Глава 18

Всё. Мы остались вдвоём, и несколько секунд Чичита потрясённо молчала, а потом буквально взорвалась возмущением.

— Да как они… Вот же хамки! Нет, Лина, ты это слышала? Что они тут устроили?! Ну вообще!

Женщина из племени эргов покраснела не хуже Пии и принялась агрессивно потрясать кулаками.

— Курицы чешуйчатые! Хабалки базарные! Да я их… Да мы им…

— В суп им плюньте, — не сдержавшись, подала идею я.

Тут Чичита запнулась, словно прежде ей никогда подобных мыслей в голову не приходило, а я прошла и упала в кресло. Знакомство оказалось в прямом смысле невероятным. Вот что это сейчас было, а?

— Чаю? — спросила служанка.

После предложения плюнуть в суп прозвучало специфично, но я кивнула. А сама прикрыла глаза, чтобы поймать новую волну изумления.

Как и тогда в храме, перед мысленным взором начала разворачиваться очень реалистичная картина. Роскошный утопающий в золоте кабинет, тяжёлая мебель, суровый дракон, сидящий за столом, а напротив него, в гостевом кресле — я. Точнее, как будто я.

— Лаэри, милая, — сказал дракон хмуро. — С Даром Власти не шутят. Нельзя применять подчинение без особой причины.

Я киваю. То есть ощущение что я, а на самом деле кивает пра.

— Как правило, этот дар зреет очень долго, — продолжает хозяин кабинета, — он взрослеет и крепнет без лишних проявлений, но когда входит в стадию окончательного становления, возможны спонтанные всплески. Эти всплески тоже нужно держать в узде.

— Как? — «мой» искренний вопрос.

Лаэри действительно не понимает, суровый дракон, как оказывается, тоже. Он пожимает плечами — мол, как-нибудь, по мере сил и возможностей.

— Старайся не разговаривать с подданными, когда злишься, — объясняет он. — Не иди на конфликты. Если что-то случается, кто-то тебя задел, приходи ко мне. Я сам разберусь.

Лаэри фыркает. Идея жаловаться папе, — а это именно отец, — ей не нравится, но пра согласна. Она готова унять гордость, чтобы избежать лишних конфликтов.

Ведь драконы не в восторге, когда их подчиняют, хотя всем и каждому понятно, что Дар Власти — необходимость. Без этого своенравные эгоистичные ящеры давно бы поубивали друг друга. Поотгрызали головы и хвосты.

Недолгая пауза, Лаэри-Эрилайза пытается встать, но отец делает знак подождать.

— Карнаэш вчера прилетал, — говорит он.

Лаэри морщится. Причём скорее из вредности, чем из неприязни.

— Не кривись. Род Карнаэша силён, он не уступает нашему, и я убеждён, что однажды право называться Владыкой перейдёт к кому-то из них.

Гнев? Раздражение? Нет. Лаэри отреагировала так, будто в передаче власти нет ничего особенного.

Ей не нравилось другое — постоянные намёки на то, какой Карнаэш замечательный. То есть она сама считала его вполне сносным, но такое давление вызывало желание заартачиться.

— Слетаешь с ним на свидание? — внезапно спросил мой пра.

Лаэри закатила глаза, а Владыка…

— Лаэри! Имей совесть!..

Он говорил что-то ещё, но я уже не слышала. Видение начало истончаться, звуки исчезли, а потом исчез и кабинет. Я очутилась в покоях, в которых и была.

Чичита ничего не заметила, она до сих пор заваривала чай, а я откинулась на спинку кресла и принялась переваривать полученную информацию. Увы, о Карнаэше с его лунным садом думалось как-то больше, чем о Даре Власти, который, судя по всему, частично передался и мне.

Впрочем, как «частично»? Учитывая то, с каким рвением «перевоспитались» Пия с подружкой, дара во мне достаточно.

Или я чего-то не понимаю? Или тут что-то ещё?

Я глубоко вздохнула и задумалась о всплесках. Можно считать это подсказкой? Намёком на то, что у меня то же самое, и дар вскоре стабилизируется?

Интересно, а что с Владыкой? На него повлиять могу?

Тут же представилось как Дарнаэш, стукнутый силой моего дара, сидит и подписывает указ об отмене вопиющей традиции. Причём подписывает кровью, а сверху лепит печать из своего амулета — прямо бриллиантом по сургучу.

