Глава 41

В общежитие девушка вернулась поздним вечером. Мягко притормозив у главного входа, Егор тяжело вздохнул, без энтузиазма разглядывая старое обшарпанное здание. Сжав губы в тонкую линию, он недовольно проворчал:

- Уверена, что не хочешь остаться сегодня у меня?

- Конечно! – незамедлительный кивок.

Стрельцов избавился от ремня безопасности, и угрожающе навис над ней.

- Подумай лучше, - проник в сознание его низкий рокочущий голос. Голос, от которого Тоня ощущала себя оголенным проводом, подключенным к электросети – искрящимся, и гудящим от напряжения. – Одно твое слово, и я… увожу тебя обратно! Что скажешь?

Девушка сглотнула, взывая к жалким крупицам своего самообладания.

Вернуться с ним назад? Встретить утро в его доме? В его постели?

Заманчивая перспектива. И пугающая одновременно. До головокружения.

С одной стороны, хотелось плюнуть на все, и поддаться уговорам. С другой – останавливало что-то. Сиюминутный страх, возможно. События последних двух дней откровенно обескураживали ее. Все происходило так быстро, так стремительно, что не укладывалось в голове. Нет. Остаться у него с ночевкой прямо сегодня Тоня не могла. Не рискнула. Ей требовался перерыв. Крохотная передышка. Глоток свежего воздуха. И немного времени наедине с самой собой. Со своими мыслями и чувствами. Потому-то она и засобиралась в общежитие, сразу после звонка Закеевой. Соседка не горела желанием, отмывать их комнату после санобработки в гордом одиночестве, и это было Тоне лишь на руку. Трусихой. Она оказалась самой настоящей трусихой, запутавшейся в собственных эмоциях. И желаниях. Естественно, удерживать ее силой Егор не собирался. Однако и отпустил далеко не сразу. Только когда за окном стемнело, а стрелка часов перевалила за девять вечера. Окончательно убедившись в твердости ее решения, он вызвался лично доставить Антонину к «пункту назначения». И, собственно, доставил. Но прощаться с ней, все же не спешил. Удерживая в плену своих неестественно сверкающих глаз, настойчиво попытался переубедить ее, и снова заманить в свое логово.

Туда, где так уютно, просторно и светло. Но Тоня загадочно улыбнулась в ответ, и заговорщицки шепнула, качая головой:

- А говорил, что не хочешь торопиться…

Хмыкнув, Егор избавился от ремня безопасности, и лениво подавшись вперед, скалой навис над ней, вынуждая рефлекторно вжаться в спинку кресла.

- Я много чего сегодня говорил, - тяжелая мужская ладонь легла ей на макушку. Легкие поглаживания отозвались россыпью мурашек, табуном промчавшихся вдоль позвоночника. – Непривычно много. Но от слов своих не отказываюсь. И от предложений, кстати, тоже!

Удивляя саму себя, ибо прежде столь нежных ноток в своем голосе никогда не замечала, Тоня пролепетала, в ответ играя с крупной пуговицей на его пальто:

- Я пойду, Егор. Мне уже… пора.

- Ну, так иди, раз пора! - отозвался он, противореча самому себе.

Ведь его пальцы в волосах сжались чуть сильнее, будто удерживая ее.

Всячески игнорируя данный факт, девушка натянуто улыбнулась.

- Пока? – сорвалось с пересохших губ, которые она машинально увлажнила.

Взгляд Стрельцова – масляный, посоловевший, тут же метнулся к ним.

А секунду спустя Тоня услышала почти безразличное:

- Угу!

Встрепенувшись, и явно делая над собой усилие, Егор убрал руку. И сразу стало как-то… не так. Одиноко, пусто и холодно. Озадаченно нахмурившись, ибо ощущения ее откровенно настораживали, Тоня зябко поежилась.

Не могла же она, впасть в зависимость от его прикосновений так быстро?

