Глава 7

Надо мной склонилась Бажена. Её взгляд был рассеянным, словно она всё ещё спала и действовала неосознанно. Даже её голос звучал странно и доносился словно через пелену:

– Кинжал… кинжал ослабит его!

– О чём ты говоришь? – непонимающе уточнила я.

Но Бажена уже отстранилась, вернулась в кровать, накрылась одеялом и… засопела! Я же изумлённо смотрела на неё, не в силах поверить, что моя соседка ходит во сне! Ну хотя бы не наведённый сон, и то хорошо. Вздохнув, я перевернулась на другой бок и тоже благополучно заснула.

Когда проснулась во второй раз вместе с колоколом академии, Бажена сидела за столом, высунув язык от напряжения, и рисовала. Заметив меня, она улыбнулась.

– С добрым утром! Как спалось?

– Хорошо… Хотя и не без сюрпризов. Бажена, а у тебя бывают сны наяву? Ну знаешь, ты будто спишь, но ходишь по комнате и говоришь?

– У меня? – изумилась девушка и нервно хмыкнула. – У меня нет! А вот у моей тётушки Брунгильды – бывают. Но она немного «того». А что?

Сказать ей, что они с Брунгильдой не просто родственницы, но и имеют общую проблему? Что ж, пожалуй, не стоит пока. Было-то единоразово.

– Ничего, – улыбнулась я. – Просто некоторые события из прошлого не дают покоя в настоящем, – ответила и пожала плечами. Увидела всё тот же пузырёк «мести» на столе и весело спросила: – Бажена, скажи, ты не обидишься, если я сообщу, что твоя месть откладывается ввиду моей помолвки с его высочеством?

Бажена открыла рот и повернулась ко мне.

– Кстати, о ней, – нахмурилась гномка. – Почему ты не выходишь замуж за Данияра Раманского? Только не говори, что из-за меня! Ты не подумай, он ведь мне интересен как личность! Я ни в коей мере не претендую на твоего жениха!

– Он не мой жених… – сказала и осеклась, взглянув на браслет. – А наша с Янаром помолвка – временная и фиктивная. Только не говори никому.

– Фиктивная? – с облегчением уточнила девушка. – Хорошо! А то я уж распереживалась. Думала, чего ты выбрала такого плюгавенького?

Я не стала уточнять, что оба принца примерно схожего телосложения. Горестно покачав головой, гномка взяла в руки скляночку, погладила мутное стекло и спрятала её в карман, мол, откладывается до лучших времен.

– Так ты не обижаешься?

– Даже если так, мои чувства – мои чувства, я сама с ними должна справиться. При чём здесь ты? Ты должна поступать так, как тебе лучше, а не оглядываться на то, что ты могла кого-то задеть. Почти любое наше действие кого-то задевает, но взрослые люди обязаны уметь справляться со своими обидами, – весьма рассудительно сказала Бажена и улыбнулась. – Но ведь мы останемся подругами? Ты моя первая читательница.

– Конечно, – кивнула и обняла гномку. – Но почему ты так говоришь, словно не совсем отложила месть Янару?

Бажена потупила взгляд. Может, сходить помолиться за Трея в храм? Только надо определиться – за упокой его души или за здравие? Судя по взгляду Бажены, придётся всё-таки за первое.

Мы собрались и поспешили на завтрак.

Весть о поступлении принца Авероса быстро разлетелась по академии. Поэтому все девушки, максимально вооружившись красивыми платьями, стойкими духами и косметикой, ждали его высочество в столовой. И приход Янара был поистине впечатляющим: он шёл впереди и так и застыл, когда ему в нос ударила вся какофония запахов, а девушки одновременно обернулись. На всех лицах сияли влюблённые улыбки… кроме одного. У Бажены это скорее был мстительный оскал. Я бы на месте Трея не стала обедать в общей столовой, а носила бы всё с собой в узелке.

– Почему они на меня так смотрят?

– Кажется, они мечтают стать принцессами, – пояснила я.

И Трей тут же спрятался за мою спину. А она у меня не то чтобы широкая – его всё равно было видно. Вот так, буквально используя меня в качестве живого щита, мы продвигались к раздаче. Взяв подносы с едой, мы заняли места за столиком рядом с Баженой.

– Приятного аппетита, – пожелала гномка… Трею.

Предполагалось, что аппетит у него пропадёт. Но не тут-то было! Оказывается, у наследника Авероса он отменный. Ничто не могло его испортить. Вот так, наблюдая за тем, как Трей методично уничтожает сначала омлет, а затем варёные яйца, посматривая ещё и на мою глазунью, Бажена изрекла, наклонившись ко мне:

– Мне кажется, моя настойка его не возьмёт. Нужно что-то позабористее.

Хихикнув, я сделала глоток чая. Это было моей ошибка. Пока подносила чашку ко рту, в свете утреннего солнца, льющегося через окно, блеснул мой браслет. Девушка, сидевшая за соседним столом, подалась вперёд.

– Это что, помолвочный браслет семьи Вантегрос?!

Сказала она это громко. Так, что услышали все в столовой, и обернулись ко мне, заприметив весьма дорогое украшение. Я передёрнула плечами, словно сбрасывая чужое внимание.

– Бежим, – тихо посоветовала мне Бажена.

– Я ещё не доел, – толком не прожевав, возвестил Трей и положил мне руку на… на талию!

И вот теперь вопросов ни у кого не осталось. Только гомон. Недовольство, шепотки зависти, удивление и даже ухмылки. Мне хотелось побиться головой обо что-нибудь, а лучше о кого-нибудь. И желательно, чтобы этим кем-нибудь был Яр. В его объятиях всегда становилось спокойно.

С этой минуты слухи не покидали меня ни на миг. Хорошо, что за мной везде ходил Трей, он их отлично отзеркаливал. Казалось, он знает всё и про всех. Едва кто-то бросал на меня косой взгляд, как принц тут же припоминал все тёмные стороны косившегося. Таким образом, смотреть на меня старались реже.