А после этого встаёт, подходит ко мне, обнимает за талию, резко притягивает к себе, и…

— Лина, тебе что к чаю? — вырвав из внезапной фантазии, позвала Чичита. — Булочку или конфету?

Теперь вспомнилось о наеденных за последние месяцы боках, а ещё о Пие с Итариссой. Точнее об их стройности.

— Ничего, — буркнула я в итоге.

— Как это? — Чичита развернулась и едва сахарницу не уронила от ужаса.

— А вот так. Если проголодаюсь, сухарик погрызу.

Чай был выпит, а Дарнаэш так и не появился. Я слегка загрустила и, чтобы отвлечься, взялась прояснить ещё один вопрос.

— Кстати, — обратилась к служанке, — давно хотела спросить, а что с днём Первого полёта у девушек? Почему они празднуют отдельно?

— Так принято, — пожала плечами Чичита.

— Но они тоже летают за Драконий хребет и кого-то воруют?

На меня посмотрели как на странную.

— Кого они могут воровать?

Недоумение служанки было искренним, а в моём воображении мелькнула толпа румяных парней в нарядных рубахах. Все высокие, плечистые и, разумеется, упитанные — это чтобы тему грузоподъёмности соблюсти.

— Ну как «кого»? — ответила я. — Девственников, конечно.

— Ах, это… — Чичита отмахнулась. — Тут правила разные. Леди летают только в пределах драконьих территорий, а первый полёт вообще проходит на территории клана. Он у них не отличается от обычного, только ленточки всякие к шипам привязывают и цветы.

Я хлопнула глазами.

— Серьёзно? А с чего такая дискриминация?

— Дискри… что?

Я объяснила, после этого служанка сказала:

— Это очень старое правило. Говорят, ещё с тех времён, когда у драконов был большой такой храм.

При упоминании храма я встрепенулась, а Чичита продолжила:

— Поговаривают, что одна драконесса улетала за гряду, и из-за этого начались большие проблемы. Что случилось не знаю, но с тех пор леди за горы не летают. Покидать исконные территории им вообще нельзя.

Я не могла не улыбнуться. Ну пра — а ведь речь точно шла о ней! — ну, навела шороху!

— А когда леди превращаются, она такие же огромные, как мужчины?

— Нет, меньше. Правда зубы, по слухам, острей.

Воображение снова оживилось, чтобы нарисовать Пию, Итариссу и всех тех, кого видела вчера за ужином. Леди получились страшные, с торчащими изо рта клыками и жаждой крови на мордах.

Сразу стало зябко, но панике я не поддалась, и лишь сейчас, с огромным запозданием, поняла, что мой сколько-то раз прадед был Владыкой.

Владыкой! Главным драконом! Серьёзно!

У-у-у… а может это даёт мне какие-нибудь дополнительные права?

Я воодушевилась, но тут же сдулась — как давно это было? Да и бабушка Отступница, а отступники в правовом смысле никто.

Ну и ладно. Буду дожимать Дарнаэша обычными способами! Я вдохнула, выдохнула, а когда вновь потянулась к чашке, случилось то, чего так ждала — снова раздался стук в дверь. Правда какой-то не такой, слишком вежливый.

Несколько долгих секунд, и… нет, рано обрадовалась. Вместо Владыки в покои проскользнула очередная леди — пухленькая, румяная, и такая, что при взгляде на неё сразу ясно чья это жена. И мать!

— Добрый день, — сказала драконица вежливо. Присела в реверансе. — Позвольте представиться, меня зовут Уштария. Я…

— Наша хозяйка, — торопливо влезла Чичита и тут же потупилась, мол не говорила ничего.

Понятно. Догадка подтвердилась. Что ж…

После приёма, устроенного изначально Теймизом, можно было пофыркать, но я отнеслась дружелюбно. Кивнула и ответила:

— Очень приятно.

После этого прозвучало восторженно-взволнованное «ах!», и понеслось…

Приветствия, уверения в том, что хозяйка замка счастлива меня видеть и дальше по списку. Мол, какая честь принимать в этих скромных стенах такую важную гостью! Ну и вопросы: «надеюсь, мой муж был не слишком груб?»

Я слушала, улыбалась, кивала, отвечала насколько могла вежливо, и даже не ябедничала! И чем дальше, тем сильнее утверждалась в мысли, что до этой конкретной леди кое-какие секретные сведения всё-таки дошли. Иначе с чего она настолько добра?

