Глава 10

По всему полу были разбросаны миниатюрные платьишки, мебель из домика валялась где только можно.

— Не хватай, а то я уроню, — я с трудом сдерживалась, чтобы не выместить досаду на устроившей бардак племяннице. — Посмотри-ка, что натворила. Мила, надо прибрать тут все.

— Подумаешь… — фыркнула Мила, пряча за спину лепешку, которую успела схватить с тарелки.

— Да куда же ты ее… Запачкаешься же. Сейчас все руки жирными будут! — ох, ну вот как ей объяснять элементарные вещи? — А потом схватишь кукольные платья, и, считай, на выброс — не отстирается же. Кер ругаться будет!

— Да кер не будет из-за такого ругаться. Он же хороший, — девочка показала мне язык, но лепешку все же в тарелку вернула. — Ну и ешь сама.

Он обиженно засопела и развернулась обратно к маленькому домику.

— Куда! А руки мыть кто за тебя будет?!

Она совсем меня не слушалась. Сейчас перелапает все игрушки грязными руками, а мне потом оправдываться, стирать все… Арквилу, может, и все равно, но вот его невеста наверняка за такое спуску не даст. Из меня не только мать никудышная, но еще и служанка плохая.

На глаза сами собой навернулись слезы, пришлось часто-часто моргать, чтобы не дать им пролиться. Что это я, в самом деле? Нашла из-за чего реветь.

Мила, тем временем, все же помыла руки в умывальнике у стены и начала неохотно собирать игрушечные платья с пола, жадно посматривая на тарелку с творожниками.

Я же с неспокойным сердцем то и дело бросала встревоженные взгляды на дверь. Конечно, Арквил просил меня остаться здесь, но внутри все буквально зудело от нетерпения и переживаний.

Хоть бы одним глазком посмотреть — кто приехал. Просто чтобы убедиться, что это не загадочная невеста… или наоборот, что это она. А что мне это даст?

Я пойму, от кого Арквил спрятал нас с Милой и зачем же так прихорошился.

Слепая богиня! Да я так просто с ума сойду, теряясь в догадках! Наверняка это все-таки невеста. Ну, а на что я вообще надеялась, когда позволяла себя целовать? Что благородный вдруг женится на безродной деревенщине? Все, на что я могу рассчитывать, что стану его постоянной любовницей, содержанкой. Ведь знаю же это, и меня это совсем не устраивает, а все туда же! Сама же ответила сегодня на поцелуй!.. Богиня, место мне в душегубке…

— Айна, я все убрала… — Мила мялась передо мной, а позади нее бардак уменьшился лишь наполовину, но сил сейчас воспитывать девочку совсем не было.

— Кушай, только аккуратнее, — я пододвинула к ней тарелку и налила воды в кружку.

— Вода? Ты обещала мне сварить компот из яблок. Я не хочу воду, хочу компот.

Я не помнила, чтобы мы с ней обсуждали компот, и лишь тяжело вздохнула, призывая на помощь всю свою выдержку.

— У кера Арквила сейчас важные гости, он просит посидеть тихо и не мешать ему. Так что давай ты сейчас запьешь водичкой, а компот я сварю тебе позже.

Раньше Мила не была такой капризной, или это мне сейчас только кажется? В любом случае, возиться с ней оказалось куда сложнее, чем мне представлялось в самом начале.

— Не буду воду, — она отпихнула от себя кружку, чуть не разлив, и начала есть всухомятку, набивая рот лепешками.

— Мила, не торопись, я ведь не отнимаю… — вдох-выдох. Это все переживания из-за Арквила, вот мне и кажется, что племянница слишком вредничает. Нужно просто немного успокоиться.

С трудом прожевав, девочка все-таки запила водой и, вскочив, снова побежала к кукольному домику.

— Стой! А руки помыть? Мила! — я чуть не застонала от досады.

