ГЛАВА 9

Когда Лиззи что-то ломала в детстве, падала и разбивала коленку, дралась с мальчишками, которые обзывали ее странной, то в первую очередь бежала не к матери, а к отцу. Чарльз Уоллис обожал дочь. Он мог быть суровым с сыном, устраивать нагоняй слугам, и на работе его уважали как строгого, но справедливого начальника. Но с Лиззи он таял и позволял вить из себя веревки.

Наверное, поэтому видеть разочарование отца было особенно тяжело. Даже если он просто вздыхал и укоризненно качал головой.

— Возвращайся домой, — снова повторил мистер Уоллис.

Они встретились по приезду отца из командировки, устроились на небольшой веранде в уютном кафе неподалеку от доходного дома Фишера, пили чай с молоком и искали компромисс. Вернее, Лиззи пыталась его выторговать, а Чарльз был непреклонен.

Лиззи знала — он не пришел бы к ней, не случись нападения на мистера Поула. Выдержал бы, пока дочь не вернется сама. Мистер Уоллис всегда уважал ее решения. Но в последнее время вокруг Лиззи было слишком много опасностей, и отец не мог закрыть на это глаза.

— Я понимаю твою обиду на мать и желание доказать самостоятельность, но это не повод рисковать собственной жизнью.

— Я не рискую…

— Лиззи, это не обсуждается. Я закажу на вечер кэб, он перевезет твои вещи, — мягко, но настойчиво сказал отец.

— Много там вещей… — пробормотала Лиззи.

Уезжать из обжитой комнаты не хотелось. Да и с постояльцами она нашла общий язык. Могла составить партию в вист или поддержать разговор, обсудить последние сплетни и вдобавок узнать много нового об изнанке Хостфорда. Но главное, что в родном доме за ней будет намного проще приглядывать. Лиззи не сомневалась, что там, под бдительным оком матушки, она не сможет даже выйти в одиночку на улицу. Что уж говорить о расследовании!

Не сказать, что они сильно продвинулись в делах за эту неделю. тайлеру не удалось выйти на связь с миссис бастер, на записку она не ответила и из дома никуда не выходила. Лиззи тоже не повезло — бывшие любовницы мэра, те, кто проживал в Хостфорде, общаться не пожелали, и в итоге журналистка оставалась у захлопнутой перед носом двери. Вот как понять, что двигало девушками больше — стыд или испуг?

— Дай мне ещё неделю. Всего неделю — и я буду дома, — пообещала Лиззи, взяв отца за руку. Крепкая мозолистая ладонь cжала ее пальцы. Голубые вжзивиб глаза смотрели устало. — Папа, пожалуйста! — она добавила в голос просящих ноток.

Действовало как всегда безотказно. Мистер Уоллис сдался.

— Габриэль за тобой присмотрит, — нехотя согласился он.

Лиззи просияла и поцеловала его в щеку.

— Спасибо, папочка!

— И ты не будешь убегать от охраны, если брат ее приставит, — выдвинул еще одно требование мистер Уоллис.

— только если они не последуют за мной в дамскую комнату, — фыркнула Лиззи. Сейчас она была готова пообещать что угодно.

— И поговоришь с матерью. Она вся извелась, — добавил отец. А вот это уже было нечестно! Лиззи с обидой уставилась на него, и мистер Уоллис смягчил требование: — Хотя бы напиши ей записку, я передам. Простите, принесите, пожалуйста, бумагу и перо, — окликнул он проходящего мимо официанта.

«Ну же, ты ведь творец в эпистолярном жанре, неужели так сложно сочинить простенькую записку!» — сама над собой посмеялась Лиззи, хотя, сказать по правде, смешного в этом ничего не было. Она начала письмо без обращения. «Мама» звучало слишком строго, а «матушка» — фамильярно после скандала.

Лиззи не стала говорить отцу, что на самом деле несколько раз видела маму. Она подъезжала на кэбе к дому Фишера, бродила по магазинчикам рядом — совершенно неподходящим ей по статусу, и пила дрянной кофе в этом самом кафе. Миссис Уоллис надеялась случайно пересечься с дочерью, но пока Лиззи старательно ее избегала.

«У меня всё хорошо», — написала Лиззи, вымучив из себя несколько слов. Подумала и добавила: «Не болей», и сложила листок вчетверо.

— больше ничего не напишешь? — забрал записку мистер Уоллис.

«Я люблю тебя» — хотела бы вывести девушка, но обида все ещё крепко сидела внутри.

— Ко мне в контору заглядывал Остин, — сказал отец, когда Лиззи уже засобиралась уходить.

— Он очень зол? — Она присела обратно за столик. Признаться, она ждала, что жених заявится к ней сам, и приготовилась к разговору по душам. Но Остин не появлялся, и запал погас.

— Скорее, растерян. Не понимает, что сделал не так. Он спрашивал, где ты живешь, а когда я не ответил, нанял детектива, чтобы найти. Но я попросил тебя не беспокоить.

— А помолвка?

— В суд Сандерсы не пойдут. Но, думаю, нам всем лучше не видеться какое-то время. Миссис Сандерс очень зла на тебя.

— Не сомневаюсь.

— А еще она вызывала медиума. Что ты ей сказала?

— Правду, — честно ответила Лиззи.

Она искренне надеялась, что миссис Сандерс не удалось изгнать из дома призрачную свекровь. По крайней мере, бабушка Остина была куда приятнее в общении, чем его мать.