Но я не возражала. Искренность — это чудесно, но в чистом виде она встречается так редко, что лучше не заморачиваться.

То есть всё в порядке! Единственное, что остаётся непонятным:

— Кажется, вчера на ужине вас не было?

Уштария утвердительно кивнула.

— Не было. Я так перенервничала из-за переезда резиденции и всех приготовлений, что слегла с приступом мигрени. Но сегодня…

И продолжение: про планы, намерения и так далее. Я улыбалась и кивала, одновременно приходя к мысли, что жена Теймиза леди полезная. Она вполне может сместить Чичиту с должности информатора номер один.

Напористая дружелюбность Уштарии тоже подкупала, в итоге мы даже пообедали вместе, на одной из террас замка. Уже после этого меня отыскал носатый Тириш и гордо повёл в знакомый кабинет. Угу, опять.

Лишь очутившись у той самой двери, я начала нервничать. Кажется, у меня сегодня день какого-то глобального «запоздания» — всё доходит в последний момент!

Ведь Владыка увёл Пию с Итариссой на беседу, а леди могли наговорить всякого. Да и «подчиняющее заклинание» штука своеобразная. За такое не похвалят, скорее наоборот.

Попа почуяла неприятности, причём крупные! Такие, что я даже поёжилась, но через миг выпрямилась и вздёрнула подбородок — кто как, а я буду драться до конца!

Потом была распахнутая дверь, приглашающий жест со стороны Тириша, и… в кабинет я вошла без сопровождения. Оглядевшись, обнаружила, что в помещении только Владыка.

Очень интересно. Встреча наедине?

Мои брови приподнялись, а развалившийся в кресле дракон даже не дрогнул. Когда дверь захлопнулась, отделяя нас от остального мира, Дарнаэш криво улыбнулся. Спросил:

— Так что ты решила?

— Ты о чём? — я не сразу поняла, что речь про бриллиант.

— О разумности твоих действий, конечно, — губы Дарнаэша дрогнули в новой кривоватой улыбке. Голос прозвучал мягко, но угроза была настолько очевидной, что я насторожилась.

Спустя миг огляделась и мысленно застонала — ну вот, то самое, чего я так надеялась избежать!

Вдоль правой стены в ряд стояли подставки. А на них — портреты всех моих родных! Причём были не только родители с братом, но даже троюродные дяди-тёти по материнской линии. Собственно, по линии мамы родственников было гораздо больше, и тут Владыка зря старался, Эрилайза — прабабка по линии отца.

Ещё несколько секунд, и Дарнаэш поднялся на ноги. Он был очень доволен устроенной выставкой. Даже зубами пощёлкивал, чем сильно раздражал.

Сначала мы молчали, а потом он не выдержал и протянул:

— И?..

— Что? — я глянула косо.

— Лина, не прикидывайся. Как обученный маг, ты всё понимаешь.

— Думаешь, что кому-то из них, — я ткнула в выставку портретов пальцем, — тоже может открыться храм?

Миг, что-то мелькнувшее в синих глазах, и я чётко поняла — Владыка сомневается. Не зря, кстати, ведь на Эрилайзу похожа только я.

Но это ещё не всё…

— А не боишься последствий? Ведь насильно удерживать принцессу и дипломатов — это одно, а похитить короля и всех его родственников — совершенно другое.

— Зачем похищать? — фыркнул Владыка. — Я просто приглашу в гости.

Я закатила глаза, а Дарнаэш повернулся к портретам и начал присматриваться. Потом принялся озвучивать свои впечатления, и его выводы навевали настоящую грусть:

— Кровь Отступницы передалась по отцовской линии. Эта ветвь очень малочисленная, в ней рождается мало детей, а это признак драконов, мы менее плодовиты, чем люди. Да и черты лица у твоей матери совершенно другие. Впрочем, на отца и брата ты тоже не слишком похожа. А вот дед…

Дедушка — тот самый, сравнение с которым когда-то задело Владыку, — был последним, кого хотелось подставить. К тому же он был настолько вспыльчивым, что…

— Отстань от моей семьи, — буркнула я.

Повернулся, глянул весело и хищно!

— Это означает «да»?

— Моё «да» ты услышишь, когда назовёшь приемлемую цену, — я вздёрнула нос, непрозрачно намекая на тему девственниц.

О, чудо! Ящер синеглазый понял! Но…

— Лина, я уже говорил, что не стану отменять древнюю важную традицию. Мы воровали, воруем и воровать будем. Всё.

