Глава двадцатая

Понедельник.

Мама уехала, предварительно забив мне холодильник различными блюдами, которые мы вместе готовили, вернувшись из торгового центра. Дядя Юра заехал за ней, и они уехали в аэропорт, добросив меня до редакции.

— Саш, ты прослушала тот трек, что я скинула тебе в пятницу? — Спросила Вероника, одна из ведущих. Ведущих вообще часто атаковали начинающие дарования, которые хотели попасть со своей песней в ротацию на радио. А поскольку я все-таки выпускающий редактор, то все, что звучало в нашем эфире, так или иначе должно было пройти мой контроль.

— Не наш формат, Вероника. Ты и сама должна это понимать, скидывая мне всякую ерунду.

— Эти ребята показались мне интересными.

Зазвонил мой телефон, что лежал на столе. Я бросила взгляд на экран. Егор.

Я мысленно простонала. Совсем забыла о нем. Мы не разговаривали с того дня как Полина устроила мне веселый вечер в клубе.

— Вероник, извини, — сказала я, беря телефон.

— Окей, — она встала и вышла из моего кабинета.

Я сглотнула. Нужно ответить на звонок.

— Привет.

— Привет, Саш, — я слышала в его голосе улыбку, — совсем потерялась куда-то.

— Извини, так много работы, — я мысленно дала себе по лбу. Это звучало как банальная отговорка. Я не хотела его обидеть. «Давай, Саша, соберись». — Егор… можем мы встретиться завтра? Скажем часов в шесть. Напротив редакции есть кафе. — Я замолчала.

Он тоже молчал несколько мгновений.

— Конечно, Саш, я подъеду… У тебя все хорошо?

— Да, я в порядке. Извини, Егор, мне надо идти. Увидимся завтра, — и я отключилась.

Уронила голову на сложенные на столе руки. Сама виновата. Слишком долго тянула и усложнила все и для себя, и для Егора.

— Санек, там все уже… — я оторвала голову от стола и посмотрела на Антона, что стоял сейчас на пороге моего кабинета, — случилось че?

Я помотала головой, выпрямляясь в своем кресле.

— Ты что-то хотел?

— Да. Я тут подумал, давай тату тебе сделаем. У меня есть классный мастер для тебя.

Я вытаращилась на него во все глаза.

— Спятил?

Он улыбнулся.

— Просто в чувство тебя привести хотел, — он улыбнулся, — там все уже собрались главбуха поздравлять, тебя только ждем.

Совсем вылетело из головы, что у Марии Степановны сегодня юбилей. Я повела плечами, пытаясь сбросить с себя тяжесть грядущего разговора с Егором и встав, пошла вслед за Антоном.

* * *

За час до конца рабочего дня мне позвонила Полина.

— Саш, давай сходим куда-нибудь сегодня? — Тихо проговорила она в трубку. — Это сильнее меня. Я чувствую, что готова сломаться… — Она всхлипнула, — Пожалуйста, Саш, не могу больше. Мама тут еще… Я с ума сойду.

В мыслях сразу возник Матвей и его жаркие обещания о продолжении начатого в машине…

Я закрыла глаза, давая себе пару мгновений.

Мне очень не хотелось ему отказывать. Но я нужна Полине. Она была со мной, когда я больше всего нуждалась в плече, в которое могу плакать вдоволь. Теперь ей нужна моя помощь. Я не могла оставить ее сейчас. Не в этой ситуации.

— Конечно, Поль.

— Давай в «Пряник» опять.

Я вздохнула. В прошлый раз вечеринка там не удалась.

— В «Пряник» так в «Пряник».

— Спасибо. Давай через пару часов у входа.

— Договорились.

Надо позвонить Матвею, предупредить, отменить сегодняшнее свидание. Я уже почти нажала на его имя в списке контактов, как услышала за спиной:

— Тук-тук.

Я обернулась и улыбнулась.

— Ты рано.

Матвей пересек кабинет и притянул меня в объятия. Я уткнулась в него.

— Как же мне нравится твой запах, — проговорила я ему в грудь.

— Тогда не отходи от меня, — проговорил он и поцеловал в макушку. А потом обхватил мое лицо своими ладонями и приподнял, чтобы я посмотрела на него, — хотя я сам не готов оторваться от тебя, — он улыбнулся и приник своими губами к моим. Надавил языком, побуждая открыть рот, и тут же ворвался внутрь. Целовал жадно, не забывая поглаживать мои щеки большими пальцами. Затем переместил одну руку мне на шею, не позволяя отстраниться, впрочем, я и не собиралась, обхватила руками его плечи, пытаясь быть ближе. В какой-то момент он оторвался от меня и, уткнувшись своим лбом в мой прошептал:

— Или мы сейчас выходим отсюда и следуем намеченному плану, или я трахну тебя прямо на твоем столе, как обещал когда-то.

Я зажмурилась.