У нас был урок танцев. И здесь меня ждала очередная подстава…

– О, у нас теперь новенький! – радостно воскликнула леди Камиль. – Сам принц Авероса! Наслышана, ваше высочество, наслышана о ваших талантах! А уж как танцуют ваши родители, м-м!.. Однажды мне посчастливилось вживую увидеть их танец – о мой бог! – как это было страстно, прекрасно, превосходно…

– Я понял, леди Камиль, – оборвал поток её восторгов Янар. – И позвольте внести некоторую ясность: я теперь студент академии, титулы остались за этими стенами.

– Конечно, конечно, – заулыбалась леди Камиль и пробежалась взглядом по зоомагическому факультету, – кого бы выбрать из прекрасных девушек?

– Я уже выбрал, – заявил Трей и взял меня за руку, – мою невесту, студентку Эрелин Эндервуд.

– Но позвольте, – стушевалась преподавательница, – это вопиюще… убивать такую красоту и элегантность в танце с… с чудесной студенткой Эндервуд. Я понимаю, политические союзы, но… Эрелин совершенно не умеет танцевать! Мне её ещё нужно научить, чтобы она смогла достойно исполнить партию рядом с вами.

– Позвольте мне помочь вам в обучении студентки Эндервуд, – хмыкнул Трей. – К тому же я обещал.

Янар посмотрел на меня совершенно серьёзно. Рядом восторженно вздохнули одногруппницы и захмыкали парни, но я неотрывно смотрела на Трея и понимала одну простую истину: если бы моё сердце уже не было занято, то аверосский принц легко вскружил бы мне голову.

Но я встретила первым Яра, который слишком легко завладел моим вниманием и уже не отпускал его.

– Ваше право, – поджав губы, в итоге кивнула преподавательница и отвернулась от нас.

Мы ушли в дальнюю часть зала. Заиграла музыка. Одна рука Трея легла на талию, другая мягко сжала мои пальцы. Я уловила лёгкий аромат корицы и мускуса. Раньше мне не доводилось быть с ним на таком близком расстоянии, если не считать тот бал во дворце Энибурга. Но тогда всё было иначе.

На мне не было помолвочного браслета семьи Вантегрос. Хотя одно всё ещё неизменно: мои мысли вновь и вновь убегают к Яру.

– Ну же, Эрелин, это не приручение дикого дракса, тут всё проще: шаг влево, шаг вправо, – Трей ухмыльнулся, ловко уклоняясь от моего очередного неуклюжего выпада.

Я поморщилась, чувствуя, как горячая волна раздражения поднимается к щекам. Я снова попыталась поймать ритм, но мои ноги упорно отказывались слушаться.

– Боги, Золушка, ты – катастрофа. Хотя и очень милая.

– Какой изящный комплимент, – я скорчила гримасу, но не смогла сдержать улыбку. – Может, просто признаешь, что я безнадёжна, и отпустишь меня к менее одарённым и тем самым менее претенциозным партнёрам? Или можешь сделать вид, что пытался, а после мы вместе отправимся на травологию?

– Ни за что, – он вновь попробовал научить меня очередным движениям, но теперь его пальцы сжимали мои не с привычной строгостью, а с какой-то… игривой настойчивостью. – Я уже поставил себе цель. К концу занятия ты протанцуешь хотя бы один круг.

– О, значит, это вызов? – Я подняла подбородок.

– А ты только сейчас поняла?

Музыка зазвучала заново. Лёгкая, живая, которая успела уже мне наскучить. И я бы с удовольствием отправилась в заповедник, да хоть к орколейским кроликам, лишь бы не видеть насмешливые взгляды одногруппников, но Трей был ещё упрямее Яра.

– Ты чувствуешь своё тело?

– Только раздражение, – ответила искренне.

– А нужно чувствовать тело, – Трей провёл ладонью по моей талии, прикоснулся к животу, а потом вновь вернул руку на талию. Я вся напряглась. Взгляд принца стал нечитаемым. – Знаешь, я вдруг понял… может, я ввязался в это не только из-за Данияра.

– Что?..

– Ничего, – хмыкнул Трей и как обычно шутливо подмигнул. – Ты когда-нибудь приручала кого-нибудь?

– Однажды почти удалось приручить хандербугского кролика.

– Почему почти?

– Потому что явился Яр и всё испортил.

– У тебя наступят моменты, когда ты не будешь возвращаться мысленно к нему? – несколько раздражённо спросил Янар, и я прикусила губу.

– Прости. Я чувствую себя не в своей тарелке. И вообще… ты обещал научить, а не издеваться!

– А я и не издеваюсь, – он отступил на шаг, увлекая меня за собой. – Просто наблюдаю, как ты пытаешься победить вальс как дракса… а его нужно приручить, Джесселин, как кролика. Осторожно, шаг за шагом, чувствуя момент.

Удивительно, но аналогия сработала. Я словно впервые ощутила своё тело, и в этот раз у меня получилось. Ноги запомнили движения, спина выпрямилась, а Трей… Трей вдруг засмеялся снова, но теперь в его глазах читалось что-то вроде гордости.

– Ну вот, смотри-ка, – он нарочито торжественно поклонился, когда музыка стихла. – Мои страдания были не напрасны. Представь, что ты не на паркете, а на облаке. Или на спине дракона. Воспаряешь к небесам.

Зря он это сказал. Я сбилась с шага. Дыхание участилось. Просто логично, какого именно я представила дракона. И быть наездницей Яра оказалось очень волнующе даже в моих фантазиях.

Особенно в моих фантазиях.

Тряхнув головой, я вновь сосредоточилась на танцах. Шаг влево, два вправо, поворот. Ещё один круг. Отступаю и приближаюсь. Три шага в сторону. Получилось!

– Видишь? Ты способна на большее, чем просто приручать хандербугских кроликов.

– Приручать хандербугских кроликов совсем не просто! – оскорбилась я. – И вообще… Просто ты просто хороший учитель.

