Глава 30

В этот раз тишина, царившая в обеденном зале, была не гробовой, а чуть погромче. Я могла слышать не только собственные шаги, но и шелест платьев других леди, а ещё вздохи и шёпот голосов.

Все уже собрались, я явилась почти последней, и опять шествовала под прицелом множества взглядов. Но в этот раз взгляды были по большей части дружелюбные — мол, помните наш клан? Мы подарили вам колье!

Учитывая подарки, тоже пришлось улыбаться. Я почти убедила себя, что этот сумасшедший день закончен и можно расслабиться, но мечта пошла трещинами примерно в середине пути.

Для начала я опять напоролась на взгляд Пии, и юная драконица явно кипела, готовая пролить этот кипяток мне на голову. А чуть позже, уже за столом, встретилась с носатым Тиришем и белобрысым Квергом. Советники смотрели слишком пристально — так, словно я им что-то должна.

Усевшись на вчерашнее место и немного поёрзав, я даже собралась спросить что происходит, но не успела. В планы вмешался Владыка — он-таки изволил появиться, почтив своим обществом всех нас.

Причём Дарнаэш выглядел очень оптимистичным. Улыбнулся подданным, отдельно улыбнулся не забывшей и вставшей при его появлении мне, а когда опустился в кресло, сразу повернулся и предложил:

— Дорогая Азалина, позволишь за тобой поухаживать?

Раньше чем успела ответить, схватил мою тарелку и принялся накладывать в неё всё, до чего дотягивалась его весьма длинная рука.

Затем опять-таки лично налил мне бокал вина и бокал сока. То, каким жестом это было сделано, невольно вернуло к воспоминаниям первого дня.

В смысле вспомнилось о зелье забвения, которое подмешивали в мой сок с самого момента появления в замке. Тогда зелье не подействовало, а сейчас… может нашли способ как меня опоить? Тем более сок из конкретно этого графина налили только мне.

Отметив странный факт с графином, я безалкогольный напиток проигнорировала, решительно потянулась к бокалу с вином.

И вот неприятность — Дарнаэша мой выбор, кажется, устроил. Даже не так — главный ящер прямо-таки просиял!

Этикет предлагал промолчать, но я не выдержала:

— Что? — спросила у Владыки хмуро.

— Ничего. Выпьешь, расслабишься… — мечтательно протянул он, и бастион моего спокойствия окончательно пал.

— А зачем тебе моя расслабленность? — снова не сдержалась я.

Дарнаэш наклонился предельно близко и шепнул:

— Позже расскажу.

Надо ли говорить, что после такого кусок в горло не лез, а про жажду я вообще забыла? Просто сидела, давилась и нервничала. Да ещё и советники продолжали напрягать выражениями лиц.

Но самое противное — продолжать общение Дарнаэш не стремился, то есть ни одного повода вытянуть из него информацию. Просто завёл и бросил. Сиди, Лина, мучайся от переизбытка чувств!

Пришлось искать повод для разговора самостоятельно.

— Знаешь, мне подарили столько драгоценностей, — сказала, делясь радостью, а заодно намекая на вежливость его подданных. Учтивость, которую сам Владыка не проявил.

— Очень хорошо. Ты довольна? Тебе всё понравилось?

— Да. Только я боюсь, что ты не позволишь забрать ценности в Вектарию.

Пауза была недолгой и настроение Владыки не ухудшилось.

— Милая, в Вектарию ты не вернёшься, это мы уже обсуждали. В остальном — могу выделить тебе отдельную сокровищницу. Будешь складывать туда всё, что захочешь, как любой порядочный дракон.

Я не зашипела. Фразу про «не вернёшься» пропустила мимо ушей, указание на мою драконистость — тоже.

Вообще решила зайти с другого бока, пожаловалась:

— А Ониксовые ничего не подарили.

— Очень недальновидное поведение с их стороны.

