Глава 36

Стук в дверь повторяется, сердце пропускает удары. Медленно облизываю губы и разворачиваюсь, возвращаюсь внутрь. Закутываюсь в халат покрепче, пытаюсь собраться с эмоциями. Вспоминаю про чай, который мне советовала вечером выпить домработница.

— Эмма, это вы?! — спрашиваю, открываю дверь и замираю. — Демид?! — срывается с губ.

Замираю. Рассматриваю Огнева, который стоит, опершись ладонью о дверной косяк. Выглядит расслабленным, но… кажется, это впечатление ошибочно.

Влажные после душа волосы, серые домашние штаны и расстегнутая рубашка, накинутая не широченные плечи… голый пресс, который заставляет меня сглотнуть, широченная грудь мужчины притягивает мой взгляд как магнит…

— Не спишь? — произносит хрипловато.

— Не получается, — почему-то шепчу в ответ.

Уголок его губ едва трогает тень улыбки, но в глазах проскальзывает такой знакомый хищный блеск, от которого у меня подкашиваются ноги. Сглатываю, в горле пересохло.

— Пригласишь?! — он кивает внутрь.

— Я… Демид…

Пытаюсь облечь разбегающиеся мысли в слова, но в итоге лишь отступаю, пропуская Огнева. Он закрывает дверь за собой.

Воздух в комнате становится словно плотнее…

— Ты… хочешь что-то обсудить?! — задаю вопрос, переминаюсь с ноги на ногу. Демид же рассматривает комнату, затем оборачивается ко мне. Вновь окидывает меня внимательным взглядом.

— Как сказать… — отвечает странно.

— Тебя что-то тревожит?

— Нет. Просто… хотел тебя увидеть.

— Меня?! — пытаюсь засмеяться, но плохо получается. — Ну… вот меня тоже мучают мысли, мама говорила, что в таких случаях нужно выпить горячее молоко, тогда можно будет уснуть…

Ухмыляется, глядя на меня.

— У меня есть другая методика, чтобы хорошо спать, — отвечает так, что у меня по спине мурашки бегать начинают.

— Какая? — спрашиваю чуть с запинкой.

Демид же ухмыляется, делает еще один шаг в мою сторону, приближается.

— Я покажу… — отвечает уверенно, смотрит в мои глаза. Понимаю, на что именно намекает Огнев, и меня… окутывает паника, а еще… страх… и смущение…

Я, встрепенувшись, пытаюсь достучаться до этого несносного мужчины:

— Демид… так нельзя… мы в доме твоего дедушки!

— Ты у меня скромница, да, Инна?! — спрашивает игриво, при этом наклоняется и делает глубокий вдох рядом с моим виском, заставляет меня всю покрыться проклятыми мурашками!

— Дема… — шепчу едва слышно…

Медленно поднимает руку и касается кончиками пальцев моей нижней губы, а меня прошибает током до пят.

— Как ты меня назвала? — спрашивает тягуче.

— Дема… — повторяю и будто бы подпадаю под гипноз этого магнетического мужичины, — извини… если не должна… сорвалось с языка…

Не отвечает, притягивает меня к себе резко и шепчет мне в губы:

— Мне нравится… но еще больше понравится, когда ты будешь кричать мое имя…

Не успеваю среагировать, как сминает мои губы в жестком поцелуе, халат съезжает с плеча, горячая ладонь ложится мне на шею.

— Черт. Хочу тебя… Сил нет… — выговаривает зло. Рвано. Поцелуй жесткий. Глубокий. Жадный.

— Демид… я… Дема… — выговариваю хрипло, все еще пытаюсь сопротивляться магнетизму и животной страсти этого мужчины.

На мгновение отстраняется от меня, в глаза мои заглядывает:

— Только не говори, что нужно остановиться, — произносит жарко, глаза голодные…

Вспоминаю, что именно делал Огнев в самолете, мое тело изнемогает от ответной жажды и желания… Хочется заорать, чтобы ушел, и вместе с тем мои пальцы буквально вцепились в сорочку мужчины.

У меня голова кружится и… я сдаюсь… не могу отрицать очевидное.

— Не нужно останавливаться, — шепчу надрывно, — только не останавливайся.

Рык в ответ. Демид тянет меня к себе, снова целует. Его руки такие сильные, жесткие, и вместе с тем прикосновения безумно нежные…

Я чувствую его грудь под ладонями, запах кожи чуть терпковатый, сводящий с ума, с ароматом древесного геля для душа.