– О, несомненно, – музыка стихла, мы остановились, и Трей подмигнул. – Но не распространяйся об этом. А то очередь выстроится…

Я рассмеялась. Наклонилась и доверительно сообщила:

– Не хочу расстраивать, ваше высочество, но к вам и так очередь. Все девушки в этом зале буквально готовы убить меня за обладание этим браслетом, – я тряхнула запястьем. – И знаете, что самое скверное? Я хотела бы его отдать, потому что…

– Потому что твоё сердце занято ещё более самоуверенным принцем, – фыркнул Трей и вздохнул. – Почему ты так часто напоминаешь мне об этом?

– Чтобы ты и не думал влюбляться, – ответила искренне и отступила.

Вновь, как и неделю назад, показалось, что там, на балкончиках, кто-то стоял. Но когда я подняла взгляд – никого не было. Может, я выдаю желаемое за действительное? Ведь с каждым часом разлуки я скучаю всё больше.

– Что ж, за семестр я точно научу тебя всем аверосским танцам, – подмигнул Трей и увлёк меня к выходу.

После обеда слухи набрали обороты. А всё из-за того, что по академии разнесли свежую газету! Нет, это была не «Тень и свет», которая, как поговаривали, закрылась – в рекордные сроки, всего за день, это была новая газета без адреса редакции, зато вновь со скандальной статьёй:

«Дорогие наши читатели!

Мы вынуждены доносить вам свежие новости с полей буквально из подполья! Да-да, повтор был допущен намеренно, чтобы показать все тяготы нашей работы!

А виной всему всё та же прекрасная леди Э. (имя которой мы по-прежнему не называем, да), которая всем нам утёрла нос так, что нам теперь понадобятся платки только для слёз (будем утирать их в связи с потерей завидного холостяка, но об этом позже).

Дорогие наши, любимые, что это делается-то?! Только мы настаивали на том, чтобы вы не пользовались схемой прекрасной леди Э., ссылаясь на отсутствие на ней помолвочного кольца, как она возьми да надень помолвочный браслет!

И не кого-нибудь, а наследного принца Авероса! Да-да, мы говорим о том самом браслете Вантегросов, который ещё двадцать три года назад непродолжительно, но украшал руку нашей прекрасной королевы Раманской. История повторяется? Делаем ставки, господа: насколько долго на этот раз продержится сей браслет на руке иностранной избранницы Вантегроса и Раманского?

В прошлый раз, помнится, браслет украшал прекрасную ручку не дольше недели! А что на этот раз? Поднимет леди Э. ставки или же остановится на принце Янаре? Выше, разумеется, может быть лишь один принц, который, кажется, решит уступить прекрасную леди другому. Быть может, ему стало известно что-то такое о её репутации, чего он не приемлет точно так же, как и мы, дорогие наши?

Нам остаётся только догадываться! Будем держать вас в курсе событий!

С любовью, ваша редакция Тень и Кости».

– Написано весьма профессионально, – заметила Бажена и забрала у меня газету. – О, я хотела бы научиться так же…

– Бажена, быть может, лучше писать романы? Чем выдумки о реальных людях, – сказала и осеклась, вспомнив, что её роман – о нас с Данияром.

Застонав, я смяла газету и выбросила в урну, пожалев, что владею водной магией, а не огненной. Сейчас бы как испепелила её!

– Не расстраивайся, Лин, – попыталась успокоить меня Бажена. – В конце концов, они все просто завидуют. Говорят, сегодня был сформирован фан-клуб Янара Вантегроса, и тебя очень хотят там видеть.

– Наверняка, чтобы я привела Янара, – хмыкнула я, вспомнив такой же ход от Этари. – Ладно, мне пора на травологию. Увидимся за обедом!

Травология прошла относительно спокойно. Всё-таки магистр Феодори просто милейшая женщина! А вот на третьей паре меня ждал сюрприз. Во время лекции по общей магии в аудиторию вошёл магистр Цуэ.

– Мне нужны добровольцы для занятий по лекарскому искусству у пятикурсников, – пояснил он и осмотрел аудиторию. – Есть добровольцы?

– Возьмите Эндервуд! – хохотнул с задней парты Корнуил. Кажется, ему опять пора устроить испытание летающими столовыми приборами! – Её явно нужно проверить, кажется, она источает феромоны!

Аудитория засмеялась. Мои щёки вспыхнули румянцем. Коринуил закашлялся под взглядом Янара. Я бы вообще на его месте забилась бы под парту. Но что поделать – отсутствие мозгов не лечится.

– Что ж, леди Эндервуд, вы вполне подходите, – сказал преподаватель.

– Позвольте мне вместо Эрелин? – вызвался Янар.

Цуэ тонко улыбнулся.

– Вы принц, при всём уважении, мы не имеем подобного допуска. Эрелин, прошу за мной.

Я хотела отказаться, но Трей подбадривающе подтолкнул меня вперёд. Пришлось соглашаться и идти за преподавателем. Магистр Цуэ видел, как я дёргаюсь по дороге, поэтому старался приободрять улыбкой, правда, сам будто бы шёл неуверенно.

Наконец, мы вошли в аудиторию. Это оказалось не просто практическое занятие, а лекция, поэтому собрался весь поток. Девушки и парни посмотрели на меня заинтересованно. Я прошла к преподавательскому столу.

– Студентка Эрелин Эндервуд, с зоомагического.

– В курсе, – хмыкнули с первой парты. – О ней сегодня слухов больше, чем о сбежавшем из заповедника омейском козле.

Студенты хохотнули. Цуэ спокойно выслушал и начал:

– Итак, основы мы уже разобрали, теперь покажу всё наглядно. Эрелин, вы не против магического экрана?

Я кивнула бездумно, просто желая, чтобы это всё поскорее закончилось. И лишь запоздало поняла, какую ошибку совершила: когда установили экран, то стали видны потоки магии и всполохи ауры.

