Глава 33

Тили удобно расположилась на размеренно вздымающейся груди Кристафора, рисуя незамысловатые фигуры пальчиком по его обнаженному торсу.

Эта ночь была волшебной. Удивительной. Пьянящей.

Словно кто-то свыше отозвался на молчаливую мольбу двух рвущихся друг к другу сердец, раскрывая им неограниченные возможности наслаждений и удовольствия.

Сразу после признаний, что томились в их душах, Крис подхватил Тили на руки, унося в спальню. Он плавно опустил её на огромное ложе, начав лихорадочно скидывать с себя одежду, пока Илотилас также судорожно стаскивала с себя брюки, жилетку и блузку. Мужчина оказался быстрее, и когда предстал перед ней во всей красе, на Тили все ещё находилось нижнее белье, девушка думала сама справиться с застежками, но вспыхнувшие в свете разожженного камина зеленые глаза, осматривающие каждый миллиметр светлой кожи, и тихое: «Позволь мне», заставило её замереть. Под его жаждущим взглядом она покрылась мурашками, а первое осторожное прикосновение к коже над грудью послало разряд тока в нервные окончания, и Тили прикусила губу, чтобы сдержать рвущийся наружу стон.

Он всего лишь невинно коснулся её, а она уже горела от желания. Всего лишь легкие переборы длинными пальцами, а казалось, будто он оставляет за собой шлейф из высеченных до белого каления отметин.

Она жаждала его меток. Сходила с ума от предвкушения. И не могла справиться с прерывающимся дыханием от зашкаливающего пульса.

Бюстгальтер улетел за пределы видимости, и на смену ему тут же пришли твердые губы, взявшие в плен поочередно каждый сосок. Он зажимал их зубами, лаская языком, пока руки смело гладили пылающее тело, откликающееся на каждое движение умелых пальцев.

От груди поцелуи проследовали ниже, к тонкому кружеву, которое, поддаваясь все тем же зубам, скользнуло ниже. Он раздевал её без рук, позволяя ладоням лишь следовать за маленьким и последним атрибутом её белья. Массируя бедра, колени и голени. Когда маленькая белая тряпица соскользнуло с её пальчиков, позволяя лицезреть наконец девушку такой, какой сотворила её природа, Крис на мгновение замер. Зеленые глаза постепенно заволакивал темный туман, а напряженно покачивающийся член, что красноречиво был вздыблен в её направлении, говорил о намерениях мужчины лучше всяких слов.

Да и какие слова были нужны, когда от сексуального напряжения, царившего в спальне, воздух будто потрескивал, а из горла вырывались хриплые вздохи?

На большее оттягивания единения ни он, ни она не были согласны. Итак маленькая прелюдия, что тягуче медленно распаляла молодые тела, сладким медом разливалась по венам, заставляя бросаться друг к другу.

Их первое воссоединение нельзя было назвать нежным.

Стремительным, властным, дерзким и, может, даже в какой-то степени грубым, да. Это была дикая, необузданная и животная страсть.

Тили цеплялась за Криса, царапая его спину, плечи и руки. Их губы встречались практически в болезненных поцелуях, а мощные и резкие толчки срывали с её уст громкие стоны, которые девушка при любом желании не могла скрыть.

Они нуждались друг в друге, и показывали это тесным переплетением тел, неустанным повторением имен партнера и признаниями в любви.

Они могли наконец отдаться во власть похоти, порока и небывалого наслаждения. Они могли забыть обо всем, что крылось за дверями уютной спальни, сосредоточив своё внимание (да и свою жизнь в этот момент) лишь в отражении своих поглощенных страстью лиц в глазах друг друга, в звуках любимого голоса и ощущениями соприкосновения обнаженной кожи.

За первым пиком наслаждения пришел второй и третий, уже более спокойные, но ещё не отпускающие в своей агрессивной манере то желание, что копилось в них. Лишь на пятый раз за эту ночь, под самый рассвет, когда демоны, спустившие пар, смогли отдать должное осторожным ласкам, пришла нежность.

Крис любил её так захватывающе медленно, что у Тили кружилась голова от накатывающих волна за волной непередаваемых ощущений щемящего счастья, что разливалось из груди, достигая кончиков пальцев и распространяясь, казалось, даже по волосам. Она вся была сосредоточением вселенской радости и упивалась этим чувством. Каждой клеточкой своего существа осознавая, что её любят. И она дарила те же эмоции в ответ, глядя в знакомое лицо и шепча долгожданное «Крис… любимый… родной… мой».