Вот же… непробиваемый гад!

Я вдохнула поглубже, набралась смелости, и…

— Дарнаэш, что опять случилось? Почему ты такой довольный?

— Быть довольным без причин не могу?

— Не в этот раз. Я же чувствую, что что-то здесь нечисто.

Аргумент был так себе, зато искренний. Я действительно чувствовала. Видела! Но объяснить не могла.

Мне подарили новую счастливую улыбку, промокнули губы салфеткой и наклонились к уху.

И лучше бы я не спрашивала!

— Линочка, сладкая моя, а как ещё мне себя вести? Я ведь целый час читал твоё сочинение о коварстве и подлости драконов. Об ужасе наших традиций, о нашем негостеприимстве, и вещах, которые не подлежат разглашению.

Я нервно сглотнула и уточнила:

— О каких вещах?

— О камнях силы и явлениях падших, например.

Стало та-ак зябко… А ещё неуютно — я даже попыталась отодвинуться, но Дарнаэш ловко обвил рукой мою талию и притянул обратно.

Клянусь — умереть бы мне от страха, если б не осознание:

— Подожди. То есть ты обыскивал мою спальню? Рылся в моих вещах?

Возмущение! Оно накрыло с головой и было невероятным! А Дарнаэш…

— Во-первых, не я, а мои специалисты. Во-вторых, не рылись, а проводили досмотр.

— Ну тогда и я — не писала, а просто рисовала на бумаге какие-то буквы, — сказала холодно, со злостью.

Владыка улыбнулся.

— Лина, милая, вообще-то досмотр проводили для того, чтобы проверить подаренные тебе драгоценности на предмет посторонней и нежелательной магии. Твой шпионский трактат нашли совершенно случайно.

— То есть они совершенно случайно залезли в щель между шкафом и стеной? — не сдержалась я.

— Ага!

Дарнаэш веселился, ну а я искренне радовалась тому, что о самом Владыке писала мало. А там, где всё-таки упоминала главного, соблюдала приличия — использовала исключительно цензурные слова.

Но вообще обвинения были несправедливыми, и я поспешила сообщить:

— Трактат не шпионский. Он скорее культурологический.

— Угу, как же. Там сведения, содержащие государственную тайну, — повторил Дарнаэш с этаким неприкрытым удовольствием. — Лина, милая, а знаешь, какое наказание полагается за шпионаж?

Дракон по-прежнему улыбался, но по спине всё равно поползли неприятные мурашки. Просто у нас, в Вектарии, за подобное могут и казнить — и это при том, что мы, в отличие от ящеров, очень цивилизованный народ.

Тут вспомнился основной принцип правосудия: нет доказательств — нет вины. Пусть записи найдены в моей комнате, и что? Мне их подкинули!

— Это не моё, — сказала я. — Если хочешь, можешь сверить почерк. Вот увидишь, я пишу совсем иначе.

Аргумент? Аргумент!

Вот только…

— Азалина, отчёт заверен твоей кровью, — коварно напомнил дракон.

Я закусила губу и, подумав, всё же потянулась к бокалу с вином — да, теперь мне тоже хотелось расслабиться.

Поймали. Отобрали результат стольких стараний. Да ещё и в преступлении теперь обвиняют.

— И какое наказание? — после долгой паузы поинтересовалась я.

Дарнаэш задумался, но вместо прямого ответа я услышала:

— Давай обсудим позже? Например, на прогулке после ужина.

Сразу вспомнилась предыдущая наша вечерняя прогулка, а в следующий миг…

Я сидела вполоборота, смотрела на Владыку, и тут амулет на его груди вздрогнул. Пульсацию эту я видела чётко. Потом Дарн ругнулся, а воздух вокруг словно потяжелел.