Я тут же отшатнулась, но было уже поздно – экран полностью проявил меня. Цуэ тут же заметил чёрные всполохи, но пока он полностью загораживал меня от студентов. Подняв на меня взгляд, преподаватель растерялся. Я тяжело задышала, не зная, как объяснить ему происходящее. Сглотнув, магистр сменил векторы и убрал глубину, из-за чего магический источник стал не виден – лишь поверхностные слои. Переведя на меня нервный взгляд, Цуэ обернулся к студентам.

– Итак, начнём. Тема: Исследование магических потоков в женском организме, – объявил он. – Вот это – главная линия магической энергии. Её цвет спектрально отражает день цикла. – Я жутко смутилась, но для целителей такие темы оказались не просто не смущающими, а даже безразличными. Они продолжили сосредоточенно взирать даже не на меня, а на магический экран передо мной. – Как выглядит этот поток при беременности?

– Становится тёмно-фиолетовым, – отозвались студенты почти хором.

– Всё верно. А вот эта зелёная линия означает?..

– Девственность, – вновь почти хором отозвались студенты.

И я думала, что покраснеть сильнее уже нельзя, как они вдруг начали переглядываться. Судя по всему, соотносили сплетни и реальность. Многие недоумевали. Возможно, среди них есть те, с кем Эрелин развлекалась. Представляю! Их могут принять за лжецов. Впрочем, это не мои проблемы.

Один Цуэ выглядел беспристрастно. Судя по всему, он всё ещё думал о черни в моем источнике.

– Верно. По этому переходу мы видим, что пациентка невинна. Теперь что означает этот поток?

– Принадлежность магии. Водная, – ответил кто-то из студентов.

Опрос продолжился. Меня через магический экран изучили вдоль и поперёк – по крайней мере, верхние слои. До них, к счастью, чернь ещё не дошла. Примерно через полчаса Цуэ вывел меня из аудитории, но радостным он не выглядел.

– Сейчас мы пойдём к ректору, студентка Эндервуд.

– Может, лучше сразу к королю? – хмыкнула я. – Его величество в курсе.

Цуэ прищурился, но веселиться отказывался. Я вздохнула: к ректору, так к ректору. Цуэ вёл меня сам, причём держал под локоть так, словно боялся, что я убегу. И даже не послушал секретаря, которая пыталась его остановить, буквально влетел в кабинет ректора, желая поскорее разъяснить ситуацию со мной. Думаю, он догадался, что это некромантия, а некромантия – дело серьёзное…

Едва мы оказались в кабинете, я сразу же увидела два силуэта у окна. Ректора я узнала сразу, а вот леди, что он прижимал к столу, не сразу. К счастью, ничем непотребным они не занимались… если не считать жаркого поцелуя, который мы прервали. Слишком поздно заметив нас, ректор отстранился и взглянул невольно на секретаря за нашими спинами.

– Я пыталась их остановить! – завизжала та.

Нацелованная женщина наконец тоже отстранилась, поправила платье и развернулась к нам. Поздоровавшись, она вышла, и я только потом осознала, что это была магистр Террианс. Просто раньше я никогда не видела её настолько смущённой!

Но он ведь женат! Или нет?..

– Какого дракса, магистр Цуэ? – не сдержался ректор-оборотень.

– Дело неотложное, – и глазом не моргнул целитель, когда за секретарём закрылась дверь, и подошёл ближе. – На девушке – чернь.

Судя по абсолютно безразличному взгляду магистра Эверуса – он знал. Неужели ученик уже успел доложить? Интересно, а где сейчас он? Я его весь день не видела…

Нет, конечно, я и раньше могла с ним не видеться несколько часов, но после того, как мы провели все выходные в королевском дворце, такой срок уже кажется преступно долгим.

– Магистр, это дело государственной важности. Я обязан взять с вас магическую клятву, – спокойно произнёс ректор.

Цуэ открыл рот и… закрыл его. Потом всё-таки выругался и дал магическую клятву. Едва целитель покинул нас, ректор перевёл на меня негодующий взгляд.

– Лучше бы ты оказалась Эрелин Эндервуд, которую я знал.

– Простите, что разочаровываю, – я развела руками. Мне махнули на выход, но я не сдвинулась с места. – Магистр, а вы правда не знаете, где ваш отец? С ним ничего не могло… случиться?

Оборотень вздохнул.

– Отец сильный шаман. Бывает, что он исчезает по своим делам неизвестно куда… кстати, так случилось и девятнадцать лет назад, когда родились вы, поэтому я привык не задавать вопросов, ведь он никогда ничего мне не рассказывает о своих делах.

– Понятно, – я кивнула. – Доброго дня!

– Постой! – окликнул меня ректор и назвал по имени: – Джесселин, – полагаю, тебе это имя нравится больше? – я освобождаю тебя от отработки. Не нужно приходить в заповедник.

Что? Но это моя единственная возможность увидеться с Яром!

– Но…

– Не приходи в заповедник, – повторил ректор и отвернулся.

Поджав губы, я вышла. Неужели нас действительно решили развести в разные стороны? Я понимала, что это для моей же безопасности, но сердце продолжало изнывать от тоски. Мне всё время слышался голос Яра, я оглядывалась, чтобы случайно поймать его взгляд, прислушивалась и гуляла там, где обычно не ходила – а вдруг нам удастся встретиться?

Но нет. Яра нигде не было. Он словно растворился. И я скучала по времени, когда могла случайно столкнуться с ним. Вспоминала, как злилась на него. А сейчас что?..

Я уже и сама не понимала. Моя жизнь вновь сплошная неопределённость…

⁂

Неделя оказалась долгой. Трей сообщил мне, что тётушка Агнес пришла в себя, но… совершенно ничего не помнит. «Ничего» – это значит что ей полностью стёрли память. Я смогла навестить её, но, как и ожидалось, она меня не узнала. Магия была сильна, но я всё равно рада, что монахиня хотя бы осталась жива, пусть и невыносимо больно от мысли, что теперь она не помнит обо мне.

