Глава 27

Отпускает меня, отходит на шаг и кивает в сторону входной двери:

— Поехали.

Я же во все глаза смотрю на Огнева и затем спохватываюсь:

— А! Я поняла! Тебе нужно светиться с «невестой», чтобы в прессе был интерес и легенда удалась, да?!

Мой голос звучит бодро и задорно, но внутри все сжимается, потому что глупая девчонка только что себе чуть не нафантазировала все и побольше!

Огнев же вновь ухмыляется и подмигивает:

— Говорю же, ты умненькая, это радует.

Вот и все. Конец мечтам и надеждам. И сразу же перехотелось как-то смотреть комедию, просто появилось желание вернуться в свою комнату и уснуть, поспать подольше и проснуться где-нибудь в другом месте, а лучше в другой жизни, альтернативной реальности, где нет места Демиду Огневу.

Но это лишь мечты и желания, которым сбыться не суждено. Я понимаю, что с этим мужчиной у меня контракт, поэтому киваю.

— Хорошо. Мне нужно к себе в комнату на пару секунд, заберу сумочку — и можем ехать.

— Жду в машине. Не заставляй за тобой посылать Веру Ивановну.

— Не заставлю, — отвечаю уверенно и быстро поворачиваюсь, бегу к лестницам, а в глазах слезы жгут.

Залетаю в комнату, захлопываю дверь и с колотящимся сердцем спрашиваю себя:

— Что, черт возьми, со мной происходит?! Что?!

Ударяюсь затылком и прикрываю веки, но уже через мгновение беру эмоции под контроль и бегу в ванную комнату, где открываю новые коробочки с декоративной косметикой, использую немного туши, хайлайтера, румян и блеска для губ, провожу по волосам расческой, распускаю свои длинные прядки и в целом остаюсь довольной.

Платье не меняю, но забираю из гардеробной сумочку — не мою, дорогую брендовую. Балетки на ногах — и в целом образ готов, дополняю его легкой курточкой, получается слегка небрежно, но дорого, учитывая бренды, которыми буквально кишит гардероб.

Это не подарки. Это, что называется, уровень, которому должна соответствовать фейковая невеста олигарха. Я принимаю правила игры и спускаюсь на первый этаж, где встречаюсь с Верой Ивановной, которая идет с попкорном.

— Спасибо, уже не нужно, мы в кино с господином Огневым, — вещаю женщине, а потом спохватываюсь и возвращаюсь, забираю из рук оторопевшей экономки попкорн. — Ладно, в машине поем.

Наверное, я сказала ересь и в премиальных авто явно не едят попкорн, но мне нужно! У меня стресс!

Выхожу на улицу, водитель открывает дверь, я ныряю в салон автомобиля к ведущему переговоры по телефону Огневу. Не удивлена, что босс работает. Уже привыкаю к бешеному ритму этого мужчины.

Встречает меня выгнутой бровью, обращает взгляд на мой попкорн, но ничего не говорит, хотя я ожидала, что он просто возьмет из моих рук вкусняшку и выкинет из машины, но нет…

Под разговор Огнева машина трогается с места, а я смотрю в окно и медленно ем попкорн, пару штук от силы осилила и больше не лезет.

Если бы это было настоящее свидание, я бы, наверное, прыгала до потолка от счастья, потому что Демид…

Бросаю украдкой взгляд на собственного босса, и сердечко болеть начинает. Он красивый. Не слащавый, а мужественный. Такой образец брутальности, только губы у него кажутся пухлыми и мягкими. Одергиваю себя. Не должна я думать об этом всем, а еще нельзя влюбляться в человека, который тебя использует для своих целей. Но что сделать глупой девчонке, которая особо не имеет опыта общения с мужчинами?!

С этими мыслями мы приезжаем в самое сердце столицы, автомобиль останавливается у здания, полностью освещенного иллюминацией, на улице не протолкнуться, толпа зевак, камеры, репортеры.

Как раз к этому моменту Огнев заканчивает разговор, я все жду инструкций и четких ЦУ, но их не прилетает. Демид выходит из автомобиля первым, а я следом за ним выбираюсь, и я настолько ошеломлена, что даже забываю оставить попкорн в машине, но уже… поздно… повсюду щелкают затворы камер, как щелчки снимаемых с предохранителей винтовок, а потом весь поток света летит прямо в меня.

— Улыбайся, Инна. Показывай миру, насколько ты счастлива… — шепчет на ухо Огнев, а затем обнимает меня, прижимает к своему крепкому боку, демонстрируя, что я принадлежу ему, что я с ним пришла.

Я же держу обеими руками попкорн и действительно улыбаюсь, хотя страх окутывает и единственное, чего хочу, — это бежать отсюда со всех ног.

— Господин Огнев, ваша невеста со своим попкорном приехала на премьеру?! — летит в нас вопрос от ушлой журналистки, эффектной гиалуроновой красотки с огромном декольте на не менее объёмной груди.

— Да. Кино смотрят с попкорном, вы не знали? — улыбается Огнев, тактично ставя журналюгу на место, а дальше мы проходим по красной дорожке, и здесь каждая знаменитость считает за честь подойти и попозировать с нами. Я вижу всех, кого смотрела столько лет, кого видела на экране, и… поверить не могу в то, что это все реальность.

— Демид Константинович. Как я рад, что вы приняли приглашение! — К нам выбегает мужичок в очках, немного толстый и лысоватый.

— Благодарите Инну, если бы не она, меня бы здесь не было, — отвечает все так же спокойно Огнев, переводит стрелки на меня, и мужик, в котором я, кажется, узнаю известного продюсера, слюнявит мне руку.

