Глава 13

ВИКТОР За всю свою жизнь я много раз держал на руках маленьких детей, точнее такими детьми были мои племянница и племянник, каждый раз испытывал умиление, но взяв впервые на руки своего ребёнка, это совсем другое! Когда отец Алёны пропустил меня в свой дом и в коридор выглянула его жена с маленьким мальчиком на руках, сердце загрохотало с такой силой, что трудно стало дышать. Ноги сами понесли меня к женщине и маленькому Глебу, руки стали жить собственной жизнью, потянулись к пухлощёкому мужичку. Даже не подумал, что мальчик может не пойти или же мне его просто не дадут, но Глеб потянул свои ручки навстречу, и уже в следующею секунду ощутил тяжесть маленького тельца в своих руках. Родители Алёны не скрывая удивления во взглядах, молча наблюдали как их внук легко пошёл к совершенно незнакомому человеку. Да я и сам удивился! Когда у брата родилась дочь, меня не было в городе, я вернулся через год и при первой встречи, маленькая девочка зашлась громким плачем, когда я попытался взять её из рук брата, потом она конечно привыкла и с радостью встречала меня и любила сидеть на плечах. А вот Глеб сразу пошёл. Может быть этот маленький человечек понял, кто я для него? Или же это просто черта его характера, не бояться чужих? Хоть на самом деле я ему нечужой, но этого он пока не знает! Иван Сергеевич с женой проводили меня с Глебом в гостиную, где я сразу присел на один из диванов, ноги подкашивались, эмоции переполняли, хотелось выплеснуть их наружу, но приходилось сдерживаться. Побоялся спугнуть сына. Устроив Глеба к себе на бедро, стал разглядывать свою кровь и плоть. Мой сын! Мой ребёнок! И мне плевать каким образом он появился на свет, но совсем не плевать на ту, которая мне его подарила! Алёнка! Девочка из прошлого! Не жена, но… любимая? Да! Она именно та женщина, которую я полюбил той самой настоящей любовью, той, которая никогда не проходит, однажды поселившись в сердце! Как же я сейчас понимаю брата! Теперь я знаю, что испытал Дан, когда нашёл Катю с Максимом! Хоть наши ситуации разные, но в обеих мы потеряли однажды любимых девушек, встретили их через время, и оба оказались отцами своих возлюбленных. Я даже не заметил, когда Иван Сергеевич покинул гостиную, заметил только его возвращение, мужчина спускался по лестнице второго этажа, взгляд его был хмурым. – Алёна спустится через десять минут, – сообщает дед моего сына и пройдя к дивану напротив, присел. Кивнул в ответ, запоздало замечая, что Алёны я ещё не видел. Всё моё внимание было сосредоточено на Глебе. Она спустилась раньше, бесшумно стоя на лестнице сверху, её первым заметил отец. Слегка бледная, взволнованная, и до жути напряжённая. Когда она спустилась, думал присядет рядом, но её отец усадил около себя. Образовалась тишина, заговорил первым, но успел сказать всё, что хотел, но почувствовал, как по ноге потекло что-то тёплое. Даже не сразу понял, что произошло, но, когда Глеб стал ёрзать и подниматься на свои ножки, а на брючине увидел тёмное, мокрое пятно, до меня наконец-то дошло. Наверное, кто-нибудь испытал бы отвращение, что на него помочился ребёнок, но меня такое чувство обошло стороной, лёгкий ступор от неожиданности из которого меня вывел хохот хозяина дома и слова извинения его жены. А дальше состоялся весьма трудный разговор, к которому казалось я был готов! Но вопросы, которые стала задавать Алёна, тяжёлым булыжником легли на душу. Я прекрасно понимаю её опасения после вчерашней ссоры с женой. Вчера наш разговор в кабинете не закончился, Марианна перед сном закатила ещё большую истерику. Пришлось вновь закрываться от неё, боялся снова поднять на неё руку, она говорила такие слова, от которых кровь стыла в жилах! Она стала бросать угрозы в сторону матери моего ребёнка, если «та» посмеет хоть раз оказаться рядом со мной. Обзывала маленького ребёнка, который совсем ни в чём не виноват «выродком». В какой-то момент мне показалось, что моя жена просто тронулась рассудком! Как может нормальный человек говорить такое? Да тем более женщина, которая сама мечтает родить ребёнка? Крики жены умолкли ближе к утру, видимо силы закончились, и она уснула. Утром перед тем, как отправиться на знакомство с сыном, нашёл Марианну в нашей с ней спальне. Она спала, свернувшись калачиком на нашей