Она заменила мне мать и… мне было очень горько. Но я заталкивала эту боль поглубже, напоминая себе, что главное – её здоровье. В конце концов, я смогу познакомиться с ней заново, смогу стать ей если не дочерью, то хотя бы доброй знакомой.

Я всё-таки смогла выловить Яра дважды: первый раз во второй учебный день, когда он спешил к ректору. Я пыталась его догнать, но так и не получилось. А второй раз вчера: увидела его тренировку со сканвердиусом – огромным скорпионом, жившим в пустыне на юге материка. Ужасный монстр с шипастым жалящим хвостом и такой скоростью, что человеку едва ли удаётся за ним поспевать. И судя по тренировке – Яр был не в форме. В конце его задело клешнёй, и Эверус остановил бой.

Я пыталась прорваться к принцу, но так и не смогла: передо мной вырос ректор и заверил, что проблемы его высочества – не мои. Нас отдаляли друг от друга. Ставили между нами стены и преграды. И я понимала суть… но не принимала. Сердце раненой птицей билось в груди, и я всё искала выход и не находила.

К выходным академия кипела от новостей. Пусть это было жутко смущающе, но отношение ко мне резко поменялось: теперь, когда факультет целительства разнёс весть о моей невинности, студенты перекинули гнев на тех парней, что распускали слухи обо мне. Возможно, они даже говорили правду, но теперь им никто не верил.

Наверное, это было отчасти неправильно, но… лишь отчасти. Потому что я считала так: если у них хватило мозгов и благородства рассказать о проведённой с Эрелин ночи и тем более хвастать этим, то поделом им! Нужно было изначально держать язык за зубами, и сейчас бы не получали насмешек.

Кстати, с клубом ситуация тоже поменялась: теперь меня приглашали, но я решила, что переходить куда-то уже бессмысленно. Книги я любила и драконов, как оказалось, тоже. Точнее, одного конкретного, который занимал сегодня все мои мысли.

Данияра нигде не было. Я понимала, что он занимается поисками Хранительницы, вот только более радостно от этого не становилось.

Вечером перед выходными мы с Треем засели в библиотеке. Я вновь пыталась найти полезную информацию.

– Кажется, ты недовольна своим библиотечным компаньоном, – заметила мадам Урса, когда я прошла за стеллаж, чтобы взять книги.

Трей сидел за одним из столов и читал. Мы пришли сюда вместе около получаса назад. Мне всё ещё нужно было написать реферат, а принц читал какой-то магический учебник. Он действительно был одарённым и очень даже образованным, просто удачно это скрывал.

– С чего вы взяли? – спросила я с улыбкой.

– Так всё по взгляду и видно, – хмыкнула медведица, и её глаза заволокло. – Когда-то я тоже любила… так давно, что теперь уже и не вспомнить. Прямо как в тех книгах, что читала мадам Теодерма.

– Вы знаете, какие книги читала мадам Теодерма? – удивилась я.

– А то как же, – осклабилась нынешняя библиотекарша. – Я же это… тоже драконов люблю! Сильные они создания. Знавала я парочку… Красивые!

– Все любят драконов, – вздохнула я и посмотрела хитро. – Да только я уже все возможные книги перечитала! Где же мне ещё найти?

Медведица наклонилась ко мне:

– Кто ищет, тот всегда найдёт! Ты сходи к пятому дереву в запретной секции оранжереи, да лопату с собой прихвати. Только это… одна будь. Я тот тайник уже весь перечитала, а ты, глядишь, развеешься, отпустишь грустные мысли. Ты-то когда здесь с другим принцем сидела, светилась вся от счастья. Вокруг вас особая была атмосфера…

Особая… и почему судьба к нам так несправедлива?

Точнее, моя изначальная судьба как раз и прочит мне в мужья Данияра. Только с ней в комплекте идёт и смерть от проклятия, а я жить хочу. Долго и счастливо. И с кучей красноволосых сыновей и дочерей рядом.

Ладно-ладно, про «кучу» я погорячилась. Трёх-четырёх будет достаточно.

Так, что-то я уже слишком далеко забежала. Вдохнув поглубже, я улыбнулась мадам Урсе.

– Спасибо вам! А вы не будете против, если я поделюсь кладом с девчонками из клуба?

– Только назад всё верните, – погрозила мне пальцем мадам Урса и ушла, а я, прижав к себе толстенную книгу по истории Хандербуга, вернулась к Трею. Заметила в его волосах лист – осень наступала неспешно, поэтому уже первые листья падали с деревьев, – и убрала его, поправив причёску. Трей тепло улыбнулся.

В этот момент мне показалось, что за нами кто-то наблюдает. Но когда я обернулась, никого не было.

– Слушай, Джесселин, насчёт Бажены, – внезапно заговорил Трей. – Скажи, а чем этой гномке приглянулся раманский принц? У неё совершенно нет вкуса!

Я рассмеялась, покачав головой.

– Что?

– Ничего, Трей… просто у меня ощущение, что твои с Яром отношения затрагивают и меня. Не нужно использовать меня как рычаг давления на него. Мне это неприятно. Ты мой друг, а он… – Я прикусила губу. – Помнишь, ты говорил, что я обязательно влюблюсь в тебя? Извини, мне правда очень жаль, ты чудесный, но моё сердце уже занято.

– Думаешь, я не видел это по твоему взгляду ещё на том балу? – спросил Трей серьёзно, заглянув мне в глаза. – Я, конечно, могу казаться безмозглым, но таковым не являюсь. И да, Джесси, раз уж мы решили быть честными друг с другом: я буду тебя использовать. Учитывая, что у Яра может быть только одна жена на всю жизнь, когда мне ещё выпадет шанс так подтрунивать над ним и заставлять ревновать? Дай мне отыграться за всё моё детство, где мне постоянно ставили его в пример.