— Матвей, — я сглотнула и посмотрела на него, — я не смогу сегодня. Я знаю, мы договорились…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он смотрел на меня, и по его глазам я видела, что он не доволен моим отказом. Я несмело продолжила:

— Мне нужно ехать к Полине, я пообещала… Ей трудно сейчас. Извини, пожалуйста.

Он отпустил меня.

— Окей, — он отошел от меня, провел рукой по волосам, — если только это не способ сбежать от меня сейчас. — Он смотрел на меня спокойно, даже улыбался.

Я помотала головой.

— Я не собираюсь сбегать. Просто она моя подруга… Я нужна ей сейчас…

— Как и мне, — проговорил он, глядя мне в глаза, — мне ты тоже нужна, Саша.

— Матвей…

— Ладно, Саш, — он поднял руки, будто сдаваясь, — все нормально. Нужно, поезжай. Встретимся в другой раз. Я пойду, — он развернулся и вышел за дверь.

И не поцеловал меня на прощание.

* * *

Сегодня будний день, неделя только началась, но в этом чертовом «Прянике» опять не протолкнуться. Эй, никому завтра не на работу что ли?!

Я пробиралась вслед за Полиной в сторону бара. Поля как таран прокладывала нам дорогу.

— Виски, — сказала она бармену.

— Не вопрос, — молодой человек за стойкой улыбнулся Полине, отчего на его щеках появились ямочки. — Джек, Чивас, Грантс, Баллантайнс… — бармен начал перечислять марки виски, а Полина подперла щеку рукой и смотрела на него словно завороженная, — Макаллан, Джемесон, Джим Бим, Фэймос Граус, — и, опершись ладонями о стойку, наклонился к Полине и чуть тише добавил, — Уайт Хорсссс.

— Не останавливайся, — зачарованно произнесла моя поплывшая подруга, а потом, вдруг вспомнив, что я тоже где-то здесь была, обернулась ко мне и спросила:

— Ты чего будешь, Саш?

Ничего пить не хотелось.

— Воду?

— Завязывай. Мне нужна компания.

Я сдалась.

— Вино, пожалуйста. Красное сухое.

— Каберне, Мерло, Зинфандель… — начал бармен снова.

— Мальбек, — остановила я его.

Он улыбнулся и снова взглянул на Полину.

— Определилась?

— Мне нравится, как звучит, — и Полина протянула с придыханием, — Баааллааантааайнсссс.

Он снова ей улыбнулся и слегка прищурил глаза.

— Пару мгновений, дамы. Все будет, — и удалился.

— Не волнуйся, Саш. Напиваться не будем, — и, наклонившись ко мне, сказала негромко на ухо — Матвею звонить не придется. Просто хочу немного расслабиться.

Матвей.

Он вроде бы понял, почему я отказалась провести с ним вечер сегодня, но на душе кошки скребли от того, как мы расстались. Я обидела его своим отказом. Хоть он виду и не подал, но я почувствовала.

— Чего смурная такая? — Слегка задела меня локтем Полина, привлекая внимание. — Как у вас с Матвеем кстати?

Я пожала плечами.

— Трудно пока сказать. Было всего три свидания. — Я ведь могу считать свиданием случившееся в его машине?

— Триии, — протянула Полина, — да, даже два — уже рекорд для тебя, — улыбнулась она. — А тут три. Прям все серьезно, да? По-взрослому?

— Он мне нравится, — я улыбнулась, смотря на стройные ряды разноцветных бутылок на стене бара, а потом повернулась к Полине, — очень нравится.

Полина покачала головой.

— Подумать только. Ты и Матвей, — она замолчала на мгновение, задумавшись, — это ж представь, вы поженитесь, и мы с тобой породнимся. Кем мы друг другу будем? — Она устремила взгляд к потолку, пытаясь разобраться в сложных и запутанных родственных связях, но потом бросила это дело и снова посмотрела на меня.

— Ты слишком далеко загадываешь. Никаких свадеб в ближайшее время.

— Это точно, — вздохнула она, — на свадьбы у меня теперь, как и у тебя, аллергия.

— Дамы, — появился бармен и поставил перед нами наш заказ.

— Красивый, да? — Спросила Полина, когда бармен отошел.

— Кто?

— Бармен.

Я пожала плечами.

— Не заметила.

Я действительно не обратила на него внимания. Все мои мысли занимал только один мужчина, и сейчас его здесь не было. Я невольно задумалась, чем он сейчас занят? Один? Или… Нет, я не буду изводить себя подозрениями. Да и Матвей повода не давал.

— Мне надо переключиться на кого-то другого, — сказала Полина.

— Поль, это последнее дело.

— Знаю, но так тошно, Саш. — Она снова посмотрела на бармена, а потом на меня. — Чего ему не хватало? Мне казалось, у нас все хорошо.

Если бы я знала.

— Не понимаю я мужчин, как класс, — продолжала Полина, — почему они изменяют? Я не о себе сейчас, а в целом. Что за дикое желание перетрахать как можно больше баб? Они себя бо́льшими мужиками в этот момент чувствуют или что?

— Не все такие.

Она покачала головой.

