.

М-м, вот как… тогда пусть для него это станет сюрпризом. Я прикусила губу, а его величество взял мою правую руку.

– Купава Даорг, принцесса Бриольская, вы покорили меня своим озорством, любовью к жизни, добротой и просто невероятным умением влипать в двусмысленные ситуации, – последнее он сказал с лёгкой улыбкой, – поэтому прошу вас прекратить мои душевные терзания и стать моей женой.

Щёки горели, а сердце бешено колотилось. Я смотрела на его величество и понимала, что он лучший мужчина на свете. Он мог заставить меня выйти за него замуж ещё там, в Бриоле. Он имеет достаточно власти. Он мог лишить меня воли, не соглашаться с моим мнением и выбором. Но вот он стоит передо мной и просит дать ответ, который и сам уже знает.

И всё же…

– Почему ты пригласил Айрис в РАМ?

– Опять ревнуешь? – изумился Максимилиан. – Я предлагаю тебе стать моей женой, а ты думаешь о другой?

– Это не ответ, – отозвалась я, хмурясь.

– Кажется, я перестарался, пытаясь вызвать твою ревность. В этом есть и моя вина, – вздохнул его величество. – Айрис та, на кого отзывается мой дракон, но я к ней совершенно равнодушен, Купава. Поступление в академию было моим подарком и заодно извинением за то, что на краткий миг я позволил ей думать, будто она может претендовать на что-то большее. У тебя ещё остались вопросы? Задавай сразу, кольцо ждёт.

Я скосила взгляд, прикусила губу и… приняла доводы Максимилиана. Звучало разумно. Только объяснить бы это Айрис…

Я глубоко вздохнула и кивнула, а Макс, улыбнувшись, надел кольцо мне на палец. Ободок тут же приятно обжёг теплом, но… ничего более не произошло. Я надеялась, что оно сразу активируется, ведь браслет сейчас уже не связан со мной, но кольцо молчало. Увидев лёгкое разочарование на моём лице, его величество погладил меня по запястью и объяснил:

– Это в первую очередь защита, а когда ты будешь готова стать моей официальной невестой – кольцо активирует помолвку.

Я кивнула, а Макс, обхватив мой подбородок пальцами, наклонился, чтобы запечатлеть на губах сладкий поцелуй, от которого подкашивались ноги. Сам Владыка тоже тяжело дышал, при этом неотрывно глядя на меня. Его зрачок был привычно вертикальным, и этот факт вызывал трепет.

Он мой. Только мой. А с его драконом, который выдумал иметь вторую истинную, мы ещё поговорим!

К слову, об этом…

– Макс, ты пообещаешь мне кое-что? Это слишком нагло с моей стороны, но… в тот день, когда я была во дворце Рамании, ты добрался до Энибурга в образе дракона?

– И?..

– А драконы когда-нибудь берут с собой всадников или… всадниц?

– К чему ты клонишь, Купава? – весело уточнил раманский король и склонился ниже, прищурившись. – Ты перечитала любовных романов о драконах?

– Не приписывай мне то, чем страдает мадам Теодерма, – фыркнула я. – Даже при любви к ним у меня не было бы возможности: она всё спрятала!

– Наслышан, – хмыкнул Максимилиан.

Он ловко ушёл от ответа… но я настойчивая. Прикусила губу и всё-таки подалась вперёд.

– Маа-акс, – позвала его я, и Владыка выгнул бровь. При этом выглядел будто смущённым, что ему обычно не свойственно. – Маа-акс, – вновь повторила я и улыбнулась, – а ты когда-нибудь дашь мне прокатиться на своих крыльях? Я так об этом мечтала!

– Купава Даорг, ты невыносима, – произнёс он возмущённо-удивлённо. И вид имел такой, что хотелось его расцеловать. Вот что за мысли у меня? – Будучи чужой невестой, – он скосил взгляд на браслет Вантегроссов, – требуешь покатать тебя? Знаешь, может, ты всё-таки выпросишь один какой-нибудь роман у мадам Теодермы за те вишнёвые пирожки, которые вы всё время ей таскаете, и прочитаешь, что значит для дракона полёт. А может, она тебе расскажет подробности этого весьма интимного процесса.

– Что?..

– Что слышала, – щёлкнул меня по носу Максимилиан и весело добавил: – Неужели тебе не рассказывали, что весь интим начинается после свадьбы?