— Тогда сиди без камня, — фыркнула я.

Не расстроился. Наоборот улыбнулся и указал на гостевое кресло, а потом заявил:

— Помнится, ты у нас выпить любишь… — после этого в его руках буквально из неоткуда возникли бутылка и два бокала.

Я, глядя на это, подавилась воздухом. Что за грязные инсинуации? Что за вопиющий намёк?!

— Тогда, на пиру… — принялся объяснять дракон. — Ты так возмущалась, что вам не налили.

— Я много чему возмущалась. Впрочем, не удивлена, что запомнил ты только это.

Мне подарили иронично-недоумённый взгляд, и я объяснила:

— Возраст. — Ну раз уж он тут портрет Селтора Второго Мудрого выставил, грех про дедушку не вспомнить.

Дарнаэш замер, по лицу пробежала тень, но тут же развеялась.

— Садись! — уже не предложил, а жёстко приказал он.

Я подчинилась. Дракон тоже опустился в кресло, откупорил бутылку, наполнил бокалы.

— Пей! — с этими словами мне протянули один.

— А потом вместе споём про репейник у ручья?

Дарнаэш неожиданно смягчился, глянул насмешливо. Наверное поэтому я и выпила. Просто чтобы не думать о том, какие у него удивительные глаза.

Несколько минут мы сидели молча, каждый со своим бокалом. Потом Владыка налил ещё раз, но пить уже не заставлял.

Он вальяжно откинулся в кресле и произнёс:

— Значит, ты от жениха сбежала?

Мм-м… разговор по душам? О наболевшем? Ну что ж…

— Не от жениха, от папы, — поправила я, и Владыка улыбнулся.

— От папы, который вознамерился выдать замуж? Или причина в чём-то другом?

Я повела плечом. Говорить правду не хотелось, а врать ещё меньше. В итоге сказала как есть:

— И от свадьбы в том числе.

— А что не устраивает?

— Ну что может не устраивать девушку?

Будь на месте дракона жена деревенского старосты, она бы привела несколько вариантов, один неприличнее другого. Но Дарнаэш оказался воспитанным и проницательным:

— Любви хочется?

Эта проницательность неожиданно задела.

— А почему нет? — резко парировала я.

Хмыкнул, фыркнул, глянул снисходительно.

— Ты принцесса, а человеческим принцессам такая роскошь как брак по любви недоступна.

— То есть у драконьих принцесс с этим лучше?

— Конечно, — спокойно ответил Владыка.

Пришлось конкретизировать:

— Я тут выяснила, что Лаэри была принцессой.

Дарнаэш замер, а потом прозвучало суровое:

— У неё больше нет имени. Она — Отступница.

— Но ведь она стала Отступницей из-за своей любви и нежелания драконов эту любовь понять?

Всё. Шах и мат, ящеры сопя отступают. Снова откидываются на спинку кресла, смотрят пристально, словно желая пробраться в мозг.

Ну а я хлопаю ресницами, и… нет, разговор о любви не удался. После долгой паузы Владыка перестал юлить и сказал в лоб:

— Я всё понимаю, Лина, и предлагаю новый вариант сделки. Хочешь любви? Будет! И никакого Биорика Кривоногого в мужьях.

Я невольно заёрзала. Что он имеет в виду? О чём речь?

— Я дам тебе убежище здесь, у нас, в одном из замков моего клана, — продолжил Владыка. — И договорюсь с твоим отцом насчёт Биорика, помолвку отменят. Когда захочешь, вернёшься к людям, но останешься под моим покровительством. Никто не посмеет выдать тебя замуж насильно, а если возникнут проблемы — я решу.

Прозвучало, честно говоря, странно. То есть с одной стороны логично, а с другой…

— У нас с папой характеры одинаковые, — сообщила я.

Владыка скривился, но не отступил:

— Разберусь!

— Глупости, — не выдержала я.

План Дарнаэша действительно был ужасным, почти идиотским. Как он себе всё это представляет? И главное — он хочет, чтобы я забыла о проблемах подданных в обмен на решение моих личных трудностей? Да никогда!

— Хорошо, — Дарнаэш посмурнел. — В таком случае я не предлагаю тебе ни-че-го! — Пауза и продолжение: — Просто отдай камень.

Неожиданный ход. А Владыка оказывается отличный переговорщик! Прямо гений дипломатии.