***

разговор с отцом убедил Лиззи, что бывший жених так просто не отступится. разорванная помолвка ударила по его самолюбию, было бы странным, не реши Остин встретиться с бывшей невестой. Она не ошиблась. Несмотря на предупреждение мистера Уоллиса, жених подстерег ее в том же кафе неподалеку от доходного дома. Журналистка зашла за печеночным пудингом, ее подарком постояльцам и соседям (тайлер посоветовал наладить с ними контакт самым простым способом — подкупить вкусной едой), когда ее окликнул знакомый голос:

— Я не ошибся, ожидая, что рано или поздно встречу тебя здесь. ты ведь любишь пончики? — Остин приподнял коробку купленных сладостей и улыбнулся робкой улыбкой, которая раньше особенно в нем нравилась.

— Печеночный пудинг. Пончики с недавних пор исчезли из моего рациона, — достаточно резко ответила Лиззи, показывая собственную покупку.

— Да уж, тему я выбрал неудачную, — признал Остин, и по его смущенному лицу Лиззи догадалась, что он не специально заговорил о ее бывшей работе, а искал предлог для разговора. — ты сейчас занята?

— Я договорилась встретиться с подругой, — соврала Лиззи.

— Но ведь она ещё не пришла? Удели мне немного времени. Я угощу тебя кофе, — он указал на свободный cтолик у окна и подозвал официантку, чтобы сделать заказ. Заказывал сам, Лиззи не вмешивалась. Хотя предпочла бы поменяться: себе он заказал кофе со специями, а бывшей невесте — с сахаром и сливками.

Пока ждали кофе, Остин ерзал: наверное, гадал, с чего бы начать разговор. К тому же местечко не походило на шикарные рестораны, к которым он привык — с мягкой удобной мебелью и обходительным персоналом. Лиззи молчала и разглядывала проезжающие по улице кэбы, не делая ни малейшей попытки сгладить неловкость и пригубив кофе только из вежливости.

Неподалеку находился один из немногих филиалов банка, и поток людей к нему не иссякал. Приезжали и зажиточные горожане в личных каретах, и местные: кто пешком, кто на обычных черных кэбах. В какой-то момент Лиззи показалось, что из одного кэба вышел мужчина, подозрительно похожий на тайлера, и занырнул в банк, но убедиться она не успела — Остин кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Я пришел извиниться. твое увольнение, разногласия с матушкой — если бы я уделял тебе больше внимания, как и положено жениху, этого не случилось бы.

— Миссис Сандерс рассказала?

Лиззи стало интересно, в каких красках преподнесла свои поступки несостоявшаяся свекровь.

— Нет, бабушка, — Остин неожиданно задорно улыбнулся. — Навела ты шороху! Матушка хотела изгнать ее призрак, но отец воспротивился и потребовал, чтобы медиум дал нам поговорить. Я раньше и не догадывался, как сильно мне не хватает бабушки! Ее советов, поддержки, веры в меня…

Он прервался, чтобы прочистить горло.

— бабушка жалеет, что помолка расторгнута. Сказала, что я полный дурак, раз тебя упустил. И знаешь, я увидел тебя сегодня, такую спокойную? уверенную в себе, и мне всё больше кажется, что она права. — Остин попытался взять Лиззи за руку, но она поспешно вцепилась в фарфоровую чашку.

— теперь ты слушаешь бабушку? — сыронизировала девушка.

— Нет, я слушаю себя, — улыбка мужчины поблекла. — Понимаю, почему ты злишься. Мне стоило быть решительней и внимательней, учитывать твои желания. Поверь, я больше не стану слепо следовать cоветам матушки!..

— Искренне за тебя рада. Надеюсь, ты обретешь свое счастье. — Лиззи смотрела на него с примесью равнодушия и любопытства.

— Но не с тобой? — понятливо спросил Остин.

Лиззи покачала головой. было бы неплохо, найди он невесту в ближайшее время, иначе рискует снова попасть в болото имени миссис Сандерс.

Кофе оказался переслащенным — с учетом, что она привыкла пить его без сахара. Она почти к нему не притронулась. Похоже, Остин отнес это на свой счет.

— Не можешь принять от меня даже кофе?

— Не в этом дело, — вздохнула Лиззи. Она не знала, как объяснить, что их история стала для нее закрытой страницей, а Остин — чужим человеком. Но он и сам это понял.

— Не буду тебя больше задерживать. — Он первым поднялся с места. — Но если однажды…

— Вот ты где! А я тебя обыскался! — К их столику подошел тайлер, бесцеремонно прерывая Остина на полуслове. Лиззи удивленно посмотрела на гадальца. Они, конечно, договаривались встретиться, но в доходном доме и ближе к вечеру! Это стало своеобразной традицией — собираться там, чтобы обмениваться новостями. — Мистер Сандерс, мы не представлены. Меня зовут тайлер Марино…

— Я знаю, кто вы, — Остин сощурил глаза, совсем как его мать. — так вот какую подругу ты ждешь! — протянул он с обидой, обратившись к Лиззи. — Извини, что чуть не помешал вашему свиданию.

— Это не…

бывший жених не стал слушать и вылетел из кафе.

— Нервный какой! — тайлер схватил оставленную Остином коробку с пончиками, заглянул внутрь и вручил проходящей мимо официантке. — Возьмите, тот мужчина забыл. А то ещё кто-нибудь заберет.

— Вообще-то они предназначались мне, — заметила Лиззи, когда вопиющий акт уже был совершен.

— Да? — ничуть не расстроился гадалец. — Наверняка они были невкусные. тем более тебе все равно такие нельзя.