постели, тихо прошёл в спальню, накрыл её лежащим на полу одеялом, и также тихо вышел. Будить не стал, так же, как и говорить, куда я поехал, уверен, она продолжила бы скандал. Как бы я не пытался убедить Алёну, что Марианна не ничего не сделает Глебу, понял, что мне не удалось! На самом деле я и сам стал испытывать страх. Как оказалось я совсем не знаю свою жену, до вчерашнего дня я ещё не сталкивался с её тёмной стороной! А что, если она на самом деле исполнит свои угрозы? Этого не в коем случае нельзя допустить! Каким бы тяжёлым не состоялся разговор с Алёнкой, мне всё же удалось договориться мирно о встречах с сыном. Я буду приезжать через день, после работы, за несколько часов перед тем, как Глебу пара будет отправляться спать. Я ещё час провёл с Глебом, даже удалось покормить его тыквенным пюре и, к удивлению, остался чистым! Сын с аппетитом уминал пюре, что галчонок, широко раскрывая рот, когда я подносил ложку к его губам, а после стал тереть осоловелые глазки и похныкивая потянулся к маме. Попрощавшись до послезавтра, отправился в дом тестя и тёщи. Нам необходимо поговорить о Марианне и попросить помощи! С надеждой на понимание ситуации! В дом родителей Марианны заходил, играя желваками. Пока добирался до нужного адреса, собрал все возможные пробки города, но не это вывело из себя, разозлило! Марианна! Проснувшись и не обнаружив меня дома, жена вместо того, чтобы позвонить мне и узнать, где я, она стала названивать моему секретарю и выяснять, где её начальник! Не предупреждённая мною женщина ответила честно, что меня ещё нет на месте и она не знает где именно я нахожусь в данный момент. Надежда после ответа выслушала в свой адрес кучу оскорблений, Марианна обвинила не в чём не повинную женщину в покрывательстве своего мерзавца босса! Как только женщины «поговорили», Надежда тут же перезвонила мне и всё рассказала. Дозвониться до Марианны я не смог, она тупо не отвечала на мои звонки, и объяснения такому поступку не находились в моей голове. Что за идиотскую игру затеяла жена, понять не смог! – Виктор? – не ожидая увидеть в своём доме без предупреждения, тёща замерла, открыв мне дверь, – что-то случилось? По реакции тёщи понимаю, что дочка маме не звонила и ни о чём не рассказала, что ж, расскажу сам, так даже лучше, вдруг Марианна решить приукрасить всю ситуацию. – Случилось, – решительно перешагиваю порог квартиры, – Евдокия Митрофановна, Иннокентий Сергеевич дома? – сам закрываю за собой дверь. – Дома, – кивает женщина, смотря на меня встревоженным взглядом, – Вить, что-то с Марианночкой? – голос тёщи дрогнул. – Давайте пройдём в гостиную и позовите тестя, есть разговор, – скидываю туфли, и не дожидаясь приглашения, иду по коридору. Не с порога же мне всё выливать на женщину, что-то подсказывает, что новость тёщи не понравится и она встанет на сторону дочери. Это конечно хорошо, но не в данной ситуации! Всё-таки я не изменял её дочери, не предавал, так получилось, допущена ошибка, и таковы последствия. – Иннокентий! – слишком громко зовёт жена мужа, отчего морщусь, у матери с дочкой одинаковые голоса от которого я за последние сутки до ужаса устал. Тесть на зов жены появляется довольно быстро, в руках газета, очки чуть сдвинуты вниз с переносицы. – Виктор? – точно так же удивляется мужчина, как и его жена моему появлению. Да, я здесь не частый гость, в основном родители жены сами приезжают к нам, дабы навестить дочку, особенно в последние время, пока Марианне проводили процедуры ЭКО. – Добрый день, – протягиваю хозяину дома раскрытую ладонь, которую тут же пожимают. – Добрый? Что-то по твоему выражению лица и не скажешь, – хмурится тесть. – В какой-то степени он действительно не добрый. Я не просто так приехал, есть серьёзный разговор, и я рассчитываю на ваше понимание и помощь, – стараюсь говорить без той злости в голосе, что бурлит внутри благодаря его дочери. Супруги переглядываются, тёща заметно нервничает, тесть хмурится ещё больше. – Разговор касается Марианны? – присаживаясь в одно из мягких кресел и показывая рукой на соседнее, спрашивает мужчина. – И не только, – занимаю указанное место, тёща продолжает стоять, заламывая пальцы рук. – Тогда не будем тянуть, рассказывай, Виктор, с чем пришёл? Делаю глубокий вдох. – Хочу предупредить