Только вот я вполне могу не стать женой Яра. Либо умереть раньше, либо… либо Яру придётся жениться на другой, чтобы не потерять контроль над драконом. Но я рада, что наши с Треем отношения всё-таки вернулись в весёлое русло.

– Не стану это поддерживать, – предупредила я и улыбнулась. – Я рада, что мы всё прояснили.

– Прекрасно, – кивнул Трей. Стэгги завозился на его плече. – Кстати, до меня дошли слухи, что Стэгги невзлюбили во дворце. Ума не приложу, с чем это может быть связано?

Я рассмеялась, вспомнив все выходки Стэгги.

– Да так… ничего важного. Стэгги лучший, – я подмигнула саламандрёнку и вернулась к книгам.

Вздохнув, я в который раз погрузилась в историю своего края. Если верить слухам, то некромантская секта действительно была на Фаргоских землях, и её покрывал мой предок. Может, его прокляли небеса? Или земли начали чернеть и он решил предать некромантов, за это они его и прокляли? Но тогда некромант сам мог бы снять проклятие, ведь ему нужна была девочка, а вероятность рождения особи женского пола в случае, если количество детей в роду не ограничено, куда выше. Значит, эту версию точно отметаем.

Некромант проклятие не налагал, иначе давно бы снял его. Тогда кто? Хранительница душ? И почему королева упомянула, что кровное родство поможет? Вопросов было больше, чем ответов. Но в то, что Хранительница могла проклясть земли верилось больше – всё-таки она не любила мужчин из-за того, сколько они боли приносили невинным девушкам. Измены, побои, надругательства… История помнит множество неприятных эпизодов, где после очередного насилия девушки бежали сломя голову, чтобы покончить с собой.

И тогда появлялась Хранительница. Она делала душу бессмертной, исцеляя все раны и даруя единение с природой. Она не хорошая и не плохая, она не божество, но и не простая сила природы. Она уникальна.

Возможно, как и некромант. Так могли ли их пути пересечься?

Я нарисовала на бумаге линии, которые соединились в одной точке. В точке времени, где почернели земли и на мою семью легло проклятие. Что же тогда случилось?

– Я в уборную. Скоро вернусь.

Принц кивнул. Я спустилась вниз и зашла в женский туалет. Подошла к раковине и ополоснула лицо, сбрасывая всё напряжение последней недели. Утром ещё была лекция по истории, и магистр Фаут напомнил о реферате. Теперь, когда в дело вмешался некромант, я вообще не уверена ни в одной из выдвинутых нами с Яром теорий. Нужно копаться во всём дальше… или признаться честно магистру Фауту, что ответа так и не нашла. В конце концов, теперь я уже не боюсь, что меня отчислят, раз даже монаршая семья Рамании знает, что я не Эрелин.

Точнее, я как раз Эрелин…

Вздохнув, покачала головой и направилась к выходу. В дверях налетела на Элис. Девушка поморщилась, но не отошла, сложив руки на груди.

– Празднуешь победу? Набралась опыта со всеми подряд, а потом использовала его в постели с принцами, каким-то магическим образом заставив всех поверить в твою невинность? Жаль, клюнул в итоге только один.

– Советую тебе замолчать, Элис, – с раздражением откликнулась я. – Я ведь могу и ударить. А здесь кругом вода… утонешь ненароком… в своей желчи, разумеется. Я о тебя марать руки не стану.

– Сколько бравады, – фыркнула она. – Только будь со мной посговорчивее. Я знаю твой секрет.

Я застыла, изумлённо взглянув на девушку. Беспокойство тут же захватило меня, и я облизала губы.

– Что ты имеешь в виду?

– Уже забыла? Не только ты училась чёрной магии. А то, что ты достигла успехов, не делает тебя лучше нас. К тому же… ты ведь так и не избавилась от приплода? И теперь наверняка хочешь выдать его за ребёнка от Вантегроса. У тебя ничего не получится, если я всё расскажу.

Сердце забилось быстрее. Я подалась вперёд. Хотела расспросить обо всём Элис сейчас же, но действовать нужно мягко, сделав вид, что я испугалась именно разоблачения. Увы, но за годы жизни рядом с герцогиней я научилась проявлять эмоции, которые были нужны агрессору.

– Тебе не поверят, – произнесла рассерженно. – Ты ведь почти ничего не смыслишь в чёрной магии… и доказать не сможешь.

Лицо Элис исказила гримаса гнева. Я поняла, что переборщила, решив сыграть на её гордости.

– Считаешь, что я ни на что не способна? Только ты у нас особенная?

– Я никогда не говорила, что особенная…

– Неужели?! Ты повторяла и повторяла это! – Элис сжала кулаки. – Какая ты уникальная, как ты возродишь свои земли, как станешь единственной надеждой своего герцогства! О, знала бы ты, как меня бесила… он выделял именно тебя! И надо же, ты добилась успехов! Через постель!

– Послушай, Элис, – я попыталась её успокоить, – давай пройдём в тихое место и обо всём поговорим мирно. Я готова извиниться. Я готова рассказать тебе то, что знаю.

– Думаешь, я тебе поверю? Ты – лживая до корней волос, Эрелин!

Но я не Эрелин. Я собиралась в этом признаться, когда Элис топнула ногой, а затем собрала магию. Я шумно выдохнула, оглядевшись. Справа стены, слева стена, а позади – окно. Мне некуда идти. Я попыталась развернуться, но не успела: Элис выпустила энергетическое заклинание. Браслет Вантегросов отреагировал мгновенно, образовывая вокруг меня купол, но тщетно – кулон был быстрее.

Тёмная магия вырвалась из него и устремилась вперёд, к Элис. Глаза девушки распахнулись, рот приоткрылся, а чернь врезалась в самое сердце. Она закричала от боли и рухнула на колени. Её глаза остекленели и закрылись, а тело упало навзничь. Но на этом кулон не успокоился. Чернь рванула из него, опутывая стены словно паутиной, и я видела своими глазами, как те стали покрываться трещинами.