На фоне общих непринуждённых разговоров, ощущалось странно, но вскоре разговоры стихли. Я перевела взгляд на наш стол, чтобы увидеть, как над ним появляется тонкий словно лезвие всполох. Этот всполох прорезал пространство…

Звук словно что-то лопнуло, и… из разреза выскочила пасть. Гигантская! С острыми жёлтыми зубами, которые пытались схватить ещё невидимого падшему противника. Падший рвался, пытаясь увеличить дыру в зыбкой ткани полога, но ему пока не удавалось. Сейчас он напоминал собаку, которая просунула морду в дырку в заборе, только это было не смешно.

Послышался женский визг. За ним грохот стульев — драконы вскакивали, роняя мебель. А я осталась на месте и наоборот сжалась, готовая увидеть, как Дарнаэш отращивает призрачные крылья и кидается в драку.

Только Владыка поступил иначе.

Дарн опасно прищурился, потом сжал в руке амулет и в падшего ударил ослепительный столп силы. Он буквально вбил огромную пасть обратно. Ещё миг, и Владыка что-то прошипел, одновременно совершая сложный пасс, и тонкая полоска разрыва исчезла — затянулась, зарубцевалась и развеялась.

Вместе с этим пропал и запах гнили, который, казалось, уже пропитал здесь всё.

Я молчаливо ахнула и прижала руки к груди, а драконы сообразили не сразу. Какое-то время ещё слышался визг и грохот падающих стульев. Когда всё стихло, а лучшие представители крылатого народа замерли, взирая на своего предводителя, я плюнула на доводы разума и снова потянулась к вину.

Дарнаэш проследил за жестом, а едва выпила, наклонился и спросил:

— Так на чём мы остановились? — В наступившей тишине прозвучало громко.

— Ты пригласил меня на прогулку, — напомнила я нервно.

— Да, точно, — хмыкнул Владыка. И уже не мне, а сидящему по другую руку Теймизу: — Может пора подать десерт?

Как выяснилось, в замке Изумрудных тоже был сад. Вернее, очень маленький парк, и он располагался со стороны, противоположной моим покоям — именно поэтому я понятия не имела о его существовании.

Ничего призрачного и висящего в воздухе — деревья самые настоящие, дорожки и скульптуры — тоже. Повсюду были развешены небольшие магические фонарики, от которых исходило ещё и тепло.

Атмосфера сказочного летнего вечера предлагала выбросить из головы проблемы, выпить ещё вина и расслабиться, но с расслабленностью было сложно. Зато мне удавалось не думать — шагать рядом с Дарнаэшем, и всё.

Жаль, идиллия продлилась недолго. Стоило нам немного удалиться от замка, как Владыка придержал за локоть, заставляя остановиться, и спросил:

— Так какие будут предложения?

Я не поняла.

— Вариантов наказания много, — пояснил Дарнаэш. — Но я готов учесть твои пожелания. А какие-то, возможно, и исполнить.

Прозвучало как флирт, и у меня рот от изумления приоткрылся.

Владыка, глядя на это, небрежно фыркнул, мол — ну давай, Лина, начинай!

И всё хорошо, только моя симпатия к Дарнаэшу, вопреки всем его поступкам, крепла, обретая ну очень неприятные масштабы. Он хамит, а я продолжаю влюбляться? Что за ерунда?

Я прикрыла глаза, призывая себя к спокойствию, и напоминая о том, что я не какая-то пустоголовая фрейлина, а принцесса. У меня есть долг перед собственным государством, да и вообще.

А он… он…

— Протестую, — сказала я, делая максимально глубокий вдох. — Наказание вообще неуместно, потому что неуместны обвинения.

— То есть?

— Мои записи не имеют ничего общего со шпионажем.

— Опять ты за своё, — в голосе Владыки прозвучал смех.