Как интересно, секундой ранее он меня словно не видел, обращался всецело к Огневу, а сейчас буквально воспылал любовью… Пока я пытаюсь отнять свою несчастную ладонь, продюсер продолжает на меня наседать:

— Демид Константинович, ваша невеста роскошна, дорогая, не думали стать актрисой?

Чуть не прыскаю со смеха. Это он меня в актрисах видит?! Интересно, какие именно роли мне предстоит играть?! Разве что в комедии, но с этим я и в жизни справляюсь!

Вероятно, у меня такой пришибленный вид, что вместо меня отвечает Огнев, который буквально вынимает мою руку из цепкой клешни продюсера и отвечает не менее уверенно:

— Простите, Петр Валентинович, у моей невесты нет профессионального актерского образования.

В голосе Огнева проскальзывают предупреждающие нотки, но, кажется, продюсер их не слышит, продолжая:

— Ну что вы, Демид Константинович, я бриллиант и так вижу. Немного подтянем — и вуаля, суперзвезда готова.

— У Инны совершенно иная профессия, — повторяет Огнев, но мужичок не чувствует граней, продолжает и на сей раз на меня смотрит и выдает:

— Инна, дорогая, вы наш спор разрешите, у меня как раз для вас на примете роль, ответьте, вы видите себя в роли актрисы?!

Вскидываю брови и отвечаю с самым серьезным видом:

— Разве что погорелого театра.

Пауза после моего ответа длится секунды, а затем ее взрывает хохот мужчин.

— Да, господин Огнев! Я в восторге!

Продюсер ловит опять мою руку и буквально обслюнявливает, вновь вытаскиваю пальцы из захвата и на всякий случай беру Огнева под руку. Продюсер исчезает, а я неожиданно понимаю, что вся беседа проходила под прицелом камер, Демид же не теряется, прижимает меня к себе и целует в висок, улыбается на камеры, а у меня сердечко вновь и вновь от этого мужчины начинает биться сильнее.

Огнев увлекает меня внутрь кинотеатра, мы заходим в зал, а у меня глаза разбегаются от обилия звезд эстрады и кино, но что больше всего меня удивляет, это то, что все эти светские львицы и секс-бомбы ходячие смотрят на меня с какой-то яростью в глазах. Оценивающе так, словно пытаются понять, что именно я делаю рядом с Огневым.

У меня от таких взглядов даже мурашки по спине бегать начинают.

Хочется поправить волосы, а лучше вовсе слиться с сиденьем, исчезнуть.

И, будто бы считывая мою неуверенность, Демид наклоняется ко мне и целует, затем шепчет на ухо:

— Ты молодец, отлично держалась, а на этих шкур внимания вообще не обращай. Они тебе завидуют.

Чуть отклоняюсь и смотрю на Огнева, спрашиваю, улыбаясь:

— Завидуют, потому что такая клуша, как я, урвала Демида Огнева?!

Ухмыляется, выгибает бровь и отвечает совершенно серьезно:

— Нет. Они завидуют, потому что рядом со мной натуральная красавица, а не шкура, которая продается и покупается…

— Вообще-то, у нас договор, Демид, ты мою лояльность купил…

Прикусываю губу и смотрю во все глаза на Огнева, который заправляет прядь волос мне за ухо.

— Нет. Ты не продалась.

Не понимаю, что именно говорит Огнев.

И Демид поясняет:

— Ты только что прошла проверку на вшивость. Ты хоть знаешь, кто именно так затягивал тебя в актрисы?!

Качаю отрицательно головой и пожимаю плечами, Огнев же кивает и улыбается.

— Этот мужик по щелчку пальцев делает из пустышек звезд и обратно. Одно его слово — и любая из здесь собравшихся звезд лишится всего. Ни в один фильм не позовут, ни один контракт не будет подписан.

В шоке распахиваю глаза.

— Я и думать не могла, что все это настолько ужасно…

— Это бизнес, детка, завязанный на шоу, но бизнес, и здесь действуют все законы моего мира.

— Это была проверка… вот прямо сейчас…

— Еще чуть-чуть — и я почувствую себя в университете, на экзамене.

— Вся наша жизнь — экзамен, Инна. Иногда это просто экзамен на вшивость, так сказать.

— Как-то звучит не очень, — подхватываю игриво и беру попкорн, собираюсь закинуть себе в рот, но в эту секунду Демид ловит меня за запястье и забирает из моих рук соленую вкусняшку губами.

Этот жест настолько интимный, что на мгновение я замираю, при этом ощущаю, как мурашки бегут по моей коже, концентрируясь внизу живота.

Огнев же глаз с меня не сводит, вновь улыбается и пожимает плечами:

— Именно, сладенькая моя, это была проверка. Спонтанная, незапланированная.

Качаю в шоке головой, а Огнев проясняет:

— Любая из этих баб из трусов бы выпрыгнула за такое предложение, а ты отказалась…

— Я не актриса, Демид, да и… это не мой мир, эти софиты, внимание и прочие, да и сделал он мне предложение только из-за тебя.

Вновь вскидывает бровь.

— Из-за меня?!

— Конечно, чтобы ублажить твое самолюбие, а может, чтобы ты вложился в следующий фильм…

Огнев вновь тянет губы в улыбке и кивает:

— Вот что мне в тебе нравится, малышка.

— Что именно?! Что я говорю правду в лицо?!

— И это тоже, но больше всего меня заводит твоя искренность, а еще умна… с одной стороны, наивняшка, а вот сейчас не по годам разумная девушка, именно это твое качество меня и зацепило на собеседовании…

— Еще чуть-чуть, Демид, и я поверю, что действительно тебе нравлюсь…

Пытаюсь пошутить, но неожиданно мужчина подается вперед и прежде, чем поцеловать, выговаривает мне прямо в губы:

— Да, Инна, ты мне чертовски нравишься…