Убедившись, что племянница вымыла руки и игрушечные платья в безопасности, я встала, пройдясь по комнате. Нет, нужно что-то делать, иначе долго я так не выдержу.

— Сиди тут, я скоро приду, — наказала я девочке, но та, вновь увлекшись игрой, меня даже не услышала.

Осторожно выглянула в коридор — никого. Может быть, приехавшие люди — или человек — в одном из больших залов? На цыпочках прокралась к этим комнатам, но и там было пусто. Оставались кухня, кабинет и лаборатория. Вряд ли бы кер пустил кого-то в свою святая святых, да и кухня не слишком подходит для благородных приемов.

Дверь в кабинет была чуть приоткрыта. Стараясь даже не дышать лишний раз, прокралась туда, заглядывая в щелку. Арквил стоял спиной ко мне, а вот на его месте за столом восседал какой-то мужчина, лица которого было не разглядеть. Больше никого не было видно.

Все-таки не невеста! Улыбка сама собой расцвела на моем лице, я уже сделала шаг назад, чтобы пойти обратно к Миле, как сквозь узкую щелку донесся обрывок разговора:

— Вижу, твои эксперименты начали приносить хоть какие-то плоды, выглядишь гораздо лучше, — голос незнакомца был слегка скрипучим. — Разве это не повод вернуться домой? Жанетт заждалась тебя. Неприлично оставлять невесту на такой срок и сбегать в глушь.

Нечистый! Пришлось прикусить себе губу практически до крови, чтобы не выдать себя.

Заждалась? Оставлять? В голове мигом нарисовалась картинка того, как эта самая Жанетт прощается с кером, целует его, а он шепчет ей на ухо фривольные нежности, обещая вернуться скорее домой.

В этот момент я как никогда ощущала себя человеком второго сорта, жалкой заменой, развлечением для заскучавшего вдалеке от дома мага.

— Вынужден вам отказать, отец, мои дела не закончены, я еще задержусь, — Арквил говорил сухо, по-деловому, без тени эмоций.

— Это не просьба и не предложение. Ты уедешь в Сейферт сегодня же, — мужчина говорил тихо и без нажима.

— Кажется, при моем отъезде вы были лишь рады. Не боитесь, что я снова кого-нибудь убью? — и снова равнодушный тон, от которого леденеет внутри.

Убьет? Он что, действительно сжег кого-то заживо, как говорят?

— Я уверен, теперь ты отлично себя контролируешь. Отпуск пошел тебе на пользу. А теперь собирайся, я намерен выехать до заката.

— Нет.

— Пресветлый получил письмо сегодня ночью. Мне удалось узнать суть послания, после чего я немедленно выехал сюда. Ты думаешь, мне больше нечего делать, кроме как забирать тебя из твоей самовольной ссылки? — он вдруг ударил кулаком по столу, да так громко, что я подскочила на месте, чуть не задев дверь и не выдав себя. — Завтра же король отправит сюда ищеек для поиска того, кто виновен в нападениях на здешнего землевладельца. Рассказать тебе, кого они сочтут виновным?

— Ты веришь, что это мог быть я? — усмехнулся Арквил, кажется, его выпады отца нисколько не впечатлили.

— Не держи меня за идиота, я прекрасно знаю, что это не ты. Вот только так же я знаю, сколько сшито сфабрикованных дел против магов по всему Февеньяру! Все они приговорены к высшей мере и казнены. Тебе не поможет даже мое положение. А я не собираюсь потерять еще одного сына. Так что собирайся, мы едем домой сегодня же.

Арквил молчал, а я отсчитывала удары сердца, не в силах перестать слушать не предназначающийся для моих ушей разговор.

— Один я не уеду. Со мной будут служанка и ее дочь.

— О, да. Об этом я тоже наслышан, — мужчина явно скривился. — Но думать надо головой, а не причинным местом. Как только приедешь — тебя ждет свадьба. Поверь моему опыту, выбор служанок лучше предоставить будущей жене, если ты, конечно, не хочешь начинать семейную жизнь со сцен ревности.