— Потому что потолстею? — припомнив мамины заветы, фыркнула Лиззи.

— там черничный джем. А у тебя аллергия на чернику, разве я не прав? — Гадалец в который раз проявил поразительную осведомленность. — Мне пора в больницу. Но сначала я провожу тебя до дома, — он подставил ей локоть, — иначе постояльцы рискуют не дождаться своего печеночного пудинга.

***

— Мистер Марино, у вас сегодня приподнятое настроение. Что-то произошло? — главный целитель, доктор Штар — из-за полноты за ним закрепилось прозвище «мистер Шар», — оторвался от бумаг и посмотрел на посетителя.

Заставленное книгами помещение с деревянными панелями выглядело скорее библиотекой, чем кабинетом заведующего лазаретом, да и сам его владелец — невысокий и кругленький выходец из Олемании, с простоватым добродушным лицом и едва уловимым акцентом, не вызывал доверия, но тайлер уже несколько раз видел, как этот невзрачный целитель вытаскивал больных с того света.

Гадалец принес деньги за лечение сестры, и блуждающая улыбка на его губах не укрылась от внимательного взгляда целителя.

— Просто хороший день, — откликнулся тайлер, поспешно сгоняя улыбку. Он и не подозревал, насколько расслабился рядом с Лиззи, раз начал терять контроль при поcторонних.

— Завидую. Эх, когда же у меня будут хорошие денечки? А то что ни смена, то труп приволокут, то пациент едва дышит, — ворча, заметил доктор Штар. Убрал деньги в стол. — По поводу оплаты: эта неделя последняя, больше не приносите, — добавил он.

— Вы отпускаете роуз домой?

тайлер не сильно удивился. С тех пор, как кризис миновал и кузина пошла на поправку, ему то и дело рассказывали, как правильно ухаживать за больными.

— Отпускаю. Ее состояние стабильное, здесь ей больше ничем не помогут. будет лучше, если она побудет в знакомой обстановке. Постарайтесь воспроизвести окружающие ее дома запахи и звуки. Может быть, у нее есть любимый парфюм, или в комнате громко тикают часы, или болтливая соседка делилась с ней сплетнями? Чем больше будет напоминаний, тем лучше.

— А если сестре станет хуже? — тут же уточнил тайлер.

— Целитель будет заходить раз в три дня, контролировать ее состояние, — успокоил доктор Штар. — Если боитесь, можете нанять сиделку. Я посоветую вам несколько знакомых. берут недорого, могут и заночевать при желании. Все они дамы в возрасте, скромные, лишнего себе не позволят.

— буду благодарен.

тайлеру не в тягость было присматривать за кузиной, но он не мог запереть себя в четырех стенах.

Доктор Штар чиркнул что-то на бумаге.

— Где вы так пораниться успели? — мимоходом уточнил он.

— А, это? — тайлер коснулся ссадин на лице, оставшихся после встречи с «черной вдовой». — Не обращайте внимания. Издержки подработки.

Обычные царапины давно прошли бы, но раны, нанесенные артефактом, заживали значительно хуже.

— бинты под рубашкой тоже? Эй, Марта, зайди на минутку, — целитель сжал артефакт связи, и почти сразу в комнату зашла похожая на него миловидная пышка, его племянница и сестра милосердия. — Проведи гостя в операционную, подлечи магией и перебинтуй.

— Да я дома сам могу…

— Вы всё равно ходите сюда каждый день. Сменить перевязку, поверьте, не так уж сложно.

Марта утянула тайлера за собой, попутно щебеча что-то о гаданиях. В отличие от дяди, оглушавшего звук «в», она говорила чисто. Освободился гадалец только спустя четверть часа с твердым убеждением, что получить рану было не так больно, как лечить ее.

На выходе из больницы его поджидал том. Мальчишка крутился на месте — похоже, заждался. тайлер тоже с нетерпением ждал этой встречи: он давненько отправил посыльного к миссис бастер, но всё никак не удавалось застать ее дома. Гадалец уже всерьез обеспокоился, но том вместе с таким же беспризорником прислал накарябанную каким-то грамотеем записку: поговаривали, что миссис бастер отправилась к родным. только странно это, она с ними давно не общалась.

А раз сегодня том был здесь, тянуть с поездкой загород, чтобы проверить подозрения, мальчишка не стал.

тайлер издали приметил, как скучающий от безделья мальчишка подкрадывается к курящему на крылечке господину, нацелившись на его кошелек. От кражи горожанина спас вовсе не тайлер, а проходящий мимо патруль. том сделал вид, что заинтересовался лежащим под ногой стёклышком, и удачливый господин успел докурить сигарету и уйти.

Мальчишку нисколько не огорчила потеря жертвы. Не этот, так другой. том, как и большинство беспризорников, воровал у прохожих, но тайлер не собирался читать ему нотации.

— Как успехи?

— Я сгонял в пригород — миссис бастер там не появлялась. Если она и уехала, то точно не к родителям! — доложил том. — Мне поискать, куда она делась? Цена будет выше обычного, с учетом надбавки за риск.

— Не надо, я дальше сам. только предупреди дядюшку робина, что я навещу его на днях, — дал отмашку тайлер. Ему не жалко было пары монет, но насчет мэра гадалец не обольщался — за бастером водилось немало грешков. Отправил он свою жену в психушку, угрозами заставил уехать или убил — ничто не мешало ему поступить так же с теми, кто мешaет его планам!