Вот ведь… явно подтрунивал! Но при этом всё равно хотелось его не просто расцеловать, а повалить на кровать и… дальше моя фантазия сдувалась, а вот у Макса, кажется, разыгрывалась, судя по горящим глазам. Рассмеявшись, он вновь щёлкнул меня по носу, а затем поцеловал – по-прежнему так сладко-сладко, что у меня уже не только ноги подкашивались и голова кружилась, а сердце готово было сбежать. Отстранившись, он вздохнул:

– Тебе пора, Купава. Кажется, ты пропускаешь занятия?

– Так могу оказаться в числе худших и не выполнить условие отца…

– И придётся идти со мной под венец, – закончил Максмилиан траурным голосом. – Мне тебе посочувствовать или помочь прогулять остальные лекции?

Я рассмеялась и покачала головой.

– А если серьёзно, то время обеда… Ты, должно быть, голодная. – Такая забота подкупала. Я просто кивнула, а его величество подтолкнул меня к основному корпусу. – Иди, иначе мы так и не расстанемся.

И это было бы прекрасно! Но он прав, у меня ещё учёба. Макс направился к воротам через сквер, а я осталась стоять, дико смущённая и отчего-то радостная. Через три минуты опомнилась и поспешила в сторону основного корпуса. И лишь потом запоздало вспомнила, что вновь не отдала Максимилиану драконий кулон. И сколько мне ещё его носить с собой? Впрочем, кольцо матери тоже по-прежнему было в кармане… что ж, тогда позже. Всё позже.

В здании чары теплоты слетели. Я даже не успела дойти до столовой, как прозвенел колокол, ознаменовавший окончание третьей пары. Я взяла поднос, набрала еды и села за свободный стол. В голове было много мыслей, но все они вскоре они вытеснились повседневными думами благодаря пришедшим друзьям. Элай, Клаудия, Рами и Арк-Вирт присели за столик, утянув с собой и недовольную Айрис.

– Эта дочка маркиза только танцевать и умеет, – поделился Элай, прищурившись. – Она совершенно не дотягивает до нашего уровня.

– Я вообще не знала, что мне доведётся заниматься физической подготовкой, – вспыхнула та. – Семейный целитель выдал мне справку о том, что физические занятия несовместимы с моим здоровьем. Кто же знал, что магистр Фаэрон возьмёт и испепелит этот документ?!

Услышав это, мы переглянулись и рассмеялись. Это было вполне в духе эльфа.

– Он сказал, что либо я занимаюсь, либо перевожусь с боевого факультета, представляете?! – продолжила возмущаться Айрис.

– Боевому магу действительно жизненно необходимо быть в форме, от этого зависит его жизнь. Магистр Фаэрон может показаться сначала жестоким, но на самом деле он не так плох, а даже справедлив, – улыбнулась я.

– К слову, о справедливости, Купава. Тебе поставили единицу за пропуск, – мстительно известил Элай, – придётся исправлять… – Парень осёкся. – У тебя красные глаза, будто ты плакала… что случилось?

– Всё в порядке, – попыталась весело улыбнуться. – Всё в полном порядке.

Клаудия и Рами переглянулись, но они сообразили, что лучше меня не допытывать.

– А что у нас следующей парой? – спросила Клаудия и просияла: – Практическое занятие у магистра Эверуса!

Рами застонала и скрестила пальцы:

– Хоть бы не кролики, хоть бы не кролики…

Вскоре мы всей компанией проследовали в заповедник. Когда добродушная мадам Ястер проводила нас в один из сараев, предварительно снабдив защитой, вся наша группа начала оглядываться в поисках подставы. И подстава вскоре случилась…

К дверцам клеток с решётчатыми окошками начали подходить с внутренней стороны какие-то существа – видно было лишь красные глаза. Мы все скучковались в центре сарая, словно прикрывая друг другу спины перед важным боем. Поэтому, когда одна из клеток открылась и оттуда выпрыгнуло существо, мы все одновременно заверещали. Причём не только девушки.

– Ааа!

– Стойте! – воскликнула внезапно Айрис, перебивая наш крик, и мы все внимательнее пригляделись к существу. – Это же… кролик!

– В том-то и дело, что кролик! – застонала Рами. – Неужели у магистра Дейна к ним особая тяга, присущая оборотням? Может, он их ест на завтрак, обед и ужин?

– Он безобидный, – улыбнулась девушка. – Смотрите, какой маленький и пушистый…

– Ты просто не застала его роды, – поправил мантию Озент.

– «Его», студент Озент, – раздался позади голос магистра Эверуса, – в принципе невозможно, потому что рожают крольчихи. А если вы приглядитесь, то поймёте, что это те самые крольчата, при рождении которых вы присутствовали.

Теперь сам магистр показался перед студентами, и они встретились с Айрис взглядом. Он просканировал её и вздёрнул бровь. Девушка же внезапно застыла, похожая на того самого кролика, которого защищала.