— Хочу тебя, мышка…

У меня перехватывает дыхание, ноги становятся ватными. Кажется, что сейчас упаду. Но сильные руки удерживают меня практически на весу, пока горячий и жадный рот запечатывает мой поцелуем.

Впиваюсь пальцами в сорочку Огнева, царапаю литую грудную клетку, поддаюсь на этот адский магнетизм. Пульс сходит с ума. Демид одним резким движением поднимает меня на руки, несет в кровать. Движения размеренные. Уверенные.

Резко падаем на кровать, и Демид нависает надо мной, одним движением разводит мои ноги и вклинивается, и вновь целует, пальцы скользят по моим ногам, замирают, и Демид выдает жарко, глядя мне в глаза сумасшедшим взглядом:

— Ты все-таки без белья…

— Огнев, я, вообще-то, после душа и спать собралась!

Смотрит мне в глаза, тоже улыбается, отвечает игриво:

— Ну… могла и трусики натянуть, но… я по контурам пытался понять…

Делает пальцами движение, и меня уносит… замираю, дыхание сбивается в рваные, короткие вдохи.

— Дема… — выдыхаю, и голос звучит так тихо, что я сама едва себя слышу.

Демид резко перехватывает мои запястья, пригвождает к подушке одной рукой, а второй оголяет мое тело, сдергивает полы халата. Его пальцы горячие, сильные, но в этом захвате нет грубости, только уверенность, которую я ощущаю каждой клеткой.

— Мне нравится твое тело, Инна… Не прячься от меня, — произносит хрипло.

Он снова склоняется ко мне, медленно, чертовски медленно, будто смакует происходящее. Губы Демида скользят по моей шее, оставляя горячие поцелуи-укусы, он мою кожу метит, оставляет свои следы.

Я выгибаюсь в руках опытного мужчины, меня накрывает чувственным экстазом напополам со смятением и стыдом…

В какой-то момент слишком громко вскрикиваю и сама пугаюсь.

— Демид! Так нельзя… Федор Ильич…

Кусает меня в губу и отвечает хрипло:

— В постели со мной не стоит вспоминать про моего деда… Инна…

— Мы в доме твоего деда… а ты…

— Уже поздно думать об этом, мышка. — Поцелуем касается моих губ, будто подтверждая каждое слово. — Я тебя хочу. И ты меня тоже.

— Демид… я… чувствую себя обманщицей… и… что подумают…

— Прекрати… Инна… ты слишком много думаешь! Понимаешь?! Но я знаю, как тебе отключить мозги…

Вновь улыбается и… такой Демид… он другой… завораживающий…

Я вглядываюсь в глаза своего первого мужчины и просто понимаю, что пропала. Окончательно и бесповоротно!

В какой-то момент я просто теряю связь с реальностью, начинаю стонать и отвечать на жаркие поцелуи и прикосновения…

— Дема… — снова срывается с губ стоном.

— Вот так… — произносит с жаром, — только для меня…

С рыком раздвигает мне ноги, отпускает руки из захвата, и я сама тянусь к Демиду, пальцы путаются в его волосах, притягиваю мужчину, отвечаю на поцелуй.

— Демид… послушай… это все слишком далеко зашло…

Пытаюсь донести свои мысли, свои страхи до Огнева, потому что это он пользуется моим телом, он… со мной контракт заключил, а я… я влюбилась… я не могу так…

В моих глазах рождаются слезы, капелька почти скатывается по виску, но мой генеральный наклоняется и ловит ее кончиком языка.

— Ты вкусная, Инна, чертовски вкусная… Я от тебя с ума схожу… — выговаривает хрипло, а затем короткое движение — и Демид заполняет меня одним мощным движением, выбивает хриплый стон, и я закатываю глаза от наслаждения.

Демид берет и дает, заставляет меня чувствовать… И все внутри меня становится кристально ясно. Я хочу этого мужчину. Не просто физически. Это тяга, это… нечто большее… Я хочу его так, что страшно признать даже самой себе.

— Вот так, маленькая моя… конфета вкусная… — шепчет, будто в горячке, и в глазах Демида вспыхивает какое-то чувство, очень напоминающее бешеную одержимость…

У меня внутри все сжимается, будто пружина натягивается… Это ощущение наполняет меня с каждой секундой все больше, пока наконец я не взрываюсь, не разлетаюсь осколками, и Демид ловит мой крик своими губами, не сбавляет оборотов и тоже ловит свой кайф, а до меня… до меня доходит, что Огнев опять не предохранялся, а я… так и не побывала у его врача…