От этой интонации я вспыхнула, но не отступила. Выпрямила спину, вздёрнула подбородок и принялась перечислять:

— Я к вам не стремилась! Вы сами притащили меня в свои земли и сами всё показали. Я не вынюхивала, не выведывала и вообще не стремилась проникнуть в ваши тайны, скорее наоборот. Я собиралась уйти при первой возможности, кто ж виноват, что вы решили меня оставить? Никаких подслушивающих заклинаний я не применяла, взломов секретных помещений не производила, более того, терпела вашу вопиющую негостеприимность и выживала как могла!

Владыка склонил голову на бок и ничуть моей речью не впечатлился.

Пришлось продолжить:

— А ещё вы, драконы, не раз подвергали опасности мою жизнь. Кто потащил меня в Лунный сад, где меня чуть не сожрал падший? Кто заточил в замке, где меня, опять-таки, едва не съели? А кто отправил в портал, который привёл в подземелье с душами умерших? И хорошо, что Смотрителем оказался мой дедушка, а ведь мог быть и кто-то другой! Менее понимающий и дружелюбный.

Дарнаэш опять не понял, продолжил улыбаться, словно не аргументы привожу, а рассуждаю о глупостях. Это разозлило ещё больше.

— Ну и последнее — я не пыталась сбежать, унося ваши как бы секретные сведения. Я вообще демонстрирую удивительную покорность. И веду себя тактично, в отличие от тебя!

Тут я не выдержала и ткнула в ящера пальцем. Мою руку резко перехватили, прижимая к собственной, ну то есть Дарнаэшевой, груди.

— Ещё претензии? — он не сказал, а прямо-таки промурлыкал. Как котяра!

— Это не претензии, а правда! — взвизгнула я, воспламеняясь.

Причём пламя было не совсем фигуральным — внутри действительно что-то вспыхнуло. То есть как будто вспыхнуло, но… Впрочем, не важно. Не суть.

— Дарнаэш, я требую вернуть мне рукопись, и…

А договорить не смогла. Гадкий ящер притянул вплотную и, раньше чем опомнилась, накрыл губы поцелуем. Тепло его губ заставило сердце споткнуться, вызывая нестерпимое желание броситься в омут. Забыть обо всём, признать, что Владыка сильнее и позволить ему взять верх.

На несколько бесконечных секунд я позволила себе стать слабой. Размякла в его руках, подхваченная водоворотом и овеянная жаром. Было настолько хорошо, что колени подогнулись, а желание сдаться обрело острую, почти болезненную форму.

Чтобы хоть как-то справиться с этим безумием, я перестала поддаваться и… ответила на поцелуй.

Пусть неумело — ведь чему, а поцелуям юных леди не учат, — но я ринулась в атаку. Дразнила его язык, который нарушал все разумные границы, сминала мужские губы и прижималась так, словно мы не в парке, а в спальне, и это далеко не первая наша ночь.

Сначала Дарн, кажется, удивился, а чуть позже застонал, словно сражаясь с желанием упасть в тот же омут. Он тоже начал терять контроль, а я, вопреки всему, не испугалась. К моей такой неуместной жажде добавилось ликование, и в какой-то миг я всё же смогла отстраниться, чтобы выдохнуть:

— Нет.

Дракон застыл. Он по-прежнему держал меня в объятиях, но дышал при этом тяжело, а синие глаза потемнели, став похожими на ночное небо.

И меня, судя по всему, не поняли. Возможно даже не услышали.

— Нет, — повторила хрипло.

Сказала, и… с одной стороны я собою сейчас гордилась, а с другой…

Как же не хотелось отступать! Как хотелось продолжить это неприемлемое, вопиющее общение! У-у-у, совсем эти драконы мне мозг задурили! Уже сама не знаю, как себя вести!

— Что нет? — столь же хрипло прошептал Дарнаэш.

— Всё нет. — Ну а что ещё тут скажешь?

Впрочем, моя выдержка всё-таки дала сбой, и я сама не заметила, как пошла на попятную. То есть предложила вариант, при котором могу ответить «да»:

— Пока не отменишь вашу дурацкую традицию, не признаешь противоправность действий своих подданных и не выплатишь компенсацию Вектарии, никаких поцелуев. Извиниться перед похищенными девушками тоже будет не лишним. Они не давали согласия себя воровать.