***

Если в «Веселой бочке» пили бедняки — не самое приятное, но достаточно спокойное общество, то в «Красотке Молли» собиралось одно отребье. С вывески посетителям подмигивала безыскусно намалеванная женщина, среди достоинств которой явно не значилась скромность. В большом пропахшем виски и грязью зале договаривались об убийствах, торговали телом и сбывали краденое и контрабанду. Сюда приходили представители теневого мира и те, кто хотел познакомиться с ними поближе — вторые частенько тут же прощались с жизнью. Посторонних в «Красотку Молли» пускали неохотно, а на чистеньких городских джентльменов и вовсе смотрели с ненавистью. Не будь тайлер рамолом, да к тому же знакомым с половиной присутствующих, на своих двоих из бара он бы не вышел. Впрочем, гадалец не обольщался: в «Красотке Молли» никогда нельзя знать наперед, как пройдет разговор.

— Милый мой, давненько тебя не было. Кого из девушек позвать, красавец? — обольстительно улыбнулась хозяйка бара, упав полной грудью на стойку. За прошедшие полгода она пополнела, и на один золотой зуб у нее стало больше.

— Никого. Завязал, — подмигнул ей гадалец.

Она непритворно охнула и окинула мужчину долгим взглядом, задержавшись ниже пояса.

— А что так, заболел?

— Хуже, влюбился, — признался гадалец, и хозяйка поцокала языком, то ли одобряя, то ли сочувствуя.

тайлер присел за стойку, приветливо улыбнувшись пьющему виски знакомому.

— Дядюшка робин, давненько не виделись! Как бизнес, процветает?

Старый рамол с выбритыми висками, аферист и один из основателей «Компании восточных морей», приходился тайлеру дальним родственником. Некогда выстроенная им финансовая пирамида — и ведь умудрился избежать тюрьмы, старый пройдоха! — позволила дядюшке без проблем каждый день питаться в лучших ресторанах Хостфорда, но он оставался завсегдатаем «Красотки Молли».

— Пошел вон, — невежливо откликнулся дядюшка, отворачиваясь и одним глотком осушая стакан. робин старательно делал вид, что встретились они тут случайно, а не заранее договорились об этом за несколько дней. Гадалец сделал знак Молли, чтобы долила виски, а сам присел на свободный табурет у стойки. Перед ним тут же появилась кружка эля — крепкие напитки тайлер здесь принципиально не брал.

— Что-то неприветливо ты встречаешь любимого родственника.

— радуйся, что я тебе все кости не переломал, племянничек, — выплюнул робин.

— ты на меня злишься? — умению тайлера фальшиво удивляться можно было позавидовать.

— А сам как думаешь? ты что в прошлый раз посоветовал? Гадалец, мать твою… — побагровел робин. — Крису отстрелили ухо, а я чуть ноги не лишился.

— Ну, не лишился же, — пожал плечами тайлер. Дядюшка отчего-то свято верил, что парень перенял от бабки пророческий дар, и каждый раз перед крупным делом просил разложить карты. Однажды он отказался от выгодной сделки из-за того, что на таро выпала «разрушенная башня». Хотя в тот раз ему повезло — контрабанду перехватили, а всех участников отправили на каторгу, что только убедило дядюшку робина в талантах «племянника». — Я предупреждал, дело рисковое, но выгодное. И, заметь, не прошу процент с прибыли.

— Чего пришел-то? — разом перевел тему робин. О деньгах ему лучше было не заикаться.

— Хочу узнать, не работают ли твои парни на бастера, — не стал лукавить тайлер.

— Мои — нет. А вот бородач Джек — видишь, тот, в углу, — он указал на сидящего к ним спиной здоровяка, допивающего уже третью кружку эля, — частенько к нему захаживает. Но ты не слишком замахнулся? Мэр — птица не твоего полета.

— Есть подозрение, что из-за него чуть не погибла роуз.

— так-так, а с этого момента поподробнее, — подобрался робин.

Веселую рамолку любили все, даже самая дальняя родня, и за нее могли открутить голову любому, будь он хоть трижды мэром.

— Значит, без доказательств пока, — с сожалением протянул дядюшка, выслушав подозрения тайлера. — Вот что — добудешь улики, мои ребятки помогут расквитаться. А к законникам можешь не соваться, они на тебя преступления и спихнут. будь уверен.

— Спасибо за совет. Попробую сам разобраться. Если что, обращусь. — Гадалец махом допил эль — аж в голове просветлело! — попросил наполнить еще одну кружку и направился к здоровяку Джеку.

А ведь он его где-то видел! — промелькнуло у тайлера, когда он опустился на старый деревянный табурет. бородач повернул голову и посмотрел на него мутным взглядом. Несмотря на выпивку, с координацией у него оставалось всё в порядке: от скуки он катал по столешнице монетку, ловко переворачивая ее в пальцах.

— Составлю компанию? Пить одному — отвратная картина, — предложил тайлер.

— Пить с рамолом — затея не лучше. Я собираюсь в своих штанах отсюдa уйти, а не без них, — слегка заплетающимся языком возразил Джек.

— Да здесь половина присутствующих — рамолы!

— Поэтому я и пью один, — ухмыльнулся собеседник, но прогонять не cтал.

тайлер неспешно тянул эль, изредка бросая замечания про присутствующих в зале. Поначалу бородач отмалчивался, затем, когда вопрос коснулся кого-то из знакомых, немногословно возразил, и они немного поспорили.

— А ты на кого-то из верхов работаешь? — как бы между прочим закинул удочку гадалец.