– Айрис Эйфери, смотрю, вы жаждете поскорее приступить к исследованию кроликов?

– Я была помощницей зоомага в папином заповеднике, – кивнула смущённо девушка. – Но мои познания всё же слишком скудны, поэтому буду благодарна вам за помощь.

– Здесь академия, студентка, и преподавать вам – моя обязанность, благодарности за это не прошу, – откликнулся Дейн. Дочь маркиза вспыхнула. – Оставьте свои витиеватые речи для придворных и встаньте к другим студентам.

Айрис опустила голову и буквально вжалась в наши ряды, исподлобья глядя на магистра. Дейн скользнул по ней взглядом и, сложив руки на груди, подчёркивая мощность своей фигуры, оглядел нас.

– Численность орколейских кроликов возросла, и мы не можем её ограничить, поэтому принято решение расселить их всех по заповедникам, но для этого нужно сделать профилактические прививки – и вы мне поможете. Заодно потренируетесь.

– Мне иногда кажется, что он здесь не преподаёт, а просто заведует заповедником, используя студентов в качестве рабочей силы, – прошептал Элай, наклонившись ко мне.

– Совершенно верно, студент Вантегрос! – тут же сказал магистр и в упор посмотрел на принца. – У оборотней отличный слух. Это знание в качестве бонуса за бесплатную рабочую силу, – хмыкнул Дейн. – Разбейтесь на тройки. Двое будут держать, а третий – делать инъекцию. Действовать будете поочередно, меняясь местами.

Студенты поспешили выполнить указания, пока преподаватель окончательно не рассердился. Я оказалась в одной команде с Элаем и Озентом: решили, чтобы в тройках было больше парней, ведь для удержания кролика нужна не только ловкость, но и сила. Пришлось закатать рукава, оголяя свой браслет, и натянуть перчатки. Когда мы подготовились, Эверус проинструктировал и показал, как следует действовать, только работал без ассистента – магией стабилизировал кролика, а потом вакцинировал.

– Что ж, выглядит не так страшно, – пробормотала я и осмотрела стол с инструментами перед собой.

Элай и Озент удерживали кролика и смотрели на меня с немым вопросом, почему я медлю. Эверус подошёл к нам и указал на стерильные принадлежности для вакцинации.

– Это шпринц, студентка Даорг, – хмыкнул преподаватель и повторил то, что уже озвучивал для всех: – Сначала подбриваете место укола, затем дезинфицируете, и, зажимая кожу одной рукой, второй точным движением вводите иглу – строго перпендикулярно.

Я выполнила указания, но иглу ещё не вводила, оглянувшись через плечо.

– А вы так и будете стоять за спиной? – уточнила я. – Наверняка другим студентам тоже потребуется инструктаж.

– Я по-прежнему опасаюсь, что вы упадёте в обморок, – едко протянул Дейн и даже улыбнулся. – Как я могу вас покинуть в такой ответственный момент? Его величество, – тут он бросил взгляд на Элая, словно не воспринимал принца всерьёз в качестве моего жениха, – лично испепелит меня, если я вас вовремя не поймаю.

Я вздохнула, принимая доводы, и всё-таки прицелилась. Но укол так и не успела поставить. В этот момент кто-то сзади закричал, и Эверус дёрнулся, как и я. Шприц дрогнул в моей руке и сместился, задев Озента. Парень, увидев свою выступившую кровь, завизжал, кролик выскочил, а одногруппник резко замолчал и начал заваливаться вбок. Эверус теперь развернулся уже к нам, его глаза округлились от изумления. Явно не думал, что придётся ловить парня, а не девушку! Оборотень бросился к студенту, успев подхватить его до того, как Озент упал на стеклянные колбочки с вакцинами.

– Какого дракса?! Он, что, боится крови?!

– Видимо, именно своей собственной, – пробормотал Элай.

– Ну и группа, – рыкнул Дейн и поднялся прямо с Озентом на руках.

Пусть однокурсник и был щуплым, но мощь Эверуса впечатляла. Девушки издали дружный вздох, а зоомаг обернулся ко мне:

– Даорг, Вантегрос, вы почему не ловите своего кролика?!

Мы с Элаем опомнились и огляделись – наш притих возле выхода. Если успеет убежать, Дейн нам месячную отработку назначит, не сомневаюсь! И мы с его высочеством одновременно бросились к выходу, наперерез преподавателю. Столкнулись буквально у двери, одновременно поймав кролика, вот только в этот момент рука принца легла на помолвочный браслет, а тот то ли почуял знакомую силу, то ли просто слабо держался и слетел с руки.

