Глава 32

Не придумав ничего умнее, Тоня вызвала такси на адрес Каримова (благо тот автоматически сохранился в приложении на ее телефоне), и вышла за территорию профессорского дома, напряженно ожидая подачу машины. Улица встретила ее практически шквальным ветром. Вокруг царили холод, слякоть, и предрассветные сумерки. И даже достаточно теплая одежда не согревала в полной мере. От каждого порыва ветра, пронизывающего насквозь, ее кожа покрывалась крупными мурашками. Зябко поежившись, Антонина принялась расхаживать из стороны в сторону, дабы не околеть окончательно до приезда такси. К счастью, спустя несколько минут, в паре метрах от нее остановился нужный автомобиль. Муравьева пулей влетела в салон, и попросила водителя включить обогрев на полную мощность.

Тот не задавал лишних вопросов. Просто выполнил ее просьбу, и тронулся с места. Напоследок взглянув на особняк, в котором провела чуть менее суток, Тоня что было мочи вцепилась в свою несчастную сумку, сдерживая вопль, рвущийся из груди. Внутри все предательски сжималось, и вибрировало от напряжения, точно новогодняя петарда, готовая взорваться в любой момент.

Мысли, хаотично роившиеся в голове, порождали раздрай и смятение в душе.

Воспоминания возвращали ее обратно. На несколько часов назад. К нему. К Егору. Точно со стороны наблюдая за всем происходящим, и раз за разом прокручивая события прошедшей ночи в своей голове, Тоня чуть ли не до крови кусала собственные губы. Было стыдно. Было странно. Было страшно. Лежа на полу в объятиях Стрельцова, абсолютно голая, и намертво пришпиленная к его мощному телу, к его широкой размеренно вздымающейся груди, она испытала настолько яркие и острые эмоции, что самой себя испугалась. Они не имели никакого отношения к сексу, или возбуждению. Нет. То было… нечто иное. Будто дура конченная, она наслаждалась ароматом этого мужчины. Его временной властью над ней. Его запретной близостью.

И буквально млела, ощущая, как его горячее дыхание щекочет ее кожу.

«Интересно, сколько девушек думали точно также, засыпая рядом с ним?»

На самом деле, она не хотела это знать. От подобных рассуждений ей становилось дурно. А от осознания собственной глупости, еще и мерзко.

- Въезд на территорию общежития закрыт, - вернул к реальности голос водителя. – Придется высадить вас здесь…

Антонина не возражала. Поблагодарив мужчину, проворно выбралась из машины, и огляделась по сторонам. Она прекрасно понимала, что попасть в общежитие сможет только ближе к вечеру. И заявилась сюда лишь по одной причине: в соседнем здании располагалось уютное кафе, которое начинало свою работу с самого раннего утра. Из-за чего пользовалось у студентов особой популярностью. Ведь позавтракать тут можно было вкусно и недорого.

Недолго думая, Тоня направилась именно туда. Учитывая время визита, она оказалась первым и единственным посетителем. Облюбовав столик у окна, девушка избавилась от верхней одежды, и обессиленно опустилась на бирюзовый кожаный диванчик, ожидая внимания официанта к своей скромной персоне. Ждать долго не пришлось. Вскоре к ней подошел молодой человек, в котором она неожиданно узнала своего одногруппника, Савелия Зотова.

- О, Тонечка! – отсалютовал он ей, лучезарно улыбаясь. – Утро доброе!

- Привет! – удивленно. – А ты что тут делаешь?

- Работаю! – тихо рассмеялся парень, протягивая ей меню.

Взяв его, Муравьева не смогла сдержать любопытства:

- Так ты же в ночном клубе охранником работал, или я что-то путаю?

- Все верно, - кивнул Савелий, ничуть не смутившись. - У меня две работы. Денег много не бывает, знаешь ли. Особенно, если твоя девушка выросла в роскоши, и не привыкла отказывать себе в чем-либо. Нужно соответствовать.

- Хм! Похвальное рвение!

- Спасибо. Ну, что? Готова сделать заказ?

***

- Да, - улыбнувшись, Тоня вернула парню меню, так и не открыв его. – Я буду кофе, и… блинчики. А лучше, просто блинчик. Без начинок. Без добавок.

- Что, голяк перед стипендией? Жесткая экономия?

- Типа того!

- Знакомо. Проходили. Передаю заказ на кухню. Скоро все будет готово.

Поблагодарив одногруппника легким кивком, Антонина потерянным взглядом уставилась в окно, вновь задумавшись о своей жизни. И о роли Егора в ней.

В сознании без конца звучали его слова. Требования. Угрозы. Обещания.

Тяжело вздохнув, она схватилась за голову, и зажмурилась, четко понимая:

«Я запуталась. Я совсем-совсем запуталась!»

Как раз в этот момент в сумке зазвонил телефон, вынуждая девушку вздрогнуть от неожиданности. Добравшись до гаджета, она напряженно уставилась на сверкающий экран. С ней прямо жаждала поговорить Юля.

Чувствуя вину за свой трусливый побег, Антонина приняла вызов.

И в ту же секунду услышала взволнованное:

- Тонь? А ты где?

- Привет! – отозвалась она, мечтая от стыда сквозь землю провалиться. – Юль, тут такое дело… извини, что не предупредила, но мне нужно было уехать, и…

- Куда уехать? – возмутилась Попова.

- В общежитие.

- Какое общежитие? Его откроют только вечером!

- Не страшно. Я найду, где перекантоваться это время.

- Тоня…

- Прости! Я не могла больше злоупотреблять вашим гостеприимством!