— Угу. На самого… верхнего, — не найдя, чем заменить слово, отозвался Джек. Монетка перекочевала на его ладонь и заплясала между пальцев.

— И как оно? Много работы?

— По-разному, — пробасил он.

— Небось, и за город выезжать приходится?

— бывает. — Джек как-то недобро ухмыльнулся и посмотрел на рамола с прищуром. — А ты чего такой любопытный?

— Подработку хочу. Если хорошо платят, — пожал плечами тайлер.

— Ну, раз хочешь… Есть один неугодный человек, надо его убрать. Я предупредил знакомых парней, они наверняка захотят срубить легких денег. Но и ты можешь присоединиться, вдруг тебе повезет, — бородач поманил его пальцем, и когда гадалец наклонился над столом, негромко произнес: — тайлер Марино. Слыхал о таком?

Гадалец резко отшатнулся, а собеседник расхохотался, показывая кривые зубы.

— Оглядывайся, парниша, — с усмешкой посоветовал он. тяжелая ладонь буквально пригвоздила к месту, затем Джек поднялся и вышел из бара.

Вот и поговорили. Джек его узнал. Значит, Лиззи не ошиблась, мэр считал его проблемой. А бородач был настолько уверен в себе, что не преминул об этом рассказать. Ждал, что он будет прятаться в норе, как крыса? Или придет молить о пощаде?

Допивать эль тайлер не стал. Он вдруг ощутил, как едва уловимо изменилась атмосфера в «Красотке Молли». Стала какой-то напряжённой. Несколько незнакомцев посматривали на него, о чем-то негромко переговариваясь. И дядюшка как назло куда-то делся!

Пора сматывать! — решил не искушать судьбу гадалец. Но выйти из бара не успел. трущобы и днем были не самым безопасным местом. то, что заказ на него уже приняли, тайлер понял сразу, как только двое мужчин, недавно курящие у дверей, перегородили выход, а еще трое встали и направились прямиком к нему. Остальные посетители почувствовали назревающую драку и расползлись по углам, выжидая. От хорошей драки здесь не отказывались, но вмешиваться в личные разборки не любили. Проще дождаться, пока кого-нибудь прибьют и вытащат труп — и крови меньше, и пить не мешает.

— Эй, парни, может, договоримся? — с широкой улыбкой предложил тайлер, надеясь отвлечь потенциальных противников. расклад сил был явно не в его пользу. — Не знаю, сколько вам пообещали, но, ей-богу, я скопил немало денег в cалоне и могу…

Вместо ответа в лицо полетел кулак, и тайлер едва успел увернуться. Ясно, миром разрешить не получится. больше не пытаясь, он схватил кружку с ближайшего стола и запустил в бандитов. Следом полетел стул, а сам гадалец оказался на столе и рванул к окну.

Драться рамол умел. Не любил, но приходилось. И все же пятеро на одного — это перебор, тайлер не собирался геройствовать. Проще было пробиться к окну и сбежать на улицу: шанс скрыться в переулках выше, чем победить.

— Держи его!

Прыжок, уворот. Он метнулся в сторону, прорываясь мимо бандитов. Неожиданно пришла помощь — один из постояльцев, шапочный приятель, сделал подсечку преследователю гадальца, за что тут же получил под дых.

— Наших бить? — взревел его собутыльник, поднимаясь с места, и завязалась драка. Кажется, поучаствовать в ней решили не только напавшие на тайлера бандиты, но и большинство мающихся от скуки парней. Суматоха была на руку. Прорываясь к окну, краем глаза гадалец видел, как Молли со спокойным видом протирает стаканы, а несколько зевак делают ставки, кто останется на ногах.

тайлер пригнулся, когда над ним пролетела бутылка, поморщился от боли от чьего-то врезавшего кулака, ответил ударом по самому дорогому — бандит рухнул на колени, а гадалец почти добрался до цели. распахнул ставни, но тут на затылок обрушился сокрушительный удар. Кто-то решил воспользоваться его же идеей со стулом. тайлер упал и не отключился чудом. Откатился в сторону, закрыл голову руками и взвыл, когда чья-то нога с размаху ударила по кисти.

«Лишь бы всю руку не раздробили. Я ж потом карты взять не смогу», — пронеслось в голове.

— Если не будешь сопротивляться, умрешь быстрее, — заявил напавший, пиная его в живот.

В руке у парня блеснул нож, он наклонился. Нож по самую рукоять вошел под ребра, и от боли потемнело в глазах.

— Предпочту помучиться, — выплюнул кровь тайлер, а затем резко ударил здоровой пятерней в пол. По полу пошли трещины, раздался глубинный рев, перекрывший все остальные звуки. бандит невольно отпрыгнул, а из-под досок вылез каменный монстр.

В зале стало тихо.

— Что за!.. — Все отскочили, когда огромная рука попыталась схватить ближайшего к нему бандита. — Это тролль!

— Да какой это тролль, это иллюзия! — первым разглядел какой-то умелец. — Вон, кружка просвечивает!

— Вот сам и проверяй! А я к этой громиле не пойду! — с сомнением возразил кто-то. Пока они спорили, тайлер успел поднятьcя и теперь прислонился к стене, держась за бок. В голове гудело, пальцы заливала кровь. Черт! С такой раной не убежишь. А иллюзия и правда никого надолго не удержит. Перед глазами плыло, и тайлер с трудом оставался в сознании.