Подскочив к телу Элис, я опустилась перед ней на колени и начала трясти за плечи, а потом прислонилась ухом к сердцу. Дышит! Но это пока…

Я услышала треск ещё до того, как стены задрожали. Казалось, сама древняя каменная кладка академии застонала под натиском некромантской магии. Под ногами заплясали плиты пола, и я инстинктивно прижалась к Элис.

– Всем срочно эвакуироваться! Следуйте указаниям магистров и двигайтесь по зёленым магическим линиям к запасным выходам! Магический щит будет удерживать стены, без паники! – голос ректора разорвал воздух, многократно усиленный заклинанием. – Всем срочно эвакуироваться…

Оповещение повторялось и повторялось. Я обернулась и увидела, как защитные руны на стенах вспыхивают и гаснут, словно свечи на ветру. Сквозь рассыпающийся барьер уже просачивались клубы чёрного тумана – верный признак некромантии. Меж тем из коридора доносились быстрые шаги и уверенные голоса преподавателей, а на полу и на стенах, а также вдоль оконного проёма одного из запасных выходов вспыхивали зелёные стрелки. Нужно туда, двигаться со всеми.

Я ещё раз оглядела Элис, собираясь перехватить её поудобнее, чтобы выйти вместе, но не успела.

Сильная рука сжала моё плечо. Я обернулась, увидев шагнувшего из портала Яра. Пол под его ногами зашатался, с трудом удерживаемый нитями преподавательских заклинаний, и принц начал балансировать, расставив руки в стороны, а потом прыгнул ко мне – здесь, у выхода, пол был более стабилен. Основной удар пришёлся по стенам и полу туалетной комнаты.

– Ты в порядке? Что произошло? – Яр, оглядев меня, бросил короткий взор на Элис.

– Она напала на меня, но защита некроманта дала отпор, – сказала и прикусила губу. – Её дыхание становится всё тише. Яр, она умирает! Нужно забрать её!

– Если она умирает, переносить её порталом без стабилизирующего целительского кокона слишком опасно, – отозвался принц и подхватил девушку на руки. – Бежим к ближайшему выходу. Главное выйти из здания: если магистры не смогут удержать стабилизирующее заклинание, оно разрушится.

Я с ужасом взглянула на свой кулон. Неужели в нём скрыта такая сила? Если даже в его артефакте столько магии, то насколько же силён сам некромант?!

Рядом послышался грохот. Яр, перекинув Элис через плечо, схватил за руку и меня. Его пальцы впивались в мою кожу почти болезненно.

– Бежим, сейчас!

Мы выскочили из комнаты как раз в тот момент, когда потолок рухнул. Но по потолку в коридоре тоже бежали трещины, как и по стенам. Несколько студентов спешили по лестнице, а кто-то – к оконным проёмам, подсвечивающимся зелёным. Там уже были обустроены воздушные потоки, по которым студенты опускались во внутренний двор академии. Здесь никто никого не замечал, только слушали строгий голос магистра Фаута, что следил за обстановкой, не допуская распространения паники, и на всякий случай распростёр над студентами магический щит. Студенты двигались быстро, опускаясь вниз по воздушным потокам, и вскоре среди них оказались и мы.

Общее недоумение, шёпот и страхи впились в меня стрелами. Я поёжилась, оглядываясь. До нас особо не было никому дела, никто и не подозревал, что виновник разрушения академии среди них. Однако, ловя случайные взгляды, я боялась, что вот сейчас все точно догадаются. Укажут на меня пальцем, а потом отправят на эшафот…

На глаза наворачивались слёзы. Хоть бы среди них не было погибших! Подозреваю, пострадавшие будут, но погибшие… я закусила губу. Всё из-за этого драксового кулона и дурочки Элис! Ах, если бы я её не провоцировала, если бы попыталась сгладить конфликт…

– Нам туда, – кивнул Яр куда-то в сторону.

Магистры тоже обнаружились во внутреннем дворе. Они стояли у стен и воссоздавали заклинания, стараясь удержать разрушение. На их лицах кроме сосредоточенности можно было заметить и недоумение. Уверена, эти стены стояли столетиями и вдруг – удар некромантии. Тем более, чернь заметили не только преподаватели, но и переговаривающиеся и испуганные студенты.

– Что происходит?..

– На Раманию напали?..

– Последователи некромантии разве не уничтожены? Они среди нас?..

– Война?.. – доносились до меня обрывки чужих разговоров.

Я видела, куда направляется Яр: к целителям. Магистр Цуэ вместе с помощниками и помощницами расположился в беседках академического парка, и там, на скамейках, уже ждали своей очереди студенты – судя по всему, кто-то всё-таки пострадал из-за обвалов.

Я почувствовала укол совести. Если бы не Элис и не реакция моего кулона, всего этого удалось бы избежать! Надеюсь, что мелкие ссадины и синяки – самое худшее, что произойдёт.

Яр отпустил меня, теперь поудобнее перехватил тело Элис. Я спешила за ним, когда вдруг воздух передо мной сгустился, и я врезалась в невидимую преграду. Яр продолжил идти вперёд, когда меня схватили за руку. Внутренне я вся похолодела. Ведь не могла не узнать причину своих ночных кошмаров. К тому же тёмный непроницаемый купол, что распространился вокруг нас на добрых три метра, лишь подтверждал мои страхи.

Некромант!

– Вы!..

– Здравствуй, моя птичка, – откликнулся некромант. – Кажется, время пришло? Я получил сигнал.

Сигнал? Я похолодела. Нет, мой источник не мог наполнится так быстро! Я думала, у нас ещё есть время подготовиться, есть возможности, но… что теперь? Я отшатнулась, но некромант не позволил мне отдалиться, схватив за руку и вернув назад. Он был учтив и даже мил – как и в нашу прошлую встречу во сне.

– Не бойся меня, моя милая, мне всего лишь нужно взглянуть на кулон.