Миг, и страсть в потемневшем взгляде Владыки сменилась раздражением.

— Что ещё тебе нужно? — процедил ящер.

— Три ларца, — сама не поняла зачем это сказала. Хотя нет, знаю. Я столько раз слышала про ларцы, что уже мысленно сроднилась с ними. — А ещё… раз уж ты меня не отпускаешь, я хочу иметь право посещать родителей в любое удобное для меня время. Без ограничений.

Дарнаэш недобро прищурился.

— И право выйти замуж за того, кого выберу сама.

— А это ещё что за ерунда? — не понял он.

Я тоже кое-чего не понимала — у ящеров же огонь, любовь на всю жизнь, а Дарнаэш… он ведь Владыка, а я всё-таки человечка, пусть что-то драконье во мне и проснулось. Мы не можем быть вместе, и любви ко мне он точно не испытывает. Но ведь явно сейчас склоняет ко временной интрижке! Как такое возможно у драконов ума не приложу.

Но не в этом суть.

Ужас в том, что я почти согласна. Я — Азалина, принцесса Вектарийская, почти согласна стать любовницей дракона! Временным явлением в его жизни. Фавориткой. Той, кто просто делит с Владыкой постель.

Только век любовниц недолог, и я не настолько потеряла голову, чтобы забыть об этом. Наша интрижка однажды закончится, а стариться и умирать в одиночестве я не хочу.

Отсюда и условие:

— Мужа сама выберу. Не прямо сейчас, конечно, а когда придёт время. И ты не будешь препятствовать, кем бы он ни был. Хоть дракон, хоть человек.

В исполненном ярости взгляде мелькнуло нечто из разряда: кто не будет препятствовать? Я?!

Но вслух мне сказали проще:

— Нет.

— Что нет? — угу, настала моя очередь задать этот сакраментальный вопрос.

Дарнаэш вернул уже звучавшее:

— Всё нет.

Пауза и продолжение:

— Традиция была, есть и будет, ничего отменять я не стану. Про извинения могу подумать, но про компенсацию, особенно в пользу непосредственно Вектарии, забудь. Три ларца — поздно, Лина, срок предложения истёк; а родители… сами к тебе приходить будут. Я для них личный портал организую, и гостевые покои на постоянной основе выделю.

В воздухе отчётливо запахло провалом дипломатической миссии. Моей миссии!

— А мужа-то выбрать можно? — одаривая взглядом исподлобья, спросила я.

— Нет, — рыкнул Дарнаэш.

Он сделал шаг назад, развернулся и направился обратно к замку.

Несколько секунд я созерцала широкую прямую спину, а в итоге не выдержала:

— Ты не имеешь права так со мной поступать!

Остановился, обернулся и предложил:

— Жалуйся.

— Кому? 1439f7c

— Ну так как клана у тебя всё-таки нет, попробуй пожаловаться Владыке.

— Издеваешься? — взвизгнула я.

А в ответ…

— Если кто-то из нас двоих и издевается, то это ты, Азалина. Я к тебе со всей искренностью, а ты про каких-то деревенских девиц и компенсации. Говорят, что драконы жадные, но люди хуже — вы не только жадные, но ещё и мелочные. Мой ответ нет, и обсуждению он не подлежит.

И вроде глупостей наговорил, а я вспыхнула. Наверное от того, что меня назвали мелочной. Мелочной! Меня!

Даже захотелось возразить. А ещё напомнить, что я почти дракон, но, во-первых, меня моя человечность устраивала, а во-вторых, меня только что в эту человечность ткнули. Лишний раз указали на то, к какому племени я отношусь, и… и…

А он ящер!

Ещё и одну в парке бросил. Хам.