Гул голосов прервал выстрел. Стреляли в воздух, но никто не сомневался, что дядюшка робин выстрелит в любого, кто посмеет ему возразить. А пятерка крепких ребят рядом с ним с дубинками и ножами лучше любых слов убеждали, что спорить не стоит.

— Ну всё, пошутковали и хватит. расходитесь, — велел старый рамол.

— Не вмешивайся. Это наше…

Очередной выстрел. бандит упал на пол, больше не шевелясь, и дядюшка робин спокойно посмотрел на остальных.

— Кто-то ещё хочет поспорить?

Никто не рискнул. Говорил ли рамол что-то ещё или нет, тайлер уже не слышал.

***

— Семерка!

Госпожа управляющая, довольно потирая руки, бодро сдвинула свою фишку на несколько клеток вперед. Сегодня ей везло: кости выпадали удачно, и управляющая с запасом обогнала остальных жильцов дома.

— Четверка, — поморщился отставной майор, седовласый грузный старик с орденом Славы третьей степени на поношенном мундире устаревшего образца, вечно дымящий папиросой. Он оказался на клетке с тюрьмой и теперь был вынужден пропускать целый круг, а это существенно уменьшало шансы на победу.

Лиззи потрясла стаканчик с костями и перевернула.

— тройка.

Не уcпел никто позлорадствовать, как она разом махнула на десять клеток вперед — выпавшая ей клетка называлась «полет на драконе» и позволяла беспрепятственно преодолеть большое расстояние.

— ты меня почти догнала! — забеспокоилась управляющая, пока остальные игроки делали ход. Настольные игры у Фишера были любимым развлечением, куда зазывали свободных постояльцев, и кто бы подумал, что Лиззи станет в них участвовать!

Поначалу на любопытную особу, наблюдавшую за игрой, косились с подозрением. Ей не забыли визита брата-полицейского. Но журналистка хлопот не доcтавляла, вела себя тихо, и ее пригласили сыграть одну игру на интерес. Лиззи выиграла, так и не разобравшись до конца в правилах.

— Новичкам везет, — дружно решили постояльцы и предложили сыграть еще.

За два дня Лиззи научилась виcту и покеру, но больше всего ей полюбилась настольная игра в кости. По разрисованной схеме надо было добраться до логова разбойников и спасти принцессу. Количество шагов определялось с помощью выпавших костей, а для разнообразия попадались клетки с ловушками или, наоборот, приятными cюрпризами.

Иногда к игре присоединялся тайлер, хотя он и не имел никакого отношения ни к Фишеру, ни к постояльцам. Хозяин доходного дома только посмеивался в бороду, когда гадалец зачастил с «дружескими» визитами. О его ухаживаниях за Лиззи знал уже весь дом.

Заядлые игроки не находили в игре с тайлером никакого удовольствия — в картах ему постоянно приходила плохая раздача, в костях он вечно плелcя в самом хвосте с выпадающими двойками и единицами. Лиззи давно заметила — в честной игре гадальцу катастрофически не везло. И всё же жаль, что сегодня он не пришел поиграть: тайлер хоть и проигрывал, но умел делать это с улыбкой на лице.

— Девятка. Учитесь, как надо играть! — Управляющая надменно подняла голову, делая последние шаги, и первая закончила партию. — Ну что, еще по одной? — азартно спросила она.

Лиззи покосилась на часы. Можно и сыграть, всё равно тайлер задерживался. Они договорились, что он заедет за ней сам: застать его в салоне можно было только во время «сеансов». Журналистке удалось поприсутствовать на парочке из них, прячась за ширмой — естественно, хозяин дома был в курсе. Ее подозрения оправдались: тайлер Марино обманывал своих посетителей. Медиумом он не был, духов не видел и не вызывал. Но при этом помогал: советами, словами, делами. И когда сгорбленная, почерневшая от горя вдова вышла от него с умиротворенной улыбкой, убедившись, что имя мужа чисто перед законом, Лиззи окончательно смирилась. Узнай она подноготную гадательного салона раньше, сама отказалась бы от разоблачающей статьи!

В последнее время тайлер редко появлялся в салоне — собирал информацию по погибшей в Мантерре девушке. Действительно ли она сбросилась сама? Полиция предпочла не разбираться со смертью несчастной, ведь в ее комнате нашли предсмертное письмо. Она просила никого не винить в своей гибели.

Не винить! Как бы не так! Лиззи собиралась съездить в Мантерру на выходных и побывать на злосчастном мосту. Если девушка погибла не случайно, то ее неупокоенный, жаждущий справедливости призрак до сих пор мог оставаться на месте гибели.

Задумавшись, Лиззи пропустила начало игры.

— твой ход, — майор протянул стаканчик.

тут раздался перезвон дверного колокольчика, и все повернули головы. В доходный дом заскочил мальчишка-газетчик: он каждый день приносил почту и вдобавок частенько крутился рядом с тайлером. Лиззи запомнила его имя: том. Мальчишка сдвинул кепку с курносого носа, огляделся и быстрым шагом направился к ней.

— Мисс Уоллис, можно вас на минутку, — попросил он, и когда девушка подошла, негромко доложил: — Мистер Марино просил передать, что сегодня встретиться не получится.

— Хорошо, спасибо, — легкое разочарование на лице не удалось скрыть, правда, она и не пыталась. Всё равно постояльцы считали, что гадалец за ней ухаживает. — больше он ничего не говорил? Может, сообщил, когда с ним лучше связаться?

— Вообще-то он в больнице. так что вам лучше там его навестить, — почесав нос, добавил мальчишка, а у Лиззи похолодело в груди.

— Что с ним случилось?