Тут полагалось рассмеяться, но я хлебнула вина и внезапно поняла, что согласна. Нет, я правда готова вытащить камень, но лишь в том случае, если Владыка честно объяснит что происходит.

Мой глубокий вдох, и…

— Зачем тебе камень?

— Я уже говорил. Это важная реликвия.

— Насколько важная? Что она делает? — не пожелала отступить я.

— Ничего не делает. Просто большой, чистый, нежно любимый лично мною бриллиант, который я очень хочу получить. Разве этого мало?

Эх, вот же упёртый.

Но вино делало своё дело, я стала добрее. Именно поэтому дала последний шанс:

— А то чудище, с которым ты сражался в лунном саду? Что это было?

— Ерунда, — сказал Владыка, помедлив. — Небольшой побочный эффект нашей магии. Забудь.

Я отодвинулась и с толикой грусти отметила, что Дарнаэш провалил проверку. А как близко был к бриллианту! Может для этого и поил?

— Лина? — снова позвал он.

— Отмена традиции с воровством девственниц, три… нет, четыре ларца с драгоценностями и отмена моего брака с Биориком. Кстати, от собственного замка на территории драконов, с полной оплатой расходов на его содержание тоже не откажусь.

Ну а что? А вдруг?

Владыка скрипнул зубами, шумно втянул воздух и процедил:

— Иди отсюда.

Я подчинилась. Отставила бокал, поднялась на ноги, сделала три шага…

— Стой! — властно окликнули меня.

Опять подчинилась, а когда обернулась — услышала:

— Насчёт сегодняшнего. Постарайся держать себя в руках. Драконы не любят такие игры, это чревато проблемами.

Я не сразу сообразила, что речь о случае с Пией и её «некрасивой» подругой.

— Если кто-то сильно разозлит, — продолжил Дарнаэш, и мне вспомнился разговор Лаэри с прадедом, — промолчи. А лучше позови меня.

Вопрос «а как это сделать?» я задать не успела. Просто на ладони Дарнаэша появился очередной золотистый сгусток, и…

— А может хватит уже? — подскочив, взвизгнула я.

Пусть моя магия слаба, но видеть силовые нити всё-таки умею, и я в курсе, что напоминаю кокон. Это не очень-то радовало!

Замер, подумал, погасил сгусток и тоже поднялся.

— А что такого? — приблизившись спросил он. — Что тебя не устраивает?

Я немного растерялась. Как это «что»?

— Я вообще-то человек, а не гусеница, да и кому понравится, когда его опутывают следящей сетью?

— Но ты же не хочешь лишних проблем, верно? — парировал Дарнаэш.

Он подошёл очень близко, остановился в полушаге, и этот момент вызывал смешанные чувства. Я бы отодвинулась, но упрямство не позволяло. Перед хищниками тушеваться нельзя.

— Проблем не хочу, — сказала в итоге. — Но…

А договорить мне не дали.

— Вот и хорошо. — Владыка неожиданно подцепил пальцем мой подбородок, заставляя запрокинуть голову, а со второй его ладони плавно соскользнула та самая золотая магия.

Магия поднялась вверх, а потом спустилась куда-то в район моей ключицы. Когда я нашла в себе силы отодвинуться, освободить подбородок и взглянуть на себя изменённым зрением, обнаружила, что кокон стал плотнее. В нём теперь прослеживалась отдельная ярко-алая нить, прошивавшая весь узор.

Зрелище было впечатляющим, но одно не понятно:

— А тебя-то как позвать? — спросила я. — Как пользоваться этим плетением?

— Мм-м… — сказал дракон после паузы.

Тоже отодвинулся, а потом сунул руку в карман и достал перстень с крупным гранатом.

— Вот, — Дарнаэш протянул перстень мне. — Прикладываешь большой палец к камню и мысленно зовёшь меня.

— А…

У меня даже рот от изумления приоткрылся. То есть плетение не для того, чтобы звать? А зачем тогда? Что за… Да что он себе позволяет?!

— Всё Лина, — Владыка резко посуровел, словно я ему надоела. — Иди.

Сказал, а сам повернулся спиной и направился обратно к столу. Ждать пока ящер снова посмотрит на меня, давая возможность стребовать объяснения, я не стала. Просто вздёрнула подбородок и вышла из кабинета.

Прочь! Подальше от всяких странных проявлений и непонятных реакций!

И подальше от врунов, которые не могут честно объяснить, что Камень Силы нужен для какой-то важной борьбы.