Ведь, не могла же, правда? Превозмогая предательскую дрожь во всем теле, Муравьева вцепилась в свою сумочку. Покосившись на мужчину – задумчивого, притихшего и хмурого, как можно искреннее произнесла:

- Спасибо!

- За что? – Стрельцов лишь удивленно вскинул брови. Будто и правда не понимал. Либо попросту не придавал значения своему поступку. Но Тоня придавала. И очень-очень большое. Потому и пояснила с готовностью:

- За все. За сегодня. Ты приютил меня. Выручил в трудную минуту и…

- Прекрати! – отмахнулся мужчина. – Это меньшее, что я мог сделать.

- И тем не менее, я тебе благодарна, - нервный смешок. – Просто знай!

Ничего не ответив, он выразительно кивнул. А большего ей и не требовалось.

Посчитав момент идеальным для прощания, она схватилась за ручку.

Но распахнуть дверцу автомобиля не успела. Егор пленил ее подбородок своими стальными пальцами. Его частое горячее дыхание, смешанное с ароматом недавно съеденного мятного леденца, опалило ее нежную кожу.

- Будь умницей, ладно? – ударило в голову, точно обухом. – Не ищи неприятности на свою обворожительную задницу. Постарайся не встревать в истории, которые вредят тебе. Очень прошу! Это несложно. Я пропаду всего на пару дней. Нужно в срочном порядке завершить все горящие проекты. А в идеале, попутно заграбастать еще несколько крупных заказов, оставив с носом наших конкурентов. Я буду загружен работой с утра, до позднего вечера. Но… если вдруг понадоблюсь тебе… звони. В любое время! Ты поняла меня?

- Да.

- Вот и хорошо, – его улыбка напоминала хищный оскал, и порождала в душе самый настоящий трепет. – Вот и славно. А теперь…

- Чт-то, теперь?

- Поцелуй меня!

***

От желания подчиниться, у нее затрепыхалось сердце. Во рту пересохло. Дыхание сбилось. Она почти выполнила просьбу Егора. Безропотно подалась вперед, дерзко врезаясь грудью в каменный мужской торс. Подобно ластившейся кошке, потерлась своей гладкой щекой о его колючий подбородок, и застыла в жалких миллиметрах от порочных губ. Жестких. Четко очерченных. Горячих. О, их хотелось целовать. Действительно, хотелось. Но внезапно в ней проснулась бунтарка, дремавшая так долго.

Тоне вдруг вздумалось… подергать этого хищника за усы. Вывести на эмоции, и будь, что будет. Не успев толком все обдумать, поддавшись необъяснимому порыву, в самый последний момент она отпрянула от Стрельцова. Пользуясь его секундным замешательством, звонко рассмеялась, и пулей выскочила из машины. А после, приложив к губам указательный и средний палец, послала ему на прощание… чувственный кокетливый, но лишь воздушный поцелуй.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Егор ее выходку по достоинству не оценил. Угрожающе зарычав, шибанул по рулю, и… запоздало догадавшись о его намерениях, Тоня взвизгнула, и помчалась прочь, продолжая хохотать, точно сумасшедшая. Громко. Задорно.

Однако ее побег был предотвращен. Грубо и бесцеремонно. Стрельцов оказался быстрее. Решительнее. Сильнее в конце концов. Он просто схватил ее за талию, и оторвал от земли с такой легкостью, будто она вообще ничего не весила. Ощутив, что лишается опоры, Тоня инстинктивно обняла его за шею. Перехватив девушку поудобнее (под ягодицами), мужчина поднял ее еще выше над землей. Теперь ее ноги заканчивались на уровне его колен.

А сама Тоня оказалась выше Егора почти на голову. Глядя на нее снизу вверх – свирепо и грозно, громко хватая воздух носом, он процедил сквозь зубы:

- Я жду!

- Чего? – отозвалась она, утопая в его взгляде, и заведомо зная ответ.