Я сделала несмелый шаг назад, затем еще один, и еще. Маги еще о чем-то говорили, но я уже не слышала, на носочках устремляясь все дальше и дальше от приоткрытых дверей. Только бы они меня не заметили.

Все было еще хуже, чем я себе представляла… Сердце щемило невыносимой болью, горло сжало судорогой, мешая толком дышать.

А может быть, все не так уж плохо? Я ведь сама хотела уйти от Арквила. И сейчас он уедет в столицу, а мы с Милой будем предоставлены сами себе.

Впрочем, маг ведь обещал помочь с работой, и еще он взялся вылечить сестру. Хочется верить, что он сдержит обещания.

И чего я расклеилась? Ведь с самого начала знала, что у него есть невеста.

«Но ты не знала, что свадьба уже буквально вот-вот», — подсказал противный внутренний голосок, который я тут же постаралась отбросить.

На мне бы он все равно не женился, так что к чему страдать о несбыточном? Да, те несколько поцелуев были прекрасны, и надо радоваться, что не зашло дальше и я смогу вскоре начать новую жизнь с чистого листа.

Самовнушение помогло слабо, но все же я немного успокоилась. Когда я зашла — Мила даже не посмотрела в мою сторону, увлеченно говоря за кукол, она разыгрывала какую-то сценку.

Я налила себе воды и залпом выпила. Стало чуть легче.

Отец учил, что во всех проявлениях бога надо искать хорошую сторону.

Что хорошего я только что узнала? Разве что можно порадоваться тому, что вскоре мне не надо будет врать насчет племянницы.

Арквил пришел, только когда солнце уже скрылось из окон нашей с Милой комнаты. Время близилось к обеду, девочка успела доесть все лепешки, выпить всю воду.

Замечаний я больше не делала, пребывая в странной апатии.

— Айна, — я вскинула голову, не услышав, как открылась дверь.

— Да, кер? — я встала, чуть склонив голову, готовая услышать все, что угодно.

— Сегодня я возвращаюсь в столицу, вы едете со мной. Собери все, что необходимо тебе с дочерью, и еще продукты в дорогу.

Я кивнула, не высказав ни малейшего возражения, и маг тут же скрылся за дверью.

***

Мы ехали в карете довольно долго. Я ожидала увидеть отца Арквила, но его не было, за все время, пока шли сборы, он так и не вышел из кабинета и с нами в столицу не поехал. Я гадала, знал ли кер, что я подслушала разговор, или мое шастанье под дверью осталось незамеченным. Стараясь не выдать ни жестом, ни словом своей излишней осведомленности, я большую часть

дороги молчала, впрочем, удавалось это с трудом, потому что Мила то и дело подпрыгивала на месте, пыталась высунуться в окно и вообще вела себя безобразно, из-за чего мне поминутно приходилось извиняться перед магом и одергивать девочку.

— Лисси скучно! Она устала ехать, у нее голова болит и животик урчит, — жаловалась она, показывая на свою куклу. — А еще она хочет снова в том домике играть. Кер, дадите мне снова домик?

— Мила! — путь был длинным, и мы успели проехать только, дай богиня, его половину. — Посиди тихонько.

— Но мне скучно! — протянула маленькая вредина. — Вот мама…

Она запнулась, очевидно, вспомнив о моём наказе не говорить керу, что я не ее мать. Она хитро прищурилась, посмотрев сначала на меня, потом на мужчину, невозмутимо сидевшего напротив.

— Мама, расскажи сказку! — в итоге попросила она громко. Да еще и с таким коварным видом, словно задумала очередную каверзу. — Ты ведь всегда мне рассказываешь сказки. Хочу мою любимую. Про лошадку.