Сейчас, первой пробудившись после бессонной ночи, Тили наслаждалась моментом спокойствия, располагаясь возле спящего мужчины, прикрытого, как и она, лишь легкой струящейся тканью одеяла. Ей было так хорошо, что хотелось мурлыкать подобно кошке, пригревшейся на солнышке и отведавшей целую миску сметаны. Нет, целую банку!

И она готова была мурчать! А также делать все, лишь бы эти мгновения не заканчивались.

— Доброе утро, — хриплый после сна голос заставил её улыбнуться.

— Доброе.

— Ты же понимаешь, что теперь я тебя не отпущу?

Тили привстала на локте, заглядывая в его лицо.

— И как мы это сделаем? Перси…

— Оставь брата мне. Я разберусь. Если нужно, сойдусь с ним в поединке, но тебя ему не отдам. Ты — моя.

Его слова были подобно нектару, однако действительность сбрасывала с небес на землю.

— Он вправе распоряжаться моей свободой с момента заключения помолвки.

— Значит, разорву этот фарс. Ты не достанешься моему брату, Тили, я тебе обещаю.

Она не стала спрашивать, каким образом он планирует разорвать то, что не под силу никому, разве что самому жениху, ведь заключая договор с её родителями, младший Анейлиас получил практически неограниченную власть над ней. Она уже почти перешла в его семью, где мужчина был главой. Его слово — закон.

— Сегодня приветственный бал в честь приезда киоссы, — решила перевести она тему. — Нам нужно собираться. Профессор Дубринейл может в любой момент хватиться кого-то из нас…

Крис растянул губы в улыбке.

— Ты же в курсе, что Рику становится известно о перемещениях адептов, особенно если они нарушают установленные им же границы. Твой приход в нашу башню…

— Я как-то не подумала об этом… В смысле, я помнила, что стоит лишь ступить на лестницу, и ректор будет осведомлен о визитере, но вчера… — Тили тряхнула головой. — Ну и пусть! Ведь он — твой лучший друг. Не думаю, что подобные отношения можно долго скрывать от того, кто знает тебя близко.

— В этом ты права, — Фир передвинулся на бок, также подпирая голову рукой. — Вот только интересно, как он отреагирует. Все же я нарушил подписанные им правила поведения в Академии.

— Мы нарушили, — поправила его Илотилас. — Причем уже дважды.

— Вообще-то трижды, если ты считаешь днями.

Девушка непонимающе нахмурилась.

— Вчера… я вернулся из лабораторий раньше и застал тебя спящей.

— Я думала это был сон…

— Прости, не удержался. Во сне ты звала меня по имени и мы явно там не вели великосветские беседы. А уж после прерванного на горячих источниках…

Девушка упала лицом на подушку.

— Мне стыдно.

Она ощутила, как он легко погладил её по растрепанным волосам.

— Ты не сердишься?

Пришлось повернуть голову и приоткрыть один глаз.

— На что?

— На то, что я… воспользовался моментом, когда ты была так… обезоруживающе привлекательной.

— Ты говорил, что я приходила к тебе во снах, и, просыпаясь, чувствовал чувство потери. Знай, что моими сновидениями также руководил твой образ. И мне безумно, до боли хотелось ощутить все то, что я могла позволить себе в грезах, наяву. Так что нет, Крис, я не сержусь. Тем более, — она хитро прищурилась. — Мне этот сон показался уж очень реалистичным, а оттого наиболее приятным.

— Моя развратная девочка, — он притянул её к себе, нежно целуя пухлые губки. — Как бы я хотел провести с тобой в постели весь день! А лучше неделю… Но Рик действительно будет вскоре рвать и метать. И не удивлюсь, что примчится сюда, требуя нашего присутствия при последних проверках и приготовлениях.

Тили кивнула, нехотя выскальзывая из его объятий и направляясь в ванную. У дверей она обернулась и подмигнула, на что Крис фыркнул.

— Не соблазняй, чертовка! Итак сдерживаю себя из последних сил. Я приму душ после тебя, иначе мы точно не выйдем отсюда.

Довольно хихикнув, Тили скрылась за массивной дверью, шагнув к шикарной ванне, в которой им наверняка хватило бы место на двоих. Но это позже… Обязательно будет позже.

Если Гисхильдис смилостивится над ней и услышит мольбы глупой маленькой девочки, что умудрилась отдать сердце одному брату, будучи помолвленной с другим.

* * *

Крис улыбнулся, увидев, каким сосредоточенным стало лицо его любимой, когда она пыталась ровно завязать его галстук.

— Черт, не думала, что это так сложно! — она сморщила носик, и он не удержался от того, чтобы запечатлеть на этой милой части тела легкий поцелуй.

— Дело сноровки.

— Я научусь! Обязательно!