— Я тоже так думала. Даже замуж за такого «не как все» собиралась. А что в итоге? — Она взмахнула рукой, обводя пространство вокруг, — сижу в баре и глушу боль вискарем. — Полина замолчала, задумчиво крутя стакан с виски в руке. — Мама сильно огорчилась. Я даже плакать перед ней не могу, потому что она тоже начинает, — отчаянно проговорила Полина и покачала головой, — чтоб ему пусто было…

Не трудно догадаться, о ком она.

Я снова подумала о Матвее. Будет ли ему достаточно меня одной? А может мы расстанемся уже через несколько недель, когда он наиграется в отношения. У меня по спине пробежал холодок. Мне не нравилась эта мысль. Но я все равно держала ее на подкорке, каждый раз напоминая себе, что не стоит сильно к нему привязываться. Но, кажется, это не работало. Я уже привязалась. Я погладила пальцем ножку бокала с вином. Мне оставалось надеяться, что Матвей не сделает мне больно.

— Знаешь, Саш, — сказала Полина пару минут спустя, — прости, что так отреагировала на новость о тебе и Матвее. Я тут задумалась, что от него бы я как раз в первую очередь ждала предательства, но никак не от Андрея… Ну или Вадика… — она сделала глоток виски и продолжила, — совершенно не обязательно, что Матвей обидит тебя, даже не смотря на его славу. — Полина задумалась, а потом помотала головой, — все-таки я не разбираюсь в мужчинах… Совсем их не понимаю… Эй, милый бармен, — привлекла она внимание молодого человека за стойкой и показала ему свой пустой стакан, — у дамы виски кончился.

— Сейчас все будет, — успокоил он Полину и улыбнулся.

— Хорош все-таки чертяка, — сказала Полина и откинулась на небольшую спинку высокого барного стула.

Я пила уже второй бокал вина, приглядывая за Полиной, которая понемногу начинала терять контроль над собой.

— Поль, наверное, тебе уже хватит.

Она кивнула.

— Да, наверное, ты права, — она посмотрела на меня, — этот допиваю и все. Обещаю.

Я сидела лицом к Полине, оперевшись рукой о стойку бара, обвела зал взглядом и замерла. За столиком в углу, прижимая к себе какую-то девицу сидел Вадим. Я посмотрела на Полину, если она его увидит сейчас… Я сглотнула. Надо увести ее отсюда.

— Мать твою… — протянула Полина.

Поздно.

— Саш, — она посмотрела на меня отчаянными глазами, в которых уже собирались слезы.

— Давай уйдем, Поль, — я вскочила со стула, оставляя несколько купюр на барной стойке. Должно хватить.

Мы вышли на улицу. Полина обняла себя руками.

— Я не понимаю, — говорила она, — он мне звонит, прощения просит, а сам… там…

Я тоже ни черта не понимала.

— Он просто мудак.

— Мудак, — тихо протянула Полина.

— Давай, Поль, вон такси свободное, поехали домой, хорошая моя, Поль, — умоляла я ее.

Она кивнула и пошла к машине.

Мы разместились на заднем сидении. Полина тихо плакала у меня на плече, я поглаживала ее ладонь.

— Останься у меня сегодня, Саш, — шептала она, — пожалуйста.

— Конечно.

Я бы не оставила ее в таком состоянии. Если бы я могла, я бы забрала себе ее боль. Но все, что я могу сейчас, это просто быть рядом. А в таких ситуациях это уже немало. Я снова вспомнила себя, такую же преданную и разбитую. Мне повезло, что рядом со мной была Полина, человек, который подставил плечо и не дал упасть, а в особо тяжелые моменты, когда я рыдала навзрыд, она тихо плакала рядом и шептала, что все будет хорошо. Это так важно, когда в трудной жизненной ситуации найдется человек, который не оставит тебя с твоим горем один на один, а встанет рядом, плечом к плечу.

Я уложила Полину, и какое-то время лежала рядом с ней, обнимая и гладя по волосам, пока она не уснула.

Приняв душ, я легла спать на диване в соседней комнате. Сон не шел. Я все время думала о Матвее. Я хотела оказаться сейчас с ним, в его сильных и надежных объятиях. Слишком быстро мне стало его не хватать.

Я не заметила, как провалилась в сон. Мне снился Матвей. Такой красивый и… печальный. Я хотела обнять его, прогнать его печаль, но он повернулся ко мне спиной. Он уходил, я бежала за ним, пытаясь догнать, но он все время ускользал от меня. Я бежала за ним в темноте, не разбирая дороги, звала его, но он не слышал меня. И когда уже казалось, что вот-вот дотянусь до него, он вдруг вовсе растворился в воздухе.

Я подскочила на диване, не сразу понимая, где нахожусь. Вся вспотела, сердце колотилось, прижала руку к груди, чтобы унять его. Пару раз глубоко вздохнула.

Проверила время в телефоне. Четыре утра.

— Господи, — прошептала я, укладываясь обратно на подушку.

Больше мне уснуть не удалось.