сразу, я вашей дочери не изменял, – слежу за реакцией родителей жены, они внимательно слушают, смотрят открыто в ответ, – но так получилось, – делаю ещё один вдох, – вчера я узнал, что стал отцом мальчика, которому и года ещё нет. – Что? – вскрикивает тёща и зажимает рот ладонями. Взгляд женщины ошарашенный. – Это шутка? – Что значит стал отцом? Летят одновременно вопросы от родителей жены. – Я похож на шутника? – спрашиваю у тещи, – то и значит, у меня появился сын, – уже тестю, – в клиники, где проводил ЭКО, была допущена серьёзная ошибка, перепутали материалы и в итоге от меня родила другая женщина…. В подробностях рассказываю, что и как произошло, как выяснилась вся правда. – Но это ещё не всё, я пришёл к вам за помощью… дело в том, что Марианна узнав такую новость требует вычеркнуть моего сына из моей же жизни, она угрожает навредить и ребёнку и его маме. Я прошу вас поговорить с дочерью, объяснить ей, что ребёнок не виноват, да и никто из нас не виновен. Марианне нужна помощь, мне вчера показалось, что она тронулась умом, когда кричала те страшные угрозы. От ребёнка я не откажусь, он мой, и не важно каким путём он появился, я буду учувствовать в его жизни, Марианна же против… – Бедная моя девочка! – перебивает вопль тёщи, – конечно она умом тронулась, да как ты мог так с ней поступить?! – вскакивает с дивана, – как ты мог?! – кидает непонятные обвинения. – Евдокия! А ну замолчи! Что за обвинения?! – гремит басом тесть. – Ойёй! Девочка моя! – не слыша мужа, продолжает тёща. – А как я поступил, Евдокия Митрофановна? – задаю резонный вопрос матери жены, – я не изменял вашей дочери, рассказал всю правду, не стал ничего утаивать, в чём вы меня обвиняете? – теперь я перебиваю женщину. Тёща ощетинивается, что дикая кошка. – Ты убил мою девочку своей никому ненужной правдой! Вот что ты сделал! Зачем ты ей всё рассказал? Ну появился у тебя на стороне внебрачный ребёнок, так держался бы язык за зубами! Зачем ты тащишь его в свою семью! Зачем делаешь нашей дочери больно? Она так хочет своего ребёночка, а ты… Звонкий удар пощёчины звоном отдаётся в ушах. Голос тёщи замолк и слышалось только тяжёлое дыхание тестя. – Я сказал тебе замолчать! Ты что такое говоришь, а? – нависая над тёщей, громко выговаривает тесть, – кто дал тебе право обвинять Виктора, когда он действительно не виноват? Кто дал тебе право решать, как ему поступать со своим ребёнком? Что за чушь, ты несёшь? Таким разозлённым тестя мне приходится видеть впервой! То, что он встал на мою сторону конечно радует, но вот, что тёща явно на стороне дочери, усугубляет ситуацию! Чтобы теперь не выкинула Марианна, её мать будет согласна с ней. – Ты меня ударил? – полушёпотом раздаётся голос тёщи, как только тесть замолкает. Да, я и сам такого не ожидал от тестя, но теперь понятно в кого Марианна, она за соями язык тоже вчера нарвалась. Но говорить об этом точно не стану, тёща ещё больше разозлиться. Если жена пожалуется, отвечу перед тестем, хотя вряд ли он мне скажет что-либо по этому поводу, знает он своих девочек куда больше, чем я. – Ты меня вынудила, я посчитал, что по-другому тебя не остановить! Слушать противно всё что ты тут наговорила! – всё так же зло, говорит тесть. Возможно бы мне сейчас следовало бы оттащить тестя в сторону, как-то заступиться за тёщу, всё-таки женщина, но понимаю, что лезть не стоит. – Ты считаешь, что я неправа? Ты на его стороне? На стороне предателя? – поднимает одну руку вверх, указывает на меня пальцем, другой рукой держится за пострадавшую щёку. – Да, я считаю, что ты милая, не права! И Виктор не предатель! Не стоит бросить обвинения в пустую! Я думаю, тебе необходимо пойти в комнату и успокоится, позже мы продолжим разговор, а сейчас я хочу поговорить с зятем и найти выход, как помочь нашей дочери не совершить страшных вещей! То-ли пощёчина тестя, то-ли его слова подействовали на женщину, но мать моей жены заворачивается и не глядя в мою сторону, чуть не бегом спешит в комнату. – Идём на кухню, Виктор, и извини Евдокию, она очень сильно любим нашу дочь, но даже это, к сожалению, не оправдывает её слов, – горестно вздыхает тесть. – Я понимаю, – больше на его слова сказать мне нечего. Мы уходим на кухню, чтобы продолжить разговор и решить, как можно успокоить Марианну.