Какая же она милая! Вроде бы уже взрослая и зрелая девушка, а порой ведет себя как маленький ребенок. Но от этого хотелось защищать её ещё больше. Оберегать, чтобы все ненастья проходили стороной. Получать удар на себя, нежели позволить пострадать той, что стала для него настоящим наваждением.

Фир до сих пор не мог поверить в то, что события минувшей ночи ему не привиделись. Казалось, его мечта воплотилась в реальность, сжимая темные простыни и подаваясь ему навстречу, пока он мог покрывать поцелуями стройное тело, остро реагирующее на любую ласку.

Это было сказкой.

Но, как известно, всем сказкам рано или поздно приходит конец. В их случае начало конца ознаменовал стук в дверь и мужской голос посетителя.

— Крис, ты здесь?

Тили побледнела, а Кристафор выпрямился, расправляя плечи.

Персиваль как всегда очень «вовремя».

— Мне спрятаться? — одними губами спросила Илотилас, испуганно округлив глаза.

— Не стоит.

Мужчина пошёл открывать дверь, встав, однако в проходе, и не давая брату перешагнуть через порог.

— Почему ты до сих пор не в зале? — тут же перешел в осуждение Перси. — И какого черта, позволь мне узнать, торчишь в комнате, когда мы работаем с первых лучей солнца? Ещё и моя невеста словно сквозь землю провалилась… — он резко прервался, поведя носом. — Тили?..

Девушка оцепенела. Каким образом он смог обнаружить её? По запаху?!

Она невольно склонила голову и вдохнула аромат свежевымытого тела, отдающего клубничным гелем для душа.

Или?.. Неужели Персиваль научился распознавать своё окружение по остаточному флеру магического фона, даже если само воздействие внутреннего источника не было активировано? Это… возможно?!

— Крис, уйди с дороги! Тили, я знаю, что ты там! — Перси попытался оттолкнуть брата, но старшенький стоял на своем, не желая пускать родную кровь в маленькую обитель недавнего спокойствия.

— Персиваль, нам нужно поговорить.

— Тили! Я приказываю тебе предстать передо мной!

Илотилас вздрогнула и почему-то подчинилась, выходя из-за спины любимого.

Смерив её внимательным и придирчивым взглядом, Перси поджал губы.

— Можно поинтересоваться, что моя невеста делает в покоях моего же брата?

— Перси, я сказал, что нам нужно поговорить, — Крис добавил в голос стальные нотки, заставляя брюнета перевести внимание на свою персону.

— И можно узнать, как давно вы наставляете мне рога?

— Я против вашей свадьбы.

— И ты решил показать это, переспав с ней? — от того, каким леденяще спокойным тоном произносит это Перси, Тили затряслась от страха, хватаясь за рукав Криса и отступая за него.

Именно после такого обманчиво спокойного разговора может произойти самое страшное.

Её маневр был замечен, и Перси вновь перевел взгляд на свою будущую жену.

— А ты, оказывается, не понимаешь с первого раза, милая. Я тебе четко дал понять, чтобы ты не приближалась к другим мужчинам. И что же я вижу? Побежала в объятья к моему братцу?

— Перси, я же говорила тебе, что не хочу ни нашей помолвки, ни последующей церемонии…

— И это развязало тебе руки, позволяя вести себя, как продажной девке?

— Не смей её так называть! — Крис подался вперед, но Тили вовремя перехватила его.

Вот чего-чего, а драки перед приездом киоссы им точно не хватало!

— Герой-любовник решил встать на защиту падшей женщины, как мило, — Персиваль сощурился, снова отвлекаясь на Тили. — Ты в моей власти, Илотилас, и ни тебе, ни Крису не под силу это изменить. Захотела испытать меня, отдавшись ему? Что же, ты узнаешь, что я думаю на счет подобного поведения… после свадьбы.

— Персиваль…

— Молчи, Крис! Я не стану сейчас вызывать тебя на дуэль, но лишь из-за сегодняшнего бала и связанного с этим событием переполоха. Мы решим все позже. Но знай, что эта девчонка не достанется тебе. Я владею всеми правами на неё. И только я буду её иметь.

Тили не успела даже глазом моргнуть, как кулак Кристафора смачно съездил по скуле Перси, заставив последнего отшатнуться.

Персиваль, подняв руку к покрасневшей коже лишь ухмыльнулся.

— И это я также запомню.

Смерив их недобрым взглядом, он развернулся на каблуках, двинувшись по коридору в сторону выхода из преподавательской башни.

— Крис… — Илотилас обошла его, мрачно смотрящего вслед родному брату, и заставила обернуться в свою сторону.

— Я не отдам тебя ему, Тили. Я найду выход.