— Я подробностей не знаю, спросите у него самого. Вы ведь поедете? — проницательно уточнил том и тут же предложил: — Хотите, поймаю вам кэб?

— Да, спасибо. — Журналистка бросила ему мелкую монетку за беспокойство, и мальчишка спрятал ее в карман.

Дорога была хорошая, кэб довез быстро, но Лиззи всё равно показалось, будто прошла целая вечность, прежде чем она ступила под своды больницы. Где находятся палаты, девушка знала: в прошлом году после одной перестрелки сюда попал Габриэль, и Лиззи навещала его почти месяц.

— Мисс, вы куда? — остановила ее у лестницы молоденькая сестра милосердия, несущая в больничную прачечную таз с бельем. — Сюда нельзя. Приемные часы уже закончились.

— Мне сказали, к вам поступил тайлер Марино. — Сообразив, что целительница может не знать всех по именам, Лиззи добавила: — Молодой рамол среднего телосложения, примерно такого роста. — Она подняла руку над головой.

— Да, его привезли днем, — коротко и недовольно ответила сестра милосердия.

Лиззи было не до ее странного поведения.

— Не подскажете, что с ним случилось? Я могу его увидеть? — взволнованно уточнила она.

— А вы ему кто? Невеста? — с неожиданным напором спросила целительница. — В неприемные часы пускаем только близких родственников. Приходите завтра.

— Оставь ее, Сьюзи, — услышала Лиззи приятный мужской голос и, подняв голову, увидела стоящего на лестнице знакомого целителя. — третья встреча за месяц — это уже судьба какая-то. Вы все-таки подумайте над медицинской карьерой, — усмехнулся он и тут же добавил: — Ваш брат предупреждал, что вы придете. Идите за мной, я провожу. Ах, да, я до сих пор не представился: Андреас Штар, главный целитель этого богоугодного места.

— Я вас помню, вы лечили моего брата, — вежливо кивнула Лиззи и поспешно поднялась по лестнице мимо недовольной сестры милосердия. — Габриэль тоже здесь?

— был. Хотел уточнить детали у главного свидетеля, но мистер Марино уснул, и я не позволил его будить. Скорее всего, он и сейчас спит, но хоть посмотрите и убедитесь, что жив. Вы ведь за этим сюда приехали?

Лиззи кивнула. Новость, что тайлер спит, а не при смерти, уже утешала.

— Что с ним случилось?

— Поножовщина в баре. У мистера Марино вывих кисти и ножевое ранение в грудь. Выше на дюйм — и был бы мертв. — Целитель покосился на Лиззи и одобрительно хмыкнул: — Как и ожидалось, в обморок от моих заявлений вы не падаете.

— А должна? — резче, чем хотела, спросила девушка. Выдохнула. Новости били так, что трудно было сдерживаться. — Извините.

— Не стоит, я понимаю. Когда близкие люди оказываются в опасности, сложно себя контролировать. Заходите, мы пришли. — Он толкнул дверь, пропуская ее в палату.

Доктор Штар ошибся. тайлер не спал, а сидел на кровати, пытаясь надеть рубашку. С учетом, что одна рука у него была на перевязи, выходило не очень. больше в палате, кроме него, никого не было, и помощи попросить он не мог.

У Лиззи заныло сердце. Она знала, что вряд ли ее ждет приятное зрелище, но отделали тайлера знатно. Весь бок представлял сплошной синяк, а перебинтованная кисть не оставляла сомнений, что гадалец не скоро сможет подтасовывать карты.

— так, это что за самодеятельность? Ну-ка ложись. Шустрый какой! — Целитель быстрым шагом подошел к рамолу. — Когда я говорил тебе быть поближе к роуз, я имел в виду забрать ее домой, а не лечь в соседнюю палату, — выговаривал он тайлеру, попутно помогая улечься поудобнее. — Мисс Уоллис, вас сильно смущает его внешний вид? — вспомнил он о посетительнице.

— Совсем не смущает, — ответила Лиззи. Ее гораздо больше волновали ранения у гадальца, чем его обнаженная грудь.

— тогда поговорите, а я пока схожу за лекарствами. Получаса вам, надеюсь, хватит. А ты учти, — обратился он к пациенту, — откроется рана, зашивать буду без обезболивающего.

— Я буду вести себя прилично, — непривычно хриплым голосом ответил тайлер, знакомо ухмыльнувшись, и целитель хлопнул его по здоровому плечу.

— Очень на это надеюсь.

Доктор Штар оставил их наедине, и Лиззи подошла ближе. Присела на край койки.

— Как ты себя чувствуешь?

— Стараюсь не сдохнуть. Выходит так себе, — признался гадалец.

— Кто это сделал?

— Парни из трущоб, по наущению мэра. Не надейся, не докажем, он через подставное лицо действует. Обычные наемники, погнались за легкими деньгами. — Забывшись, тайлер пожал плечами и тут же охнул от боли. Лиззи склонилась над ним, не зная, чем можно помочь.

— Очень больно?

— А ты поцелуй, и пройдет, — посмотрел он на нее с вызовом и точно не ожидал, что девушка подастся вперед и коснется губами его лба.

— брр. Как покойника поцеловала! — передернуло тайлера. Лиззи вспомнила, что у рамолов и правда был такой обычай, и в смятении покраснела.

— А как надо? — пробурчала она.

— Научить? — тайлер приподнялся с заинтересованным видом, начисто забыв о предписании целителя. Поймал здоровой рукой ее ладонь, сцепляя пальцы, и потянул девушку на cебя.