Ледяные пальцы обхватили моё плечо, а другой рукой некромант схватился за кулон. Я почувствовала, как металл артефакта стал обжигающе горячим. А сам его создатель нахмурился.

– Ещё не наполнен? Странно…

Я попыталась вырваться, но его хватка только усилилась. Взгляд чёрных глаз метнулся ко мне.

– Ты пыталась что-то сделать с ним? Я ведь предупреждал, что кулон не причинит тебе вреда. Это лишь сигнальный маячок.

– Я ничего не пыталась сделать. Клянусь. На меня напали. Кулон сработал как защита, – я с трудом подбирала слова.

– Ах, вот в чём дело, – расслабился мужчина. – Тогда время ещё не пришло.

– Мастер, девушке больно, вы слишком сжали её плечо, – раздался голос позади некроманта, и хватка наконец ослабла.

За спиной некроманта я заметила движение, и теперь наконец увидела говорившего – того, кто защитил меня. И я его узнала! Холод пробежал вдоль позвоночника. Я жила в паутине черни и сама не знала об этом! Ведь всё это время я считала своей семьей некроманта.

Кеос смотрел на меня с сожалением. Я поджала губы. Как всё интересно получается…

Но от мыслей о наставнике меня отвлёк сам некромант.

– Я причинил тебе боль, моя радость? Извини, это от нетерпения. Я так надеялся, что время подошло…

Позади полыхнул огонь. Тёмный купол разрезал пламенный всполох, в который шагнул Данияр.

– Отойди от неё! – потребовал принц.

Его голос звучал неестественно глубоко, с металлическим отзвуком. Некромант медленно повернул голову, изучая Данияра с любопытством хищника. Я никогда не видела принца таким: золотистые глаза горели холодным пламенем, а по рукам струился мерцающий свет.

– А ты, должно быть, тот самый юный наследник золотых драконов? – в его тоне появились нотки подлинного интереса.

– Рад знакомству, – насмешливо протянул Яр. – Как я понимаю, мы с тобой похожи?

– Лишь отчасти. – Некромант вздохнул театрально и с неудовольствием проследил, как в руках принца вспыхнуло ослепительное пламя, мгновенно сформировавшееся в клинок из чистого огня. – Как самонадеянно. Уйди с дороги, наследник. Я не жажду твоей смерти… смертей драконов в моём прошлом уже достаточно.

Яр не стал ждать. Некромант выставил защиту, но даже я подсознательно поняла – слабую, словно постановочную. Это понимал и Яр. Он нахмурился, но всё-таки нанёс удар. Первый противник отбил, а вот на втором расслабился, лишь раскинул руки в стороны, позволяя раманцу нанести удар в самое сердце. Огненный клинок пронзил грудь некроманта насквозь, но…

Тот даже не шелохнулся. Лишь лёгкая тень улыбки коснулась его губ.

– Что, вышла осечка? – Он даже не посмотрел на дымящуюся рану на своей груди. – Такое бывает.

Некромант играючи извлёк меч, тот мгновенно растворился в его руке, и в этот же миг чёрный дракон откинул Данияра. Принц устоял на ногах, но непонимающе уставился на врага.

Я сделала несколько осторожных шагов назад, ближе к куполу. Если мы имеем дело с бессмертным, то… это грозит ещё большими проблемами, чем можно предположить.

– Меня не убить человеческими методами, мальчик, – миролюбиво пояснил мужчина и повернулся ко мне. – Что ж, я планировал забрать тебя позже… но раз твой истинный так усердствует… – Некромант протянул руку, – лучше сделаю это сейчас. Идём, Джесселин, я забираю тебя.

Позади некроманта открылся портал, но не огненный, как был у Яра, а наполненный чернотой. Я попыталась уйти, но странная магия притягивала меня назад, к моему потенциальному убийце. Меня начало затягивать в чёрный портал. Мир поплыл перед глазами, цвета смешались в серую муть. Я зажмурилась, готовая оказаться в совершенно другом месте, в логове некроманта, когда вдруг чья-то рука рванула меня назад.

Яр прижал меня к себе, выставляя перед нами огненную защиту.

Я вдохнула чистого воздуха и оглянулась на открытый портал, из которого собирался вернуться некромант. Но в этот момент мимо просвистел металл. Кинжал с рукоятью из чёрного дерева и лезвием, испещрённым серебряными рунами, вонзился в плечо некроманта.

Я обернулась. Магистр Кеос стоял с вытянутой рукой, его обычно невозмутимое лицо исказила гримаса… сожаления? Гнева? Я не могла понять.

Но в данный момент он пошёл против своего союзника, чтобы спасти меня. Я с недоверием смотрела на бывшего магистра, а затем на некроманта, что зажимал плечо. То есть огненный меч не нанёс ему вреда, даже будучи вонзённым в самое сердце, а какой-то клинок – смог остановить?!

– Предатель, – рыкнул некромант, и портал поглотил его.

Сердце билось с бешеной скоростью, я обернулась к магистру Кеосу, всё ещё удерживаемая в руках Яра. У меня в голове пронеслись слова Бажены, сказанные в ночном бреду. Кинжал… Бажена сказала, что кинжал опасен. Могли ли быть её слова пророческими?

– Он умер? – уточнила с надеждой.

– Так легко его не убить, – мрачно откликнулся Кеос и сглотнул. – Но это его ослабит: кинжал пропитан кровью той, кто ему дорога, его единственной слабости, оттого вытягивает силы. В ближайшие дни его можно не ждать.

Я облегчённо вздохнула. Хоть что-то. Но… я вновь взглянула на бывшего учителя: неужели он тоже некромант? Неужели он подчинялся всё это время приказам моего врага?

Завеса вокруг рассеялась, и теперь я увидела студентов и магистров. Все до единого смотрели на нас. Академия устояла на заклинаниях, и я с облегчением сглотнула. Но ненадолго. Где-то вдалеке у крыльца показался магистр Эверус, взбешённый как тысяча драксов. Я сглотнула. Теперь меня точно отчислят!