Но не просто слетел. А воспарил вверх. Прямо перед взором преподавателя, который собирался выйти вместе с неподвижным студентом на руках.

– Это что? – уточнил Эверус поразительно зловеще.

– Тот же вопрос, – пробормотал принц и взглянул на меня. – Как ты сняла браслет?

– Давай я тебе попозже объясню? – спросила умоляюще, а артефакт тем временем полетел к Эверусу, да не просто к нему, а к его руке!

У младшего принца в этот момент чуть не случилась остановка сердца. Он дёрнулся, словно желая удержать семейную реликвию, но не успел – браслет обогнул руку преподавателя и полетел дальше. Принц облегчённо выдохнул, но расслабился ненадолго – браслет явно искал жертву. Боевики шарахались от него как от дракса, а артефакт летел дальше, угрожая каждому.

– Хоть бы не парень, хоть бы не парень, – прошептал испуганно принц и бросил на меня раздражённый взгляд.

А вот нечего было руки тянуть к тому, к чему не следовало! Сидел себе браслет на запястье, никого не трогал… вот нужно было к нему прикасаться?!

Испуганная Айрис стояла недалеко – видимо, именно она кричала первый раз, лелея поцарапанную руку – и так же, как и мы, наблюдала за браслетом. Сделав круг среди боевиков, но так и не найдя подходящую кандидатуру, он полетел обратно. К нам.

Я отпрыгнула в сторону, и браслет по касательной направился к дочери аверосского маркиза. Айрис попыталась спрятать руки за спину, но браслет таки был неумолим: нашёл свободное запястье и надёжно приземлился.

– Нет! Нет-нет-нет, – пробормотала Айрис, отчаянно пытаясь скинуть украшение.

– Лучше бы парень, – вымученно простонал Элай и посмотрел на свою руку, где красные нити вспыхнули, фиксируясь заново.

– Извини, – пробормотала я уже Айрис.

– Когда я говорила, что хочу забрать твоего жениха, я не это имела в виду, – прошипела она мне. – Точнее, не этого, – теперь её взор сместился на принца.

– Знаю, – кивнула виновато.

– Я, знаешь ли, тоже не в восторге, – заметил аверосский принц.

Они меня убьют, точно убьют, такие взоры бросают. Я даже пятиться начала, пока не обратила внимание на отблеск справа. Опустила руку и увидела, что кольцо Макса не просто пылает, а излучает такое сияние, будто готово озарить весь мир вокруг. Последняя яркая вспышка, и в воздухе передо мной засиял герб семьи Раманских. Померцав пару секунд он растворился, осыпавшись сотнями мелких искр – к счастью, лишь иллюзорных.

Ну всё-о-о… теперь точно пора сваливать!

– Это ведь не означает, что ты стала невестой Максимилиана Раманского? – уточнила Рами, сложив руки на груди.

Буду отрицать. Всё до последнего! Скажу, что не моё, что подкинули, что вообще всё это такая удивительная и неожиданная случайность! Тем более магистр Эверус смотрит так, словно готов дыру во мне прожечь. А я вообще не думала, что помолвка активируется именно здесь, сейчас и при таких загадочных обстоятельствах… всё-таки заповедник РАМ – это мощь! Чего только тут не случается – даже помолвка сильнейшего человека мира.

Меня спас Озент, точнее, его пробуждение. Парень пришёл в себя, застонал и поудобнее устроился на руках преподавателя, разместив голову у него на плече. Брови Эверуса взлетели вверх. Оборотень разжал руки и Озент рухнул на застеленный соломой дощатый пол. Вздохнул и оглядел всех.

А все в основном смотрели на меня, Айрис и Элая. До однокурсников только сейчас доходил весь смысл произошедшей помолвочной рокировки…

– Даорг, – протянул Эверус, – будь проклят день, когда я принял вас на учёбу в академию!

– Как будто у вас был выбор, – буркнула я, надув губы. – И вообще… это случайность!

Ага, дважды. Первый раз когда браслет слетел, а второй – когда активировалось кольцо Максимилиана.

– Что я пропустил? – спросил Озент, продолжая оглядываться.

Эверус опустил на него взгляд, подхватил его под руку и произнёс:

– Вы перемещаетесь в другую группу, вместо Айрис Эйфери, а вы, – магистр обернулся к нам троим, – идите к драксам… – Поняв, что он послал нас при всех, добавил: – Загоны им чистить.

– В заповеднике и драксы водятся? – уточнила я.

– Специально для вас завезли, – осклабился Эверус, и теперь я тоже пожалела о том дне, когда поступила на учёбу в Раманскую академию магии.