- Явно не второго пришествия! – бросил раздраженно. – Действ…

Не в силах противиться, Тоня припала к губам Стрельцова еще до того, как он закончил фразу. Сперва мягко. Затем более настойчиво. Жадно. С тихим стоном. Ее лихорадило от осознания происходящего. Кидало то в жар, то в холод. А Егор… он просто сминал ее губы в ответ. И делал это так дико и необузданно, словно пытался насытиться впрок. На несколько дней вперед.

И сжимал в своих стальных тисках все сильнее, и сильнее. Вынуждая млеть от этого натиска. Вынуждая терять себя, и растворятся без остатка в этом омуте.

Но в какой-то момент все закончилось. Стрельцов отстранился, аккуратно поставил ее на землю, и отступил на шаг. Лишь спустя пару ударов сердца Тоня поняла, почему. Громко хлопнула внутренняя общажная дверь, и вскоре на крыльцо высыпала толпа студентов, решивших прогуляться перед сном.

Они-то и разрушили наваждение, пленившее их обоих. Пытаясь отдышаться, Муравьева одернула задравшееся пальто, поправила волосы и выпалила:

- Ну… теперь-то мне точно пора!

- Да, я понял.

- Пойду.

- Иди.

- Спокойной ночи!

Егор загоготал, запрокинув голову. А после, совершенно беззлобно заявил:

- Обойдешься, зараза мелкая! Никакой тебе спокойной ночи! Ворочайся с боку на бок, и сходи с ума от бессонницы. Хоть раз почувствуй себя в моей шкуре!

- Ага, конечно! - она демонстративно фыркнула, направляясь ко входу в общежитие. – Так и знай: я усну, едва коснусь головой подушки!

В общежитие Тоня влетела со скоростью пушечного ядра. Не чувствуя земли под ногами, стремглав помчалась по лестнице на свой этаж, никак не реагируя на оклики и приветствия знакомых, слоняющихся по коридорам. Улыбка не сходила с ее лица. Сколь бы сильно девушка ни пыталась обуздать эмоции, но… думая о Егоре, один черт улыбалась. Причем, все шире и шире. Оказавшись в комнате, она прикрыла за собой дверь, и тяжело вздохнув, прильнула к ней спиной. Прокручивая в памяти события последних двух дней, не могла поверить, что все это приключилось с ней на самом деле. Не во сне.

Погруженная в свои переживания, Тоня даже не заметила Эльвиру, раскладывающую что-то на обеденном столе. А вот соседка отреагировала на ее появление мгновенно. И теперь, отбросив в сторону все дела, скрестив руки на груди, с небывалым интересом за ней наблюдала.

- Привет, пропажа! –протянула она загадочно. – Это где ж тебя носило?

Сбросив с себя оцепенение, Антонина швырнула сумочку на ближайший стул, разулась, принялась расстегивать пальто, и отозвалась, неизменно улыбаясь:

- Да, так… гуляла. Воздухом дышала.

Удовлетворившись ответом, Эля продолжила свое занятие.

Затем, водрузив на стол пластиковый контейнер, поинтересовалась:

- Ты ужинать будешь? Мама бишбармак передала. Вкууусный!

- Нет, спасибо. Я не голодна. Да и поздно уже.

Намереваясь как можно скорее завалиться на кровать, Тоня прошествовала в основную часть комнаты, и застыла на месте истуканом, уперевшись взглядом в огромный букет цветов, красующийся в банке на ее тумбочке. На ней же лежала небольшая подарочная коробка бардового цвета. А рядом – белая атласная лента. Изумленно пискнув, она резко развернулась лицом к подруге.

- Это… что такое? – прокаркала не своим голосом. – От кого?

- А мне-то откуда знать? – отмахнулась Закеева. – От Дениса, наверное. Доставили курьером около часа назад. В букете есть записка. Я ее не читала. Но ты не переживай, я все сделала по нашей старой схеме. Представилась твоим именем, и все документы за тебя сама подписала. Вручили без проблем. Правда, мне пришлось и коробку с подарком вскрыть. Я должна была понимать, за что расписываюсь. Тоня, смотри скорее! Там такая красота!