— Эм… — сказок про лошадей я не знала ни одной, но, видимо, придётся выкручиваться. — Ну хорошо, давай про лошадку. Жила-была маленькая лошадка…

— Нет, нет, не ту! Моя любимая не про маленькую лошадку.

Я мысленно выругалась, ну вот какая муха ее укусила? Спас мое положение, как ни странно, Арквил. Он вдруг взмахнул рукой, из-под пальцев выскользнул зеленоватый дымок, и в следующий момент глаза Милы вдруг остекленели, и она, сладко зевнув, уронила голову на стенку кареты.

— Извини, — без тени раскаяния произнес он, — мне сейчас просто надо немного тишины.

— Нельзя заставлять детей спать каждый раз, когда они вам мешают, кер! — возмутилась я.

— Отчего же? — иронично переспросил кер.

— Если бы это был ваш ребенок, вы бы так не сделали.

— Мне ее разбудить? — хмыкнул Арквил и демонстративно поднял руку.

Я еще раз посмотрела на мирно сопевшую девочку, успевшую поудобнее повернуться и положить под щечку ладошку.

— Не надо, — выдохнула я.

Ладно, просто стоит признать, что мать из меня никудышная, и смириться с этим. Елена наверняка справлялась лучше. Арквил улыбнулся одним краешком губ и снова отвернулся к окну.

Молчание, повисшее в карете, продержалось почти до самой столицы. Какая разительная перемена, по сравнению с тем, как он вел себя утром. Он больше не делал попыток заговорить, а я старалась не привлекать внимания, тоже сосредоточившись на разглядывании пейзажа за окном.

Когда мы подъезжали к столице, на дорогу успели опуститься мрачные тени. На обочинах начали попадаться бредущие куда-то люди, несколько раз пришлось разъезжаться со встречными обозами. Кучер что-то кричал кому-то, дважды сам кер выходил из кареты. Чтобы хоть как-то приободрить себя, я начала думать о Елене и о том, что раз я теперь тоже в столице, то смогу наконец увидеть ее, вот только спросить об этом Арквила так и не решилась.

У въезда в столицу у кучера потребовали документы, и Арквилу снова пришлось выходить из кареты. Спустя минуту дверца открылась, и на нас посмотрел грозного вида стражник в блестящих в свете факелов латах.

— Имя, цель прибытия, — потребовал он грозно.

— Айна, дочь Игнаса из Хвоинки, — оторопело представилась я. — Цель… работать.

Стражник, что-то записав у себя в бумагах, захлопнул дверь.

— Аккуратнее, — прошипел садившийся в карету Арквил, — и тише, ребенок спит.

Ребенок, находясь под действием сонных чар, даже не шелохнулся. 1439f7c

— Прошу прощения, кер Арквил. Благоденствия вашему батюшке, — не меняя тона, гаркнул служака.

Маг на это только глаза закатил, поморщившись. Еще какое-то время мы ехали по городу, в деревне в это время уже все спят, а здесь светились окна, кое-где даже играла музыка, разносились веселые крики людей. Сколько же свечей надо, чтобы осветить столько домов, и во сколько же здесь встают, раз не спят так поздно?

Мы остановились перед высоким красивым домом — ни забора, ни участка вокруг, крыльцо выходило сразу на дорогу, да и сам он был зажат между других таких же.

— Сидите здесь, я пришлю кого-нибудь, чтобы помогли вам вынести вещи, — отдал кер приказ.

Но стоило ему выйти на мостовую, дверь дома распахнулась, и оттуда вышли сразу несколько человек, впереди которых была слегка полноватая, одетая в пышное платье дама с затейливой прической. Арквил тепло улыбнулся даме, сделав шаг к ней.

— Ари, милый! — протянула дама руки. — Наконец-то ты дома! И смотри, кто тебя встречает!..

Из-за ее спины тут же вышла невысокая девушка с сияющей улыбкой.

— Жанетт? — кер резко затормозил и спросил, вернув взгляд женщине. — Что она здесь делает?