Из динамика раздался тяжелый вздох малявки. Затем чертовски искреннее:

- Я волнуюсь за тебя!

- Знаю.

- Это все из-за Егора? Ты сбежала из-за него?

- Нет! С чего бы вдруг?

- С того! - прозвучало заговорщицки. – Спустившись в гостиную некоторое время назад, вместо тебя я обнаружила Стрельцова. На полу. Без одежды.

- О, нет…

- Если Марат узнает, что я видела голую задницу его друга, мне конец!

- Только задницу, надеюсь? – голосом, полным жгучей ревности, уточнила Тоня. Попова же яростно прошипела:

- Мне хватило и этого зрелища, чтобы стать потенциальной заикой!

- Господи, какой стыд! Аж сдохнуть хочется!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​В трубке повисло тяжелое молчание.

Однако спустя некоторое время малявка заговорила вновь:

- Ладно, забыли. Скажи лучше, где ты сейчас? И какие планы у тебя на день?

Нервно обмахивая себя салфеткой, Тоня призналась:

- Пока посижу в нашем местном кафе. Подожду, когда откроются все крупные магазины. Потом прогуляюсь по торговым центрам.

- Ясно.

- Юль?

- М-м-м?

- Он… сильно злился?

- Почему ты говоришь об этом в прошедшем времени? – удивилась подруга. – Он и сейчас в бешенстве!

Тоня застыла, точно громом пораженная. Холодок промчался вдоль ее позвоночника. На щеках вспыхнул болезненный румянец. Она уже собиралась завалить Попову огромным количеством извинений, но внезапно услышала на заднем фоне голос Серпа. Он что-то сказал ей, и Юля сбивчиво затараторила:

- Эм… знаешь, мне нужно идти. Дела. Но ты звони, если понадобится помощь.

Не дожидаясь от нее какого-либо ответа, Юлька сбросила вызов.

Антонина же, отчаянно застонав, спрятала пылающее лицо в ладонях.

«Ужас какой! Я всю ночь кувыркалась с чужим мужиком в чужом доме!»

Ее самобичевания были прерваны появлением Зотова. Одногруппник водрузил на стол рядом с ней ароматный борщ, пампушку, блинчик и кофе.

А на ее удивленный взгляд лишь пожал плечами:

- Комплимент от заведения. Ешь. Это вкусно.

- Савелий…

- Не упрямься, ладно? – возразил он, добродушно. – Позволь мне угостить тебя. Не ищи подвохов. Иногда тарелка супа, это просто тарелка супа.

***

Она уставилась на парня, не понимая уже ровным счетом ничего.

Молодой человек рассмеялся, присаживаясь на противоположный диванчик:

- Я не подкатываю к тебе, не подумай! Просто… сам пару раз оказывался в похожей ситуации. Когда в карманах пусто, а до стипендии еще далековато. В общем, не убудет от меня. Ешь. И не переживай, об этом никто не узнает!

Расчувствовавшись, Тоня задумчиво покачала головой.

- Господи, Зотов… чем дольше знаю тебя, тем сильнее убеждаюсь, что ты – мужчина с большой буквы! Твоей избраннице можно лишь позавидовать!

От его улыбки не осталось и следа. Лицо сделалось печальным и угрюмым.

- Все отдал бы, чтобы хоть раз услышать от нее нечто подобное. Но увы. Дочь успешного бизнесмена крайне сложно удивить. Да и чему тут завидовать? Для них я – обычный нищеброд, не способный обеспечить свою девушку. Не более. Сам факт того, что она обратила на меня внимание – уже чудо!

Тоня слушала его крайне внимательно, и не перебивала, интуитивно ощутив, что парню очень нужно выговорится хоть кому-то. Он говорил много, долго, эмоционально, но без имен, без осуждения и переходов на личности. И закончил свой рассказ фразой:

- Радуйся. Тебе в этом плане повезло куда больше. Твой-то мажор без ума от тебя. Ваши чувства взаимны. Вы любите друг друга, и…

Судорожно всхлипнув, Тоня торопливо спрятала лицо в ладонях:

- Я… знаешь, я уже не уверена в этом! Совсем не уверена!

- Не уверена в чем? – вкрадчивый шепот.

- В том, что мы любим друг друга. В том, что я его люблю. Как… мужчину.

- С чего вдруг такие серьезные сомнения?

- Денис предложение мне сделал, - призналась Антонина. – А я разозлилась из-за этого. Разругалась с ним в пух и прах. И отказалась выйти за него.

- Охренеть! Но почему? У тебя… появился другой?

Поразмыслив секунду, Тоня сокрушенно кивнула, подтверждая догадки Савелия. Чувствуя, как сильно защипало в глазах, часто заморгала.

- Не просто появился – этот придурок ворвался в мою жизнь, как чертов ураган! Самовольно. Без спроса. Ты даже не представляешь, сколько у меня из-за него проблем. Родная мать отказывается знать меня. Не звонит. Не пишет. Не разрешает приезжать домой. А я… я так скучаю по ней!

Она резко замолчала, когда одинокая слеза скатилась по ее щеке.

- Тише, - мягким, почти невесомым прикосновением, Зотов насухо вытер ее лицо от соленой влаги. – Это плохо! Но все будет хорошо. Вот увидишь!

Тоня благодарно улыбнулась ему, сжимая в ответ его руку. И тут же вздрогнула от неожиданности, услышав над ухом ледяной голос Егора:

- Могла бы и сказать, что идешь на свидание! Я лично привез бы тебя!