Лиззи едва не потеряла равновесие, а то завалилась бы на гадальца всем весом! Вот же!.. И не скажешь, что был на грани жизни и смерти. А может, как раз оттого, что побывал там, и не хотел терять времени?

Она вдруг осознала, что тоже могла не узнать, каково это — целовать человека, которого любишь. А еще, что от одного поцелуя хуже тайлеру точно не станет. Главное, чтобы у нее сердце не выпрыгнуло из груди.

— Нет, вы посмотрите! Месяца не прошло, а они уже целоваться собираются! Значит, мое предсказание все-таки сбылось! — звонко раздалось за спиной Лиззи, и журналистка испуганно отпрянула от гадальца, так и не коснувшись его губ. Обернулась. На них с любопытством смотрела призрачная рамолка, кривя губы в привычной усмешке.

— роуз?

— Что за предсказание?

— Вы меня видите?

Удивленно воскликнули все трое.

***

Первым пришел в себя тайлер.

— ты что, умерла? — сдавленно спросил он, глядя на кузину с потерянным видом.

Из него будто разом вынули стержень: потухла широкая улыбка, а в глазах заплескалось отчаяние. Лиззи прекрасно понимала и разделяла его чувства: целители столько боролись за жизнь роуз, ее уже домой собирались выписывать! Что же произошло, если рамолка появилась здесь призраком?

— Да с чего бы?! Я так уже давненько брожу, — возмущенно заявила она, окидывая придирчивым взглядом свой призрачный вид и одной фразой возвращая им надежду. — Как в больнице очнулась, так и маюсь тут духом. Поначалу страшно было, конечно, а сейчас ничего, попривыкла. Но до этого ты, братец, меня не замечал. Что вдруг изменилось?

— Это реакция на мою магию. Я вижу призраков, и, если мы соприкасаемся, тайлер тоже.

Лиззи приподняла их сцепленные руки. тайлер не отпустил ее ладонь. Кажется, им предстояло просидеть так какое-то время, иначе с кузиной рамолу не поговорить.

— родственная магия, значит. У нашего пра-пра так было, только он предсказывать начинал. Наболтал однажды, что полгорода сгорит, а когда случился пожар, его чуть поджигателем не назначили, — припомнила роуз семейную легенду, но тут же тряхнула головой. — Заболталась. так давно ни с кем не разговаривала, что сама не понимаю, что несу. Не о том сейчас речь. И даже не о ваших поцелуях, хотя к ним мы обязательно вернемся, — подмигнула она, заставляя тайлера недовольно скривиться, а Лиззи опустить взгляд. — Лучше скажи, братец, я правильно услышала, что тебя пытался убить Джастин бастер?

— По его наущению. А тебя — нет? ты вообще помнишь, что случилось?

— Помню, хоть понятия не имею, какого черта связалась с нашим мэром. Я подрабатывала у Даниэля натурщицей, там мы и познакомились. бастер мне сразу не понравился: он как наш кузен Фред, лицемерием за милю несет. Не знаю, почему я согласилась на вторую встречу. — Она задумалась, кусая губы.

— На тебе был приворот, — отметил тайлер.

— тогда ясно, почему я порой не понимала, как оказалась с ним. И в тот раз: он целовал меня, но что-то пошло не так. Наверное, он боялся слишком сильно привораживать, ты мог почувствовать остатки заклинания. Я испугалась, выскочила из кареты и попыталась сбежать. Оказалась у обрыва, но Джастин меня догнал. Мы поспорили — он убеждал меня, что глупо убегать, да и поздно, все равно мы почти…

Лиззи показалось, что у роуз задрожали губы, но та быcтро взяла себя в руки.

— Я стояла близко к обрыву, поскользнулась, схватилась за Джастина. Думала, поможет, а он отпустил руку. — рамолка невесело усмехнулась. — Похоже, я исчерпала свое везение.

— Главное, ты выжила, — качнул головой тайлер.

— Не без помощи твоей драгоценной. Спасибо, Лиззи, я благодарна и тебе, и твоему брату, — она улыбнулась, но тут же помрачнела. — Правда, если меня продолжат травить, долго не протяну, — безапелляционно заявила она.

— А тебя травят?! — тайлер аж подскочил и, естественно, едва не взвыл от резкого движения.

Девушки посмотрели на него с осуждением, а Лиззи поправила подушку за его спиной.

— Каждую ночь вливают какую-то дрянь. рыжая целительница, полненькая, вся в конопушках.

— Лорен, — узнал гадалец по описанию.

— точно, ее так называл кто-то из целителей, — припомнила роуз.

— Но с чего ты взяла, что это яд, а не лекарство? — вмешалась Лиззи.

— А ты когда-нибудь видела, чтобы лекарство давали в полночь, когда все спят, тайком пробираясь в палату? — приподняв брови, уточнила рамолка. — Подозреваю, что без ее «помощи» я давно бы очнулась. И, предугадывая ваш вопрос, доктор Штар не в курсе. Вот уж кто радеет за благополучие больных! Ему можно доверять.

— Надо его предупредить и арестовать Лорен, — хмуро сказала Лиззи и потянулась к амулету связи. — Я позову Габриэля.

— брата позови, а вот шум поднимать не надо, — остановила ее рамолка. — Вряд ли Лорен решила травить меня по собственной инициативе, и мы с вами прекрасно знаем, кому выгодна моя гибель. Я собираюсь доказать их связь, поймать эту сволочь и сполна отплатить за мое унижение.